home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


64

Оказалось, что труд Индрина в состоянии нейтрализовать исконное противоречие между участниками денежно-торговых отношений и обратить противостояние и вражду (где скрытую, где явную) между ними в стремление к настоящему, природному, а не только декларируемому сотрудничеству.

– Единение под флагом универсального эквивалента, – говорил Кир, – в принципе, не снимает напряженность в отношениях между государствами. Наоборот, поощряет, обостряет ее. Тот, кто обладает бесконечно восполняемым ресурсом, – деньгами, – кто печатает их, тот находится относительно других участников этой игры по заданным правилам в заведомо выгодной позиции. Раньше для этого необходимо было иметь золотые или серебряные прииски, теперь достаточно иметь печатный станок и заставить другие стороны верить, что продукция этого станка – не просто бумага. Государство можно подчинить, завоевать, поймать в сеть кредитов, но внутренние противоречия при этом только усугубятся. Обработка массового сознания позволит прибить противоречия, загнать их в глубину, затонировать, как аптекарская мазь убаюкивает вирус герпеса. Но очередной слякотный сезон – и вновь стремительно растущие опухоли.

Подобное положение дел порождает такое уродливое явление, как экономический коллаборационизм. Интересы своего государства, своего народа бессовестно предаются на волю экономического победителя – того самого обладателя неиссякаемого источника денег. Основным критерием оценки собственных действий становится финансовая отдача. Если я приобретаю материальную выгоду за тот или иной поступок, то я поступлю именно так, не иначе. При этом никакого значения – соотносятся те или иные действия с интересами твоего народа. Я даже не говорю о космическом ритме – его просто никто из таких экономических коллаборационистов не слышит. Мало того, если возникают проблемы с собственной совестью, то их тоже решают при помощи универсального эквивалента и правильной доктрины, подселяемой в сознание. Функция такой доктрины – обозначить субъективно справедливым то, что является объективно несправедливым. Оправдать продажность и подлость высокими идеалами. Именно так начинаются войны, затеваются перевороты, вспыхивают революции. Именно так достояние родной страны кладут на алтарь глобальной политики, обменивая земли, предприятия, ресурсы, людей даже не на бумагу – на абстрактные нули на банковских счетах.

Подобное положение вещей создано искусственно, однако протест вызывает совершенно естественный. Попытка спаять многоликое человечество в единый потребительский монолит, опираясь при этом на противное человеческой природе основание, пробуждает силы, готовые такой попытке противостоять. Тенденции экономического глобализма порождают движение националистического антиглобализма. Доктрина оказывает воздействие на сознание масс, но натыкается на силы более могучие, чем разум и чувства: на базовые, первобытные инстинкты. В частности, срабатывает инстинкт самосохранения. Массовое сознание, подчиняясь на уровне разума и чувств идее экономического глобализма, блокирует эту идею на уровне инстинктов. Нации и народы, народности и племена, этносы всех уровней в стремлении сберечь собственную автохтонность восстают против постепенного стирания уникальных особенностей в пользу приобретения универсальных навыков потребления.

Идея объединения многочисленных народов, разноликих, разноязыких, в великое человечество может наполнить ход истории глубоким содержанием, стимулировать развитие культуры – искусств и наук. Глобализация неизбежна – если мы хотим гордо носить имя «Человечество», то мы должны становиться ближе, добрее по отношению друг к другу. Вот только экономические основания, – а мы уже говорили, что такое, по сути, экономика, – такого объединения не выдерживают никакой критики, поскольку служат прямо противоположным целям: противопоставить, разобщить, разделить. Подчинить, а не объединить.

Вселенский порядок (не тот, новый мировой, который постулируют Отцы глобализации в ее нынешнем виде) ставит перед человечеством ту же цель – взаимопроникновение народов, слияние в единый могучий организм, состоящий из уникальных, многообразных элементов, не враждующих, а взаимодополняющих друг друга, с иерархией не вертикальной, а горизонтальной.

И вот выстроить такие горизонты как раз и позволяет диссертация Глеба Сигурдовича Индрина. Цель та же – пути разные. После нашего совместного сеанса «работы совестью»…

– Ну, Вы были Гермесом, – перебил Нестор. – Кто же был Дионисом?

– Твоя напарница, – с готовностью ответил Кир. – Справедливость. Продолжу. После нашего совместного сеанса снободрствования доцент Индрин должен внести в свою работу некоторые изменения. Взглянуть на проблему под иным углом. Этот иной угол, новый ракурс, позволитустранить парадокс, неразрешимую антиномию между глобалистами и антиглобалистами. Глеб Сигурдович предложит миру свежий принцип: не экономического, неестественного объединения мелких образований в более крупные, а естественный принцип лингвистического единства.

– Лингвистического единства? – переспросил Нестор.

– Неверно я сказал, – внес поправку Кир. – Не предложит новый принцип, а лишь укажет дорогу, направление движения к этому новому принципу. И вот когда поднимется этот шлагбаум, хотя бы в разумах единиц, то дальнейший прорыв будет неизбежен, он станет независим от нас, от деятельности Конторы.

– Все равно, я пока не могу уяснить, в чем именно будет заключаться этот инновационный прорыв, – расстроился Нестор.

– Как иначе? – успокоил Наставник. – Время не пришло. Все мы пока в ожидании и недоумении. Если бы все было так просто, незачем было бы прилагать столько усилий. Ты пытаешься разобраться на бытовом уровне? Не знаю, что тебе сказать. Может, люди перестанут учить иностранные языки на экспресс-курсах, а начнут погружаться в свой язык и уже через его глубинное знание достигать взаимопонимания с представителями других народов? Может, перестанут упрощать один язык ради его доминирования над остальными, а начнут взаимодополнять речь друг друга, чтобы иметь возможность не только подписывать торговые договоры, а проникать в саму суть других народов, населяющих Землю? Может, в оркестре человечества сменят партитуру, удалят с пюпитров темы присвоения, обогащения, перераспределения благ и зазвучит чистый мотив общности и родства? Родство народов нужно искать и находить, но не в экономических интересах ведущих держав, а в органичных, естественных основаниях. И генеральным объединяющим основанием человеческого естества является, безусловно, речь. Что я могу сказать? Мы, мой друг, лишь в самом начале длинного пути.

– Ясно, – кивнул Нестор. – В общих чертах. В самых общих. Удалось разобраться с «Медным змеем»?

– Удалось! – обрадовано заявил Кир. – «Медный змей» позволил нам понять сам концепт их технологий, базовый принцип действия. Аппарат сложный и опасный. Но теперь наши специалисты ищут «противоядие». Если такие же технологии определяют воздействие на нашу природу «Молота Нагов», то у нас есть шанс разработать эффективный антидот. В любом случае, им теперь не застать Контору врасплох. Думаю, через несколько дней каждый Наг получит приборы индивидуальной защиты. И еще, мой друг, – Кир вновь перешел на «Вы». – Скажите, Вам не приходила в голову мысль о том, чтобы сменить работу?


предыдущая глава | Бюро Вечных Услуг | cледующая глава



Loading...