home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 12

Вечером того же дня господин Дерси, с удобством расположившись в мягком кресле, с полуулыбкой на губах наблюдал, как господин Мани, главный королевский цирюльник, суетится над приземистым столиком, разливая принесенное Миррисавом вино приличной выдержки. Он восхищенно прицокивал языком, вертя бутылку в руках и разглядывая пожелтевшую от времени этикетку, с выведенным каллиграфическим подчерком названием винного дома. Наконец, разлив напиток, Карл Мани передал один бокал королевскому секретарю, а сам уселся на небольшую софу, осторожно держа длинными пальцами второй. Поднеся его к носу, он сделал неглубокий вдох и блаженно закрыл глаза.

— Узнаю несравненный аромат шириолского, — мечтательно протянул он.

Господин Дерси согласно кивнул, пригубив вино. Вообще-то, он не очень любил красное, предпочитая более терпкий вкус шириолского белого. Но Сав знал, что именно красное — любимое вино королевского цирюльника.

Сидящий напротив мужчина, смакующий рубиновый напиток, был уже стар. Аккуратная бородка и полностью поседевшие волосы еще больше прибавляли возраст, но простая на первый взгляд прическа была идеально уложена волосок к волоску. Профессия все же обязывала, пусть даже господин Мани уже и не занимался больше своим ремеслом. Руки иногда подводили его в самый ответственный момент, начиная дрожать, поэтому пришлось передать почетную обязанность заниматься внешним видом королевской семьи своему старшему сыну. Его наследнику достался куда меньший фронт работы, так как сейчас в обязанности цирюльников входило лишь парикмахерское дело, хотя раньше им приходилось заниматься и вывихами, и зубной болью, и еще множеством мелких процедур. Лишь пару десятилетий назад цирюльникам было официально запрещено практиковать любую врачебную помощь.

Даже отойдя от дел, господин Мани, как глава рода, все еще заседал в Совете Семей и имел немалое влияние, иногда основанное на банальной опаске, ведь именно цирюльники изо всех родов, занимающихся обслуживанием других семей, имели наибольший доступ к личной жизни своих клиентов. Скучно молчать, когда тебе делают укладку или бреют, тем более что иногда это занимает немало времени. Но надо признать, что Мани умели держать язык за зубами и не отличались болтливостью, хотя и не гнушались иногда использовать полученную информацию для своего блага.

Карл Мани практически безвылазно жил во дворце, правда, больше по старой привычке, когда ему требовалось брить короля каждое утро.

— Так что же сподвигло вас навестить старика? — спросил господин Мани, отвлекаясь на минуту от своего бокала. — Да еще с таким приятным подарком?

— Ну, подарок не совсем от меня. Я всего лишь выступаю посредником и передаю вам привет от господина Дарамира Инапрома.

Королевский цирюльник с удивлением уставился на него, а потом нахмурился, явно пытаясь вспомнить, кто это такой. Внезапно его взгляд прояснился.

— А, Дарамир. Неужели, он все еще помнит меня? — он одним глотком прикончил вино. — Странно. Мы с его старшим братом учились вместе в Икарском Университете, а Дарамир был, кажется, на четыре года младше и постоянно таскался хвостиком за братом. Что мы тогда вытворяли.

Господин Мани негромко рассмеялся чуть хрипловатым смехом.

— Как стены Университета выдержали, не знаю. А Даромир потом ректором стал и теперь сам студентов гоняет, вот уж никогда бы не подумал, что все так обернется.

— Из него получился хороший ректор, — сказал Миррисав, заново наполняя бокал собеседника и лишь чуть-чуть обновляя свой.

Вообще-то, ректор Икарского Университета, наверное, сильно удивился бы, узнав, что он передает привет давно забытому сокурснику брата, да еще через набившего оскомину бывшего преподавателя. Но такие нюансы господин Дерси предпочел опустить.

— Ну, еще бы! — воскликнул Карл Мани. — Парень всегда был гиперответственным. Помню, ушли мы как-то на неделю в загул и, естественно, не посещали занятия, так он не поленился каждый день брать лекции у наших одногруппников и приносить их нам. Хотя, честно скажу, мы тогда были совсем не в том состоянии, чтобы нагонять пропущенное.

— Вы так хорошо все помните, — польстил Миррисав.

— А то, — довольно осклабился тот. — На память никогда не жаловался. Вот был еще случай…

Королевский цирюльник принялся с энтузиазмом, подогреваемым винными парами, рассказывать о своей бурной молодости, благосклонно кивая Миррисаву, который периодически подливал ему вина. При этом господин Мани совершенно не обращал внимания на то, что сам королевский секретарь так и не осушил даже свой первый бокал. Постепенно поза мужчины становилась все более расслабленной, а язык иногда не справлялся со сложными словами.

— …а она была настоящей красавицей, скажу я вам, — продолжал Карл, — а уж волосы, совершенно шикарные.

Он эмоционально взмахнул рукой, чуть не пролив вино.

— Я тогда думал, что ни у кого таких нет. Но когда Его Величество женился на нашей королеве, тут уж тогдашней фаворитке пришлось потесниться на пье…пьедестале обладательниц самой красивой шевелюры.

— Вы тогда уже унаследовали дело отца? — спросил Миррисав.

— Уже несколько лет, как был королевским цирюльником. Жуткая работенка, если честно. То это им не так, то еще что. Такие привереды. Хорошо хоть зубы лечить мне не долго пришлось.

Господин Мани тяжело вздохнул, рассматривая переливающееся в свете огня от камина вино в своем бокале.

— А королева?

— Нееет, — протянул королевский цирюльник. — Эта женщина всегда знала, что она хочет, и требовала четкого исполнения ее указаний. Как по мне, так работать легче. Наши-то сначала все ини…инициативу проявить пытались, она одно скажет, а они совсем другое делают. Потом нагоняй получали.

— Королеве, наверное, трудно было сразу приспособиться к порядкам при дворе? — нейтральным тоном поинтересовался Сав. — Она же вроде в провинции воспитывалась?

— Трудно-нетрудно, но наших модниц, бесстыже увивающихся за королем, она тогда хорошо турнула. Быстро свои порядки установила, все согласно приличиям, чин по чину. А ведь так и не скажешь ведь по первому взгляду. Молоденькая девушка, выросла в какой-то глуши, логично было бы предположить, что оробеет. Новая обстановка, да и с собой всего нескольких слуг во дворец привезла. А смотри-ка, как все оказалось.

Господин Дерси внутренне подобрался и приступил, наконец, к цели своего сегодняшнего посещения старого цирюльника. Двадцать минут спустя он вышел из комнат господина Мани, осторожно притворив за собой двери. Миррисав оставил своего собеседника сладко похрапывающим на софе рядом с опустошенной бутылкой вина. Совесть негромко роптала, что оставлять пожилого человека в таком состоянии было не очень красиво, но Сав успокоил ее соображениями, что слуги скоро найдут своего хозяина. А у королевского секретаря появилось срочное дело. Быстрым шагом он направился в свой кабинет, где оставил Кирива.

На следующий день, составив для короля краткий распорядок дня и подготовив несколько документов на подпись, господин Дерси успел с утра не только посетить кабинет Его Величества, но и переговорить все-таки с послами из Розании, которых Габриэль каким-то чудом сумел задержать во дворце еще на день. По приобретенной за последние дни привычке забежав к повару проверить, не пересолил ли он завтрак королю, а также уточнив у пойманного в коридоре младшего писаря, когда будут готовы копии распоряжений последнего Совета Семей, Миррисав вернулся к себе в кабинет и вновь окунулся в разбор накопившихся за время его ссылки в Фоссу бумаг.

Пришлось посвятить этому остаток утра, взяв в помощники и Габриэля, но конца все также не было видно. Сидя за своим столом и прихлебывая иногда горячий чай из принесенной Монти с кухни большой чашки, господин Дерси методично перебирал бумаги, сортировал их, присоединял к заведенным ранее делам, откладывал на подпись или делал пометку найти дополнительную информацию. Пока предстояло просто рассортировать документы, а уже потом вплотную заняться самыми срочными из них.

Механически тянясь за следующей бумагой, Миррисав вдруг понял, что подчерк на лежащем перед ним листе ему хорошо знаком. Хмыкнув, он внимательно прочитал список из пары десятков имен и кратких комментариев к ним, причем, по мере чтения одна его бровь поднималась все выше. Документ готовился явно для короля и был, по сути, черновиком, так как поверх знакомого подчерка стояли пометки, сделанные рукой кузена Онори. Господин Дерси ничуть не сомневался, что конечная версия Его Величеству пошла уже полностью переписанной Римом, и оставалось только удивляться такой наглости. Ведь не побоялся чужой труд за свой выдать, да еще и не позаботился следы замести, оставив черновик среди других бумаг.

Миррисав еще раз пробежал глазами список и нахмурился. Неожиданная находка выстраивала разрозненные факты в совершенно неожиданную цепочку событий и меняла очень и очень многое. Его подозрения не только все больше походили на правду, но и обрастали интересными подробностями.

Внезапно раздался короткий стук, и в кабинет вошел Габриэль Вари.

— Шеф, на какую дату назначать следующий Совет Семей?

Сав небрежным жестом прикрыл список первым попавшимся под руку документом и ответил:

— Его Величество приказал на послезавтра. Подготовь извещения. Чуть позже я дам тебе краткую повестку, отдашь писарям, пусть сделают копии.

Вари кивнул и повернулся выходить, но в последний момент помедлил.

— А где Кирив, кстати? — спросил он. — С утра его не видел.

— Его не будет пару дней, я отправил его в имение. Мне нужны кое-какие документы из отцовского архива.

Помощник ушел готовить извещения, а Миррисав вновь извлек заинтересовавший его список. В принципе, он представлял, какие новости привезет ему Лерок, но в свете открывшихся фактов они будут выглядеть совсем по-другому.

Кирив вернулся через день. Приехав в городской дом Дерси уже поздним вечером и по счастливой случайности застав там своего шефа, он сразу же прошел к нему. Миррисав был в библиотеке, читая любопытный труд одного известного врача, описывавший основные жесты, мимику и позы людей, играющих в азартные игры в карты и пытающихся мухлевать. Подняв глаза от книги, он с удивлением смотрел, как его телохранитель, не здороваясь, проходит в комнату и тяжело опускается в свободное кресло, устало вытянув ноги. Лерок крайне редко позволял себе такое поведение, только если сильно выматывался. Сейчас, кажется, был именно такой случай, да и одежда его была покрыта тонким слоем буроватой пыли.

— Я гнал всю дорогу, — пояснил Кирив в ответ на вопросительный взгляд господина Дерси. — Чуть лошадь не загнал.

— Твои новости того стоили? — поинтересовался Сав.

— Ну, я так думаю. По крайней мере, некоторые здесь многое бы отдали за них.

Королевский секретарь только согласно кивнул, но с расспросами не торопился, аккуратно заложив закладкой место в книге, на котором остановился, и отложив ее на стоящий рядом письменный стол. Лерок внимательно наблюдал за его действиями, а потом издал суховатый смешок, встретившись с серьезным, но, казалось, ничуть не заинтересованным взглядом шефа.

— Ты ведь и так все знаешь, да?

Господин Дерси с легкой улыбкой покачал головой.

— Я лишь предполагаю. И надеюсь, что ты подтвердишь мои предположения. Были проблемы?

— Нет, — Кирив отрицательно мотнул головой. — Ты же знаешь, старушки обычно от меня в восторге.

— Поэтому именно тебя и послал. Рассказывай.

Рассказ не занял много времени, и по его окончании на некоторое время воцарилась тишина. Миррисав задумчиво вновь взял отложенную книгу и механически стал перелистывать страницы, витая мыслями где-то далеко. Лерок молча наблюдал за ним, терпеливо ожидая, когда королевский секретарь закончит обдумывать полученную информацию.

— Интересно, — произнес, наконец, Сав. — Многое объясняет.

— Скажи, ты ведь уже принял решение? — осторожно осведомился Кирив.

Это было почти утверждение. Господин Дерси только кивнул и бросил на него короткий взгляд.

— Осуждаешь?

— Всего лишь думаю, как теперь обеспечивать твою безопасность, — криво усмехнулся телохранитель.

— Так же, как и раньше, — вздохнул Миррисав. — Ничего пока не изменится.

Он поднялся из кресла и прошел к огромным, занимающим всю стену от пола до потолка, стеллажам, поставив книгу на положенное ей место. Потом обернулся.

— Иди, отдохни с дороги. Марта наверняка уже что-нибудь тебе приготовила.

Лерок медленно встал и направился к дверям из библиотеки. Но был остановлен негромким голосом господина Дерси:

— Я знаю, что ты и так не будешь распространяться о нашем разговоре, но сейчас мне нужно, чтобы об этих новостях знали только мы двое. Для всех остальных — ты уезжал в имение за документами из архива отца.

Кирив обернулся, вопросительно посмотрев на него. Потом как-то разом помрачнел и, кивнув, вышел.

Утром господин Дерси немного припозднился с завтраком и заканчивал его в одиночестве, так как его помощники уже успели разойтись. Сав как раз решал, намазать ли еще половинку хлеба джемом, чтобы было с чем допить остаток чая, или обойтись только печеньем, когда в столовую зашла его мать. С того памятного разговора они так и не поговорили серьезно, хотя, кажется, госпожа Дерси периодически этого очень хотела.

— Доброе утро, мама, — поприветствовал ее Миррисав, беря все-таки печенье.

— Доброе, — рассеянно ответила женщина, усаживаясь за стол.

Шустрый слуга тут же поставил перед ней изящную маленькую чашку с тонкой ручкой и налил душисто пахнущий чай, в который Марта добавляла какие-то только ей ведомые травы. После этого он тут же испарился, оставив хозяев наедине.

Госпожа Дерси придвинула к себе небольшую тарелку с маслом, но тут же отодвинула ее каким-то резким жестом.

— Сын, — решительно начала она, — я пыталась поговорить с герцогом, но он как будто избегает меня. Я даже передавала ему записку, что нам нужно встретиться, но такое ощущение, что он просто не получал ее.

Она растерянно посмотрела на Миррисава и почти беспомощно сказала:

— Я не понимаю, что происходит.

Господин Дерси едва заметно вздохнул.

— Не волнуйся, мама. Я сам поговорю с герцогом.

— Но я должна выяснить…ведь ты сказал, что он хочет использовать тебя, я должна поговорить с ним, объяснить…

— Не нужно, — покачал головой Сав и поднялся из-за стола. — Ты выполнила его просьбу, дальше мы сами разберемся. Уверен, мы найдем взаимопонимание.

Он ободряюще улыбнулся расстроено смотрящей на него матери и, пожелав приятного аппетита, покинул столовую.

Позже днем королевского секретаря можно было видеть во дворце, быстрым шагом то и дело спешащим по бесконечным коридорам и лестницам, выполняя поручения короля. Однако ближе к пяти вечера Его Величество пожелал сыграть партию в шахматы со своим извечным партнером по этой игре, одним из старейших членов Совета Семей. Миррисав был бесцеремонно выпровожен из покоев короля с приказом не показываться в ближайшую пару часов. Оказавшись в коридоре, он невозмутимо кивнул маячившему на глазах недовольной охраны Кириву следовать за собой и направился в свой кабинет.

— Найди мне Монти, — попросил он по пути, и Лерок, кивнув, отправился на поиски парня.

Тот, видимо был недалеко, так как не успел господин Дерси занять свое кресло в кабинете, он уже влетал в двери, по привычке не озаботившись стуком.

— Звали, шеф?

— Да, передай это нашему герцогу, — Сав протянул Тарабу небольшой клочок бумаги, сложенный вчетверо. — Сегодня он во дворце, с утра был в западном крыле у министра финансов. Если его там уже нет, поищи в казармах королевской гвардии или на дворцовых складах. У него очередной срок проверок подходит.

— Не волнуйтесь, — Монти быстро спрятал записку куда-то в глубину рукава, — найду я его.

Действительно, парень гораздо лучше других умел отыскивать людей на огромной территории дворца. Во многом благодаря осведомленности слуг.

— Ответ будет?

— Скорее всего, да. Повертись немного около герцога, только не наглей, не перед самым его носом.

Тараб убежал, а Миррисав устало облокотился на стол и задумчиво уставился на стопку документов, которая в эти дни, наконец, начала понемногу сдавать позиции и уменьшаться. Разговор с герцогом, на который тот, несомненно, согласится, предстоял достаточно тяжелый, хотя и был не один раз мысленно отрепетирован. Сейчас, вспоминая свои недавние внутренние метания, господин Дерси только вздыхал. Стоило принять решение, и дело сдвинулось с мертвой точки, хотя достигнутый внутренний компромисс с самим собой и не был идеальным. Но, кажется, он удовлетворял все стороны, заинтересованные в этой истории, и оставлял для его совести маленькую лазейку.

Вернувшийся через час Монти принес согласие герцога встретиться этим вечером в том же самом трактире, где проходила музыкальная дуэль, исхода которой Сав так и не узнал. Время было вполне подходящим, так как после партии в шахматы, сопровождающейся большим количеством выпитого вина, Его Величество обычно оказывался слегка в некондиционном состоянии и в услугах своего секретаря не нуждался, проводя остаток дня в королевских покоях. Его соперника зачастую приходилось уносить уже спящим подоспевшим слугам, так как возраст этого почтенного господина не позволял пить наравне с физически крепким королем.

В трактире в этот день никаких особых мероприятий не намечалось, внутри собралась обычная будничная публика. Кабинки на втором этаже практически все были свободны, и господин Дерси без труда занял уже знакомую ему. Хозяин принес клиенту кружку все такого же отменного пива и тарелку тонко нарезанной, вкусно пахнущей колбасы с сыром. Сидя в полутьме, Миррисав рассеянно прислушивался к обрывкам разговоров, доносящимся снизу, и даже почти задремал. Думать о грядущем разговоре совсем не хотелось, поэтому он позволил своим мыслям бродить, где им заблагорассудится. Внезапно в комнатку тихонько проскользнул Кирив.

— Идет, — предупредил он и поспешил удалиться, чтобы не столкнуться с поднимающимся герцогом.

Королевский секретарь резко помотал головой, чтобы сбросить сонливость, отодвинул от себя лишь на треть опустошенную кружку и подвинулся на стуле, чтобы оказать лицом к двери. Вошедший Гориус Торквийский на секунду замер на пороге, привыкая к более слабому, чем в коридоре освещению, и прошел к свободному стулу. На вежливый полупоклон Миррисава он только усмехнулся и произнес своим приятным голосом:

— Я уже начинаю привыкать к этому трактиру.

— Здесь хорошее обслуживание, — ответил господин Дерси.

Словно в подтверждение его слов появился хозяин с бутылкой вина и парой бокалов на подносе, уверяя, что все это — за счет заведения. Дождавшись его ухода, герцог продолжил:

— Признаться, я был приятно удивлен, получив ваше предложение встретиться. Надеюсь, у вас для меня хорошие новости?

— Вполне, — вежливо улыбнулся Миррисав. — Я согласен выполнить вашу просьбу и передать те пресловутые документы королю.

Гориус Торквийский некоторое время внимательно изучал бесстрастное лицо королевского секретаря, а потом усмехнулся и собственноручно разлил принесенное хозяином трактира вино. Это была большая любезность — никто и никогда не видел второго человека в государстве, прислуживающего кому-либо, как простой слуга. Герцог поднял один из бокалов и протянул господину Дерси, который невозмутимо принял его.

— Это, конечно, радует, но позвольте узнать, что сподвигло вас так резко изменить решение?

— Ваш дар убеждения, — блеснул совершенно неискренней улыбкой Миррисав.

— А если серьезно?

Господин Дерси едва заметно вздохнул и демонстративно пожал плечами, отказываясь обсуждать эту тему. Герцог подождал немного, но, в конце концов, отвел взгляд, признавая поражение.

— Хорошо, оставим это. Я все равно рад, что вы согласились.

— У меня есть условия.

Гориус удивленно вскинулся, на что Миррисав внутренне злорадно усмехнулся. Не думал же герцог, что получит желаемое просто так?

— Ничего невыполнимого, — успокоил его королевский секретарь. — Мне нужны гарантии, что меня и мою мать оставят в покое. Даже если госпожа Дерси согласна сотрудничать с вами, я требую, чтобы вы свели к минимуму любые контакты между вами.

— Ну что ж, — задумчиво проговорил герцог, — думаю, я смогу вам это обещать.

Королевский секретарь внимательно посмотрел на него.

— Вы же понимаете, что я могу существенно осложнить вашу задачу, если мы не достигнем договоренности? У меня есть для этого все возможности. Сейчас я добровольно иду вам навстречу, — "почти", уточнил про себя Сав, — но взамен вы позволяете мне просто делать мою работу. Больше никаких ловушек, никаких попыток надавить на меня через семью, никакого манипулирования.

— Хорошо, — с едва заметной паузой согласился Гориус Торквийский.

Господин Дерси откинулся на стуле и сделал маленький глоток из своего бокала, лишь смочив губы. Мешать пиво с вином сейчас было не лучшей идеей. В принципе, Миррисав мог позволить себе поверить обещанию герцога, тот имел репутацию человека, выполняющего свои обещания, если уж его удавалось уговорить их дать.

— Второе. Я хочу, чтобы моего помощника, Кирива Лерока, официально приняли в вашу семью.

Глупо было терять такой шанс легализовать, наконец, своего телохранителя, а то слишком много проблем возникало с его статусом.

Герцог нахмурился:

— Подождите-ка, этот ваш помощник, он же бессемейный? Это невозможно.

— Слишком категорично, — улыбнулся господин Дерси. — Я прекрасно знаю, что в армии, в отличие от других семей, практикуют усыновление со стороны.

— Да, но усыновляют обычно детей погибших на поле боя.

У армии действительно были свои собственные нормы поведения по отношению к сиротам. Часто случалось, что перед угрозой со стороны чужеземного врага оружие в руки брали те, кто к этому был совершенно не приспособлен. Партизанские отряды, ополченцы и просто те, кому не оставалось иного выбора, как встать на защиту своей семьи. И тогда, если такой человек погибал, а у него оставались сиротами дети, которых по каким-то причинам не могли взять себе на попечение родственники, то армия брала на себя заботу о них. И не важно было, к какому роду принадлежали такие дети, сапожников или счетоводов, их принимали в новую семью как будто с чистого листа, наделяя всеми правами и обязанностями рожденных в клане.

— Кирив был подкинут на порог нашего имения в младенчестве, — сказал Сав. — Никто не знает, может, его отец как раз и погиб на поле боя, сражаясь за Лигорию.

Гориус Торквийский скептически посмотрел на Миррисава. Шансы на это были минимальны, но он прекрасно понимал, что здесь идет уже банальный торг.

— Ладно, черт с вами, — картинно манул он рукой. — Будет вам усыновление. Надеюсь, вам подойдет какая-нибудь младшая ветвь из провинции?

Преувеличенно любезный тон последнего вопроса заставил господина Дерси едва заметно улыбнуться:

— Вполне.

Герцог внезапно рассмеялся.

— Честно говоря, я не планировал идти у вас на поводу. Ваш дар убеждения, кажется, лучше моего. И я рад, что в будущем он будет к моим услугам.

Миррисав с непроницаемым выражением лица смотрел на него и молчал. Эта тишина заставила Гориус нахмуриться, заподозрив неладное.

— Что?

— Это еще одно, последнее, мое условие, — голос королевского секретаря был бесстрастен, но эти слова ему дались тяжело. — Если вам удастся осуществить вашу затею…

— Не если, а когда, — перебил его собеседник. — Будьте же честны перед собой.

Господин Дерси нехотя кивнул и продолжил:

— Когда ваши планы осуществятся, я уйду с должности королевского секретаря.


Глава 11 | Королевский секретарь | Глава 13