на главную   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 1

Очнулся я от того, что мне не хватало воздуха. Распахнув глаза, я попытался вздохнуть, и у меня даже что-то получилось, да вот беда – этот небольшой глоток воздуха вызвал резкую боль в груди, из-за чего я его тут же и выкашлял.

– Кха-кха… кха… Хо-о-о… – еще одна попытка вздохнуть, – кха… кха… – и тут же мгновенная расплата.

Поборовшись за воздух еще пару секунд, вроде начал побеждать, но вместе с воздухом пришла и боль по всему телу. Лежал я на животе. Правая рука, левая нога и пара ребер были сломаны точно. Лицо – одна сплошная боль, но нос вроде бы цел. Кожа на правой ноге – сплошь лоскуты, что с левой рукой, непонятно, вроде целая, но болит. Синяки и царапины на фоне всего этого я просто не ощущал.

Давно мне не приходилось чувствовать подобного. Очень давно. Контроль тела подразумевал и контроль боли, а это чуть ли не первое, чему обучают ведьмаков. И если быть совсем откровенным, в настолько плачевном положении я никогда и не был. Если не считать последние минуты жизни. А ведь у тельца есть и внутренние повреждения. Наверняка есть.

Чего-то подобного я и ожидал, когда Шин рассказывал о том, в кого и при каких обстоятельствах я попаду, а вот о том, насколько резким будет переход, он сообщить подзабыл.

Как обычно, впрочем.

И стоило только подумать о том, где этот дерьмовый спасатель, вы уж простите меня за мой высокий слог, как меня аккуратно перевернули на спину. Что ж, тут все по плану – спасает меня полностью седой старик. Я в его годы за собой лучше следил. Хотя о чем я, какая у «абсолюта» седина? Да и вопрос о том, сколько ему лет, остается открытым – все-таки это чистокровный Инсатсу, которые славились долгожительством. Младше он меня прежнего или нет, я знать не знаю. Умер я, к слову, в возрасте ста пятидесяти четырех лет. Если бы не засранец Маклауд, продолжавший здравствовать, мог бы стать самым старым ведьмаком. Причина смерти – взрыв американского корвета, не давший двум звездно-полосатым «абсолютам» добить бедного меня. Если не считать самой ситуации, которая привела меня на тот корабль, сработал я более чем грамотно. Задание в итоге выполнено, один янки точно мертв, не успел бы он уйти, после моих-то тумаков, второй… может, и мертв, но я сомневаюсь. Единственное, что угнетает, причем больше смерти, что я полностью профукал оперативную игру, позволив заманить себя в ловушку. Не помогает даже осознание того, что вничью я все же сыграл.

Да и бог с ним. Теперь-то что? Начальник оперативного штаба корпуса ведьмаков, полковник Волков Сергей Викторович, мертв, а вот что там со Стилягой, это надо еще посмотреть. Не одним ведьмачеством живы. Да и невозможно это теперь. Как объяснил Шин, ведьмак – это прежде всего «эталонный», если так можно выразиться, человек, а закидывать меня будут в мир, где у абсолютно всех есть некие каналы, по которым течет некая кекки, отсутствующая у обычных людей другого мира. В частности, моего. Плюс сама кекки, которая тоже присутствует у всех. Даже у самого убого бездомного. Вот количество оной – это да, различия колоссальны, от полного ноля до человека-демона. Сколько кекки будет у меня, неизвестно, ибо парень должен был сегодня умереть, но точно немало. Еще один чистокровный Инсатсу, как ни крути. Говорить, что мне повезло в него попасть, не стоит, ведь в этом и был план. Заслать меня в тело умершего за минуту до этого представителя линии Кано – одной из четырех главных ветвей клана Инсатсу. Подлечить тушку ровно настолько, чтобы не помер до подхода помощи. Сама помощь – в лице деда тушки. Ну и язык, общий для этого континента. Остальное – крутись, как можешь.

Ах да, какая-то метка на ауре, дабы местный, а лучше сказать сегодняшний Шинигами знал, кто я такой и с чем пришел в его мир. Туда же можно отнести многолетнее знакомство с самим Шином. То есть, простите, Шинигами. Но этот пункт весьма спорен.

Стоит сразу объяснить – Шинигами, который превратил себя в человека, – это не человек. И уже не Шинигами. То ли сумасшедший человек, то ли бракованный Шинигами. Порой его мысль понять было очень сложно, но чаще я ее так и не понимал. Он мог спокойно общаться, а потом взмахом руки развоплотить дерево, которое в моем внутреннем мире символизировало концентрацию во время медитации. Вы представляете степень моей радости? Я то дерево восемь лет растил. Восемь лет кропотливой работы. И ночью, когда спал, и днем, когда выдавалась возможность. Одним взмахом руки. Как мы выяснили в первый год знакомства, Шин действительно не мог ничего создать или уничтожить в моем мире, а вот вернуть в изначальное состояние – это запросто. Восемь лет… И знаете, что он ответил, когда я успокоился и все же спросил: «Какого дьявола?» Никогда не догадаетесь. Оказывается, Южный крест сегодня злой. Почему злой, в чем это выражается или, хотя бы, что это значит, я от него так и не добился. При этом он не отмалчивался, а честно пытался объяснить, но это был разговор слепого с глухим.

Да и знакомство не означает частого общения. Заявлялся он ко мне, когда хотел. Иногда каждый… каждый раз, когда я был во внутреннем мире, иногда раз в пару месяцев, а однажды его не было двадцать два года. Типа по миру летал, учился быть человеком. Да за такое время, да с его возможностями, даже собака станет человеком.

К слову, однажды он спас меня в реальном мире, а причина этому не его доброта или наша дружба, просто «у того типа слишком зеленая рубашка», – сказал он с дикой яростью в голосе.

В целом Шина можно охарактеризовать как… напряжную личность. Гадит не со зла, помогает не по доброте душевной, ничего ему не надо, ни друзей, ни врагов, но помогает и убивает. Я точно знал, что мне он не навредит, но абсолютно точно не понимал, что он сделает в следующее мгновение. Как я вообще из него хоть что-то вытянул, вот это вопрос вопросов.

На мой очередной кашель, старик осторожно поднял меня на руки. Кстати, да – а сколько лет телу? То, что я попаду в тело ребенка, мне было известно, а вот возраст Шин определял крайне плохо. Точнее, как он сам сказал, определить легко, но у него совсем другая система мер. Информация о том, что у души, покинувшей тело ребенка, было триста шестнадцать Karakichi, мне как-то ничего не говорит. А ведь, бла-бла-бла… настолько точно даже боги не могут определить.

– Тише, малыш, – прошептал старик после моего очередного кашля. Позволяла бы гордость – от боли выл. – Тише. Все будет хорошо. Все будет отлично.

Да уж, надеюсь, что будет. А пока, чтобы и правда не взвыть, можно и в бессознанку уйти.


Пролог | Клан у пропасти | * * *