home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Ход 6. Охота на нарков

— Человеческая, говоришь? И что вы с ней сделали?

— Закопали, место можем показать…

— Ясно. — Командор прикинул свои планы на завтра. — Сержант, завтра утром собери всех своих бойцов, ну кроме тех, что в госпитале, конечно. Скауты, тоже готовьтесь. Пойдем искать… Инвалида…

Вечер прошел спокойно и тихо. Новость о неизвестном, потерявшем ногу, уже разнеслась, и у костров никто не веселился. Быстрый опрос показал, что из островитян никто не пропадал, послали несколько человек к агроному, но от них пришел ответ, что там все спокойно. Командор ужинал с Андреем, отдавая тому распоряжения на завтрашний день.

— А ты хочешь сам пойти? — спросил Андрей.

— Да, прошвырнусь немного. А то засиделся что-то. Тут и без меня работа на месте не стоит. Схожу, посмотрю, заодно окрестности поизучаем…

— Думаешь, тот человек еще жив?

— Волк, попавший в капкан, может перегрызть себе лапу и уйти. Человеку, если на него свалится дерево, труднее перепилить себе ногу. Но от отчаянья можно и не такое сделать. Хотя я думаю, что он погиб. Может, он был не один, может там в лесу группа заблудилась или вещи остались. Поищем, хоть какие-то следы должны быть…

— Да, неприятный случай.

— Привыкай, — заметил Командор, — вокруг дикие леса. Нам просто повезло, что здесь полно лугов, полян, холмы, небольшие рощи. Если бы мы в тайгу попали, кругом одни буреломы были бы. Здесь тоже есть места непролазные, но мы все же можем ходить за сорок километров и обратно. А зверья вокруг полно. Кто-то мог и на медведя нарваться… Пока мы далеко никого не отпускаем, у нас все целы, а начнем расселяться, будут и смертельные случаи… Я тут думал о системе хуторов. Мне кажется, разумно их строить в пределах видимости один от другого. Тогда и сигнал подать будет легко, и население по территории распределим. И никто чужой между двумя деревнями построиться не сможет, место будет занято.

— Ты думаешь, появятся еще люди, — Андрей, похоже, не думал об этом раньше.

— А как же! Кто-то попадет на неудобья, на пустошь какую-нибудь. Соберется банда, пойдут грабить соседей. Если их сразу не побьют, войдут во вкус. Хорошо, если они останутся на одном месте и будут снимать дань с окрестных деревень. Стричь шерсть с овцы выгоднее, чем забить ее сразу. Появится крепость, будут защищать своих. Но жадность и глупость могут привести к тому, что крестьяне просто разбегутся. Такие уроды могут не ограничиться несколькими поселениями. К тому же, уничтожив или разогнав всех, им придется идти дальше. Такая толпа может и на наши границы выйти…

— И как скоро их ждать…

— Не знаю. Год-два. Может, больше. Пограничники, если бы захотели, могли бы нас уже сейчас всех к стенке поставить. Но их учили охранять, а не нападать. Вот если бы рядом оказался полк ВДВ, нам бы мало не показалось… А этот обезножевший… Может, уже какая-то банда шурует, по одному людей выбивает.

— Да, пожалуй, ты прав, — заметил Андрей. — Сходи, проверь, мы здесь справимся. Забыл тебе сказать, вчера сейф раскопали. Дверцу снесло напрочь, корпус цел. Внутри несколько компакт-дисков, какие-то старые документы. Половина сейфа забита мешками с мелочью. Там и золотые монеты, правда немного, и медь. Мы их завхозам сдали. Можно из них наконечники для стрел делать или пули лить. Тут еще ребята приходили, предложили ветряную мельницу построить. Только не с лопастями пропеллером, а вертикальную, чтобы от направления ветра не зависеть. Да и к вертикальному валу присоединиться проще будет. Ремень или цепь бросим. А уж на мельнице можно и зерно молоть, и глину перетирать. Лесопилку поставим. Кости рыбные в муку…

— А кости-то зачем?

— На удобрения.

— У нас удобрений целый пароход… — Командор уже обдумывал перспективы ветряного двигателя. — Можно клей варить и из стружки плиту делать, на мебель, на внутренние стены. Только пресс надо строить. Да и мощности не хватит вашей мельнице, надо понижающую передачу. Может, шестерни?

— Точно, — подхватил Андрей, — форму из глины сделаем и отольем… Жаль, лошадей нет, а то мы бы и косилку сделали…

— Думайте о паровых двигателях, все равно к ним придем. Но в первую очередь жилье… А мельницу можно напротив замка на холме поставить, там наверху всегда ветер… На остатках часовой башни.

Уже за полночь Командор вернулся на катер. Из рубки его окликнул дежурный, проверяя, кто пришел. «Неплохо было бы и у трапа часового поставить. Жаль, людей не хватает. Интересно, куда же делась команда…» В каюте Командора ждал сюрприз. Приятный или нет, это как посмотреть… На койке, не дождавшись его возвращения, спала Татьяна. «Вот как раз ее-то мне и не хватало сегодня для полного счастья…»

— Слышь, подруга дней моих суровых, подвинься. Завтра вставать рано.

Татьяна отодвинулась к переборке и, не просыпаясь, обняла улегшегося Командора.

…Белый, медленно перетекающий туман по колено, скрывающий землю. Люди в оцепенелом, полузаторможенном состоянии, сидящие в нем. Редкие фигуры как сомнамбулы бродят в белом безмолвии, время от времени упираясь в невидимые и неосязаемые стены, за которыми все тот же туман. Горизонт скрыт серой полумглой, небо бесцветно, ни солнца, ни звезд. Полное безвременье. Полное равнодушие ко всему. Ни одного дерева, ни одного куста, только камни и скалы, выступающие из тумана. Никто не знает, откуда берутся новые люди, да никому это и не интересно. Просто в тумане вырисовывается новый силуэт и присоединяется к остальным. Никто не знает и не интересуется, куда они уходят. Но все знают как это происходит. В центре территории невысокий каменный постамент, на котором в небольшом углублении лежат каменные шары с номерами. Никто никогда не видел, как появляются новые шары. Никто не помнит своего имени, но каждый знает свой номер. Туман около постамента начинает светиться, и пульсации света собирают людей вокруг постамента. Шары начинают вращаться, и один или несколько скатываются в небольшую канавку, идущую по краю. В ее конце воронка. Люди, чьи номера выпадают, идут к одной из стен, проходят между двумя камнями и исчезают в тумане. Шары с номерами проваливаются в воронку. Оставшиеся расходятся все так же безмолвно и равнодушно.

Он и Она сидели рядом на каменистой площадке среди скал. Это было единственное место на всей территории, поднимавшееся над туманом. Сюда редко кто забредал. Здесь они и встретились впервые. Сейчас они просто сидели взявшись за руки. Они не разговаривали, им не о чем было говорить. Они только сказали друг другу свои номера. Они не пытались прижаться потеснее или обняться. Чувства, которые они испытывали, нельзя было сравнить с физическим или сексуальным влечением. Просто, когда они были рядом, их охватывало необъяснимое тепло. Им было хорошо вместе и плохо, когда они были вынуждены идти в туман на зов постамента. Вот и сейчас, туман около камня с шарами начал светиться и призывно моргать. Люди на площадке начали медленно подтягиваться к постаменту, окружая его небольшой толпой. Он и Она тоже подошли к камню. Шары начали свое завораживающее вращение, и в канавку покатились три из них. Семнадцатый, девятый и третий. Он поднял взгляд на Нее. Ее взгляд выражал полное отчаяние. Его номер был девятым, Ее — вторым. Уйти без нее казалось немыслимым. Остаться! Он протянул руку и взял из воронки свой шар. Тот оказался на удивление тяжелым. Удивленный вздох пронесся по толпе. Никто никогда не пробовал спорить с решением постамента. Он бросил свой шар в общую кучу. Сияние тумана усилилось. Шары снова начали вращаться, и снова девятый покатился в воронку. Она подошла к Нему сзади и положила руку на плечо. Это ли или отчаяние придало Ему сил, но Он выхватил из общей кучи второй шар, бросил его в воронку и переложил третий обратно на постамент. Уйдем вместе… И снова шары пришли в движение. Третий шар катился в воронку… В воздухе послышалось легкое гудение. Он вспомнил слово, которое показалось подходящим. Переполнение. Второй шар покатился навстречу третьему, и они встретились на середине лотка, каждый пытался продолжить движение. Второй шар начал медленно крошиться. Она ахнула, и Он понял, что, если ничего не сделать, произойдет что-то страшное и необъяснимое. Он выхватил второй шар, а другой рукой схватил девятый. Третий шар упал в воронку. Шары на вершине раз за разом перемешивались, но девятый был в руке человека, и в воронку ничего не падало. Гудение усилилось, вращение шаров все убыстрялось. Появился неприятный запах, туман светился все ярче, его мерцание превратилось в непрерывный поток быстрых и ярких вспышек. Сейчас перегрузится и замкнет, подумал Он. Люди пятились от камня. Что-то оглушительно лопнуло, и свет погас. Когда глаза привыкли к полумраку, все увидели, что постамент лопнул по всей высоте и шары рассыпались. Туман отступал во все стороны и рассеивался в воздухе. Почувствовав в руках какую-то тяжесть, Он посмотрел вниз и увидел зажатые в кулаках шары. Ладони разжались, и камни упали на землю.

— И что теперь? — спросил кто-то…

Командор поднялся и сел на койке. Обрывки сна все еще вертелись у него в голове. Дорога, по которой идет поток людей. Тьма, наступающая со спины и свет, разгорающийся впереди. И поток существ, идущих навстречу, из Света в Тьму. Длинные, когтистые лапы, мохнатые спины, страшные клыки, рога, непонятные наросты и щупальца. Казалось бы, всем своим видом эти твари должны были вызывать ужас, но два потока равнодушно текли мимо друг друга, уступая дорогу, если вдруг человек и Зверь оказывались лицом к лицу, каждый к своей цели. И дом показавшийся за поворотом… «Бред какой, что я вчера съел, грибную похлебку, что ли?..» Татьяна так и не проснулась. Решив, что все равно не заснет, Командор поднялся в рубку. Солнце уже вставало.

— Дежурный, кто вечером на вахте стоял? Почему посторонние на борту?

— Да она же своя, сказала, что вас подождет, потом вахта сменилась, про нее забыли…

— Ты сам служил?

— Не успел…

— Вот что, боец, как она проснется, не забудьте ее с борта проводить, потом доложите Андрею, пусть он вам наказание придумает за допущенные нарушения. Заодно пусть расскажет, как караул нести. А мне сегодня некогда…

Командор нашел на острове двух мужиков, которые проходили по компьютерному досье как охотники, и приказал им взять карабины. В свободное время охотники вели для всех желающих «курсы следопытов», что уже приносило свои плоды. Лучники начали возвращаться из леса со все более богатой добычей. Но сегодня Командору нужны были профессионалы. На берегу уже собирались пограничники. Неизменные зеленые фуражки и кирзовые сапоги они заменили на береты и легкие и удобные кроссовки. «Оно и правильно, бегать сегодня придется долго…» Вся группа пошла к скаутам. Домик скаутов уже принял вполне жилой вид. Рядом с ним стояло несколько шалашей, был расчищен и восстановлен большой каменный фундамент под будущую стройку. Вся территория была расчищена от кустарника и огорожена невысоким плетнем, тщательно обмотанным колючими ветками. Группа скаутов в последнее время выросла за счет нескольких присоединившихся к ним лучников. Польза была взаимной. Лучники увеличивали охотничьи угодья, скауты учились стрелять… Но и те, и другие с завистью поглядывали на автоматы пограничников. Девушек оставили хозяйничать…

— Топоры, ножи, лопаты не забыли? Ну, двинулись. Сержант показывай дорогу. Санька, подойди ко мне.

Немного отстав от общей группы, Командор пошел рядом с командиром скаутов.

— Я смотрю, вы тут обустраиваетесь, это хорошо. Все забываю спросить, вы свою болезную куда дели?

— Так мы же ее на остров отдали. Ваша врачиха уговорила. Да все равно она не оклемается.

— Да? А я думал, вы ее прибили…

— Что ж мы, совсем звери…

«Да, от Тьмы к Свету… Блин, приснится же такая гадость…» Командор некоторое время шел молча, затем спросил:

— Много к вам народа пришло?

— Не, десять человек. Нам пока больше не надо. Я же понимаю, что кому-то и работать нужно. Но и мы не только руины роем. Парни в лесу зайцев бьют. Луки делаем. Они слабоваты пока, но, если лося или оленя завалим, сделаем большой лук. Нам жилы на тетиву нужны. Мы пару копий сделали, но они тяжелые, их далеко не кинешь… Пока тренируемся.

— Дротики можно делать, они легче, чем большие копья. А крупного зверя вы пока из лука сразу не завалите. На лося лучше с карабином идти. Организуйтесь с охотниками, я добро на патроны дам. Вы в лесу хищников каких встречали?

— Волки есть, попадались, — Санька задумался, припоминая, — вроде рысь видели, но она ушла сразу. С медведями не сталкивались, но видели следы, муравейник разрытый, деревья с ободранной корой, вроде место метил. Кабаны бегают, лоси, олени. А еще из хищников… Лису видели. Еще зверь странный, большой, лохматый, но не медведь, с хвостом, лапы большие, когти здоровые, морда вытянутая…

— Росомаха, что ли? Они-то здесь откуда… Львов и тигров не встречали?

— Шутите? Нет, не было таких. Но на болотах видели ящерицу большую, наверное в руку длиной, не то большой тритон, не то маленький крокодил. Лягушек жрал, яйца в птичьем гнезде…

— Как раз крокодилов нам и не хватает, из них хорошие сапоги получаются… А еще какая живность имеется?

— Зайцы, бобры, мы на болотах хатку бобровую нашли. Там еще какие-то водоплавающие есть, не знаю, как называется. Белки, а еще по деревьям бегают длинные такие, как белка, но длиннее. Не то куница, не то горностай, я в них не разбираюсь. Мелочь всякая, типа ежиков, попадается. Змеи тоже. Птицы разные. На озере утки были, в скалах даже голуби дикие. Только они, наверное, на зиму улетают…

— А местных зверей, каких-нибудь необычных, не встречалось?

— Динозавров, что ли? Нет, пока не видели. Если только эту ящерицу… Правда, наткнулись как-то на стайку зверьков чуть побольше кошки. Так они так быстро-быстро побежали, мы их даже разглядеть не успели, а потом им камень на пути попался, так они через него как начали прыгать метров на пять в высоту. Так все за него и упрыгали. Я таких раньше никогда не видел, очень быстрые, вжих и нету! — Санька пытался вспомнить что-нибудь. — На пасеке, когда мы последний раз там были, говорили, что какой-то крупный зверь вокруг ходит. Но мы думали, медведь…

— А у них люди не пропадали?

— Нет, они не говорили… Мне кажется, если бы кто пропал, они бы нам сообщили. Хотя они нас и не особо любят…

— Ладно, с ними как-нибудь разберемся. Давай наших догонять.

Отряд бодро шел по утреннему лесу. Время от времени попадались небольшие поляны, один раз пересекли большое поле между двух лесных массивов. Лес действительно был не особенно густым и вполне проходимым. Только в паре мест пришлось прорубаться, расширяя тропу, по которой уже не раз проходили по дороге на пасеку и заставу небольшие отряды людей. Время от времени попадались гранитные валуны и выступающие из земли «бараньи лбы», которые не давали лесу разрастаться до густых непроходимых зарослей. Но кое-где каменистая холмистая местность сменялась низкими мокрыми ложбинами и большими равнинами. На них растительность забивала все, что могла. Сосновые рощи и ельники, березовые чащи и густые кустарники по берегам ручьев, поляны с травой чуть ли не в рост человека — природа отдыхала, не тронутая руками человека. Встречались и дикие звери, еще не запуганные двуногими охотниками.

Командор догнал пограничников.

— Сержант, что решила майор?

— Гражданских отдаем вам. Первый караван уже готовится. Впереди пойдет трактор. Мы к нему телегу прицепим, загрузим все дизтопливо, барахло всякое, детей посадим. Мы трассу прикинули уже…

— Может, лучше волокушу? Шаланда на колесах будет застревать на бездорожье…

— Ну, решим. Большая часть взрослых с охраной пойдут следом. Но все равно идти долго. Я думаю, трактор дня четыре будет пробиваться. У нас там леса погуще, чем здесь. После того как придет караван, охрана возвращается и берет оставшихся. На заставе остаются одно отделение и часть местных на хуторах. Майор их бросать не хочет. Отделение будет раз в месяц меняться, ну и носить понемногу то, что останется. Потом, наверное, можно будет и ваших людей задействовать. В любом случае, дорога идет мимо пасеки, удобнее места для ночлега не найти. Когда дорогу натопчем, до заставы можно будет без проблем дойти за пару дней. Гражданские машины, скорее всего, придется бросить, а наш уазик доползет…

«Будем разводить племенные джипы», — вспомнилось Командору чье-то высказывание.

— Насчет дороги ты слишком оптимистичен, — заметил он. — По камням и трактор не пройдет. Сегодня поговори с комендантом острова и с дорожниками. Наметите трассу по карте, пусть даже будет немного длиннее, зато проходимее. Возьмите с собой часть дорожной бригады. По пути на заставу начинайте готовить трассу, размечать, в самых трудных местах можете и расчистить кое-где. Я думаю, за неделю вы до заставы доберетесь. До выхода каравана дорожники пойдут в обратную сторону. А мы тем временем начнем отсюда. Каменистые крутые склоны, броды через ручьи и реки, меня это смущает. Люди-то пройдут, но, возможно, трактору придется вернуться. Я попробую пасечников уговорить принять посильное участие. Пора уже с ними познакомиться. Если вы так уж хотите перегнать сюда трактор, то часть людей можете задействовать в помощь дорожникам… Вечером обмозгуем. Если будет дорога и постоянные караваны, то вдоль нее можно строить поселения…

— Хорошо. Вот, считай, пришли. Вон на той поляне нашли ногу…

Отряд вышел на прогалину между небольшой рощей и лесным массивом. Несколько птиц лениво взлетели при приближении людей. На месте, откуда они взлетели, все еще валялись осколки костей. Охотники подошли к Командору.

— Сержант, ногу где зарыли?

— Вон под теми кустами. Раскопать?

— Нет, не надо. Я думаю, что вряд ли волки таскали ее с собой по всему лесу. Где нашли, там и стали грызть. Внимание всем! Рассредоточились и осмотрели все в радиусе пятидесяти метров. Ищем любые следы.

— Командор! — обратился к нему один из охотников. — Пока молодежь развлекается, пойдем глянем во-он туда… — Он махнул в сторону леса. — Видишь, птицы кружатся…

— Ну, пойдем. После осмотра собираемся на краю леса! Вон в том направлении! Санька, пошли с нами.

Четверо человек пошли к краю леса. Чем ближе он приближался, тем меньше Командору хотелось туда идти. Предчувствие крупных неприятностей нарастало… На краю леса ничего не было, но чуть в глубине каркали вороны. Туда и пошли. Командор и Санька внимательно оглядывались вокруг, но никаких следов не видели.

— Вот жешь..! Стой! Наверху! — сказал один из охотников.

Командор поднял голову.

— Ну, ё..! — только и сказал он.

Санька побежал в кусты блевать.

— Санька, как прочистишься, зови остальных, — крикнул Командор и услышал полузадушенное «Ага!».

Картина, открывшаяся людям, больше походила на сцену из фильма ужасов. Не каждый день приходится участвовать в хорроре. Но съемочной бригады поблизости не наблюдалось. Санька, уже давший отмашку на краю леса, вернулся. Наверх он старался не смотреть. На развилке дерева, между ветвями лежал труп молодого человека. Одной ноги и одной руки у него уже не было. Пахло от него уже достаточно сильно, мухи вокруг вились роями. Рядом на ветвях сидели вороны, недовольно косясь на людей, прервавших их пиршество.

— Кто же его туда забросил? Это ваш нарик?

— Нет, я этого вообще не знаю. Этот рыжий, чужак. Надо на пасеке спросить, у них люди не пропадали…

Ствол дерева был сильно ободран, похоже, не только волки, но и медведи гуляли по соседству. Командор подошел к охотникам. У него уже сложилось мнение о погибшем, но хотелось подтверждения со стороны.

— Что скажете?

— Мертвяк. Давно здесь лежит, дня три…

— Медведь его мог туда закинуть?

— Не, медведь бы закопал. Рысь могла…

— Только она не стала бы его раздевать, — заметил Командор.

— Да, ей это ни к чему… Вот человек бы мог…

— Вот и я так думаю, — вздохнул Командор.

— А вы достаточно спокойно к трупам относитесь…

— Я к трупам пока не отношусь, — отрезал Командор, — просто было дело, насмотрелся. Не думайте, что меня это не беспокоит. Вы тоже в кусты не бежите…

— Мы же сами охотники, правда, одно дело зверь, а другое человек…

Подходили остальные члены отряда. Разглядев страшную находку, кто бросался в сторону, кто просто бледнел, стараясь держать себя в руках. Скаутам явно было нехорошо, да и пограничники чувствовали себя неуютно.

— Нашел, нашел, — раздался неподалеку голос одного из скаутов, он подбежал ближе и посмотрел вверх. — Ой, мамочки, — и осел на землю.

Командор подхватил его с земли и хорошенько встряхнул.

— Что нашел, где?

— Там, чуть дальше, муравейник. А рядом камень, на нем что-то рубили, все в темных пятнах. А рядом кости, уже муравьями все обглодано. Я думал, чья-то лапа, а теперь понял, это кисть руки…

— Так, спокойно все! Могу вас порадовать, в наших краях завелся людоед. Если кто не заметил, у чела на дереве еще и ягодицы вырезаны…

Кого-то опять вывернуло наизнанку. Но Командор уже не обращал на это внимания.

— Задача та же — рассредоточиться и найти следы. Палатка, ботинок, что угодно… По одному не ходить. Тем более с оружием. Разошлись, время на осмотр двадцать минут. Охотники остаются. Ну, какие мысли? — обратился Командор к оставшимся.

— Один или двое, но далеко тело не отнесли. Тяжелый попался. Отрубили самое вкусное, остатки забросили на дерево. Наверное, вернутся… Хотя мясо уже испортилось, — охотник поморщился, — По дороге оттяпали культю и часть руки, чтобы не тащить лишнего. Если еще что-то и найдется, то в той стороне, по одной прямой с муравейником и телом…

— Ну, пойдем проверим…

Но им навстречу уже вышли два пограничника. В руках у одного был большой шлем.

— Вот нашли, пилотный шлем. Скорее всего, летчик. Он мог самолет посадить и пешком попытаться выбраться. Тут и нарвался…

— Где нашли? Пойдем туда.

Но скауты уже отыскали на дереве зацепившийся парашют. Обрезанные лямки болтались метрах в пяти над землей. Пилот или погиб сразу при спуске, или спрыгнул и сломал ногу при падении. Судя по следу топора на стволе, встреча состоялась именно здесь. Командор загнал скаутов на дерево снимать парашют, приказав им потом вернуться к телу. Остальные пошли обратно.

— С мертвым что будем делать? — спросил один из охотников. — Снимем? А то похоронить бы надо… Или засаду организуем. Вдруг этот гад вернется…

— Дерево срубим, сам упадет. Не думаю, что кому-то захочется лезть на это дерево. Потом рядом яму выкопаем и захороним. Вы лучше прикиньте, куда шел убийца.

— Место посадки, тело, муравейник. Получается, что в сторону пасеки. Правда, не думаю, что это очень далеко отсюда. С грузом по лесу не побродишь. Можно попробовать отследить.

Отряд опять собирался около дерева с телом. Командор подошел к Саньке.

— Было бы неплохо, если бы этот людоед наткнулся на ваших нарков и они друг друга замочили. Нам меньше забот.

— Я как раз думаю, — ответил Санька, — что этот людоед и есть один из наших нарков. Помните, лучники одного подстрелили. Он его мог добить… А потом пошел искать новое мясо… Кошмар, не хочу об этом даже думать. А самолет куда делся?

— Улетел. Пилот мог понять, что садиться некуда, и катапультироваться. Самолет после этого может еще долго лететь. Вряд ли мы его найдем. Ладно, валим дерево…

Но в это время в лесу послышались крики. Все бросились туда.

— Стой, гад! Держи его!

Навстречу отряду выскочили два скаута.

— Ушел, ушел, сволочь!

— Скауты на месте! Сержант с бойцами! Догнать урода! — быстро среагировал Командор. — Остальным, возвращаемся.

Пограничники сорвались с места и исчезли в лесу. Командор послал одного из охотников с тройкой скаутов проследить путь людоеда до его логова, а остальные вернулись к дереву. Уже после нескольких ударов топором тело сползло и упало вниз. Теперь можно было его и похоронить. Тело столкнули в неглубокую могилу. Вернулись раздосадованные пограничники. Сержант материл бойцов, но никто не огрызался.

— Ушел. На болоте потеряли. Все вокруг обыскали, нет нигде ни следов, ничего. Может, засосало…

— Шумите много. Сержант, дай трех бойцов поопытнее охотнику, пусть идут по следу. Одного солдата с тройкой скаутов на пасеку, пусть людей поднимают и начинают лес прочесывать оттуда и в нашу сторону. Санька, еще одну тройку на остров. Всех загнать к замку, а мужики пусть вооружаются и ждут приказа. Мы возвращаемся. Здесь больше делать нечего. Приказ для всех — по одному по лесу не ходить!

Возвращение к городу по уже известному пути было быстрым. Время уже шло к обеду, когда из леса прибежали скауты с известием о бродящем на воле убийце. Большинство населения было или на острове, или на работах на берегу. Женщин переправили в замок, а мужчины собрались на берегу, с топорами, луками, ружьями и карабинами. Кто-то даже выпросил у больных пограничников пару автоматов «во временное пользование». К этому времени и вышел на берег Командор.

— Андрей, катамаран где? К пароходу ушел. Ладно, гони сюда яхту. Слушай меня! Сейчас делимся на группы по два-три человека. Часть групп, сколько влезут, грузятся на яхту, остальные разворачиваются на равных промежутках отсюда до садоводства и начинают двигаться на север. Ваша задача — идти не быстро, не обгонять соседние группы, осматривать все подозрительные места. Будьте предельно осторожны. Людоед смертельно опасен. Если вам попадется в лесу одинокий человек, не пытайтесь его задержать, уничтожайте сразу. Наши все в группах. Следите за временем, до темноты все должны вернуться. Так что на все поиски у вас часа три-четыре, затем срочно возвращайтесь. При встрече с группами, идущими в другом направлении, продолжаем движение и выполнение поставленной задачи. Все, грузимся. Андрей и комендант, ко мне!

Подбежали Андрей и Дмитрий Николаевич.

— Комендант руководит распределением групп на суше. Сейчас все вместе поднимаетесь на холм к Часовой башне и отправляете на север первую группу, потом идете в сторону садоводства и через каждые пятьдесят метров посылаете следующую партию. Сами с последней группой идете к агроному. Там оставьте минимум охраны, с остальными цепью идете на север. Там начнутся болота. Ваша задача в них не утонуть, далеко не забирайтесь, главное убедиться, что на краю болота чужака нет. Отправляйтесь, Дмитрий Николаевич. Андрей, ты отходишь от острова на северо-запад на километр и начинаешь высаживать людей через каждые сто метров. Они идут на северо-восток. У тебя их там немного, но растянутся они километра на полтора-два. После высадки возвращаешься назад и координируешь действия из замка. Я иду в садоводство с двумя пограничниками и начинаю оттуда движение на северо-запад. Так я пройду за спиной у всех групп и вернусь по берегу.

— Похоже на большие ножницы, — заметил Андрей. — Ты думаешь его найти?

— Нет, слишком редкая гребенка, я хочу выдавить его с нашей территории. У этой твари вариантов всего два: бежать, чтобы не попасть под облаву, или залечь и затаиться, переждать. Тогда ему придется пропустить волну загонщиков и дождаться их возвращения. На пасеке, если у них мозги на месте, тоже начнут шум. Если он останется, его найдут наши росомахи, если уйдет на восток, куда мы его и выдавливаем, то они его загонят в болото и там найдут.

— Кто такие росомахи?

— Зверь такой. Знаешь, как они охотятся? Росомаха не может быстро бегать, а есть хочет. Ее отличает большой запас выносливости. Ранив оленя, если повезет, или просто выбрав жертву, росомаха начинает его преследовать и гонит, пока не загоняет до смерти. Сегодня в роли росомахи по следу идет наш следопыт с пограничниками. Они его загонят. Отправляйся. Время уходит.

Командор взял двоих пограничников, отправив остальных с комендантом, и отправился к агроному. По пути он вспоминал карту местности. Облава до вечера пройдет пять, в лучшем случае семь километров. Рассчитывать на тщательный осмотр не приходилось. Расчет был на испуг. Оба «лезвия» пройдут через место гибели пилота. Логово бандита где-то неподалеку, Командор в этом не сомневался. Возвращаться на место убийства, если обосновался в районе пасеки, далеко. Тем более по нехоженым лесам. Можно не успеть вернуться. А ночью в лесу опасно, это даже самый отмороженный ублюдок должен понимать. Если убийца затаится, пропустив волну загонщиков, у Командора есть шанс его обнаружить, если побежит, его найдет группа охотника. В любом случае, оставлять его на свободе никто не собирался. К тому же облава могла «вычесать» неизвестно где бродящих нарков, если они и людоед не одно и то же, и найти случайно затерявшихся туристов, если кто-то еще остался в лесу. Хотя вряд ли кто-то все еще бродил по окрестностям.

В садоводстве уже проживало около пятидесяти человек вместе с охраной. Командор пришел туда практически вместе с комендантом. Организовав отправку очередной волны облавы, Командор отправился в путь, выдерживая северо-западное направление. Поначалу он видел уходящие на север группы, но постепенно расстояние между ними все увеличивалось, и скоро группа Командора осталась одна. Несмотря на малые шансы, пограничники старались заглянуть в каждую яму и под каждый куст. Коряги, большие камни и упавшие деревья обходили с двух сторон, пытаясь высмотреть кого-нибудь, кто мог за ними или под ними прятаться. Не забывали и поглядывать вверх, судя по необычному месту, где нашли пилота, убийца хорошо лазал по деревьям. Но все поиски были тщетны. Через три часа Командор вышел на берег. Надо было возвращаться обратно. Основная группа загонщиков была сейчас на несколько километров восточнее и начинала разворачиваться на юг. Обратная волна получилась гуще, так как оба «лезвия» возвращались по одним и тем же местам. Группа Командора по берегу шла к замку. Из-за поворота вышла яхта, на которой кто-то махал, привлекая внимание Командора. Скорее всего, на острове были новости. Возвращение на яхте и скромный «перекус на обед» дали людям новые силы. Все-таки загородные походы в экстремальной обстановке не поднимают настроения. На яхте оказался один из скаутов, ушедших с первым охотником на поиски жилья бандита. И они его нашли! Небольшая пещерка на берегу ручья, вход, огороженный большими валунами, перед входом потухшее кострище. Вокруг разбросан мусор, какие-то рваные вещи, банки. Непонятно было, есть кто внутри или нет. Охотник занял позицию для стрельбы напротив входа и отправил двоих скаутов сообщить о находке. Сам он с последним скаутом собрался остаться там на ночь. Дойти до них до темноты не было уже никакой возможности. В замке все ждали возвращения загонщиков. Командор их немного опередил. Понемногу люди возвращались. Общее возбуждение сменилось усталостью. Вымотанные неожиданным приключением мужики валились с ног, не успевая даже поужинать. Кто-то еще находил в себе силы рассказать о лесном походе. Одна из групп вернулась, ведя с собой молодую пару, которая, как выяснилось, уже много дней жила в палатке на берегу реки. Они были заняты собой настолько, что лишь на днях спохватились, что надо бы как-то возвращаться. И только тогда их начала удивлять местная безлюдность. Не успели молодые как следует перепугаться, как на них выкатилась толпа вооруженных мужиков. Вот тогда они и напугались. К счастью, доказывать, что они не людоеды, не пришлось. Вернулось еще несколько человек, а с ними пограничник из группы, ушедшей по следу.

— Нашли. Он сам себя в ловушку загнал.

Выяснилось следующее. Охотник, читавший следы лучше пограничников, не сразу, но нашел место на болоте, где спрятался убийца. Пока пограничники месили грязь, тот отлеживался под корягой, где места было только высунуть нос из воды и слегка вздохнуть. Как он там не захлебнулся, непонятно. Хитрый, гад! Выдало его то, что он решил со своего места не уйти, а уползти, наверное, чтобы не привлекать внимания со стороны. Эти следы и обнаружил охотник, когда вернулся на болото. Дальше по лесу идти по свежему следу было легко. Людоед сначала рванул к своему лежбищу, но его спугнула группа первого охотника. Тогда он пошел на юг, но попал под волну, идущую с берега. Убийца заметался и резко свернул на восток, но впереди были болота. В это время подошла волна с юга. Бандит зарылся в яму с листвой, и загонщики прошли стороной. Одна из групп заметила следопытов, но те показали знаками, мол, идите на…, в общем, своей дорогой. Тем временем преследуемый выкопался и двинулся к садоводству. Возможно, он хотел пересидеть на Бобовом мысу, но ему навстречу вышла новая волна загонщиков уже из садоводства. Он понял, что попал в западню, окруженный со всех сторон облавой. Преступник снова сменил направление и пошел на запад, скорее всего, к своей первоначальной цели. Хотел он выйти на берег или отсидеться в руинах города, непонятно, но в какой-то момент в зоне видимости показалась группа Командора, которая при всей, казалось бы, бесполезности своего похода сыграла свою роль. Та тщательность, с которой Командор и пограничники осматривали территорию, перепугала убийцу настолько, что он принял их за новую волну облавы. Он бросился в маленькое озеро и затаился на небольшом островке посредине. Пара деревьев и несколько кустов, вот и все укрытие. Группа следопытов видела Командора, но никак не могла его предупредить. Они остались на берегу озерца и, когда возвращались загонщики, специально попросили их побродить по берегу и пошуметь. Несколько групп после этого втихую вернулись и оцепили берег… Людоед сидел на острове, не высовывался. Или отдыхал, или решил остаться там до утра, пока все не стихнет. Взять его на острове ночью, конечно, можно, но никто не знал, есть ли у него какое-то оружие и не ускользнет ли он в утреннем тумане.

— Что ж, поднимайте людей. Много не надо, только тех, кто сможет провести в лесу бессонную ночь. Лучников возьмите. Пойдем к озеру. Утром не забудьте послать людей к пещере, — Командор засобирался.

К озеру вышла сотня мужиков, обозленных, готовых убить урода голыми руками. Подошли еще засветло, в открытую и сразу рассыпались по всему берегу. Зажгли костры, которые оцепили все озеро. Командор нашел следопытов.

— Ну, как, этот гад еще там?

— Там, куда он денется. Если бы он сразу решил сбежать, мы бы его тут же и прибили, а он устал, набегался. К тому же на острове, кажется, безопасно. Вот и решил отсидеться. Остров, правда, маленький, пять на пять. Но в кустах можно отлежаться. А утром в тумане сбежит…

— Теперь не сбежит. Сейчас мы его пощекочем. Лучников ко мне!

Двадцать человек построились перед Командором. Двадцать молодых парней и девушек, которые раньше стреляли только по мишеням. Ну, может, кто успел подстрелить несколько зайцев. Командор понял, что должен им что-то сказать.

— Там, на острове, скрывается опасный преступник, я бы даже сказал, опаснейший. Это не грабитель, не вор и не разбойник. Это людоед. Это уже не человек, а чудовище. Мы не папуасы, мы нормальные цивилизованные люди. Мы оторваны от дома, и жизнь каждого из нас бесценна. А этот ублюдок решил, что может поступать как вздумается. Когда все мы пытаемся выжить сообща, этот урод убивает и жрет людей! Если мы не сможем его уничтожить, то следующей жертвой может стать любой из нас. Была бы у меня пушка, я бы сейчас туда из пушки долбанул! Ваша цель — остров! Вы должны пристреляться и попасть в него и запомнить, как вы стреляли, потому что ночью вы сделаете это еще раз, и еще, и еще. Пока весь остров не окажется утыкан вашими стрелами. К утру это должна быть подушечка для иголок, а не остров! Все ясно?

— Да!!!

— Залп!

Двадцать стрел улетели к небу. Двадцать стрел упали на остров. Какие-то запутались в деревьях, какие-то попали в кусты, но часть из них воткнулась в землю, и ни одна не упала в воду.

— Молодцы! Отдыхайте пока. И обмотайте несколько наконечников ветошью и просмолите, ночью они нам понадобятся.

К Командору подошел один из пограничников:

— Я вижу его через снайперский прицел, могу снять в любой момент, пока не стемнело.

— Скажи, он еще может сбежать?

Пограничник оглянулся.

— Нет, теперь уже нет.

— Тогда подождем.

Стемнело, люди с факелами стояли на берегу. Горели костры, освещая берега. Только темным пятном выделялся в озере маленький островок. Командор снова собрал лучников.

— Нашему приятелю на острове страшно и одиноко. Подсветим ему его одиночество. Стрелы поджечь! Залп!

Двадцать огненных стрел ушло в небо. И огненный дождь упал на остров. И снова ни одна стрела не упала в воду. Загорелись кусты, и было видно, как мечется по острову темная фигура. Один из охотников подошел к Командору:

— Будем и дальше развлекаться?

— А почему нет? Люди любят зрелища…

— Но это не кажется вам жестоким?

— А вам? Вот вы охотник, вы с ружьем выходите в лес и убиваете оленя. Вам это не кажется жестоким с точки зрения оленя. А там, на острове, не олень. Там убийца и людоед. Вы считаете, что мы должны его арестовать и судить? А сколько людей может погибнуть, пока мы будем его оттуда вытаскивать. У пилота, скорее всего, был хотя бы пистолет. Гражданские не прыгают с парашютом, у них их просто нет. Они спасают пассажиров. А если у него и нет пистолета, то точно был топор. Мне бы не хотелось потерять еще хотя бы одного человека. А утром мы вернемся и расскажем, что победили людоеда. Родится новый миф. Вы не согласны?

— Не знаю, иногда мне кажется, что вы не правы, но я согласен с вашими действиями. Я сам себе удивляюсь.

Еще дважды за ночь падал на остров огненный залп. Кусты в конце концов сгорели, на деревьях вспыхнула листва. Это было страшное зрелище. Дикий вой доносился с острова, когда по нему метался в огне бывший человек. Последний залп дали уже перед рассветом обычными стрелами прямо в туман. Утром пришли спортсмены и принесли две двухместные байдарки. С ними пришел Андрей. Невыспавшийся Командор встретил их с усмешкой.

— Ты никак решил десант высадить?

— Я же адмирал флота, значит, это моя операция… — ответил Андрей, — Там уже весь остров гудит, ждет вашего возвращения. Да и стрелы собрать надо. Тело опознать…

— Подожди с телом, оно всю ночь по острову бегало, может, еще живо.

Но разошедшийся туман показал, что последний залп был уже лишним. На суку полуобгоревшего дерева висел на ремне тот, кто был убийцей и людоедом. В его теле торчали стрелы последнего залпа. К Командору подошел Санька:

— Я поплыву… Помогу стрелы собрать.

— А ты справишься? Возможно, это один из ваших…

— Я должен… Я справлюсь…

— Плыви.

После того как Санька отправился на остров, Командор разрешил снимать посты и отправляться в замок. Кто-то ушел, но большинство стояло и смотрело, как байдарки подходят к острову, как Санька снимает тело. Встречали их на берегу как героев, высадившихся на вражеской территории и вернувшихся с победой. Когда кончились бурные крики и качание героев, Командор пробился к Саньке:

— Что скажешь?

— Это наш, то есть был наш, пока не ушел… Нарик, в общем. А второй, скорее всего, в пещере. Вот, у него там автомат был. Наверное, от пилота достался.

— Пойдем, проверим пещеру? А автомат оставь себе.

С ними же отправился и Андрей, объяснив, что должен же он хоть раз поучаствовать в сухопутной операции. Основная масса мужиков отправилась домой, а небольшой отряд пошел за Командором.

— Олег, твой глобализм меня порой пугает, — заметил Андрей. — Разве нельзя было просто послать группу следопытов, а не устраивать шоу с привлечением всего населения.

— Можно, конечно. Но представь, что было бы, окажись на месте нарка какой-нибудь спецназовец. Он бы их перерезал по одному. К тому же я, как руководитель, в отсутствие следственных органов просто обязан реагировать на все случаи преступлений. А когда мы поняли, что речь идет о людоеде… Знаешь, у меня с детства жуткая антипатия к людоедам. Сначала я узнал, что они съели Кука, потом показали фильм, где доброго тщедушного дедушку держали в железной клетке с маской на лице. И так уж режиссеру было этого дедушку жалко… Так что нам с людоедами не по пути. И к тому же население получило отличный урок о том, что нарушать закон нехорошо. Даже если этот закон я сам выдумал. И потом, все эти люди, ходившие в облаву, они ведь далеко не герои. Стычка с пограничниками не в счет. Люди готовы работать, они понимают, что нужно держаться всем вместе, они готовы выполнять чьи-то распоряжения. Но героизма в них не было. А здесь все встали, как один, даже те, кто не хотел. И народ победил! Они стали героями в собственных глазах, уничтожили врага, хитрого, беспощадного и коварного. Пусть это был всего один изгой. И в следующий раз они победят. Народ-победитель, вот кто они теперь. Что, я не прав?

— Да, наверное, прав… А этот ночной обстрел? Это же надо, сколько стрел потрачено… Не роскошь ли?

— Мы локализовали угрозу. Но ночью даже твой десант понес бы потери. К тому же под утро враг мог и ускользнуть. Не забывай, он очень хитер… Был. И тогда мы уничтожили его морально, не дав шанса на побег. Ты видел, к чему это привело. Да люди про наших лучников будут легенды слагать. Победители людоедов, и все такое… Не знаю, мне кажется, мы очень четко все провели. И опасность уничтожена, и народ сплотился. Я доволен. Только спать очень хочется… — Командор раззевался, прикрывая рот. — Да и потеряли всего один рабочий день, не так уж и много.

Отряд бойцов окружил пещеру людоеда. Охотник, который тоже не спал всю ночь, с карабином наперевес подкрался к входу. Заглянул внутрь.

— Пусто, подходите ближе, — и полез внутрь.

В пещере кроме лежанки из еловых веток и груды костей нашлась высохшая голова, в которой Санька узнал второго нарка. Было похоже, что, прибив и съев раненого, наркоман, оставшийся один, совсем съехал крышей и вышел на охоту. Пилоту не повезло, что он не смог отбиться, и его не нашли скауты. В пещере нашлись вещи пилота, ракетница и второй парашют. Захоронив останки и завалив вход в пещеру камнями, люди вернулись в замок.

На берегу Командора встретил строй пограничников. «Теперь они точно вернутся…» Сержант увидел его приближение и отдал приказ:

— Отделение, равняйсь! Смирно! Равнение на средину! Товарищ Командор!..

— Отставить! Здравствуйте, товарищи пограничники!

— Здрав-гав-гав-товарищ-Командор!

— Вольно! Разойдись! Сержант, ко мне.

Подошел сержант.

— Уходите?

— Уходим. С комендантом мы говорили, часть дорожной бригады идет с нами. Мы пройдем мимо пасеки, я там с людьми поговорю…

— Ну что ж, удачи! И спасибо за помощь.

— Мы вернемся! Разрешите идти!

— Идите!

Сержант вытянулся по стойке «смирно» и отдал честь. Командор помедлил и тоже отсалютовал. «Беги, боец. Будем надеятся, что дорога для каравана теперь безопасна…» К Командору подошел Андрей:

— Товарищ Командор!

— Товарищ адмирал!

Друзья расхохотались. Потом Андрей спросил.

— Ты знаешь, что скауты нашли неподалеку от пещеры нарков?

— Дай угадаю… Поле конопли?

— Нет, ты знал, ты знал! Но откуда! Этого же еще никто не знает! Я же никому не говорил!


Ход 5. Строительство | Альтерра. Общий сбор | Ход 7. Трасса



Loading...