home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 7

Утро после дождя было просто сказочное. На ветках висели хрустальные капли воды, от нежной ярко-зелёной травки поднимался пар. Солнце было скрыто густым туманом, но день обещал быть жарким. Валить лес было явно рано, учитывая, что за неделю Белов привык вставать с петухами, поскольку засыпал с курами. Пока можно было проверить и сетки на реке и донки. В сетках рыбы было меньше обычного, но зато впервые попался десяток окуней, грамм по 200–250. А на обеих донках оказались просто монстры, сгоряча Белов даже порезал леской ладонь, пока вытаскивал. Сначала вес каждого сома был оценен в 10–12 килограмм. Но пока Белов нёс их домой, вес вырос как минимум до пуда. Белов затопил печь и трясущимися от восторга руками разделал обе рыбины. Головы и мелкую рыбу бросил на ледник, а нарезанные куски без кожи обжаривал на двух больших сковородах до обеда. Полученный жир Белов сливал в алюминиевую кастрюлю, получилось почти три литра. Жир, конечно, имел сильный рыбный запах, Белов бросил в кастрюлю лавровый лист и пару душистых горошин перца. Ну вот, будет на чём пожарить картошки. Жареный сом был спрятан в печь, жир вынесен в террасу остывать. Сам Белов подкрепился и с мотком верёвок, бензопилой и двумя топорами пошёл валить лес. Учитывая карабин за плечом, зрелище было уморное, не хватало только зонта, как у Робинзона. К счастью, кроме птиц, никто Белова не видел.

Валить деревья Белов решил возле своего огорода. Распаханная и засаженная площадка была зажата между рекой Бражкой и впадавшим в неё ручьём Ложкомойкой. Ручей тёк почти параллельно реке, поэтому очищенный участок, примыкавший к лесу, получился достаточно узким, не более 50 метров. Белов сразу понял, что огораживать надо только в этом месте, вряд ли кабаны полезут через ручей, где один берег достаточно обрывистый, почти по грудь, а другой низкий болотистый. Будучи опытным грибником, Белов, знал, что самой непроходимой преградой бывает не забор или изгородь, а густой бурелом. Тем более строить одному надёжную изгородь была явно глупая мысль. Наиболее реальной целью был искусственный бурелом или, по литературному выражению, засека. Через грамотную засеку даже танки не проходили. А танки здесь мало вероятны. Потренировавшись на небольших сосенках и елях, научившись только после десятого дерева направлять движение падения, Белов приступил к созданию засеки. За остаток дня удалось сложить только первую линию деревьев.

Её проходимость Белов проверял утром следующего дня. Уронив на засеку ещё пару деревьев потяжелее, работой и надёжностью засеки, Белов остался доволен. Из оставшихся небольших стволиков «пробных» сосенок получился неплохой мостик через ручей. А к вечеру, использовав всего пару старых уключин от лодки, Белов сделал журавль, чтобы черпать воду из ручья для огорода, не подходя к топкому берегу. Объём сделанной работы поражал даже самого, не зря говорят — глаза боятся, а руки делают.

Следующий день выдался пасмурный, с моросящим дождиком. Это была любимая погода Белова. Обычно в такую погоду его обуревала жажда деятельности. Вот и сейчас, за день Белов распилил и стаскал в дровяник все остатки от засеки в огороде. Часть тюлечек расколол и сложил в сенях и на первом этаже. Поэтому вечером в доме стоял терпкий сосновый дух. Работа вроде нехитрая, но заняла практически весь световой день. Да и умаялся Белов изрядно, хотя тюлечки возил на тачке через новый мостик. Зато запас дров получился больше пяти кубометров, и до холодов должно было хватить, поскольку на готовку пищи Белов тратил буквально пару поленьев, а в коптильне использовал в основном сучки да шишки. Весь вечер до потёмок Белов обходил сосново-лиственничный бор вокруг дома, прикидывая устройство другой засеки. От мысли делать из дома крепость, Белов отказался. В одиночку он не отобьется от мало-мальски большого числа врагов, в крайнем случае, подожгут дом. Задача засеки была создать бурелом, очень похожий на естественный, чтобы у нормального человека не возникало желание лезть в завал. Деревья надо было положить верхушками наружу, замаскировав пеньки, чтобы создать впечатление поваленного ураганом леса. Белов сам неоднократно встречал такие завалы и отлично знал, что опытные охотники к ним даже не подходят. Лес возле дома Белов решил оставить, а чтобы стёкла окон не сверкали сквозь зелень, приспособить тот же тюль. Только повесить его снаружи окон и закрасить в маскировочный цвет. Да навес от дождя сделать, а то сгниёт быстро, хоть и синтетика. Крыша была крыта тёмно-зелёной металлочерепицей, и сливалась с окружающими деревьями уже через двести метров. Да и внутри засеки следовало оставить несколько деревьев для имитации урагана, предварительно обломив им верхушки и срезав часть веток. Так что работа предстояла высокохудожественная и неспешная. Одновременно надо продумать и создать незаметные лазейки со всех сторон, чтобы тропинки к ним не были заметны. Небольшой плюс был в близости реки.

Засеку нужно было делать только с трёх сторон. Но зато по протяжённости она должна была составить пару-тройку километров. Почти великая китайская стена, нет, не китайская, а беловская. Но думай — не думай, а начинать надо. Как говорится — большая работа требует большого перекура. Поэтому на один день Белов устроил себе почти отдых. В этот день он сделал навесы над окнами и закрыл их тюлем, выкрашенным зелёнкой и йодом. Всё остальное время он посвятил стряпне — выпотрошил наловленную за последнее время рыбу. Самую крупную прокоптил, а мелочь повесил вялиться на солнышке, впрочем, не только мелочь, но и всю костистую рыбу типа леща, окуня и чехони. В соляном растворе рыба вылёживалась самую малость, чтоб хоть пахло солью. Белов считал отсутствие соли одной из важнейших проблем, которую придётся решать если не зимой, то следующим летом обязательно.

Ближайшее по памяти место, где можно взять соль — это Соликамск, вернее тот район, если это Земля. До тех мест было почти триста километров. По нынешнему положению почти месяц пути туда-обратно. Да ещё соль найти и добыть. Да привезти обратно не менее 200–300 килограмм. О волках и медведях можно не думать, но люди там должны быть обязательно. Возле соли всегда люди селятся, да не всегда мирные. Могут быть и разбойники. Русские пришли на соликамские земли ещё в 14, если не в 13 веке. Но до них уже были заброшенные шахты. Легендарная белая чудь. А кто жил там до них, уже и не спросишь, вся чудь якобы ушла под землю, хотя скорее была ассимилирована русскими. Если русских ещё нет, то места здесь финно-угорские, помнится, в советские времена всегда подчёркивали на истории, что у здешних племён не было вождей. Хорошо ли это? Может даже хуже, как у чеченцев — каждый чужак по определению враг или жертва, и должен быть убит для сохранения обычаев. С другой стороны, новгородцы проникли на здешние земли якобы бескровно, через торговлю. Хотя какая правда может быть через тысячу лет, да ещё от победителей.


Глава 6 | Повелитель стали | Глава 8



Loading...