home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


62

Майечка улыбалась мило, но без озорства. Либо Зоенька провела занятие и четко расставила шахматные фигуры на игровой доске конторского флирта, либо Кир заполнил своим вниманием, своей заботливой опекой все инициативные начала младшей кастелянши. Но Нестор явственно ощутил, что перестал быть для Майечки объектом феромонно-гипнотических атак.

Зоенька, как всегда сияла, облачая своего попечителя в зеленый халат и завязывая амарантовый пояс изящным бантом на его животе.

– Шампанского? – привычно предложила Зоенька.

Шампанское было очень кстати. Вчерашний день давал о себе знать. Папин коньяк, мамина настойка лились литрами. Дома Нестор не захотел остановиться, и на столе выстроились все запасы алкоголя, что удалось найти на Кисельной, 8. Выстроились и почти все были приговорены к середине ночи. Сон был тяжелым, пробуждение – хмурым.

Нестору впервые пришлось стать причиной человеческой смерти. Человеческих смертей. Не на поле битвы у Белого Ясеня, где было все понятно, где Наги противостояли торсионным вихрям вирусной информации, паукообразным городским магам и жуткому, практически неуязвимому Деньгону. Не в реальности Небытия миров Трилоки. Нет, лишать жизни пришлось в иллюзорном мире Бытия Взвеси, в стенах мертвой, недостроенной придорожной гостиницы.

В Несторе, как и в каждом Наге, жила неразрешимая антиномия. Когда Нестор читал уроки, составлял расписание или вел педсоветы, он был завучем, учителем высшей категории, работником сферы образования. При этом он оставался Нагом по глубинной сути своей. В нем было активно, в нем настойчиво просилось в разум и в сердце неистребимое умение «видеть душой». Когда Нестор становился амарантовым Нагом, грозным и могучим змеем, то в глубине своей он оставался все тем же Нестором, педагогом, учителем истории. И если Наг был готов уничтожать уродливые порождения цивилизации материи и потребления, детища эпохи селфи, городских магов, то учитель истории был абсолютно не подготовлен к тем кровавым картинам, которые самому же пришлось рисовать на этажах бетонного долгостроя. После «прохода», как выразился Наставник, по этим этажам Нестору было мутно. Бог Дионис сжалился над своим апологетом лишь тогда, когда объем ритуальных возлияний превысил среднедопустимые показатели. Лишь тогда Дионис позволил остыть, забыть, обрести под ногами опору. Но у каждой милости бога есть своя цена – утром Нестор ощутил «отдачу». А потому холодное, играющее пузырьками в тонком бокале золотое шампанское было не просто кстати. Дионис предлагал напиток богов и вновь протягивал дружескую руку во спасение.

Нестор выпил бокал залпом, как водку, а бутылку шампанского взял за липкое горлышко в дорогу.

– Возьми еще одну бутылку, про запас, – попросил Нестор у своего эскорт-секретаря.

– Возьму две! – и Зоенька с готовностью метнулась мимо Майечки, в подсобное помещение за стойкой ресепшена, к винному шкафу. Нестор подумал и двинулся за ней, в царство мягких тюков с Наговой униформой. Майечка понимающе улыбнулась и прикрыла за ними дверь.

– Буду нужна – я здесь, – многозначно напутствовала она Нестора так громко, чтобы Зоенька тоже приняла это сообщение во внимание. Ох, уж эти нравы Раджаса! Ох, уж эта живая энергия! Ох, уж эта искрометная радость действия! Ох, уж это неуемное стремление дарить любовь и неизменно пребывать в светлом поле этого благородного чувства!

Прикрыв дверь, Майечка прислушалась. Радостный женский визг и такой знакомый шорох, происхождение которого ни с чем не перепутаешь. Если мужчина и женщина оказываются рядом, если они здоровы, если они милы друг другу, если бурлит в них желание, если есть настроение и вдохновение, то какие моральные заборы, пусть они трижды окутаны колючей проволокой, в пять слоев покрыты липким мазутом и острым битым стеклом, какие выдуманные догмы, навязанные нормы удержат мужчину и женщину от действий, настолько же откровенных, насколько велико их доверие друг к другу?

Нестор и Зоенька лежали на мягких тюках. Бокалы были не нужны: шампанское Нестор пил прямо из узкого горлышка, стараясь делать это осторожно, так, чтобы сладкое игристое вино не пролилось на пакеты с чистыми халатами. Зоенька лежала рядом, без стыда, жеманства и кокетства, но в позе ее и движениях обнаженного тела проявлялся такой бесконечный эротизм, что Нестор всерьез задумался о втором круге рая.

Вдруг Зоенька улыбнулась, как-то внутрь, про себя.

– Нестор, – позвала она.

– Да? – Нестор приподнялся на локте и заглянул в ее зеленые глаза.

– Хотела тебя попросить…

Зоенька ответила прямым, настойчивым взглядом. Нестор понял, что с ним сейчас говорит не маленькая змейка из его личного эскорта, а Вселенская Справедливость из недосягаемой области Саттва.

– Слушаю, – четко, по-военному рапортовал Нестор.

– Это просьба, не требование, – заверила просветленная Зоенька.

– Что, по сути, одно и то же, – усмехнулся Нестор.

– Что одно и то же, – легко согласилась Зоенька.

– Слушаю, – уже мягче повторил Нестор.

– Соня и Фея, – назвала Зоенька знакомые имена.

– Что с ними? – встревожился Нестор.

– Пусто с ними, – Зоенька села. В таком положении грудь ее была желанной, манящей, и девушка это знала. – Нечестно это.

– Что я могу сделать? Их душой был Семен, – Нестор не удержался и, развернувшись поудобнее, принял в ладонь приятную тяжесть Зоенькиной груди. Девушка не обратила внимания на это проявление нежности.

– Черно-белый Дракон выбрал свой путь, – кивнула, соглашаясь, Справедливость. – Теперь их душой должен стать ты.

– Но как? – искренне удивился Нестор.

– Они расскажут тебе. Примешь их предложение?

– Должен?

– Так будет, – подвела итог девушка и вновь взглянула Нестору в глаза. Нестор понял, что перед ним обычная змейка – они снова были одни. Пора было приниматься за дела.

– Идем, – Нестор встал и подождал, пока змейка подаст ему халат. Когда Зоенька приступила к своим обязанностям эскорт-секретаря, этот ритуал с халатом Нестора раздражал. Он вполне способен был одеваться сам. Но потом понял, что девушке этот жест необходим – таким незамысловатым образом она сама себе напоминала о своей желанной зависимости, о том, что в ее жизни есть мужчина, Наг, главный и неоспоримый. И Нестор смирился с подачей халата и завязыванием банта на животе.

– Не забудь горючее, – бросил Нестор через плечо и заспешил к Наставнику. Кир, наверняка, уже ждал, но, наверняка, понимал причину задержки.

За дверью рыженькой Майечки не было, вопреки ее обещаниям. Ее место занимала другая девушка, шатенка с карими глазами, очень большими и очень добрыми. Нестор посмотрел на нее с удивлением.

– Обманщица ваша Майечка, – шутливо обратился Нестор к своей змейке. – А если бы она нам все-таки понадобилась?

Зоенька надула губки в шутовской обиде.

– Майечка занята, – сказала новая кастелянша и улыбнулась. – Если я могу чем-то помочь, то буду польщена. Меня зовут Стелла. Стеллочка, если угодно.

– Звездочка, значит? – задумался Нестор. – Нет. Стеллочка была у Стругацких, работала с Шурой Приваловым в «НИИЧАВО». Я тебя буду называть Звездочка. Не против?

– Только за! – зарделась Стеллочка, воспринимая эту легкую фамильярность как знак особого внимания.

К удивлению Нестора даже Зоенька мило улыбнулась их новой знакомой и посмотрела на нее с оценивающим интересом. «Ох, жди веселья!» – подумал Нестор и продолжил путь в кабинет Наставника.


предыдущая глава | Бюро Вечных Услуг | cледующая глава



Loading...