home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


12

А с утра началась наша настоящая жизнь в 19 веке. Мы только успели проснуться, как в дверь деликатно постучали. Это был служащий гостиницы, сообщивший, что на мое имя поступила записка. После этого он вручил мне сложенный вдвое листок бумаги. Я развернул его и прочел, что меня ожидают в 10 часов утра в городском суде для удостоверения сделки по купле-продаже дома. Мы быстро оделись, я и Дима на всякий случай взяли травматические Макарычы, а Олег - Сайгу со сложенным прикладом, которую он обернул курткой, что бы ее было не видно. После этого я рассовал по карманам разгрузочного жилета пачки ассигнаций, из-за которых мы, собственно, и вооружились на всякий случай.

Выйдя на улицу, мы наняли одного из извозчиков, стоявших неподалеку от отеля, и велели везти нас к городскому суду. Если по торцовой мостовой Невского проспекта пролетка ехала еще более-менее терпимо, то когда мы свернули на мощеный булыжником Литейный проспект, тряска стала откровенно раздражать. Как вообще возможно постоянно ездить по булыжнику на экипажах без пневматических шин и со столь жесткими рессорами, даже с небольшой скоростью, мне было тяжело представить. А ведь грузовые повозки не имели вообще рессор.

В здании суда нас уже ждали наши маклер и стряпчий, а так же хозяин дома и его стряпчий. Все бумаги были уже готовы, мы их подписали, работники суда засвидетельствовали сделку и я передал продавцу деньги. Он их дважды пересчитал и выборочно проверил на просвет пару десятков ассигнаций. Мог бы и все проверить, все же банкноты, изготовленные в 21 веке, выглядели даже более настоящими, чем местные. Если их сравнивать, то последние, скорее всего, могли бы выглядеть на их фоне подделкой.

На этом мы расстались с продавцом, а маклера и стряпчего мы пригласили обмыть покупку. И вот тут выяснилось, что мне как князю положено иметь лакея. Хотя бы одного. Дима и Олег по местным понятиям имели статус приказчиков и послать кого-то из них за шампанским и закуской было не комильфо, а бегать самому тем более. Я отговорился, что просто не повез с собой из Америки прислугу, решив нанять ее на месте, но просто не успел это сделать.

В итоге мы на двух извозчиках отправились к купленному нами дому. Там нас уже ждали его работники, многочисленности которых я удивился. Их очень волновало, оставит ли их новый хозяин. Кроме управляющего, имелся дворник, два истопника, швейцар и золотарь. Я их успокоил, что пока они у меня еще немного поработают, но я им не гарантирую, что оставлю их работать и дальше. Они кланялись и обещали мне служить верой и правдой. Дал им каждому по «серебряному» рублю, а дворнику и управляющему по пятирублевой ассигнации. Управляющего я собирался уволить первым, как только он уладит все вопросы, связанные с освобождением дома от арендаторов. А вот дворник, если себя хорошо покажет в работе, должен был не только заниматься поддержанием чистоты во дворе и на тротуаре, но и стать первым сотрудником моей службы безопасности. Традиционно в России дворники были низшим звеном полиции - и как агенты, знающие почти все о жильцах и том, что происходит в доме, и как патрульно-постовая служба, вылавливающая воров и поддерживающая порядок. Стоило свистнуть в свисток и тут же на помощь дворнику или городовому сбегались окрестные коллеги - здоровые мужики, вооруженные метлами. Метла, в основе которой находилась толстая прочная палка, - весьма неплохое орудие для выяснения отношений со всяким сбродом, при наличие соответствующих навыков даже более эффективное, чем резиновые дубинки полицейских и ЧОПовцев будущего. У нас, конечно, будут в доме охранники с огнестрелом, электрошокерами и слезоточивым газом, потому дворнику надо будет не столько самому охотиться на злоумышленников, сколько внимательно наблюдать, за всем, что происходит вокруг дома и собирать информацию у коллег. Вербовочную беседу и инструктаж с ним должен был чуть позже провести Дима.

У управляющего удалось выяснить, что из двадцати квартир в данный момент пустуют четыре. Одна в главном крыле, выходящем на Невский проспект, одна - в боковом, выходящая на Малую Конюшенную, и две скромные квартирки во флигеле во дворе. После этого, я поручил управляющему договориться с квартирантами и арендаторами об освобождении помещений в течение ближайших пары недель. Затем мы послали швейцара за шампанским и закусками, а сами поднялись в пустующую квартиру на третьем этаже. Где и устроили небольшой фуршет по случаю покупки. Угостили маклера и стряпчего шампанским со всякими деликатесами, а те во всю пели мне дифирамбы, явно рассчитывая на новые выгодные для них сделки. Поручил маклеру искать имение для покупки, после чего заявил, что аудиенция окончена и мне надо заниматься делами.

Время было обеденное, но после фуршета есть уже не хотелось. Дима отправился проводить работу с персоналом и жильцами - выяснять кто-есть кто, кто чем может быть полезен, от кого надо быстрее избавляться. Заодно он уведомлял жильцов и арендаторов о предстоящем появлении в доме электричества, водопровода, канализации и центрального отопления. Соответственно, одновременно объявлялось и о повышении стоимости квартир и коммерческих помещений. Коммерческие помещения нужно было освобождать как можно скорее, что бы в них начинать свою коммерческую деятельность. Квартиры же можно было освобождать и постепенно. Их я тоже планировал задействовать, хотя и не сразу - часть для размещения наших офисы, а часть под жилье для наших сотрудников.

А Олегу было поручено вместе с нашим дворником заняться подбором работников в нашу строительную бригаду. Сложность была еще и в том, что местные мастеровые не были знакомы ни с электрикой, ни с установкой металлопластиковых окон, ни с водопроводными и отопительными системами. Более того, они ранее никогда не имели дела с современным инструментом 21 века типа дрелей, перфораторов, бензопил и прочего. То есть Олегу предстояло найти таких мастеровых, которых можно было бы всему этому обучить.

После того, как мои парни разошлись выполнять поручения, я взял предоставленные мне предыдущим владельцем планы дома и начал думать, где что разместить и прикидывать примерный план переделки. Детально реконструкцию дома предстояло обдумывать Олегу.

К вечеру ребята вернулись и доложили о проделанной работе. После этого мы все втроем направились ужинать в ресторан при гостинице, а после ужина перевезли на квадроцикле все наши вещи из гостиницы в наш дом. После этого квадроцикл и прицеп мы разместили в каретном сарае во дворе дома. Ночевали уже в своем доме.

Утром явились найденные Олегом мастеровые, и он вместе с Димой занялся собеседованиями. Я же тем временем, пообщался с нашим дворником, который описал мне необходимые формальности, связанные с регистрацией по месту пребывания, которая существовала в России не только при советской власти, а еще с царских времен. Заодно я ненавязчиво узнал у него про нашего околоточного и других местных сотрудников полиции, которые, по словам дворника, были весьма милыми и добрыми людьми. Затем я нанес визит вежливости в полицейский участок, который находился рядом с Театральной площадью в одном доме с пожарным депо. Сначала меня там встретили достаточно мрачно, но когда узнали, что я новый домовладелец, который просто пришел познакомиться и подружиться, да еще и принес пару бутылок шустовского коньяка... В общем, расстались мы хорошими друзьями и полицейские обещали, что если потребуется их помощь, то я всегда могу на нее рассчитывать.

Когда я вернулся домой, то Олег и Дима еще продолжали собеседования с мастеровыми. Я оторвал их от этого дела, предложив пообедать. Мы пообедали в уже хорошо знакомом нам ресторане при гостинице и во время трапезы обсудили наши ближайшие планы. За обедом Олег предоставил мне полный список того, что нужно привезти для реконструкции дома из XXI века. Просмотрев список, я немного ужаснулся. Мало того, что мои финансы в XXI веке и так были почти полностью растрачены, так еще и возникал вопрос транспортировки всего этого хозяйства от портала в Петербург. И это при том, что урезать список мне не хотелось - практически все было нужно для нашей нормальной жизни в 19 веке. И заменить местными изделиями тоже было невозможно - не умеют делать еще здесь нормальные котлы и алюминиевые радиаторы для систем отопления, сантехнику и электропроводку в полихлорвиниловой изоляции. Даже в резинотканевой изоляции провода не делают, так как электричество здесь пока еще только в стадии лабораторных исследований. Да, пора налаживать межвременную торговлю для зарабатывания денег, а пока надо бы закупить чего-то, что можно было бы толкнуть по приличной цене в 21 веке и желательно компактного.

Потому, сразу после обеда я пошел по магазинам, щедро тратя ассигнации, благо их можно было возить сюда в немалом количестве. Я накупил приличное количество золотых украшений, пройдясь по ювелирным магазинам и беря в каждой понемногу что бы не вызывать подозрений массовой скупкой золота. Кроме того прикупил всяких бронзовых штучек - типа канделябров и статуэток. Вернулся в свой новый дом уже под вечер. Мы с Димой и Олегом сходили в ресторан поужинать и вернулись домой, попили перед сном чай, поболтав за чаем о новостях этого времени, которые Олег и Дима узнали за день, общаясь с народом, после этого отправились спать.

Утром после завтрака, я переоделся в дорожный костюм, вывел из каретного сарая квадроцикл и отправился к нашему порталу. Дорога была уже знакомой и привычной. На заставах уже знали о чудных, но весьма щедрых господах, ездящих на тарахтящей безлошадной повозке. Потому стражники встретили меня радостно, быстренько записали в свои книги и получили от меня по рублю «на обед».

Подъехав к лесу, в котором открывался портал, я по радио вызвал Святослава Григорьевича и уведомил о своем прибытии. Когда я вырулил на знакомую поляну, там уже был готов портал и даже откинута въездная аппарель. Аккуратно подрулив к ней, я на малом ходу въехал в портал и остановился. Затем я слез с квадроцикла и поднял аппарель. Портал закрылся и засвистели воздух в открывшихся клапанах, выравнивая давление. Когда давление в камере сравнялось с наружным, открылись ворота, за которыми меня уже ждал радостный Святослав Григорьевич.

- С возвращением, товарищ князь! - Шутливо поприветствовал он и меня. - поздравляю с успешным возвращением и с началом работы в 19 веке. А я тут, пока вас ждал, кажется, придумал способ финансирования нашей деятельности... относительно законный способ... Формально, конечно, не совсем, но это как посмотреть... Пошли, там уже обед для тебя готов. За обедом все и обсудим.

На кухне меня ждал обед, почти не уступающий ресторанному из 19 века, - солянка, свиной эскалоп с жареной картошкой и огурчиками, салат «оливье» и ароматный чай с бергамотом. Пока я обедал, Святослав Григорьевич разглядывал то, что я привез из 19 века на продажу.

- И как ты собираешься все это сбывать? - Спросил он меня, когда я все доел и перешел к чаю с шоколадными конфетами. - Так, что бы и продать по хорошей цене, и деньги быстро получить, и что бы не кинули, и что бы подозрений не вызвать...

- Есть у меня один любитель антиквариата... - Ответил я, жуя конфеты и запивая их чаем.

- У него свой антикварный магазин? - Поинтересовался профессор.

- Нет, он просто большой любитель и знаток. Просто у него есть связи в антикварных кругах, через которые можно это сбыть, не опасаясь, что покупатель кинет или обманет с ценой. - Пояснил я. - А вы говорили, что у вас появилась своя идея относительно финансирования...

- Да... Достаточно примитивная, вполне в духе марксизма-ленинизма... - Усмехнулся старый ученый. - Я, как вы понимаете, молодой человек, когда-то был членом ВКПб, а затем - КПСС. Марксизм-ленинизм и его философию мне когда-то в институте преподавали, хотя, каюсь, я на лекциях по марксизму-ленинизму не лекторов слушал, а под партой книжки читал по физики и радиоделу, ну и научную фантастику...

Я немного удивился, не понимая, как марксистско-ленинская философия может помочь осуществить финансирование нашего проекта в условиях нынешней капиталистической экономики.

- Вы слышали о лозунге «экспроприация экспроприаторов»? Его еще формулируют более вульгарно - «грабь награбленное.

Я молча кивнул, еще не понимая, куда клонит старый ученый.

- Вижу, что не понимаете. - Святослав Григорьевич озорно улыбнулся. - Я предлагаю просто на просто ограбить банк! Удивились, почему я начал с теории марксизма-ленинизма? Сейчас поясню... Насчет марксизма-ленинизма я немного пошутил, но как говориться, в каждой шутке есть для шутки... Я, явно не марксист-ленинец, а скорее - сталинист. Но, к сожалению, если по теории марксизма-ленинизма написаны горы макулатуры, то теории сталинизма практически нет... Была только практика... Практика потрясающе успешная, но не осмысленная теоретически, а впоследствии искаженная и оболганная... Не везло Вождю с идеологами. Кирова застрелили при загадочных обстоятельствах. Жданова так хорошо лечили кремлевские врачи, что у него отказало сердце. А Суслов, в молодости считавшийся перспективным теоретиком, оказался догматиком и превратил сталинский «творческий марксизм» в марксистско-ленинскую религию периода «развитого социализма. Но давайте, все же ближе к нашим делам. Давайте я еще вам чаю налью. Вон там в коробке еще конфеты есть...

Старик налил мне еще чаю, достал из шкафчика коробку с конфетами и продолжил свое повествование.

- Ну так вот... Отмечу, что одной из основ сталинской политики была максимальная эффективность хозяйственно-экономической деятельности, а вовсе не «рабский труд заключенных». Разумеется, главным фактором эффективности сталинской экономики была плановая система, позволявшая осуществлять долгосрочные стратегические проекты, развитие науки и общества. Но при этом Сталин не был догматиком и использовал частную инициативу на пользу обществу.

- Артели? - Спросил я.

- Да, артели. - Кивнул старый ученый и продолжил. - То есть Сталин не исключал элементов капитализма, которые шли на пользу. Ну а теперь о банках. Банки были необходимы для экономики в период становления промышленного капитализма, концентрации капитала. В тот период они, аккумулируя капиталы вкладчиков могли финансировать строительство крупных промышленных предприятий, которое не потянули бы отдельные предприниматели. Банковская система в экономике выполняет две функции - обеспечивает расчеты между субъектами экономики и кредитует их. С первой функцией достаточно понятно, однако замечу, что это функция сервисная, типа курьерской службы или компьютерной техподдержки. А что касаемо кредитования, то у него две стороны. С одной стороны это может быть инвестированием в развитие, а с другой стороны это вульгарное ростовщичество. Поясню. Для того, что бы кредитование обеспечивало бы развитие, во-первых, средства должны выделяться именно на развитие, а во-вторых, что очень важно, ссудный процент должен быть либо небольшим, либо вообще отсутствовать. Так осуществлялось кредитование предприятий Госбанком в плановой экономике. Целью Госбанка было не получение прибыли, а обеспечение промышленности средствами для развития. Но частным банкам важна лишь нажива, а не развитие экономики. Потому, они стараются выжать максимальный процент, сведя рентабельность кредитуемой деятельности к минимуму. Получается, что предприятие, отдав кредит, отдает банку почти всю прибыль, а для дальнейшего развития нужно опять брать кредит. Оставшейся после выплаты процентов прибыли на развитие уже не хватает. А многим предприятиям не хватает не только на развитие, но и вообще на продолжение деятельности. Таким образом, большинство предприятий вечные должники банков. О каком развитии экономики можно говорить в такой ситуации? В такой ситуации экономика обречена на вечный кризис! Вечный! Просто он то чуть ослабляется, то вновь затягивает на горле экономики удавку ссудного процента. Да и кредитуют банки не то, что способствует развитию экономики и общества, а то, что приносит больше прибыли. Банкам выгоднее выдавать кредиты на покупку никчемных айфонов. Кроме того, долговая кабала значительной части населения имеет крайне негативные социальные последствия. Это депрессивное состояние людей, вызванное переутомлением и стрессом из-за необходимости где-то изыскать средства на ежемесячные платежи. Итогом являются сердечно-сосудистые заболевания, то и вообще самоубийства. А кроме того, закредитованность среднего класса негативно сказывается на рождаемости, да и вообще на семье. Ну какая семья и дети, если человеку приходится работать от зари до зари и расплачиваться с банком. Таким образом, банки подавляют общество и экономику, перекачивая деньги из семьи и производства в непроизводственную спекулятивную сферу. Если они чего и вкладывают в экономику, то потом выкачивают намного больше. Потому от частных банков пользы практически нет, зато вред огромен.

- Я тоже думал об этом. - Сказал я. - Там, в 19 веке, когда мы возьмем власть и начнем глобальные преобразования, то вся банковская сфера станет государственной монополией. Будет единая государственная банковская система, обеспечивающая денежные расчеты и осуществляющая кредитование, направленное на развитие промышленности, сельского хозяйства и общества.

- Правильно! - Одобрил Преображенский. - Но пока тут в 21 веке господствует либеральный миф о якобы полезности частных банков. И под прикрытием этого мифа банки грабят народ и производственную сферу. А посему...

Старый ученый сделал театральную паузу и хитро улыбнулся.

- А посему нет ничего плохого в том, что бы изымать у банкиров часть средств на хорошее дело. Тем более эти средства не заработаны ими путем создания материальных или нематериальных благ, а просто отобраны у тех, кто их реально заработал. Ссудный процент, с моей точки зрения, является узаконенным воровством, так же как религия - узаконенным мошенничеством. - Резюмировал старый ученый.

- Полностью согласен! - Кивнул я и, немного поразмыслив, продолжил рассуждения на эту тему. - Ведь действительно, если просто отбирать у кого-то деньги, то это карается Уголовным Кодексом статья 158, ибо принцип неприкосновенности частной собственности - одна из основ либеральной идеологии. А вот если человека заставить взять в долг под проценты и потом отбирать у него деньги в качестве ссудного процента, то с точки зрения либеральной идеологии это является законным бизнесом. Так же как религия - если человека обманом заставить отдать деньги, то это мошенничество. А если обман назвать «религиозным убеждением» и объявить «святым», то это уже мошенничеством не считается...

- Более того, если издать книжку, в которой будут негативные оценки какой-либо национальности, кроме, разумеется, русской, либо какой-либо религии, то это может быть расценено как экстремизм. А вот если книжка, в которой не только масса призывов к ненависти по отношению к иным нациям и иным верованиям, но и открытым текстом идут призывы к убийствам, в том числе и в особо жестокой форме, в том числе женщин и детей, но эта книжка является основой идеологии крупной секты, объявившей себя «традиционной религией», то эта книжка издается миллионными тиражами искать в ней экстремизм нельзя. Вот в этом и проявляется лицемерное двуличие либерализма. Свободу они требуют лишь для себя, для остальных кредитное и религиозное рабство. Свобода слова у них опять же только для себя. Если какая-то информация либералам не нравится, то они ее требуют ее запрета. Да и неприкосновенность частной собственности только для себя. Кстати, еще один важный аспект деятельности ростовщической кодлы. Ведь если у человека или предприятия все хорошо, то он не будет брать кредит. Для того что бы взяли кредит нужно заставить нуждаться в деньгах, то есть постоянный кризис не только результат деятельности банкиров, но та питательная среда в которой они размножаются... в смысле, действуют. Второй фактор, способствующий ростовщичеству - внушаемость населения, позволяющий втюхивать кредиты с помощью рекламы напрямую либо навязывая покупки в кредит. А условием внушаемости является понижение уровня критического мышления и неспособность к анализу, чему способствует религиозность... Ладно, мы с тобой чего-то опять отошли от темы и почти как коммунистические болтуны ударились в абстрактную философию... Давай ближе к делу...

- Если я вас правильно понял, Святослав Григорьевич, то вы предлагаете каким-то образом заставить банкиров с нами... так скажем... поделиться...

- Совершенно верно. - Кивнул старый ученый. - Я предлагаю тривиально их грабить. Однако, учитывая, что имеющиеся у них деньги уже являются награбленными, то мы уже будем не грабить, а изымать награбленное.

Я призадумался. С той подготовкой и опытом, которые получил Рагнар за годы службы в Центре Специального Назначения, организация ограбления банка или, тем более, кареты с деньгами, не такая уж сложная задача. Если взять еще нескольких таких ребят либо натаскать пяток ловких парней прямо там в 19 веке. Да если еще использовать современные технические средства, типа слезоточивого газа и свето-шумовых гранат, можно не то что никого при этом не убивать, а даже и не калечить. Риск, конечно был... Но меня остановил тот момент, что те ассигнации, которые мы получим в банке, нам намного легче просто купить здесь. А денежные средства в золотых и серебряных монетах надо тащить сюда и здесь как-то сбывать. И опять же, легче привезти отсюда ассигнации, там как-то их обменять на монеты и привезти сюда монеты.

- Вы предлагаете устроить экспроприацию по методу товарищей Джугашвили и Камо? - Спросил я у Преображенского.

- Нет, не совсем. - Улыбнувшись, ответил он. - Они были в молодости ребята лихие и готовые на все ради дела революции. Мы же с вами люди серьезные и на нашей стороне научно-технический прогресс. Я предлагаю потрошить банкоматы, а если повезет, то и банковские хранилища, залезая в них при помощи небольшого микропортала из 19 века. Ведь там, где сейчас городские кварталы, в которых находятся банкоматы, в то время были поля и леса. Вычисляем место, где в нашем времени стоит банкомат. Выезжаем туда. Включаем портал, заглядываем через него, уточняем место и затем открываем портал уже внутри банкомата. Работать можем не только в России, но и в Прибалтике, Финляндии и Польше. За границу Российской Империи я бы не рискнул вывозить нашу аппаратуру.

- Великолепная идея! - Одобрил я. - Можно использовать ту установку, которая у нас в фургоне стояла. Сам фургон пока туда не пролезет, но мы можем протащить установку по частям, собрать ее уже там. А вместо автомобиля смонтировать ее внутри конной повозки. Ездить, конечно, оно будет медленно, зато не вызывать в 19 веке лишних вопросов.

- Я примерно что-то в этом духе и предполагал. - Сказал Преображенский. - Думаю, мы так сможем быстро денег намолотить на одних только банкоматах. Грабить магазины, а тем более какие-то производственные фирмы, мне совесть не позволит.

- Мне тоже. - Кивнул я. - А из банков мы в первую очередь будем выбирать тех, кто либо с либералами теснее связан и тех, кто больше всего людей обдирает. Начнем, думаю, с Альфа-банка. Эта шайка должна быть наказана за попытку обанкротить Уралвагонзавод сразу после того, как это предприятие выпустило первую партию танков «Армата».

- Да, помню ту историю. - Кивнул старый ученый. - Все это выглядело именно как месть врагов нашей страны заводу, который вопреки всем неблагоприятным экономическим факторам, сумел совершить прорыв в танкостроении. Вредительство откровенное. При Сталине бы этих банкиров бы сразу бы к стенке поставили... Согласен, этих надо первыми наказывать!

- Тогда завтра начинаем подготовку к работе...

- Я уже кое-что успел подготовить. - Сказал Преображенский. - А потом, когда появятся деньги, сделаем портал побольше и пригоним сюда несколько Камазов. Один - кунг с генератором портала и прицепом с дизель-генератором. Второй - жилой и штабной кунг. А еще два-три транспортные и топливозаправщик, так как в 19 веке нет бензоколонок. Можно будет всяких полезных вещей поприватизировать. В первую очередь то, что сложно просто так купить. Я имею в виду оружие. Ведь нам в 19 веке потребуется вооруженный отряд, а накупить охотничьих карабинов в таком количестве будет проблематично. Грабить склады нашей родной армии я не хочу, а вот Прибалтика и Украина... Зачем им там оружие? Оно там лишнее.

- Совершенно правильно! - С радостью поддержал я профессора, поняв после этой беседы, что наша деятельность теперь пойдет намного успешней и активней.

Закончив трапезу, я погрузил коробки с товаром из 19 века в свой Мерседес и поехал в город. Припарковав машину возле дома, я оставил коробки с бронзовыми изделиями в машине, а коробку с золотом взял с собой. Поднявшись в квартиру, я прошел в свой домашний кабинет, уселся за стол и включил компьютер. Пока он загружался, набрал номер своего друга, увлекавшегося антиквариатом.

- Слава Путину, партайгеноссе! - Поприветствовал я его.

- Во истину слава! - Ответил товарищ по партии и сразу спросил. - Чего вчера на конференции не был?

А я и забыл уже про то, что вчера должна была пройти районная партконференция «Единой России».

- Да, занят сильно... Все бизнес, бизнес...

- Жаль, давно не виделись. Могли бы после конференции посидеть, кофе попить, поболтать...

- Можно сегодня посидеть, кофе попить да поболтать. - Ответил я. - Тем более нужна твоя консультация...

- По гражданскому или по уголовному?

- По антикварному! - Засмеялся я. - Ты мне нужен не как юрист, а как тонкий ценитель и знаток прекрасного!

- Это я всегда за... Тебе просто так ради интереса нужна консультация или у тебя чего-то на продажу есть?

- Есть кое-то на продажу. Могу подъехать прямо сейчас.

- Подъезжай, буду очень рад тебя видеть.

Уже начинались вечерние пробки, и дорога до центра города заняла у меня более часа. Мы посидели в кафе, выпили кофе с пирожными, поболтали о том, о сем. Затем я показал товарищу то, что привез из 19 века. Он восхитился великолепным состоянием вещей, долго пытался понять новодел ли это или просто так хорошо отреставрировано. Часть вещей он определил как новодел, но очень-очень хороший, а часть как настоящий профессионально отреставрированный антиквариат. Это он определил по тому, что «сейчас так уже никто не делает». Он сразу же созвонился со знакомыми ювелирами и антикварами и остаток вечера мы с ним развозил товар по адресам. Сбыть удалось все за исключением нескольких вещей, которые Виктор попросил продать ему. Я не стал продавать, а просто их ему подарил в добавок к той комиссии, которую он получил за помощь в сбыте товара. Сумма получилась приличная - три миллиона рублей и почти две сотни тысяч евро.


предыдущая глава | Император самовыдвиженец | cледующая глава



Loading...