home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


59

– Все это – лишнее, – прохрипел Герман. – Все это – незачем. Вот скажи, ради чего?

Нестор молчал.

– Цели ваши – абстрактны, – не унимался мистер Герман, – понимание мира – ложно, поступки бессмысленны. Чего хотите добиться? Сами хоть понимаете? Вернуть все на круги своя? Зачем?

– Не умеем по-другому, – наконец ответил Нестор.

– Все вы умеете, – мистер Герман скорчил гримасу то ли боли, то ли пренебрежения. Нестор при этих словах вновь задумался об опасениях Наставника по поводу двойного агента. – Все вы можете. Блажь поселилась в ваших змеиных головах. Кто из вас вообще может четко определить, где они, эти пресловутые «круги своя»? Вот кто ты сейчас, малоуважаемый Нестор Иванович? – Нестор только сейчас понял, что его собеседник совершенно не удивлен и не напуган видом змеиной головы величественных масштабов в сантиметрах перед глазами. Если и есть удивление, то лишь касательно самого факта появления, по поводу того, как удалось обойти всесокрушающую мощь «Медного змея». Одно дело – знать о существовании Нагов и противостоять метафорическим силам Раджаса; совсем другое дело – узреть живого Нага воочию. Зреличе для среднестатистического человека, можно сказать, летальное. Мистер Герман видел Нага не в первый раз. Это могло значить, что Наги уже побывали в руках противника – либо в качестве пленников, может, и лабораторных животных, а может, кто-то из Нагов попробовал примерить на себя роль тайного помощника. Вот и Нестор Иванович не остался не узнанным в змеином обличье. Как? По глазам распознал его мистер Герман? Или есть у него распознаватель какой-нибудь, вроде Несторова селфиметра?

– Кто ты сейчас? – настаивал мистер Герман.

– Наг Четвертого дна, – ответил Нестор.

– Нет, Нестор Иванович, – ехидно возразил собеседник. – Ты всего лишь завуч средней школы, учитель высшей категории…

– Это немало, – произнес змей.

– Немало? – поразился Герман. – Немало?! Для кого немало? Для твоей Нины немало? Да она рыдала мне в плечо, жаловалась, какой ты способный, но твердолобый. – При этих словах Нестор почувствовал, как темнота подкатывает к горлу. – Она не говорила так, но имела в виду другое: ты трусливый, Нестор Иванович, ты боишься сделать шаг навстречу счастью. Не своему – счастью своей семьи, Нины, Антона. – Нестор плотнее сжал кольца, Герман теперь уже не говорил – хрипел. – Да нужны ли они тебе? Ты довольствуешься нижайшей социальной функцией, ты на самом дне, Нестор Иванович. Ты – двойка в социальной колоде. Все тебя устраивает, такой важный: ритмы Вселенной стучат в твое сердце, ты ощущаешь амплитуду, по которой раскачивается яблоко Взвеси на ветвях Мирового Дерева, жизнь отдашь, чтобы Взвесь не осела илом. Герой! Живешь в чужом доме, на подачки Кира, на госзарплату. На что уповаешь, горемыка?

– Тебе не понять, – Нестору становилось скучно. Он думал, что делать со своей добычей дальше.

– Куда нам? – прохрипел Герман. – Мы же другого сорта. Мы думаем о личном благополучии, а не о ритме Вселенной. О благе близких и родных, и совсем не принимаем во внимание высокие абстракции, векторы и обобщения. Мы люди, Нестор Иванович. Люди. Мы не забиваем себе голову всякой чушью. Избавься и ты, Нестор Иванович, прочисть голову, выгони тараканов! Будущее, Нестор Иванович! Будущее! Не призрачное будущее какой-то Взвеси, а твое личное будущее. Нина, Антон, – это все не абстракции, Нестор Иванович. Это люди. Близкие тебе, родные люди. Им нужно будущее. Образование сыну, стабильность и уверенность в завтрашнем дне для жены. Все это получишь, все это легко тебе дать. Тебе, семье, вам. Один щелчок пальцев, Нестор Иванович, и ты в тренде. Неограниченные возможности, самые смелые мечты, всеобщее уважение…

– В моей жизни достаточно уважения, – Нестор смотрел на Германа с грустью.

– А чего же не хватает в твоей жизни, Нестор Иванович? Борьбы? Великих свершений? Подвигов? Высшей благородной цели? Есть у нас круизный лайнер, «Флагман». Там живут умные люди. Они всегда в океане, в их мыслях простор, их разум устремляется в такие выси, что куда там вашим Наговым доньям! Проведешь на «Флагмане» две недели, месяц – сколько нужно. Дадут тебе панораму, выроют глубину и систему выстроят. Обретешь ты и цели благородные, и станешь в строй для новых свершений. А может, и возглавишь рати, сам сомкнешь новые ряды, будешь отдавать приказы, вести в бой верных бойцов…

– Верных генеральной доктрине? – спросил Нестор. – Или универсальному эквиваленту?

– А хоть бы и ей! А хоть бы и ему! – прохрипел Герман с вызовом. – Но главное – тебе верных, Нестор Иванович. Иерархия нужна? Будет тебе иерархия – и класс одитинга у сайентологов, и градус масонских лож, и лидерство в партийных структурах, и государственные посты, самые что ни на есть полномочные. И доступ к средствам, Нестор Иванович. Самый широкий доступ к средствам. Не надоел маленький домик в забитом селе? Балбесы твои за партами не надоели? Наглые, не читающие, не думающие? Те, которых ты учишь по учебникам, что написали мы. Которых учишь той истории, что сочинили мы. Пичкаешь их фактами, которые отобрали или создали наши работники, Нестор Иванович. Что можешь один? Нет больше свободной мысли, нет понимания, кончился срок твоей вселенской, ведической мудрости. У каждого своя, маленькая, плосекнькая, зато собственная. Мудрость, – если ее так можно назвать, – пропитанная интернетом, телевидением, кинематографом, искусством и, в том числе, литературой, которые пропитаны нами.

Нестор понимал, что в этой части мистер Герман прав. Не разроешь, не раскопаешь нынче исторической правды. Нет учебной литературы, да и вообще нет книг, свободных от и нежной, и жесткой расчески вездесущего парикмахера – и классика, и даже древний эпос в современных переводах, все заражено. Остались только сказки, устные, из самых корней или придуманные папой, мамой, бабушкой, дедушкой. Но родители разучились рассказывать сказки перед сном. Все сказки смел своей аэродинамической метлой очкастый мальчик со шрамом на лбу. Смел в единую маловразумительную кучу. Именно он и есть тот «Сам-Знаешь-Кто», именно он и есть этот пресловутый «полет смерти». Единственный шанс ввести учеников в мир истинной истории – это талант учителя, его умение выстраивать цепи причинно-следственных связей. Если не будет ярких, уникальных, разумных педагогов, если рухнет эта последняя дамба, то господствующая доктрина окончательно выйдет из берегов, зальет сознание масс липкой и зловонной жижей. На учителей вся надежда, на их прочность, на их личностную глубину и проницательность. Но не на тех работников сферы образования, кто качает уроки из всемирной паутины, кто читает материал по учебнику и прячется от учеников, как за бруствером, за учительским столом. Время тех, кто способен уловить верный ритм и соразмерить собственную поступь с метрономом Вселенной, пусть это и не в ногу с шагающим под громкие барабаны брендов и трендов человечеством. Всегда их время. Вот только много ли таких?

– Не говори мне о вашей силе, Герман, – прошипел змей. – Посмотри вокруг: один Наг и две девчонки распотрошили полроты твоих людей.

– Вы били исподтишка, – Герману было плохо, но он по-прежнему был жив. Кровь больше не текла. Процессы регенерации в его теле были фантастически ускорены. – Если бы тебе не удалось каким-то образом обойти поле «Медного змея», то полсотни моих ребят здесь могли, как в крепости, держать оборону против тысяч. Нас много, Нестор Иванович, чертовски много, и все это, – Герман повел глазами в сторону кровавых луж, – быстро восстанавливаемый ресурс. А в трясетесь над каждым Нагом – найти, инициировать, воспитать. У нас проще – купить.

– Похищать детей – это не бить исподтишка? – Нестор был зол, но говорил ровно: он уже решил, что делать с мистером Германом.

– Сам виноват. Зачем сунулся к Индрину? Что он вообще такое – ваш Индрин? Чего вы с ним носитесь? Он же обычный филолог…

– А значит, интеллигентный человек, – Нестор улыбнулся про себя, вспомнив любимую присказку Наставника. – Неужели, ваш информатор не раскрыл вам «секрет Индрина»?

– Информатор? – делано удивился Герман. – Какой информатор? Совсем Вы запутались, Нестор Иванович. Может, предложите себя на роль нашего информатора? Мы с радостью! Только об этом и мечтаем! Идите-ка Вы к нам, дорогой наш человек! – мистер Герман вновь перешел на «Вы», то ли ёрничая, то ли в лисьих целях.

– Я не ваш человек, – отрезал Нестор. – Не в твоем положении предлагать мне что-либо.

– А какое у меня положение, Нестор Иванович? – округлил глаза мистер Герман. – Я же бессмертный, и это не слова. В буквальном смысле бессмертный. И то, что меня скрутил какой-то упрямый красно-розовый червяк…

– Амарантовый, – прошипел Нестор. – Амарантовый Наг Четвертого дна, наглая сволочь.

– Может, и сволочь, – попытался пожать плечами мистер Герман, но только скривился от боли. – Но сволочь непростая. Укажите мне религию, в которой бог – не сволочь. Нет такой религии. И люди ищущие, разумные, давно и полностью этот факт поняли и приняли. Такие люди всегда пытаются сами, вне каких-либо религий, найти истину. Но даже самые талантливые, самые преуспевшие в поисках искатели со временем упираются лбом в буддизм, тонут в его липких глубинах. Соглашайтесь, Нестор Иванович. Все равно скоро Конторе придет конец. «Молот Нагов» почти готов…


предыдущая глава | Бюро Вечных Услуг | cледующая глава



Loading...