home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


22

Молли и кошачье кафе

На следующий день «Кафе Молли» открылось для посетителей. Я почувствовала, как волнуется Дебби, когда она дрожащей рукой повернула табличку «Открыто» на двери и встала к прилавку, наблюдая за снующими мимо окна людьми. Четверг в Стортоне был рыночным днем, поэтому на улицах было людно. Но кафе пустовало, прохожие равнодушно скользили взглядом по вывеске и спешили на площадь. Сидя на своей подушке, я мысленно накликала дождь, чтобы он загнал всех под крыши, но над головой упрямо синело чистое, без единого облачка, небо.

Подошло время обеденного перерыва, и дверной колокольчик, наконец, звякнул. В кафе вошла пара с маленьким ребенком. Девочка тут же присела и стала разглядывать цепочку розовых следов на полу. Она проследила ее до самого конца и уткнулась взглядом в меня, царственно восседающую на подушке. «Киса!» – восторженно завопила малышка, показывая на меня пальцем и хлопая в ладоши, под смех умиленных родителей.

Дебби принесла из кухни высокий детский стульчик, и семейство расположилось за столиком у окна, на котором я лениво умывалась на своем розовом ложе. Девчушка наклонилась и запустила ручонку в мою шерсть, и я заметила, что Дебби в панике смотрит в нашу сторону. Я не выразила недовольства, лишь чуть-чуть дернула хвостом, как тут же подоспела мать девочки и уговорила ее ослабить хватку.

– Не хотите ли попробовать наши десерты? – предложила Дебби, убирая быстро опустевшие тарелки. Плавным жестом она обвела пирожные и пудинги на витрине прилавка и просияла, когда посетители соблазнились на два шоколадных брауни и мороженое.

При виде людей, сидящих за столиком у окна, прохожие будто осмелели и начали подходить к дверям, изучая меню и заглядывая в окно. К середине дня рынок начал потихоньку сворачиваться, и теперь колокольчик звенел почти непрерывно – усталым покупателям требовался отдых и подкрепление в виде кусочка торта. Посетители негромко переговаривались, и я слышала, что они хвалят интерьер и внимательно изучают обновленное меню. Забыв про тяжелые сумки, люди расслаблялись в спокойной обстановке, а я неторопливо прохаживалась между столами, ко всеобщему восхищению. К вечеру меня начало клонить в сон, и я задремала на подоконнике под убаюкивающий звук приглушенных голосов и тихий смех.

На следующий день после работы зашла Джо, как всегда по пятницам, и принесла большой пакет готовой еды.

– Подруга, мне положительно нравится, что ты сделала с этим кафе! – воскликнула она. – Особенно восхищает цвет стен. Не идет ни в какое сравнение с той унылой серятиной, которую ты поначалу приглядела.

– Да-да, ты оказалась права, Джо, – и хватит уже мне об этом напоминать, – отозвалась Дебби, выгружая – во второй раз за вечер! – тарелки из посудомойки.

Джо разложила еду, пока Дебби заканчивала уборку на кухне.

– Ну, рассказывай, как идут дела? Смена декораций себя оправдала? – осведомилась Джо, когда они уселись за стол.

– Потихоньку-полегоньку. Сегодня было двенадцать полных обедов, и потом еще восемь заказов поменьше, с чаем.

– Это переломный момент в твоей жизни, Дебби, я это чувствую! – обрадованно заявила Джо.

– Искренне надеюсь, что ты права, Джо. Провала я просто не переживу, ведь я вся в долгах, – и Дебби чиркнула себя по горлу. – Плюс еще предстоит менять бойлер.

Джо задумчиво кивнула, не отрывая взгляда от Дебби, а та вздохнула и отпила вина из бокала.

– Кстати, Джон заходил полюбоваться на эту красоту? – осторожно спросила Джо.

Дебби мгновенно ощетинилась.

– Нет, а с какой бы стати?

– Ну, мало ли, может, пробегал мимо да и заглянул на огонек, снять пробу, знаешь, как это бывает…

Дебби бросила на подругу возмущенный взгляд.

– Я имела в виду только еду, а ты о чем подумала? – прыснула Джо.

– Вообще-то, на днях он мне прислал эсэмэску, – призналась Дебби.

Джо жадно уставилась на нее, изображая преувеличенное нетерпение.

– Выкладывай.

– Ну, он вроде как предложил сходить в бар, но у меня времени не было отвечать, а потом совсем из головы вылетело.

Откинувшись на стуле, Джо не сводила с подруги глаз.

– Из головы вылетело? – повторила она, словно не веря своим ушам.

– Ох, Джо, вот не начинай. Наверняка он просто хотел поторопить меня с бойлером.

– Разумеется, – саркастически согласилась Джо. – Конечно, я просто уверена, он всех своих клиентов приглашает в бар, просто чтобы напомнить им, что пора менять бойлер.

Дебби закатила глаза.

– Умоляю, Джо, хватит об этом, хватит, и все!

Повисла неловкая пауза. Джо цедила вино, а Дебби ковыряла вилкой еду в своей тарелке. Наконец, Джо нарушила молчание.

– Ну что я такого сказала? Только то, что парень он славный, и это само по себе заслуживает внимания. И он не член Клуба любителей игры в шары. И это тоже заслуживает внимания. – Джо прижала к губам палец, показывая, что больше не намерена распространяться на эту тему, а затем поднялась и отправилась на кухню за новой бутылкой вина.

Когда она вернулась, Дебби со вздохом положила вилку на стол.

– Ладно, Джо, сдаюсь, он и впрямь очень симпатичный. Но я это уже проходила, понимаешь? Мой бывший тоже был очень симпатичным парнем, и ты сама знаешь, чем все это кончилось.

Джо кивнула, признавая, что Дебби в чем-то права.

– И все же, как ты это проверишь, если не дашь ему шанс? – тихо спросила она.

– Не могу я больше рисковать… Из-за Софи, – решительно сказала Дебби, и на глаза у нее навернулись слезы. – Впервые за… я даже не соображу, за какое время… она начала со мной разговаривать, а то все только кричала на меня. Именно сейчас ей просто необходима стабильность, и если это означает, что я должна отложить до поры до времени свои личные дела, значит, я их отложу.

Поздно вечером, лежа на одеяле рядом с Дебби, я обдумывала эти ее слова. Я не могла не заметить ее смущение и неловкость, когда разговор зашел о Джоне. И то, как она пыталась сменить тему. Как и Джо, я была неприятно поражена тем, как Дебби отмахнулась от Джона, и тем, что она ни под каким видом не желает дать ему шанса.

Впрочем, возможно, Дебби права, и появление Джона в ее жизни плохо отразится на Софи. Я ведь тоже в последнее время замечала в девочке перемены, причем они касались не только ее отношения ко мне. Софи казалась теперь более спокойной, уравновешенной, меньше злилась. Она даже делала попытки навести порядок у себя в комнате. Мне больше не приходилось лавировать между грудами учебников и разбросанной обувью, да и найти на диване место для дневного сна стало легче. Я не могла вспомнить, когда в последнее время просыпалась от хлопанья дверей. Меня давным-давно не величали блохоловкой, и скандалов с Дебби не было вот уже несколько недель. Чем бы ни были вызваны перемены в отношениях с Софи, я так же радовалась им, как Дебби, и так же, как она, надеялась, что это надолго. И если Дебби считает, что поход с Джоном в бар может все испортить и нарушить это хрупкое равновесие, то я просто обязана ей верить.

С приходом весны Стортон начал оживать. На улицах появились туристы и отдыхающие, которым не терпелось потратить деньги в небольшом живописном городке. Конечно, в рыночные дни у нас всегда было многолюдно. Но и в те дни, когда рынок был закрыт, кафе не пустовало – часов с одиннадцати посетители шли непрерывным потоком. С неделю Дебби просила Софи помогать ей в кафе после школы, но, взвесив все за и против, признала, что одним им не справиться, и наняла молоденькую официантку.

От такого наплыва клиентов Дебби сильно уставала, да и для меня это оказалось утомительным. Я стала дольше спать, то на своей подушке на подоконнике, то – особенно в теплые солнечные дни, когда на окне становилось слишком жарко, – в коробке за печью. Когда мне хотелось размять лапы, я степенно прохаживалась по кафе, лавируя между ножками стульев и поглядывая, не обронил ли кто случайно кусочек тунца или пирожного.

Посетители частенько расспрашивали обо мне, и Дебби охотно рассказывала, как нашла меня в проулке и решила назвать кафе в мою честь.

– Только не позволяйте ей себя дурачить, она совсем не голодная, – предупреждала Дебби и грозила мне пальцем, пока я пожирала глазами сэндвичи или булочки со взбитыми сливками в их тарелках. – Просто жадничает в последнее время. Смотри, красотка, скоро придется посадить тебя на диету!

Клиенты дружно смеялись, а я, невозмутимо распушив хвост, горделиво шествовала к себе на подоконник.

Как-то субботним вечером, закрыв кафе, Софи с Дебби болтали, как подружки. Я легла в коробку, намереваясь заснуть, но никак не могла удобно устроиться – все тело точно одеревенело. Решив, что стоит немного размяться, я спрыгнула вниз и направилась к столикам в надежде отыскать упавшие на пол крохи. Софи сидела у прилавка, переговариваясь с матерью через кухонную дверь. Осторожно пробираясь между столиками, я поймала на себе ее внимательный взгляд.

– Мам, кошка как-то странно ходит, – сказала она озадаченно.

– В каком смысле она странно ходит? – весело откликнулась Дебби. Она выглянула в зал, держа на весу руки в резиновых перчатках, с которых падали хлопья мыльной пены. – Да нет, вроде все как обычно.

И она вернулась к уборке. Между тем, спина у меня одеревенела еще сильнее, и к этому добавилась тупая ноющая боль, которая не проходила, как я ни старалась размяться.

Я дошла до подоконника, с большим трудом взобралась на него и легла на подушку. Занявшись своим туалетом, я аккуратно умыла лапы и мордочку, но едва повернула голову, чтобы вылизать лопатки, как все мое тело внезапно пронзила острая боль. Я вскрикнула от неожиданности и краем глаза заметила, что Софи, привстав с табурета, испуганно смотрит на меня. Боль сменилась невыносимым давлением в животе. Я закрутилась на подушке, но мне никак не удавалось найти удобную позу, чтобы избавиться от неприятных ощущений. В конце концов я легла на бок и постаралась дышать помедленнее.

Софи направилась ко мне.

– Молли, с тобой все в порядке? – дрожащим голосом спросила она.

Меня скрутило так, что стало не до ответа, хотя забота Софи глубоко меня тронула. Боль и напряжение все нарастали, и мне казалось, что я того и гляди взорвусь. Как раз в тот момент, когда подошла Софи, давление стало таким сильным, что мне ничего не оставалось делать, как начать тужиться.

Я услышала вопль Софи.

– Мама! – кричала девочка. – Иди сюда, скорее! Молли только что… лопнула!

Дебби влетела в зал, все еще в желтых резиновых перчатках. Она подбежала к подоконнику и посмотрела на меня.

– О господи! – воскликнула она, переменившись в лице. – Она не лопнула, Софи, она рожает!


предыдущая глава | Молли и кошачье кафе | cледующая глава



Loading...