home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


21

Свет приходил рывками, неравномерными, неритмичными. Он стучал в веки и беспардонно проникал к зрачкам. Наконец Нестор открыл глаза. Лесной поляны больше не было, а была спальня – «мужская», одна из двух в доме на Кисельной. Спальня была залита утренним летним солнцем. Внизу, на кухне, звенела посуда, о чем-то бубнил телевизор – Нина уже проснулась и занималась хозяйством.

Сомнений никаких не было – кто-то «поработал совестью». Кто-то проник в сон, чтобы подвести Нестора за руку к некоей важной идее. Важной для чего или для кого?

Умение «работать совестью» – особая способность Нагов от Третьего дна и ниже. Специалисты Седьмого дна определяют задачу и для ее выполнения конструируют максимально эффективную модель совместного сновидения. Совместного для Нага-исполнителя и его реципиента. В процессе сновидения Наг так или иначе «подталкивает» нужного человека к необходимой идее. Так свершались открытия, так прекращались войны, так задавался вектор дальнейшего развития Взвеси.

«Работа совестью» – тонкое искусство. Возможны сбои, результат не всегда предсказуем. Наг-оператор подвергает собственную психику немалой опасности, а в некоторых случаях рискует жизнью. Нестор хорошо помнил собственный опыт такого снободрствования, едва не завершившийся трагично.

Однако Наги проникают в сны людей. Пусть это не совсем обычные люди, а ключевые фигуры, знаковые в тот или иной период человеческой истории. Но – люди. Зачем Конторе понадобилось вторгаться в сон собственного сотрудника? Нестор не торопился вставать с постели – он лежал, глядя в потолок, и думал.

Сегодня воскресенье. Предстоит встреча. Свидание, учитывая, что его визави – женщина. В четырнадцать ноль-ноль. В «Доме Диониса», в баре на втором этаже. Может, Контора направляла таким образом своего агента по кратчайшему пути к достижению пока не ясной цели? Или готовила почву, чтобы облегчить агенту понимание этой самой цели? И кто был оператором? Эту роль могли поручить только тому сотруднику Конторы, который был лично с Нестором знаком – «для оптимизации взаимодействия», как говорилось в методических инструкциях. Значит, либо Кир, либо Зоенька. Конечно же, Кирова таланта вполне хватило бы для исполнения женской роли. Интересно, кого из пяти женщин у костра Наставник сыграл бы лучше всего? Но Нестор все же был склонен думать, что «совестью работала» Зоенька. Тем более – ей не впервой. В прошлый раз Нестор в форме такого снободрствования, под чутким Зоенькиным руководством, получил своеобразную «вводную лекцию» об онтологических свойствах миров Трилоки. Прослушал пропедевтический курс, усвоил пролегомены – так сказали бы Кант или Гегель.

Нужно будет обязательно попросить Наставника предупреждать в следующий раз о проведении подобных мероприятий. Хотя Нестор понимал, что, скорее всего, любые намеки и предупреждения могли бы нарушить «чистоту эксперимента».

Нина завтракала. Аромат кофе заполонил весь дом в два этажа. Нинины завтраки для Нестора представлялись малосъедобными: молочные каши, злаковые смеси, тосты с вареньем, йогурты… Нестор завтракать не любил – организм по утрам объявлял голодовку.

– Дашь мне спинку, – деловито попросила Нина.

– Спинку? – Нестор понял не сразу. А когда понял, то впал в уныние.

На столе стояла тарелка. На тарелке лежала таранька. Все правильно, все логично. Сегодня воскресенье, выходной. И вчера был выходной – суббота. Суббота, как и любая другая каникулярная суббота, началась пивом и яичницей, а закончилась семейным коньяком. С чего должно начаться воскресенье? Правильно – с пива и вяленой рыбы.

Но не это воскресенье. Сегодня – свидание в «Доме Диониса». Сегодня – вино и сыры. В четырнадцать ноль-ноль. А до четырнадцати – никакого пива, и уж тем более – никакой рыбы. Неаристократический запах, дурман в голове – не лучшие спутники во время деловой встречи. Поэтому – только чай. Крупнолистовой зеленый чай.

Самое удручающее же было в том, что Нина искренне решила позаботиться о муже – достала тарань, положила на тарелку. Предугадала желание. В любой другой день Нестор расцеловал бы жену многократно. А может быть, не только расцеловал. Ребенок гостит у Ивана Несторовича и Софьи Николаевны. Пиво – в холодильнике. Тарань – на столе. Это же просто праздник какой-то! День утех и хорошего настроения.

Но нет. Вчера утром позвонил Кир, и все выходные – кошке под хвост. Вот, кстати, и она – залезла на стул и пытается поддеть рыбу за хвост острым коготком. Нина смотрела телевизор, ничего не замечая вокруг. Нестор смотрел на кошку. Вот, наконец, Ка-Це одержала победу – улов грохнулся с тарелки на пол. Кошка не торопилась овладеть добычей – с интересом глядела на нее сверху вниз, пока Нестор не поднял тарань и не вернул ее в кулек, а затем – в холодильник.

Нина оторвалась от просмотра мелодрамы.

– Яйца пожарить? Или сам? – спросила она, все еще не понимая…

– Чай, – сказал Нестор. – Зеленый. Сам сделаю.

– Браво! – похвалила Нина, которая не очень-то чествовала расслабленные выходные своего мужа. Но потом вдруг стала серьезной:

– Собрался куда?

– Собрался, – Нестор решил сознаться одним махом – как вырвать зуб. – В город нужно. К обеду.

– Зачем?

– По змеиным делам, – Нестор пожал плечами: а что сказать? – Я ненадолго. К ужину буду.

Нина молчала, телевизор бубнил о своем. Наконец, очнувшись, Нина глянула на мужа – снизу вверх. Взгляд был усталым и недобрым.

– Нестор, сколько можно? – тихо спросила жена.

– Ну, мы же договаривались… – попытался напомнить Нестор.

– О чем? – не выдержала Нина. – О «змеиных» делах? Ты не переболел еще? Тогда, год назад…

– Девять месяцев, – поправил Нестор.

– Да какая разница!? Я думала, у тебя сдвиг на почве… – Нина замялась. – На почве ревности, – сказала с усилием. – Поиграешь, попридуриваешься и вернешься в разум. Терпела, сколько могла. Мне твои змеи уже мерещатся! Ну, сколько можно?

Нина заплакала. Обиженно и горько. Она хотела нагрубить мужу, но помнила: может повернуться и уйти. Поэтому плакала молча, но так заразительно, что Нестор сам почувствовал, как к горлу подкатывается ком. Нина встала и медленно побрела по лестнице на второй этаж, трогательно сжимая чашку с недопитым кофе.

Жену было жалко. Но «воскресная встреча должна состоятся обязательно, невзирая на женский форс-мажор» – так сказал Наставник. Нестор не стал пить чай – он быстро оделся, перекинул через плечо планшетку, вышел на улицу, тихонько притворив сначала входную дверь, а затем – калитку, и побрел по пустынной улочке Кисельной, по бурой, слегка размокшей жерстве.

Рядом, откуда ни возьмись, трусцой припустила собака. Она была из племени длинноухих. Трусила важно, всем своим видом показывая, что сопровождает своего хозяина. Нестор выгреб из кармана джинсов крошки печенья. Собака, получив таможенный сбор, отстала. Нестор улыбнулся, потом нашел в планшетке телефон и набрал номер такси.


предыдущая глава | Бюро Вечных Услуг | cледующая глава



Loading...