home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


«Приуготовляли и расчищали путь»: французская разведка

Уже в первой половине 1810 г. в Российской империи возникли обоснованные подозрения в том, что война с Наполеоном неизбежна. Фактически с этого времени началась активная работа французской разведывательной службы. Следует учитывать, что разведка находилась под особым контролем Наполеона, который лично анализировал всю информацию и, соответственно, активно ею пользовался.

Достаточно основательные сведения о французских шпионах перед началом войны 1812 г. оставил генерал-майор артиллерии Илья Тимофеевич Радожицкий. В частности, он указывал следующее: «стали ловить на Несвиже шпионов, являвшихся под видом комедиантов, фокусников, странствующих монахов и тому подобных. Кажется, в правилах великого Наполеона было, перед начатием войны с каким-либо государством, впускать в него сперва легионы шпионов и зажигателей, которые приуготовляли и расчищали путь для его победоносного воинства. Наиболее этих шпионов являлось тогда под видом землемеров, или, по-польски, коморников, которые попеременно с нашими офицерами Квартирмейстерской части снимали ситуацию окрестностей Несвижа инструментально… Между тем как шпионы разгуливали в пограничных местах Европейской России и поджигали в городах лучшие здания, Кабинеты союзных Держав находились в чрезвычайной деятельности, истощая всю тонкость Дипломатики для утверждения политических прав своих Государей, и два могущественных Государя-соперника грозно сближали свои воинства к пределам подвластных им земель».

Накануне начала похода в Россию общее руководство сбором информации о противнике было возложено на министра иностранных дел Франции Юг-Бернара Маре и командующего французскими войсками в Северной Германии маршала Луи-Николя Даву. Именно в штаб-квартиру последнего, которая находилась в Гамбурге, поступала вся секретная информация о российской армии.

Уже в декабре 1811 г. в Данциге был создан филиал французской разведки под руководством генерала Рапа. В его обязанности входил преимущественно военный шпионаж, допросы дезертиров, путешественников и торговцев, которые вернулись из России. При этом, исходя из стратегических соображений, особое внимание уделялось дислокации и передвижениям армий будущего противника.

Но кто же предоставлял наиболее полную информацию о состоянии российской армии императору Бонапарту? Как это часто бывает, одним из основных поставщиков шпионской информации о России было французское посольство в Петербурге. Бывшие в то время послами Арман де Коленкур и Жак Александр Ло де Лористон являлись также и резидентами французской разведки. В частности, последний поддерживал тесную связь с разными агентами и регулярно докладывал в Париж о политических событиях в России, передвижениях войск и т. д. В своих мемуарах Коленкур представил себя противником ведения дипломатии подобными средствами, но при этом не отрицал, что дипломатические чиновники были тесно связаны с разведывательными службами Франции.

Кто еще, кроме дипломатов, профессиональных шпионов, помогал императору в получении необходимой информации о «стране варваров»? Следует отметить, что кроме штатных агентов Наполеон пользовался и услугами «приглашенных» лиц. Среди них был археолог Жан Лажар. Известно, что в начале 1810 г. у Наполеона состоялась личная встреча с Лажаром, на которой император посоветовал археологу возвратиться с очередных раскопок не обычным путем (через Турцию – Балканы – Италию), а кружным – через Каспий, по Волге, через Москву, Петербург, Прибалтику и Варшаву. Выполняя это «пожелание», Лажар, посетив Российскую империю, получил массу разведывательных сведений – о рекрутских наборах, системе управления армией, о местах основной дислокации войск.

Наполеон не жалел денег на разведку. Собранные данные систематизировались и анализировались в специально созданном в 1811 г. при министерстве иностранных дел информационно-статистическом отделе, возглавляемым дипломатом и разведчиком Лелорнь д’Идевилем, который ранее служил во французском посольстве в Петербурге и, соответственно, знал русский язык.

Непосредственно перед началом похода в Россию французская разведка усердно старалась расширить диапазон своей деятельности. С этой целью производилась относительно массовая засылка агентов на всем протяжении российской границы. Часть из них была обезврежена контрразведкой. Так, в начале 1811 г. был раскрыт некий Саван, которого даже удалось перевербовать. Впоследствии практически в течение двух лет он доставлял особому разведывательному бюро (его возглавлял историк и дипломат Л. П. Биньон) дезинформацию. Что касается упомянутого подразделения, то в его структуру входили три офицера, знавшие языки и имевшие опыт боевых действий. Они соответственно руководили отделами, касающимися территорий: 1) Украины; 2) Литвы и Белоруссии; 3) Прибалтики. Каждому из них подчинялись по 12 агентов, которые следили на дорогах за передвижениями русских войск, наблюдали за строительством крепостей, доставляли через границу собранные сведения. Кроме этого в компетенцию «бюро Биньона» входили военный шпионаж, перлюстрация и перевод перехваченных бумаг, допрос дезертиров и военнопленных. Также осуществлялся сбор информации об общественных настроениях в Российской империи, органах власти и экономике. Отдельно доставлялись статико-топографические сведения о приграничных губерниях. Опубликованные материалы свидетельствуют, что к концу марта 1812 г. только с разведывательными заданиями в Российской империи находилось 15 агентов Биньона.

Перед войной французская разведка получила гравировальные доски «столистовой» карты (подробная карта Российской империи и близлежащих заграничных владений, подготовленная в 1801–1804 гг.). Несмотря на то, что в ней были указаны только главные дороги и основные ориентиры, ее надписи были переведены на французский язык, и именно ею пользовались французы во время войны. Хотя впоследствии все-таки бывали случаи, что французские отряды сбивались с пути.

Известен также документ французской разведки, в котором даны характеристики 60 русских генералов и 4 старших офицеров (в их числе Кутузов, Барклай-де-Толли, Витгенштейн, Милорадович, Дохтуров, Паскевич, Тучков и другие). Согласно этим характеристикам, большинство генералов – храбрые люди, имеющие значительный боевой и командный опыт и в то же время относительно молодые (средний возраст 30–40 лет).

В 1811 г. с разведывательной миссией три агента из Польши посетили Архангельск, Вологду и другие северные города. При этом польские историки констатируют, что довольно часто было трудно провести разграничительную линию между действиями французских агентов из поляков и тех же поляков, работавших на разведку герцогства Варшавского. При этом зачастую разница заключалась лишь в том, что информация агентов герцогства в копиях оставалась в Варшаве, а все собранные сведения в разном виде поступали во Францию.

С началом военной кампании 1812 г. военно-оперативную разведку Великой армии возглавил дивизионный генерал польской и французской службы М. Сокольницкий. В его функции входило оперативное наблюдение за передвижением российских войск и их расположением, а также доставка ежедневных сведений о театре военных действий. Французского императора интересовала информация о дорогах, реках, населенных пунктах, позициях. Согласно порядку оперативные сведения должны были поступать в течение 24 часов.

Большая часть французской агентуры накануне войны была сосредоточена только на западных окраинах Российской империи. Соответственно, когда Великая армия углубилась в российские земли, ее деятельность практически не давала результатов.

О достаточно низкой результативности деятельности французских шпионов можно судить из следующих строк уже упомянутого Коленкура, которые относятся к началу похода Наполеона: «О позиции русских не было никаких сведений. Все жаловались на то, что ни один из шпионов не возвращается, что очень раздражало императора. Лишь из Мариамполя поступили сведения о том, что русская армия отступает и перед нами находятся только казаки».

Довольно быстро Наполеон разочаровался в возможностях французской разведки и рекомендовал корпусным начальникам заменять собственными силами «свою неспособную секретную службу». Он требовал от военачальников регулярно сообщать данные о противнике. Тот же Коленкур позднее писал следующее: «Любою ценою он (маршал Мюрат, командовавший авангардом наступающей наполеоновской армии. – Авт.) хотел добыть пленных; это было единственным средством получить какие-либо сведения о русской армии, так как их нельзя было получить через шпионов, сразу переставших приносить нам какую-либо пользу, как только мы очутились в России». Исходя из этого, можно говорить о том, что Наполеону так и не удалось создать в России надежную шпионскую сеть.


«Взять Россию за голову»: наступление Наполеона на Петербург | Загадки истории. Отечественная война 1812 года | «Вавилонское столпотворение»: переправа французов через Неман (начало наступления)