home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 35

На открытие «Бамбукового бара» пришли толпы экспатриантов, которые после нескольких лет страданий под японским игом радовались возможности хоть что-то отпраздновать. Они залпом пили местное виски «Меконг» и веселились.

Репетиция длилась меньше часа. Гарри радовался своему искусству пианиста и практике, которую получил, играя джаз для японцев в Чанги. Помимо него, в оркестре были голландский барабанщик, тоже бывший военнопленный, и русский саксофонист, подвизавшийся в Бангкоке по неизвестным причинам. Им удалось составить список мелодий, которые знали все трое.

В помещении было жарко, дымно и пахло потом. Гарри еще никогда не играл вместе с другими музыкантами и теперь наслаждался приятным чувством локтя. Когда его пальцы летали по клавишам в виртуозном соло, публика энергично аплодировала, и он испытывал редкое для себя радостное волнение.

Лидия, чудесно смотревшаяся в шелковом саронге, плавно скользила по комнате с подносом, уставленным напитками.

Наконец вспотевшие и уставшие музыканты объявили, что больше не могут играть на бис. Гарри вышел из бара, пересек террасу и вступил на лужайку, спускающуюся прямо к реке. Из-за режима затемнения остаток вечера горожане проводили при свечах, и единственным источником света служила полная луна, висящая прямо над головой.

Гарри закурил и тяжко вздохнул. В эти часы он чувствовал себя очень комфортно. И не важно, что он был скитальцем среди скитальцев в этом пестром сборище людей, волей трагических обстоятельств заброшенных сюда с разных концов света. Он не армейский капитан и не потомственный английский лорд, который должен унаследовать огромное поместье. Он всего лишь пианист, и его талант доставляет радость другим.

Он просто был самим собой, и это ему нравилось.

На следующий день, как и договорились, Лидия встретилась с ним в вестибюле отеля. «Мадам» арендовала для них деревянную лодку и лодочника, готового отвезти, куда скажет Лидия. Гарри шагнул на борт на ватных ногах: за последние дни он впервые чувствовал такую слабость — сказывались недосып и четыре порции виски.

— Капитан Кроуфорд, давайте поплывем вверх по реке и посмотрим сначала Большой храм, — предложила Лидия, усаживаясь на деревянную скамью напротив него. — А потом отправимся на плавучий рынок, о’кей?

Было странно слышать американское выражение из уст восточной женщины.

— О’кей, — кивнул Гарри. Ему показалось, что даже к его устах это словцо прозвучало странно.

— О’кей, Гарри, — улыбнулась Лидия.

Они отплыли от гостиничного пирса и присоединились к речному движению. Река Чаопрайя служила главной транспортной магистралью города, и Гарри удивлялся, с какой ловкостью лодочники лавируют в опасной близости друг от друга, чудом избегая аварий.

На горизонте появлялись похожие на грозных китов огромные черные баржи, иногда по четыре-пять в ряд. Их, связанных обрывками веревки, тянули крошечные суденышки. Их лодка дважды еле ушла от столкновения, и Гарри заметил, что у него дрожат руки.

Лидия почувствовала его напряжение.

— Не волнуйтесь, Гарри. Наш лодочник, Сингту, водит эту лодку уже тридцать лет и ни разу не попадал в аварию.

Она подалась вперед и похлопала его по руке. Этот ласковый жест наверняка ничего не значил для Лидии, но для мужчины, годами тоскующего по любви, это был драгоценный момент.

— Смотрите, Гарри!

Он проследил взглядом за ее изящной протянутой рукой и увидел здание, которое с полным основанием можно было назвать дворцом. Крыши в тайском стиле были покрыты золотом и украшены огромными камнями, похожими на изумруды и рубины, блестящими в солнечном свете. Это напоминало картинку из исторической книги — одной из тех, что читала ему в детстве мама.

— Это дом наших короля и королевы. Сейчас у нас новый король, потому что старого застрелили.

Гарри рассмешила прямота Лидии, и он засмеялся. Он не сомневался, что ее манера говорить по существу объясняется скорее скудным запасом английских слов, чем особенностями характера, и это еще больше притягивало к ней.

— Хотите, зайдем туда и посмотрим на Изумрудного Будду в «wat»? Он очень красивый и знаменитый. За ним ухаживают многочисленные монахи.

— Почему бы и нет? — согласился Гарри. — А что такое «wat»? — с усмешкой поинтересовался он.

В это время лодочник повернул свое суденышко и зацепил веревку за деревянный шест возле пирса.

— По-вашему «храм», — пояснила Лидия, ловко выбираясь из лодки и подавая руку Гарри.

Дворец и храм Изумрудного Будды окружали великолепные сады, полные ярких красок и ароматов жасмина. Гарри остановился перед чудесным цветущим растением с нежными розово-белыми бутонами.

— Орхидеи, — заметил он. — Они росли в лесах вокруг Чанги. В Бангкоке я видел их повсюду, а в Англии это большая редкость.

— Здесь они растут, как сорняк, — пожала плечами Лидия.

— О Боже! Хотел бы я, чтобы у нас на родине были такие сорняки! — воскликнул Гарри, решив взять с собой несколько растений для мамы.

Он поднялся за Лидией по ступенькам храма и так же, как она, снял туфли. Внутри было темно и просторно. Монахи в желто-оранжевых балахонах стояли на коленях и молились перед роскошным и на удивление маленьким Изумрудным Буддой. Лидия тоже преклонила колени, молитвенно сложив перед собой руки и склонив голову. Гарри последовал ее примеру.

Через несколько минут он поднял голову и замер, наслаждаясь спокойствием и умиротворяющей тишиной храма. За время пребывания в Чанги, желая заняться хоть чем-то интересным, он посетил пару лекций по религии. Одна была посвящена буддизму, и ему показалось, что это учение по духу ближе всего к его собственному мироощущению.

Наконец они вышли из храма и вновь оказались под ярким солнцем.

— Ну что, теперь на плавучий рынок? — спросила Лидия, когда они вернулись в лодку. — До него долго плыть, но думаю, вам понравится.

— Давайте, — согласился Гарри.

— О’кей. — Лидия быстро переговорила с лодочником по-тайски, и они двинулись по реке на предельной скорости.

Гарри улегся на корме и смотрел на проплывающий мимо Бангкок. Несмотря на прохладный речной ветерок, было очень жарко, и он жалел, что не купил шляпу — она защитила бы голову от палящих лучей.

Вскоре лодочник свернул в узкий «клонг» и принялся лавировать по запруженному лодками водному пути. Добравшись до плавучего рынка, они остановились. Их окружали деревянные лодки, полные товаров и людей, которые выкрикивали цены покупателям, а те кричали им в ответ со своих суденышек.

Экзотическая картина поражала воображение: повсюду пестрые шелка и специи, высыпающиеся из дерюжных мешков, а в воздухе — запах кур, жарящихся на вертелах, смешанный с ароматами свежесрезанных цветов.

— Хотите есть, Гарри? — спросила Лидия.

— Да, — выдавил Гарри, хоть и испытывал довольно странные ощущения.

Наверное, из-за солнца у него кружилась голова. Лидия встала и крикнула лодочнику, торгующему куриным шашлыком, и они сторговались. Гарри закрыл глаза, превозмогая тошноту. На лбу выступил пот, уши закладывало от жуткого шума. Эти пронзительные голоса, резкие запахи и жара... О Боже, какая жара! Надо срочно выпить воды...

— Гарри, Гарри, очнитесь!

Он открыл глаза и увидел склонившуюся над ним Лидию, которая прижимала к его лбу холодную тряпку. Они находились в темной комнате. Он лежал на полу на узком соломенном тюфяке.

— Где я? — прошептал Гарри. — Что... случилось?

— Вы упали в обморок в лодке и ударились головой о дерево. Как вы себя чувствуете? — Огромные глаза Лидии были полны тревоги.

— Понятно. Простите. — Он попытался сесть. — Можно воды?

Пересохшее горло и отчаянная жажда напомнили ему Чанги.

Лидия протянула фляжку, и он с жадностью приложился к горлышку.

— Мы отвезем вас в больницу, ладно? — предложила Лидия — Вы нездоровы.

— Нет-нет, все в порядке. Я напился воды, и теперь мне станет лучше. Наверное, я просто перегрелся на солнце, и произошло обезвоживание организма.

— Вы уверены? — Лидия смотрела на него с сомнением. — У вас была тропическая лихорадка. Может, болезнь вернулась?

— Нет, Лидия, я здоров.

— Тогда давайте вернемся в гостиницу. Вы в состоянии ехать?

— Конечно.

Гарри с трудом поднялся на ноги и с помощью Лидии и лодочника вышел из лачужки, в которой девушка укрыла его от солнца. Они снова сели в лодку и тронулись в путь. Гарри невольно усмехнулся: надо же — упасть в обморок на плавучем рынке! За все время заключения в Чанги, даже в самых чудовищных условиях, он ни разу не потерял сознание.

— Вот, наденьте. Пусть мое лицо станет темным и уродливым. — Лидия сняла свою широкополую соломенную шляпу и нахлобучила ее на голову Гарри. — И выпейте еще воды. — Она подала ему фляжку.

— Что значит «темным и уродливым»? — спросил Гарри, ложась на спину. Шляпа давала приятную тень.

— Так в Таиланде различают общественные классы, — объяснила Лидия. — Если у вас бледная кожа, то вы аристократ. А если темная, то крестьянин!

— Ясно, — улыбнулся Гарри.

Тем временем лодочник отъехал от плавучего рынка и повел суденышко к реке Чаопрайя. Лидия сидела, не сводя внимательного взгляда с его лица. Он закрыл глаза, чувствуя, что слабость постепенно проходит и сердце наполняется необъяснимой радостью.

Они подплыли к отелю, и Лидия помогла Гарри выйти из лодки и подняться на веранду.

— Идите в свой номер и отдохните, Гарри, — велела она. — Я скажу мадам, что вы заболели.

Гарри проспал до вечера. Его разбудил мальчик-коридорный, который постучался к нему в дверь и сообщил, что его хочет видеть мистер Эйнсли.

— Пусть войдет, — отозвался Гарри, мысленно застонав от знакомой боли в костях.

— Привет, дружочек! Я узнал от Жизель, что сегодня днем на плавучем рынке тебе стало плохо, — сказал Себастьян, входя. — Что, опять нездоровится?

— К сожалению, да, — подтвердил Гарри. — Я думал, это из-за толпы, но теперь понимаю, что дело гораздо серьезней.

— Черт побери! — Себастьян уселся в плетеное кресло. — Значит, ты вряд ли сможешь ехать домой через пару дней. А я пришел сказать, что тоже забронировал место на корабле и собирался уплыть в Англию вместе с тобой.

— Мне очень жаль, старина, но сомневаюсь, что смогу составить тебе компанию.

— Я вызову врача. Пусть срочно тебя осмотрит, — мрачно проговорил Себастьян. — Какая досада! А я-то думал, мы с тобой совершим веселую морскую прогулку! Я проторчал здесь целых четыре года и решил воспользоваться возможностью съездить домой, навестить родителей. Места уже заказаны, приятель. Что ж, — Себастьян поднялся с кресла, — пойду скажу бою, чтобы немедленно послал за врачом. Тебе придется остаться в Бангкоке. Как, справишься без меня?

— Конечно, — заверил Гарри.

— Странно, что домой уезжаю я, а не ты. Но что поделать. Разумеется, я оставлю тебе денег. В Англии отдашь. Я загляну к твоим, скажу, что ты вернешься позже, а то еще подумают, будто ты подался в бега.

— Хорошо, — пробормотал Гарри, ощутив новый прилив слабости.

— Да, и еще. — Себастьян задержался в дверях. — Эта страна кажется весьма обольстительной, и чем дольше здесь живешь, тем больше к ней привязываешься. Смотри не потеряй голову, старина, иначе никогда не вернешься домой.

Врач подтвердил, что у Гарри очередной приступ тропической лихорадки.

— Ты слишком рано отказался от постельного режима, парень, — сказал он, давая Гарри изрядную дозу хинина, чтобы сбить температуру. — Я слышал, вчера вечером ты играл в баре, — он улыбнулся, — и отлично играл! Музыка и алкоголь на время отменяются. Сам знаешь, как лечиться: спать, пить побольше жидкости, по мере необходимости принимать хинин. И будем надеяться, что на этот раз обойдется без госпитализации.

— Да, доктор.

— Еще я выпишу тебе витамины. Гостиничный бой сбегает за ними в аптеку. А я зайду завтра. Попрошу мадам, чтобы прислала кого-нибудь за тобой приглядеть.

— Сколько я вам должен, доктор?

Врач с усмешкой обернулся.

— Это я тебе должен, парень. Благодаря таким храбрым солдатам, как ты, мы победили в проклятой войне. До свидания, капитан Кроуфорд.

Гарри забылся беспокойным горячечным сном. Спустя какое-то время к нему в номер тихо постучали.

— Войдите, — пробормотал он.

Дверь отворилась, и на пороге появилась встревоженная Лидия.

— Мадам сказала, вам все еще нездоровится, у вас новый приступ тропической лихорадки. Это моя вина. Мне не следовало везти вас в такое жаркое людное место, ведь вы только что после болезни.

— Перестаньте, Лидия. Это же я попросил вас устроить мне прогулку по городу.

Несмотря на ужасное самочувствие, Гарри невольно залюбовался девушкой. Она казалась такой безупречно красивой в мягком свете лампы! Его лихорадочный взгляд ощупывал ее с головы до ног. Неуместная волна желания накрыла его с головой.

— Можно, я посмотрю ваш лоб? — спросила Лидия, подходя к его постели.

— Пощупаете мой лоб? Конечно, — кивнул он и с удовольствием ощутил на своем лице ее прохладную ладонь. А как от нее божественно пахло!

— Да, у вас жар, — объявила девушка и достала из кармана юбки маленький мешочек с травами. — Дома мы всегда применяем китайскую медицину. Эта травка особенно полезна при температуре и боли в костях. Хотите попробовать? Я могу заварить вам чай.

— Я попробую любое лекарство, Лидия, лишь бы поскорее выздороветь, — с пылом ответил Гарри. — Мне страшно надоело болеть!

— Тогда я принесу травяной чай, и к утру вам станет легче, обещаю. Это волшебное средство.

— Надеюсь, — проговорил Гарри, с трудом улыбнувшись.

— Пойду приготовлю прямо сейчас.

— Спасибо.

Лидия ушла, а Гарри вновь откинулся на подушки.

«Что ж, — подумал он, глядя на потолочный вентилятор, — пожалуй, нет худа без добра».

Лидия вернулась через десять минут со стаканом в руке.

— Только предупреждаю, Гарри, это очень невкусно, — сказала она, подсаживая его в постели.

— Значит, поможет. Во всяком случае, так говорила мама, когда в детстве пичкала меня противными лекарствами, — слабо пошутил Гарри.

— Очень невкусно, — повторила девушка, поднося стакан к его губам.

Сделав первый глоток, Гарри чуть не поперхнулся, но потом вспомнил живые личинки мух, которые ел в Чанги, взял себя в руки и залпом выпил местное снадобье.

— О Боже, — закашлялся он, — вы были правы.

Лидия протянула ему воду — запить гадкий привкус.

— А теперь поспите. Если вам что-нибудь понадобится, позвоните. Мадам попросила меня заночевать сегодня в номере напротив. Я приду через час. Скоро вам станет очень-очень жарко, но это действие трав: они помогут справиться с лихорадкой.

— Жду с нетерпением, — выдохнул он, когда девушка пошла к двери.

«Может, я зря ей так доверяю?» — пронеслось у него в голове.

— Не волнуйтесь, Гарри. Я буду рядом.

Лидия не ошиблась: через час Гарри пылал огнем и метался в яростной лихорадке. Девушка принесла холодные тряпки, чтобы смачивать ему лоб. Пару часов спустя жар утих, и измученный Гарри заснул.


* * * | Цветы любви, цветы надежды | Глава 36



Loading...