home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Джек и кротовая нора

Доктор Кто. Сказки Повелителя времени (сборник)

Герои появляются порой даже в самых неподходящих местах. Может быть, мы вообще все способны на подвиги, просто у большинства из нас нет ни повода, ни причин для геройства. У Джека путь к тому, чтобы стать героем, начался с обыкновенной коровы.

Эта корова была у Джека и его матери последней. Давно-давно, еще при жизни отца Джека, их ферма была большой и процветающей; тогда им принадлежало целое стадо самых лучших коров во всей округе. Но все переменилось. Одних животных убила болезнь, других Джек и его мать вынуждены были продать вместе с полями и пастбищами, и все только для того, чтобы свести концы с концами. И вот теперь они встали перед фактом: хочешь не хочешь, а придется продавать и последнюю корову.

Корова была что надо – здоровая, крепкая, – так что на рынке за нее наверняка дали бы хорошую цену. Но Джек знал, что, когда они проедят и эти деньги, другие взять будет неоткуда. Разве что продать саму ферму, но где они тогда будут жить?

Вот почему, попрощавшись с матерью, Джек отправился в город с тяжелым сердцем, всю дорогу ведя корову в поводу и разговаривая с ней вслух, чтобы совсем не упасть духом. Вскоре они дошли до городских окраин, где дома были один другого больше и краше. И вот, проходя мимо одного особенно большого и прекрасного дома, окруженного кованой решеткой, Джек услышал из-за ворот голос. Он был тихий и слабый, но Джек очень ясно расслышал слова:

– Помогите мне, пожалуйста!

Парень завертел головой, чтобы посмотреть, есть ли кто поблизости. Но никого не было, а значит, голос обращался к нему. Тогда Джек подошел к воротам и прижался лицом к прутьям, заглядывая внутрь. Только он это сделал, как створка медленно качнулась внутрь. Джеку стало любопытно, и он осторожно шагнул в ворота.

За воротами, невидимый с дороги, лежал человек. Он тяжело дышал, на рубашке у него была кровь. Оставив свою корову пастись на отличном зеленом газоне, Джек бросился на помощь незнакомцу. Подбежав уже совсем близко, он вдруг с удивлением понял, что знает этого человека: это был канцлер Джеван, один из верховных чиновников их страны.

– Канцлер! – воскликнул Джек. – Что с вами случилось? Я приведу кого-нибудь помочь.

Канцлер Джеван схватил Джека за руку. Он слабо покачал головой, и из его рта вытекла струйка крови.

– Нет, – тихо сказал он. – Помогать мне уже слишком поздно. Это расплата.

– Расплата? – удивился Джек. – За что?

– За то, что я сделал. За предательство.

Он трудно дышал, кровь пузырилась у него на губах, когда он говорил. Джек понял, что жить канцлеру осталось совсем недолго. И продолжал вслушиваться в слова умирающего:

– Я предал всех, но не по своей воле, пойми. Ведь я думал, что создаю прекрасное будущее для всех в нашем мире. Будущее, где все будут жить в достатке и изобилии. Но меня обманули. И теперь, если ты не поможешь мне, всему конец.

– Чему конец? – не понял Джек.

– Всему конец, нам всем конец. – Глаза канцлера расширились. – Обещай, что поможешь, – настойчиво повторил он.

– Конечно, если только смогу, – ответил Джек.

Канцлер пошарил в кармане и наконец извлек оттуда небольшой металлический предмет, по форме похожий на яйцо, но весь утыканный какими-то шпенечками, соединенными между собой сложной вязью проводков. Этот предмет он вложил Джеку в ладонь.

– Что это? – спросил Джек. Ничего похожего он раньше не видел.

– Я взял его у чудовища, – сказал канцлер Джеван. Слова давались ему с трудом. – У того монстра, которого я привел сюда. – Джек в ужасе оглянулся. Но канцлер поспешно добавил: – Не бойся. Он уже мертв. Я убил его. – И он хрипло, гортанно усмехнулся. – Правда, он, кажется, тоже убил меня.

– Но это, – напомнил ему Джек про таинственный предмет, – что мне с этим делать?

– Уничтожь, – сказал канцлер Джеван. – Это надо сделать раньше, чем придут другие монстры. Уничтожь его как можно скорее.

Джек рассмотрел устройство.

– Сначала мне надо на рынок, – сказал он. – Продам корову, а то у нас не будет денег.

Умирающий содрогнулся от беззвучного смеха.

– Денег? Держи. – И он вынул из своего кармана еще что-то. Это оказался суконный мешочек, внутри которого звенели и брякали монеты, и канцлер подтолкнул его к Джеку. – Возьми их себе. Потом иди домой и как можно скорее уничтожь устройство.

Джек взял мешочек. Он ослабил завязки, стягивавшие его горловину, и заглянул внутрь. И тут же ошеломленно перевел глаза на канцлера.

– Да здесь больше денег, чем я видел в жизни, – сказал он. – Я не могу это взять.

И он протянул было мешочек канцлеру, но тот только смотрел на него, безмолвный и недвижимый. Джек не сразу понял, что он умер. Он встал, не зная, что теперь делать и как поступить с деньгами – взять или нет. Ясно было одно – им с матерью эти деньги еще ой как пригодятся, а вот канцлеру Джевану они уже ни к чему.

Джек вывел из ворот свою корову и заспешил домой. В его кармане мешочек с деньгами терся о непонятную штуковину.

Вернувшись, Джек сразу отвел корову на то единственное пастбище, которое у них еще осталось, а было оно сразу за домом. Потом он нашел мать и рассказал ей обо всем, что случилось. Она слушала и кивала, а потом сказала, что он все сделал правильно и что теперь ему осталось лишь одно – уничтожить эту штуковину. Ему ведь заплатили за это, значит, он должен выполнить свою часть сделки.

Джек понятия не имел о том, каким способом можно уничтожить этот странный предмет. Поразмыслив, он положил его на колоду для рубки дров и замахнулся топором. Но в отличие от деревянных чурбаков, которые раскалывались по всей длине от первого же прикосновения тяжелого, остро отточенного лезвия, таинственное яйцо даже не погнулось. Тогда он бросил его в огонь, но его поверхность даже не закоптилась, а когда в очаге, треснув, развалилось на две части полено и яйцо выкатилось на пол, Джек обнаружил, что оно почти совсем холодное.

Тогда он со всего размаху швырнул его об каменный пол кухни и швырял до тех пор, пока у него не заболели руки, а каменный пол не пошел трещинами, но и тогда яйцо даже не поцарапалось.

Солнце уже спускалось за дальние холмы, а вечер переходил в ночь, когда Джек взял в сарае лопату и пошел с яйцом за дом, в поле. В сумерках он вырыл там яму, такую глубокую, как только сумел. Бросил в нее таинственный предмет и снова забросал его землей. Да, он не смог уничтожить это яйцо, но он и представить себе не мог, чтобы, зарытое так глубоко в землю, оно могло причинить кому-нибудь вред, да и монстры, о которых говорил канцлер Джеван, вряд ли станут его там искать. С чувством выполненного долга Джек убрал лопату на место и пошел наверх, спать.

Утром проснулся Джек рано. Солнце заглядывало в окно его спальни, как всегда по утрам, – правда, в то утро его свет показался Джеку необычным. Какой-то он был не такой, тускловатый, что ли. Думая, что, может, день сегодня выдался пасмурный, Джек шагнул к окну и, не веря своим глазам, уставился на то, что увидел.

В воздухе над полем бушевал вихрь из… пустоты. А над тем местом, где Джек зарыл вчера яйцо, воздух как будто утекал в черную, словно чернила, дыру – так вода уходит в воронку слива. Кое-как натянув на себя одежду, Джек поспешил наружу поближе взглянуть, что там происходит.

Оказавшись на земле, прямо перед бешено крутящейся воронкой, Джек увидел, что она изгибается назад, образуя что-то вроде воздушного тоннеля. Назад и вверх, прямо в небо. «Но если это и в самом деле тоннель, – подумал Джек, – то куда бы он мог вести?» Был только один способ это выяснить. Джек сделал шаг вперед, вытянул руки и коснулся черноты. И ничего не почувствовал. Немного увереннее, но все еще с опаской Джек ступил внутрь.

Вдруг весь свет куда-то исчез. Джек ничего не видел. Он сделал шаг, потом другой, но вокруг по-прежнему не было видно ни зги. Джек уже начал задумываться, не повернуть ли ему обратно, когда темнота впереди него вдруг разорвалась, точно бумага. Джек сделал еще шаг и оказался совсем в другом мире.

Он стоял посредине широкого коридора. Позади клубилась непроглядная тьма, как раньше, на том конце тоннеля. Впереди коридор делал резкий поворот. Джек осторожно приблизился и обнаружил, что сразу за поворотом коридор раздваивается; одна его часть вела к большому окну. Оглядевшись, не подсматривает ли за ним кто, Джек заспешил туда – ему не терпелось выглянуть наружу и проверить, не окажется ли там каких-нибудь знакомых примет. Но, выглянув в окно, он ровным счетом ничего не узнал. Перед ним лежали развалины города. Небо заволакивал дым, землю усеивали обломки. Лишь одно здание уцелело в общем разгроме – то, в котором он находился.

Мысли в голове Джека завертелись. С одной стороны, ему страшно захотелось броситься назад, в тоннель, в надежде, что он приведет его снова к дому; с другой – любопытно было разведать, что это за мир, в который он попал, и что в нем приключилось. Он медленно вернулся к развилке. «Гляну одним глазком, – пообещал он себе, сворачивая в другую часть коридора, – а потом сразу к тоннелю и домой».

Коридор, по которому пошел Джек, все время плавно изгибался. Он миновал уже несколько дверей, но все они оказались заперты. Кое-где от него отходили в сторону другие проходы, но Джек твердо решил держаться главного. Не хватало еще затеряться тут, в лабиринте коридоров.

Прошло минут пять, как вдруг Джек услышал шаги. Кто-то шел ему навстречу. Первым его желанием было спрятаться – в конце концов, его сюда не звали, и, судя по тому, что он видел из окна, мир этот был не из гостеприимных. Он шмыгнул в темную пасть кстати подвернувшегося бокового прохода и прижался к стене. Вскоре до него донеслось тяжелое громкое сопение и низкие, рокочущие голоса. Говорили двое. Джек рискнул и высунулся в главный коридор.

Это были не люди.

Недалеко от его укрытия стояли и беседовали двое. Один повернулся к Джеку спиной, зато другого он видел отчетливо. Ростом он был с высокого мужчину, стоял на двух ногах, но вместо человеческой головы у него была бычья – самая натуральная бычья башка, с шерстью, ушами и рогами. Джек нырнул в темноту и стал прислушиваться, пытаясь разобрать, о чем говорят эти двое.

– Ты уверен, что устройство активировано? – спросил один.

– Модуляционный сигнал ловится отчетливо, – ответил другой. – Хотя кротовья нора появилась не там, где было условлено.

– Значит, кто-то перенес механизм. Возможно, Джеван нас предал.

Джек весь похолодел, услышав имя канцера Джевана. И о чем говорят эти существа, уж не о той ли штуке, которую Джек зарыл в землю?

– Может быть. Но он все равно скоро умрет. Все в его жалком мирке умрут, когда Нимон продолжит величественный марш жизни.

И они пошли дальше. Джек крепко зажмурился, отчаянно надеясь, что в их рогатые головы не придет мысль свернуть в тот коридор, где прятался он. Они протопали мимо.

– Принцесса в надежном месте? – вдруг спросил один, удаляясь.

– Да. Я только что от нее. Но нам она больше не нужна. Пусть остается в этом мире и погибает вместе с ним, или мы ее казним, – сказал другой.

И голоса стихли вдали. Джек вышел из своего укрытия. Рогатые отрезали ему путь к темной клубящейся массе – его единственной надежде на спасение. Он хотел было последовать за ними, но услышанное еще больше распалило его любопытство, и он двинулся в другую сторону, ту, откуда пришли быкоголовые.

Надо сказать, что Джека особенно заинтриговало упоминание о принцессе. Одно из чудищ сказало, что оно только что от нее, значит, ее держат где-то здесь, за одной из дверей по этому коридору. Завернув за угол, он увидел широкие двойные двери. Возле них стоял быкоголовый страж. На дверях висел железный засов, а крошечное оконце в одной из них было забрано железной решеткой. Значит, это тюрьма – чему еще и быть?

Джек снова шмыгнул за угол прежде, чем быкоголовый успел его заметить. Пока о стоял и думал, что теперь делать, издалека донеслась размеренная тяжелая поступь другого чудовища. Он осторожно высунул из-за поворота голову и увидел, как к стражнику подошел другой, тоже рогатый.

– Решение принято, – объявил второй, приближаясь к двери. – Принцессу надо казнить. Займись этим. – Не ожидая ответа, он повернулся к стражнику спиной и ушел.

Джек был в ужасе. Принцессу убьют, а он будет стоять и смотреть. Но что еще он может сделать? Нет, что-то сделать все-таки надо. У дверей остался всего один рогач. Вот он повернулся к нему спиной, вынул железный засов из паза и отставил его в строну. Затем толкнул дверь и вошел в камеру.

Не дав себе времени подумать, Джек ухватился за представившуюся возможность. Быстро и бесшумно пробежав по коридору, он схватил железную палку. Она оказалась увесистее, чем он ожидал, но он все же вскинул ее себе на плечо. И шагнул вслед за быкоголовым в камеру.

Джек всю жизнь работал на ферме и был далеко не слабаком, но, увидев, как рогатая тварь надвигается на беззащитную пленницу в оковах, он ощутил прямо-таки небывалый прилив силы. Размахнувшись железной палкой, он, словно топор, обрушил ее на рогатую голову.

Страж зарычал от боли и упал. Джек постоял над ним, готовый нанести второй удар, если понадобится, но упавший еще раз коротко простонал и затих. Убедившись, что тот если и поднимется опять, то не скоро, Джек повернулся к девушке. Теперь, когда он смог разглядеть ее хорошенько, то понял, что они одного возраста. На ней было рваное платье, все в пятнах, а ее лицо, которое при иных обстоятельствах вполне можно было назвать хорошеньким, покрывали копоть и грязь.

– А ты не похожа на принцессу, – сказал Джек.

– Ты тоже не похож на героя, – ответила она. – Но, кажется, ты только что спас мне жизнь.

Джек еще раз посмотрел на упавшего врага.

– Кажется, да. – Опустив палку, он протянул девушке руку. – Меня зовут Джек.

– Джаханна, – ответила она. – И я правда принцесса – по крайней мере была ею, пока не появились наймоны. – Тут Джек сообразил, что так, должно быть, назывались твари с бычьими головами.

– Нам надо убираться отсюда, пока не пришел еще один, – сказал он принцессе.

Джаханна посмотрела на него грустно:

– И куда мы пойдем? Эти монстры уничтожили весь мой мир. Так что нам некуда больше идти. Ты только что спас мне жизнь, но, боюсь, это ненадолго, и скоро мы оба умрем.


Доктор Кто. Сказки Повелителя времени (сборник)

Джек схватил ее за руку и потащил к двери. Может быть, это был и не самый лучший способ обращаться с принцессой, но ему сейчас было не до хороших манер.

– Мы пойдем в мой мир, – сообщил он ей. – Заодно спасем его.

Времени на объяснения у него не было, но Джаханна, ввиду того что он только что избавил ее от смерти, ему верила. Она не стала сопротивляться, когда он крепко сжал ее руку, и они вместе выбежали из камеры. Правда, ненадолго пришлось все же задержаться: Джек закрыл обе двери и всунул на место железную палку. После чего повел принцессу широким главным коридором назад. Он надеялся, что наймоны, которые прошли мимо него недавно, выберут для возвращения какой-нибудь иной путь; как бы то ни было, он знал – до того, как исчезновение принцессы обнаружат, пройдет совсем немного минут.

Им везло до тех самых пор, когда они почти добрались до места, где впервые оказался в этом мире Джек. Большая развилка была у них уже перед глазами, когда где-то позади них раздался яростный рев. Джаханна взвизгнула от испуга. Джек обернулся посмотреть и увидел огромного наймона: тот несся по коридору прямо на них, опустив для нападения голову. Его рога горели тусклым оранжевым огнем. Вдруг из них вырвался сноп ослепительного света, и пол между Джаханной и Джеком взорвался.

Джаханна продолжала бежать, Джек за ней. Слишком поздно он сообразил, что в панике Джаханна свернула не туда: коридор вел их к огромному окну, из которого открывался вид на остатки ее мира. Это была ловушка.

Лихорадочно соображая, что делать, Джек сорвал с себя куртку и расправил ее у себя над головой в тщетной попытке замаскировать окно, к которому они приближались.

Наймон снова взревел и наддал, видимо, намереваясь вздеть Джека на рога. Они снова светились. В самый последний миг Джек отшвырнул куртку в одну сторону, а сам прыгнул на Джаханну и оттолкнул ее в другую. Вместе они упали на пол.

Рога наймона метнули пламя. Огненный заряд промчался над Джеком и Джаханной и врезался в стекло, которое разлетелось на тысячи осколков, а те дождем посыпались вниз. Разогнавшийся наймон отчаянно сбавлял ход. Джек надеялся, что сила инерции выбросит его в разбитое окно, но тот сумел-таки затормозить прямо перед разверстой рамой. И стал грузно поворачиваться к Джеку и Джаханне.

Девушка вскочила на ноги. Она бросилась на наймона и изо всех своих слабых сил с разбегу толкнула его плечом. Тот стал заваливаться назад и какое-то мгновение балансировал на краю пропасти. Потом, ревя от ярости и страха, все же рухнул. Джек едва успел ухватить за руку Джаханну, иначе и она улетела бы следом за ним. Какое-то время они еще стояли, шумно переводя дыхание и глядя вниз, туда, где скрылся наймон.

Клубящаяся тьма черной дыры еще заполняла коридор. Джек, взяв Джаханну за руку, заверил ее, что все будет хорошо, хотя самого его разбирали сомнения. Девушка смотрела в темноту, нахмурив лоб. Казалось, она раздумывает о том, сможет ли она ступить туда и покинуть свой мир, изуродованный насовсем. Но тут в дальнем конце коридора появились два наймона, и времени на раздумья не осталось. Рука в руке, Джек и Джаханна вбежали в темноту. Из кротовой норы они вывалились в поле позади дома Джека, перепутавшись руками и ногами.

– Наймоны наверняка прыгнули прямо за нами, – задыхаясь, проговорила Джаханна. – А теперь, когда они знают, где нора, остальные тоже последуют за ними. Они хотят уничтожить твой мир так же, как уничтожили мой.

И она стала отчаянно озираться.

– Почему она здесь? Как она здесь появилась?

– Мне дали такую штуковину, из металла, – объяснил Джек. – Я должен был ее уничтожить, но не смог. И решил закопать здесь.

Тут из самого сердца черного вихря до них долетел раскатистый рев.

– Надо достать эту штуку, – сказала Джаханна. – Пока наймоны не появились.

И они ногтями начали рыть землю под черной дырой. Земля была рыхлой, ведь ее перекапывали совсем недавно, так что они выбрасывали ее целыми пригоршнями. Скоро, все в грязи и пыли, они увидели на дне блеск металла. Зато в черной воронке у них над головами начал вырисовываться рогатый силуэт.

Джаханна выхватила у Джека металлический предмет.

– Это генератор черного света, – буркнула она. Очень быстро она надавила на несколько шпеньков, усеивавших его поверхность, металлическое яйцо щелкнуло и раскрылось. Девушка бросила его на землю и принялась топтать ногой, а напоследок еще и растерла каблуком содержимое.

Огромная черная рука вынырнула из дыры, схватила Джека – и вдруг исчезла. Раздался жуткий визг, скрежет, вопли боли, и вся чернота испарилась. Джек и Джаханна с молчаливым облегчением смотрели в пустое небо. На краю поля последняя корова Джека задумчиво жевала траву, как будто ничего не случилось.

Мать Джека, которая была в доме, похоже, тоже ничего не заметила. Она занималась тем, что пересчитывала деньги, которые дал Джеку канцлер Джеван; по ее словам, их должно было хватить на много лет безбедной жизни на ферме. И они даже смогут оставить у себя Джаханну. Если матушка Джека и удивилась появлению девушки, то про себя, вслух она ничего не спросила. Она поверила Джеку на слово, когда тот сказал, что девушка осталась без дома и нуждается не только в крове, но и в их заботе и ласке.

Джек показал Джаханне комнату, которая отныне должна была стать ее собственной. Он сказал ей, что ему очень, очень жаль, что ее мира больше нет, и что он очень благодарен ей за помощь в спасении его собственного.

Джаханна грустно улыбнулась в ответ.

– А я рада, что мы оба уцелели, – сказала она. И поблагодарила его за то, что он спас ее из камеры, где ее держали в плену. И хотя боль от потери своего мира была еще свежа, она все же чувствовала себя намного счастливее здесь, где ей не надо было постоянно бояться присутствия наймонов.

Выспавшись и приняв ванну, Джаханна надела платье, которое мать Джека хранила с тех самых пор, когда сама была девушкой. Сойдя вниз, к ужину, Джаханна спросила у Джека и его матушки:

– Как я выгляжу?

Джек с головы до ног оглядел молодую женщину, вместе с которой он спасся из враждебного мира.

– Как принцесса, – сказал он ей.


Три сонтаранца | Доктор Кто. Сказки Повелителя времени (сборник) | Снежка Уайт и семь ключей Судного Дня



Loading...