home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Налимову – второй срок!

Скорятин оценил остроту тихославцев: дядя Витя при советской власти, недолго посидел в Мордовии за липовые наряды и продажу фондированных стройматериалов дачникам, но тема была табуирована, как добрачные связи принцессы Дианы. Считалось, Нал пострадал за любовь к свободе.

«Метеор» качался на волнах, и его медленно разворачивало течением.

– А чего встали? – спросил Гена.

– Человечка нашего забираем. «Наглядку» рассовывал, но не пошло. Как бы не прибили паренька, – пресс-племянник показал пальцем на берег.

С дебаркадера в большой катер спускался, увертываясь от тумаков, щуплый человечек, а народ швырял вниз какие-то белые брикеты. Наконец катер отвалил от негостеприимной пристани, задрал нос и, раздваивая пену, помчался на базу. Вскоре «метеор» мягко шатнуло, послышался скрежет спускаемого трапа. В окно было видно, как команда спешно перегружает с борта на борт «брикеты» – пачки книг. Кое-где оберточная бумага порвалась, и стала видна обложка с глянцевым Налимовым, бредущим по грудь во ржи. Пострадавший «паренек», придерживая оторванный ворот куртки, ни с кем не здороваясь, быстро прошел по салону на доклад в «люкс», откуда выставили взъерошенную мисс Среднюю Волгу. Его удаляющаяся сутулость показалась знакомой. И когда изгнанник почти сразу же вышел, точнее, вылетел от босса, Скорятин узнал книгоношу Вехова, постаревшего, жалкого, надменного, обиженного. Бодрясь своей перевернутой улыбкой, он, ни на кого не глядя, тяжело плюхнулся в кресло за спиной редактора «Мымры». Сперва Гена не хотел обнаруживать себя, но «Супер-Ной» сообщил сердцу теплое хмельное озорство, и журналист, просунувшись между зачехленными спинками, позвал:

– Господин Вехов, ау! Где же ваш лиловый смокинг?

Переплетчик, кажется, задремал и не сразу открыл страдающие глаза. Некоторое время он с удивлением смотрел на сдавленное креслами лицо и наконец узнал.

– А-а… Вы-то здесь что делаете?

– То же, что и вы!

– Неужели?

Он посмотрел на знаменитого журналиста, как бомж, обнаруживший в соседнем мусорном баке банкира Авена.

– Что-то вас в посольствах давно не видно, – поквитался Скорятин.

– Некогда.

– Ловите своего Снарка? Поймали?

– К сожалению, поймал.

– И кто же он?

– А вы не поняли?

– Какие еще книжки издаете?

– Всякие.

– Как там Катя?

– Какая Катя? – искренне не понял переплетчик.

– Зелепухин как там поживает? – поинтересовался Гена, на самом деле собираясь спросить про Зою. – Миллионщик небось?

– Зарезали Кешу. Давно. Дедово золото искали…

– А-а-а… Я думал, вы теперь где-нибудь на Майами.

– Уезжал. Вернулся.

– Что ж так?

– Ностальгия.

– А как насчет нейтронной бомбы?

– Теперь предпочитаю водородную! – ответил Вехов и закрыл глаза, показывая, что разговор закончен.


Долой губернатора-прихватизатора! | Любовь в эпоху перемен | 26.  Переходящий лоскут



Loading...