home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 4

Трактир был полон. Громкий гомон десяток луженых глоток уже подвыпивших посетителей заставлял каждого заходившего внутрь на секунду опешить, а запах винных паров почти сбивал с ног после прохладного вечернего воздуха улицы. Господин Дерси окинул ничего не выражающим взглядом почерневшие от грязи и копоти стены, сновавших туда-сюда служанок в изрядно потрепанной одежде, которая больше показывала, чем скрывала, посетителей, многие из которых наводили на мысль немедленно проверить сохранность своего кошелька, и, наконец, крепкий дубовый стол с изрядно порезанной острыми ножами столешницей, за которым они сидели в самом углу зала.

— Ты в своем репертуаре.

— Что?! — возмущенно спросил Монти Тараб, держа в руках ножку какой-то птицы неизвестного происхождения.

— Поприличнее ничего найти не мог? — Миррисав с интересом посмотрел на своего самого младшего помощника. — И, кстати, не советую ее пробовать. Еще не известно от чего эта птичка скончалась.

— Так вкусно же, — юноша с пшеничного цвета волосами и россыпью забавных веснушек на лице бесстрашно впился острыми зубками в мясо. Тщательно прожевав, он продолжил. — И место хорошее. Недалеко от постоялого двора и меня тут все знают, так что неприятностей не будет.

— Тебя уже и тут все знают? — вопросительно приподнял бровь Кирив.

— Место может быть и не плохое, — продолжил тем временем Сав, — да вот только совсем неподходящее для почтенного преподавателя Икарского Университета.

— И для королевского секретаря Лигории тоже, — вставил Кирив.

Господин Дерси предпочел проигнорировать его замечание.

— Ладно, спишем, если что, на незнание города. Ты все же не хочешь съехать с постоялого двора на съемную квартиру? Теперь, когда ты один остался, — Миррисав укоризненно посмотрел на Лерока, на что тот постарался принять невинный вид, что было трудновато с его внешностью.

— Вы, конечно, можете приказать, шеф, — Дерси хмыкнул, своим подчиненным он редко приказывал делать что-то против их воли, — но на постоялом дворе мне будет лучше. Я уже и знакомства кое-какие свел. Здесь оказывается много наших, из Парисы. Вы же знаете, мой род главный, мы и бессемейных опекаем, а они такое не забывают.

Бессемейные были настоящими перекати-поле, и многие из них уходили искать счастья из Лигории в другие страны, где их клановый статус никого не волновал. Вот только встать на ноги на чужбине еще сложнее. Поэтому ничего удивительного, думал Миррисав, что Монти нашел здесь тех, кто был обязан его роду. Хотя его несколько и беспокоило то, что в большинстве своем это были сплошь криминальные элементы. Однако если вспомнить чем занималась семья его помощника, беспокоиться становилось как-то неудобно. Тарабы держали весь криминальный мир Парисы в железных руках.

Господин Дерси до сих пор с улыбкой вспоминал первое знакомство с Монти. В тот день, семь лет назад, он возвращался после посещения очередного подпольного боя, на котором не отказал себе в удовольствии подсказать симпатичной болельщице, явно не последнего достатка, на которого из бойцов лучше ставить. Конечно, он угадал. Как всегда, впрочем. За что заслужил благодарный взгляд прекрасных глаз и многообещающую улыбку. Но был вынужден отказаться от столь явного приглашения, так как уже наступало утро, и Его Величество мог скоро хватиться своего секретаря. Так что, идя тем утром через базарную площадь между снующими по торговым рядам горожанами под ворчание Кирива, как всегда недовольного ночными походами своего господина, он был в самом приподнятом расположении духа. Поэтому и не позвал стражу, когда буквально за руку схватил воришку, попытавшего облегчить его и без того нетяжелый кошелек. Вместо этого он с широкой улыбкой, напугавшей попавшегося подростка еще больше, чем перспектива вызова стражи, отдал ему столь желанную добычу. Денег в кошельке было немного, Миррисав никогда не брал с собой в такие вот вылазки крупных сумм. А наблюдать настоящее изумление в смышленых глазах мальчишки было забавно. Потом, повинуясь какому-то наитию, так часто приносящему ему удачу, он негромко шепнул уже собравшемуся сбежать парню: "Если понадобится тихое место, приходи во второй дом по улице Фиолетовых роз. Покажешь этот кошелек — не прогонят".

И ведь как знал, что придет. В первый раз Монти отсиживался у него во время очередной облавы в городе, когда Дерси не было дома. Сав позаботился, чтобы его жилище было в приличном, но не слишком богатом районе, ориентируясь в первую очередь на тишину улицы. Однако, королевский секретарь редко бывал дома, днюя и ночуя при дворе, всегда под рукой короля. Второй и третий раз они тоже не пересеклись. Миррисав только улыбался на ворчание Кирива, что этот мальчишка уже прописался в его доме и скоро точно что-нибудь стянет. Этого он не боялся, воришке гораздо важнее было тихое место, где можно переждать неприятности, чем мимолетная выгода. А потом почти год его новый знакомый то приходил, то уходил, словно кот, который гуляет сам по себе. Улица его явно манила, но приветливый дом, где добрая кухарка всегда угостит чем-нибудь вкусненьким, становился все больше необходим. Сав не торопил парня, чувствуя, что давить в этом деле нельзя. Понадобилось еще два года, прежде чем Монти сам попросился ему в услуженье. И даже принес официальное разрешение от семьи. Отчего господин Дерси, уже знавший, кто родственники его потенциального работника, облегченно вздохнул. Просто так от таких семей не уходят. Но там, видимо, просчитали всю выгоду этого сотрудничества и дали добро. Так у Миррисава появился еще один помощник, о чем он никогда не жалел, в очередной раз благословляя свое везение. Монти, хотя и завязал с воровством, старых связей не рвал, а также активно принялся заводить новые, среди слуг практически всех влиятельных семей, что околачивались в столице. Лучшего осведомителя о внутренней жизни города Саву было бы трудно найти. Ведь слуги, беспризорники, воришки и прочие достойные граждане Парисы часто были гораздо лучше осведомлены о разных интригах и авантюрах, чем даже сами интриганы.

Пока господин Дерси отвлекался на воспоминания, обстановка в трактире накалялась. Наконец, кто-то кого-то толкнул или не так посмотрел, и завязалась драка. Настоящая, трактирная драка, с подлыми приемчиками и летящими каплями крови из разбитых носов и бровей. Подогретая больше желанием выместить все равно на ком накопившееся за день раздражение, чем винными парами. Поэтому за ножи пока никто не хватался. Местный вышибала явно не справлялся с разгулявшимися посетителями, утянутый в самую гущу дерущихся. Трактирщик нырнул под прилавок, а подавальщицы юркнули на кухню, с любопытством подглядывая через дверную щель.

Когда развлекающие мужчины добрались до дальнего угла, в котором сидел королевский секретарь с помощниками, Кирив не выдержал:

— Так, мне это надоело.

С этими словами он поднялся с места и пошел сам доказывать, что мирных посетителей этого трактира трогать не стоит. К его чести стоит сказать, что до оставшихся за столом Миррисава и Монти теперь не долетали даже осколки разбитой посуды, так что Сав спокойно повернулся к Тарабу и продолжил:

— Ты узнал, что я просил?

— Конечно, — парень тоскливо взглянул на разошедшегося Лерока, явно испытывая желание к нему присоединиться. Но вопрос начальника требовал ответа. — Студенты Икарского Университета собираются чаще всего в трактире "У Микона", что двумя кварталами дальше отсюда. Достаточно приличное место, где уже привыкли к студенческим гулянкам.

— И…

— С завтрашнего дня я там работаю. Один новый знакомый устроил.

— Молодец, — Миррисав откинулся на стуле, стоявший вокруг грохот, казалось, ему ничуть не мешал. — Скажешь еще что-нибудь жизнеутверждающее?

— Скажу, — улыбнулся во все тридцать два зуба Монти. — Зря вы ругаете этот трактир. Хороший трактир. А уж какой у него подвал…

Тараб хитро прищурился, наблюдая за реакцией шефа. Тот вопросительно приподнял бровь, поощряя его продолжать.

— Вам понравится этот подвал. А особенно то, что происходит там дважды в неделю.

Явное удовольствие отразилось в глазах господина Дерси, и он с улыбкой спросил:

— Карточные игры или что посерьезней?

— Крысиные бои.

— О, — улыбка Сава стала еще шире, — такого у нас я не видел. Когда следующий бой?

— Я знал, что вам понравится! — Монти радостно взмахнул рукой. — Все проходит обычно по вторникам и четвергам. Когда желаете поприсутствовать?

— Пожалуй…в четверг, — задумчиво проговорил Миррисав, будто прислушиваясь к чему-то, одному ему слышному. — Организуешь все?

— Конечно. Только не выдавайте Кириву, что это я вас навел, а то опять мораль читать начнет.

— Он может, — серьезно кивнул Сав, оглядываясь в поисках второго помощника.

Тот уже заканчивал вразумлять посетителей трактира и вместе с вышибалой выбрасывал особо невразумляемых на улицу, подышать свежим воздухом.

— И охота ему? — пробормотал господин Дерси.

Кирив вернулся к их столу, сердито хмуря брови.

— Этот парень совсем никуда не годится, только и знает, что в дверях стоять.

— Ну, ты показал ему хороший пример, — пожал плечами Миррисав, поднимаясь. — Нам пора уже, а то в Университете не поймут, чего это новые лигорские преподаватели возвращаются за полночь. Не будем позорить отчизну.

Они вышли из трактира, сопровождаемые признательным взглядом местного вышибалы, которого явно впечатлило показательное выступление Кирива.

— Монти, тебе денег дать? — спросил Сав на перекрестке двух плохо освещенных улиц, где им предстояло расстаться.

— Нет, у меня еще с прошлого раза полно осталось, — отрицательно мотнул головой тот.

— Экономный Колосок, — хмыкнул господин Дерси.

— Шеф! Я же просил не называть меня так! — обиделся тот на старую, оставшуюся еще с улиц Парисы кличку.

— Прости, уж больно тебе подходит.

Светлые волосы бывшего воришки действительно были насыщенно пшеничного цвета и сейчас светлым пятном маячили в темноте.

— Найдешь, как связаться со мной в Университете? — спросил Миррисав.

— А то! Я уже кое с кем там познакомился. Знали бы вы, какая кухарочка работает в студенческой столовой, — Монти многозначительно присвистнул.

— Тебе что, лавры Габриэля покоя не дают? — отвесил ему легкий подзатыльник Кирив.

Тараб покраснел и недовольно насупился. Он по-юношески соперничал за полезность в глазах шефа с третьим помощником королевского секретаря, оставшимся в Лигории. Габриэль Вари прослыл настоящим дамским угодником, женские сердца были крайне неустойчивы к чарам этого красивого, загадочно бледного брюнета. Поэтому господин Дерси регулярно получал от него весьма ценную информацию, ведь столько всего "совершенно случайно" узнается в извечном женском любопытстве.

Распрощавшись с Монти, Дерси и Лерок поймали наемный экипаж, который буквально чудом нашелся в столь тихом, отдаленном от главных улиц города местечке. Покачиваясь на жестких сиденьях, в полутьме, они некоторое время молчали, думая о своем. Наконец, когда высокие шпили Университета стали уже выглядывать из-за более низких городских построек, Кирив нарушил молчание:

— Вчера я видел Аннарелу Лигови.

Миррисав молча посмотрел на него.

— Она сделала вид, что не узнала меня, — несколько неуверенно продолжил его спутник.

— Элла всегда была умной девочкой, — пожал плечами господин Дерси.

На секунду опять воцарилась тишина.

— Я не знал, что она здесь, — Кирив с беспокойством взглянул на своего шефа.

Он не знал точно, что произошло между его господином и этой девушкой после года совместного брака, но слишком хорошо знал Миррисава, чтобы не заметить, что какое-то время он был крайне расстроен. Даже иногда отвечал невпопад королю, чему тот настолько удивился, привыкнув к быстрым и четким ответам секретаря, что даже не стал язвить по этому поводу.

— Она сейчас на последнем курсе литературного факультета. На этом поприще они и сошлись с Его Высочеством, — Сав открыл дверцу остановившегося экипажа и вышел. — Надо же, свет еще кое-где горит.

Возница довез их до университетской ограды, но жилые корпуса Университета было видно и отсюда. Несмотря на позднее время, некоторые окна действительно были освещены. Путь туда занял еще почти двадцать минут, во время которых Кирив не возвращался больше к прерванному разговору, интуитивно почувствовав, что эта тема неприятна его шефу. Только уже перед самым входом в преподавательский корпус он решил все-таки уточнить кое-что для себя:

— Что мне делать, если она подойдет?

— Она не подойдет, не волнуйся.

В комнате Миррисава ждала почта, просунутая, видимо, в его отсутствие в щель под дверью. Первый пакет был от Его Величества Онара Гирийского, а второй к удивлению Сава — от его кузена, Рима Онори. Усевшись в единственное в комнате кресло, молодой человек открыл сначала послание от кузена. Читая неровные строчки, он только хмыкнул. Рим, который сейчас временно исполнял его обязанности, спрашивал, где лежат документы по делу о разработке нового соляного месторождения, отчет по которому король внезапно возжелал получить как можно скорее. Несмотря на то, что внешне стиль письма был вполне вежливым, общий тон послания был непередаваемо нахальным. Создавалось такое впечатление, что Миррисав специально спрятал эти документы перед отъездом или вообще забрал их собой. Вспомнив последний разговор с кузеном, во время которого тот явно злорадствовал над невольной ссылкой своего родственника, а также приняв во внимание тот факт, что оставил все надлежащие инструкции у себя на столе, но которые Рим, как всегда рассеянный, скорее всего, просто потерял, господин Дерси решил про себя, что может проигнорировать это письмо.

Он отложил бумагу, внутренне посетовав на свою мелочную месть, и взял следующий пакет, запечатанный печатью с королевским вензелем, в принципе, предполагая, что там может быть. Его Величество требовало немедленного отчета об окружении принца, считая, что его секретарь уже вполне освоился на новом месте. Прочитав сухое и, как всегда, краткое послание, Миррисав задумчиво уставился в окно, покусывая кончик бумаги (глупая привычка, от которой он с детства не мог избавиться). Что-то беспокоило его в словах короля. Привыкнув читать между строчек не только в устных, но и письменных посланиях Его Величества, Сав явно почувствовал, что тот хочет от него чего-то совершенно конкретного, раз требует отчета так быстро. Ведь чтобы оценить обстановку в совершенно новом месте, полторы недели недостаточно. Он вздохнул, потерев виски, и достал письменные принадлежности. Что ж, раз он не знает, чего именно ждет от него король, он напишет то, что сочтет нужным упомянуть, положившись в очередной раз на свою интуицию. Но как же он не любил эту часть своей работы.

Зная, что Его Величество может совершенно неожиданно спросить своего секретаря о любой мелочи и привыкнув выполнять свою работу хорошо, господин Дерси постепенно стал вникать в вопросы, далеко не всегда связанные с его непосредственной деятельностью. Так делал еще его отец, а он всегда считал его образцом для подражания. Кроме того, по долгу службы бывая во многих местах и имея дела совершенно с разными людьми, Миррисав был в курсе практически всех дел в государстве. Самое печальное, что король подчас не стеснялся использовать его, как своего соглядатая. "Королевская мышь" — так за глаза называли главного секретаря государства при дворе за достаточно неприметную, серую внешность и срыв пары готовящихся заговоров, когда он совершенно мистическим образом оказывался в курсе всех планов, подслушав их не иначе как через мышиные лазы, что были практически во всех апартаментах дворца. Дерси же сам себя язвительно называл "королевской крысой". Сколько раз Саву приходилось наступать на горло собственному чувству справедливости, передавая Его Величеству очередную компрометирующую информацию о какой-либо семье. Он мог уважать этих людей, мог даже восхищаться ими, но не мог допустить, чтобы их действия причинили вред короне. Это не было бы так тяжело, если бы король иногда не устранял неугодных ему лично людей, которые могли бы принести настоящую пользу стране. Господин Дерси был патриотом, но его воспитали, что король и государство — едины. Поэтому, в очередной раз совершая сделку с совестью и помогая Его Величеству потешить свои амбиции, он испытывал настоящий разлад в душе, ясно видя, что это единство было только в его воображении. Однако вбитые с детства принципы подчинения приказам брали верх.


Знакомый трактир встретил их громкими криками, доносящимися изнутри, под аккомпанемент звона бьющейся посуды. Господин Дерси только вздохнул и двинулся было вперед, но Монти придержал его за рукав.

— Нам к задней двери, — кивнул он в сторону плохо освещенного угла дома.

Миррисав последовал за своим помощником, сопровождаемый недовольно ворчащим Киривом, который долго пытался отговорить шефа от столь пагубной, на взгляд охранника, привычки посещать все злачные места города. Зайдя за угол, Тараб заколотил в невзрачную серую дверь.

— Кто? — хрипло спросили из-за нее.

— Свои, — негромко ответил Монти. — Мы к Лютому.

Дверь со скрипом отворилась. Огромный мужик, стоящий на пороге, окинул визитеров неожиданно внимательным взглядом, отчего Сав с Киривом инстинктивно пригнули головы в капюшонах, не желая быть запомненными. Нечего тут делать университетским преподавателям. Привратник понимающе хмыкнул и взглянул на Монти.

— Кого ты привел, Колосок?

Парень досадливо поморщился от нелюбимой клички, явственно ощущая насмешливый взгляд своего шефа.

— Я обо всем договаривался. Тебе разве не говорили?

— Говорили, — кивнул мужчина. — Но у меня бывают приступы любопытства.

— Не сегодня.

— Не сегодня, — неожиданно легко согласился привратник, посторонясь с дороги.

Они вошли внутрь и инстинктивно остановились. Если на улице было хоть немного светло от ночного неба и факелов на мостовых, то тут оказалась практически полная темнота. Благо, огромную фигуру встретившего их мужчины было сложно потерять из вида, поэтому с некоторой заминкой господин Дерси и его люди проследовали за провожатым по шаткой лестнице вниз.

Подвал трактира был большим. Больше, чем обычно делается для таких заведений, здесь явно рассчитывали при строительстве на некоторые иные его функции. Освещенное тусклым светом масляных лап, подвешенных на крюки почти к самому потолку, помещение было практически полностью заполнено галдящими людьми, собравшимися вокруг свободного пространства в центре. Следуя за уверенно нырнувшим в толпу Монти, Сав пробрался к самому краю этого круга, так что ему открылся замечательный вид на все действо. На утоптанной площадке под ободряющие крики болельщиков в тесный клубок сплелись две большие крысы, размером с хорошую кошку. Их серая шерсть покрылась слоем крови и пыли, превратившись в неприглядную бурую массу. Животные не обращали ни на кого внимания, стараясь дотянуться острыми белыми зубами до шеи противника. Секунду спустя, одной все же повезло, и под пронзительный визг другой она с трудом, но ухватила зубами желаемую цель. Победитель определился, и половина толпы разразилась довольными криками, а другая недовольно заворчала. Площадку быстро расчистили, осторожно накинув на оставшуюся в живых крысу мешок, и так и унеся ее с поверженным соперником в зубах, с которым она, видимо, не пожелала расставаться. К кругу подтащили новые клетки, в которых уже бесновались от запаха крови и шума другие крысы. Щуплый мужичонка шустро принялся бегать среди посетителей, собирая ставки, пока хозяева крыс демонстративно раззадоривали их еще больше перед боем, просовывая сквозь прутья деревянные палки. Скорее всего, животным еще и предварительно что-то дали, чтобы вызвать неконтролируемую агрессию.

На некоторое время Миррисава полностью увлекло новое зрелище, пока он со вздохом не убедился, что и в крысиных боях он, видимо, был бы обречен на успех, если бы решил делать ставки. Отвлекшись на минуту от очередного боя, в итоге которого уже не сомневался, он с удовольствием отметил, что Кирив стоит за его спиной, держа под наблюдением больше толпу вокруг, чем саму крысиную возню. Так что Сав мог безбоязненно отдаться своему любимому развлечению, зная, что его спина под надежным прикрытием. Монти не остался рядом с шефом и нашелся в другом конце подвала, сердито втолковавшим что-то совершенно бандитского вида мужчине. Видимо, тому самому Лютому. С трудом удержавшись, чтобы не покачать неодобрительно головой на такую явную тягу к криминальным элементам, господин Дерси перевел взгляд на противоположный край импровизированной арены и с удивлением увидел в толпе знакомое лицо.

Его Высочество принц Алур Гирийский с азартом выкрикивал что-то, активно размахивая руками. Присмотревшись, Миррисав отметил, что все трое из компании, вечно ошивающейся рядом с наследником, также наличествовали. Покопавшись в памяти и выудив из устава Икарского Университета однозначный запрет для студентов посещения таких вот мест, господин Дерси тяжело вздохнул и стал пробираться к выходу, кивнув следовать за собой Кириву.


Глава 3 | Королевский секретарь | Глава 5