home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ГЛАВА 19

Утро выдалось холодным, дождливым и серым. Сара проснулась, опять увидев страшный сон о Брайане. Она села, ловя ртом воздух, когда ударил гром и дождь забарабанил по крыше. Она обняла подушку и долго сидела, раскачиваясь, и плакала. Никогда еще ей не были так нужны любовь и ласка Дэмьена.

Когда мучительные видения окончательно исчезли, она вспомнила, что у нее не было кошмарных снов и за это пребывание в прошлом. Очевидно здесь, в настоящем, нет защиты от терзающих ее демонов. Конечно, в прошлом тоже есть страшное, например колдовство, которое она обнаружила в доме. Но ни гри-гри, ни зловещий голос не могут так надрывать душу, как этот сон. Ответы, которые ей нужны, где-то здесь, в настоящем, но истинная любовь и исцеление — там, где Дэмьен. А теперь, когда она, вероятно, носит его дитя, ей во что бы то ни стало нужно расстаться с горем и отчаяньем. Она должна идти навстречу любви, самоутверждению, навстречу новой жизни.

Она начала одеваться, когда позвонил Билл, чтобы проститься. Они поговорили коротко и неловко, и на этом все кончилось. Билл уезжал в Атланту, и она поняла, что больше он не будет искать с ней встреч. Трубку она повесила с большим облегчением.

В то же время появление Билла заставило ее осознать, что, если она действительно хочет постоянно жить в прошлом, нельзя просто взять и повернуться спиной к настоящему. Нужно сделать кое-какие распоряжения о наследстве. А как же родители? Можно ли объяснить им, как круто изменилась ее жизнь, когда она приехала в Луизиану? Можно ли объяснить им, что она любит их, но в то же время ее жизнь, ее будущее — в другом веке? Если она скажет правду, они обязательно решат, что у нее опять нервный срыв.

Тем не менее, прежде чем устраивать будущее, нужно найти ответы на вопросы касательно прошлого. Сохранились ли в округе какие-либо документы об их браке с Дэмьеном? Или об их смерти? Она содрогнулась, подумав об этом.

Съев приготовленный Эбби завтрак, Сара надела серые шерстяные брюки и свитер, завязала волосы «конским хвостом» и, прихватив зонтик и надев плащ, вышла из дому. Она поехала в город, решив для начала побывать в здании, где помещаются окружные власти.

Находились они в кирпичном доме в середине площади. Когда Сара подъехала, все еще шел дождь. Она поспешила к импозантному зданию, а ледяные ручейки хлестали ее по спине и барабанили по зонту.

Войдя внутрь, она закрыла зонт и содрогнулась. Здесь было темно и пахло смесью дождя и пыли. Молодой чернокожий уборщик подметал коридор.

— Извините, — сказала Сара, — не скажете ли вы, где хранятся окружные документы?

— Третья дверь направо, мисс, — ответил тот.

Сара подошла к двери, на которой висела исцарапанная стеклянная табличка с надписью «Окружной письмоводитель». Там за конторкой сидела полная женщина с серебряными волосами. Она что-то записывала в большую книгу.

— Доброе утро, мисс. Чем могу быть полезной?

— Доброе утро, — улыбнулась Сара. — Меня зовут Сара Дженнингс. Я унаследовала плантацию Дэвисов неподалеку от города.

Женщина закрыла книгу, встала и, обойдя вокруг конторки, протянула Саре руку.

— Слыхала о вас. Вы — кузина Эрики Дэвис, значит. А я — мисс Фейс Хэмильтон, письмоводитель.

— Рада познакомиться. Вы знали мою кузину?

— Конечно. Мы с ней принадлежали к одной церкви. — И окинув Сару любопытным взглядом, женщина добавила: — А знаете, один раз, когда мы пили чай у Эрики, она показала мне вашу прелестную картину. Это ведь ваша картина, да?

Сара вспыхнула от этой похвалы.

— Да, моя. Удивительно, что вы ее запомнили.

— Ах, милочка, картина — просто чудо. Эрика так гордилась, что вы ей подарили ее. — Женщина издала звук, похожий на кудахтанье. — Так жалко, что она умерла, но что же делать. Она прожила долгую славную жизнь.

— Да, это так.

— Ну, так чем же могу быть вам полезной?

Сара покусала губу.

— Видите ли, я пришла сюда потому, что собираю сведения о тех местах, которые я унаследовала. Особенно меня интересует семья Фонтэнов, которые когда-то жили в старом доме к северу от дома мисс Эрики.

Полная женщина нахмурилась и уперлась пальцем в щеку.

— Вы говорите о доме с привидениями?

— Да, кажется. — Сара засмеялась.

— И утверждаете, что там жили люди по фамилии Фонтэн? — недоверчиво продолжала женщина.

— Да.

Мисс Хэмильтон отрицательно покачала головой.

— А можно узнать, откуда вы взяли это имя, мисс Дженнингс? Я прожила в Меридиане сорок лет и веду окружные записи почти тридцать лет. И ни разу не слыхала ни о каких Фонтэнах.

Сара быстро придумала объяснение:

— Я полагаю, что это имя упоминается в каких-то бумагах и актах, относящихся к этой плантации. М-р Болдуин, который вел дела моей кузины, показывал мне эти документы.

— Ах, вот как. — Фейс Хэмильтон, кажется, отнеслась к объяснениям Сары с полным доверием.

— Во всяком случае, — торопливо продолжала Сара, — мне нужны сведения, начиная с середины прошлого века и до начала этого. Записи о рождениях, смертях, браках — все, что связано с Фонтэнами.

— Ах, дорогая моя. — Мисс Хэмильтон сразу сникла. — Боюсь, вас ждет неудача. Старое здание окружной управы сгорело дотла в 1910 году. Через год построили этот дом. И все записи до 1910 года, увы, пропали.

— Не может быть!

— Конечно, можно съездить в Батон-Руж и посмотреть, что сохранилось там. Но думаю, и там мало что можно найти, раз вы собираете сведения о прошлом веке. В наших краях рождения, браки и смерти по-прежнему записывают зачастую только в семейных библиях.

— Понятно. — Сара помрачнела. Потом спросила: — А могут сохраниться какие-либо записи в городских церквах?

— Да, конечно; но я не могу поручиться за их полноту и аккуратность. Зайдите в кабинет местной истории в библиотеке. Там раньше было Историческое общество.

— Было?

— Историческое общество — детище Целесты Будро. При жизни она собрала целую коллекцию материалов по здешней истории. Но когда она умерла пять лет тому назад, общество испустило дух. Дочь Целесты переехала в Новый Орлеан и, кажется, подарила все тамошнему музею.

— А как тот музей называется?

— Боюсь, я этого не знаю, дорогая.

— А как найти дочь Целесты?

— Тоже не знаю. Но я могу поспрашивать у здешних жителей которые входили в группу Целесты по изучению Библии, и, конечно, у кого-то из них окажется адрес Энн в Новом Орлеане. Скажите, что нужно узнать, а я попробую. Может быть, вы заедете на той неделе?

— Заеду, — улыбнулась Сара. — Спасибо за помощь, мисс Хэмильтон.

Полная женщина замахала ручками.

— Что вы, это доставит мне удовольствие. Так замечательно, когда кто-то интересуется историей нашего края. Это нечасто здесь встречается.

Женщины распрощались, и Сара ушла. Идя по сумрачному коридору к двери, она совсем пала духом. Оказывается, найти сведения о Дэмьене и его семье гораздо труднее, чем ей представлялось, особенно если учесть, что интересующие ее документы превратились в пепел много лет тому назад.

Уборщик выступил вперед, чтобы открыть перед ней дверь. Сара взяла себя в руки и улыбнулась»

— Находить, что нужно, мисс? — спросил он.

Несколько удивленная этим вопросом, она покачала головой.

— Нет, к сожалению. Записи, которые мне нужны, давно сгорели.

Она уже выходила из двери, когда он окликнул ее.

— Послушайте, мисс!

— Да? — обернулась она.

— Если вы иметь проблемы, ступать к мадам Тю.

— Мадам Тю? — губы у нее изогнулись от любопытства и изумления.

— Мадам Тюше.

— Ах да, — ответила Сара со смехом, — мадам Тюше, гадаю и даю советы. Я видела ее вывеску на окраине.

— Она помогать моей жене, — нерешительно добавил человек, переступая с ноги на ногу.

— Помогла? Ну что ж, спасибо за совет, — вежливо ответила молодая женщина.

И раскрыв зонтик, вышла на улицу и стала осторожно спускаться по каменной лестнице. Дождь так и не перестал. Вспомнив о странном совете, Сара покачала толовой. Кажется, он говорил искренне.

А может быть, она платит ему, подумала она цинично. Может, он получает гонорар за каждого присланного к ней простофилю. При мысли о том, чтобы пойти к гадалке, Сара закатила глаза, представив себе увешанную золотыми украшениями женщину в тюрбане, которая смотрит в хрустальный шар, гадает по чайным листочкам и по руке. В жизни Сара не интересовалась такой ерундой. И потом, как она объяснит гадалке, что с ней происходит? Поразмыслив, Сара решила припрятать этот совет в памяти.

Следующая остановка била у католического храма св. Джерома. Сара припомнила, что Олимпия неоднократно ездила к мессе в соседний католический храм. А в доме Сара видела распятия и четки из бусин. И хотя она знала, что Дэмьен, как и она сама, разочаровался в официальной религии, она от всей души надеялась, что в храме найдутся записи об интересующей ее семье.

Но и тут ее ждало разочарование. Молодой и полный желания помочь священник, к которому она обратилась, сообщил, что в церкви записей того периода мало, если вообще они есть. Эта церковь была единственным католическим храмом в округе в XIX веке, но записи велись бессистемно, а многие были потеряны во время двух переездов, которые имели место прежде, чем храм обосновался в теперешнем здании. Он пообещал пособирать по церковным архивам все возможные мелочи, которые там встретятся, но как и мисс Хэмильтон, посоветовал обратится в какое-нибудь другое место, прежде всего в библиотеку.

Поэтому последняя остановка Сары была у библиотеки — старого здания из красного кирпича. Там она представилась приятной молодой особе — помощнику библиотекаря, Фрэнсис Гатлин. Когда Сара сообщила, что намерена подарить библиотеке некоторые бумаги Эрики Дэвис, глаза у мисс Гатлин заблестели. Затем Сара объяснила, что собирает сведения о семье Фонтэнов, первых владельцах плантации Дэвисов.

Фрэнсис Гатлин, как и мисс Хэмильтон, была приятно удивлена, встретив человека, интересующегося местной историей. Она отвела Сару в небольшую комнатку с затхлым воздухом, отведенную под материалы по этой теме. Сара оглядела пыльное, загроможденное помещение, полки со старыми книгами, столы, увешанные картинами, витрины, в которых было все, — и дуэльные пистолеты, и плетеные кружева, и картины из волос, и даже коллекция кованых гвоздей.

— Боюсь, что записи о рождениях, смертях и браках по региону у нас не систематизированы, — сказала Фрэнсис. — Но зато у нас много материалов по XIX веку — старые семейные Библии, фотографии, дневники, записи, письма и тому подобное. — И добавила, ободряюще посмотрев на Сару: — И, конечно, мы с радостью присоединим к нашей коллекции бумаги мисс Дэвис.

— Я обязательно привезу их, — отозвалась Сара. Она бросила взгляд на бескрайнее море экспонатов. — А указателя к коллекции у вас нет?

— Есть, но в нем, увы, трудно разобраться. — Фрэнсис подошла к одному из столов, взяла продолговатую деревянную коробку и подала ее Саре. — У нас постоянно не хватает рабочих рук и средств. Достаточно сказать, что наше собрание комплектуется без соблюдения формальностей. Мы получаем какой-либо дар, помещаем его сюда и, если есть время, заполняем на него карточку. — Она оглядела комнату и, пожав плечами, закончила, извиняясь: — Пожалуйста, располагайтесь как дома, мисс Дженнингс.

Сара вздохнула, глядя вслед библиотекарше. Она сняла плащ, закатала рукава и, сев за стол, стала рыться в картотеке. Сначала она попыталась найти список под заглавием «Фонтэны». Не удалось. Затем начала просматривать все карточки подряд, ища какую-нибудь зацепку, но вскоре отказалась от этой идеи — времени на нее уходило много, а результата не было никакого. Лучше заняться собственно экспонатами.

Несколько часов Сара рассматривала старые карты, акты, письма, подшивки местной газеты. Поиски ничего не дали. Она занялась книгами. Она листала дневники, записки, семейные Библии, но ничего написанного Фонтэнами или о Фонтэнах, не нашла.

Она так погрузилась в работу, что пропустила время ленча. К вечеру дождь, наконец, перестал, и сквозь высокие немытые окна в комнату заглянуло запоздалое солнце. Конец дня застал Сару сидящей в углу на полу в потоках пыльного света. Одежда ее была в пятнах, руки в грязи, на лице тоже грязь. Она просматривала последние книги, лежащие у нее на коленях.

— Мисс Дженнингс! — окликнули ее.

— Да? — Сара подняла голову и увидела в дверях Фрэнсис.

— Сидите, сидите, — сказала та, заметив, что Сара пытается встать, — я просто хочу предупредить вас, что через двадцать минут мы закрываемся.

— Спасибо, — Сара совсем пала духом.

Она устало просмотрела две оставшиеся книги. Глаза у нее болели, она то и дело чихала от пыли, а голова просто раскалывалась. Ясно, что в этих книгах тоже ничего нет.

Вот и все записи прихода св. Кристофера, подумала она уныло. Если письмоводитель или католический патер не откопают чего-нибудь в ближайшую неделю, придется искать где-то еще.

Стоя на коленях, она вернула книги на полку, как вдруг заметила еще одну, покрытую пылью, притиснутую к самой стенке. Посмотреть, что ли?

Мгновение она колебалась, потом протянула руку за тонкой книжкой в черной обложке. Наконец ее пальцы дотянулись до ветхого краешка книги, и Сара вытащила ее. Сдула с нее пыль — и сердце ее забилось где-то в горле, когда она прочла на корешке узкие буквы.

«ВИНСИ», — стояло там. Дэмьен Фонтэн. Тишину библиотеки нарушил восторженный вопль. Саре показалось, что ей поднесли на серебряном подносе ключи от ее будущего. У нее в руках — доказательство, что Дэмьен на самом деле существовал, и в то же время возможность понять, наконец, любимого человека.

Сара сидела, раскачиваясь, и плакала, прижимая к сердцу бесценный томик.


ГЛАВА 18 | Страсть и судьба | ГЛАВА 20



Loading...