home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ИЛАЯ УОЛЛАКА приветствует ФРЭНК СИНАТРА

«Сизарс-пэлас», Лас-Вегас

Февраль 1974

Порой даже самые воинственные люди неожиданно проявляют добродушие. Даже Фрэнк Синатра может разочаровать зевак, которым хотелось посмотреть на драку. Или это лишь очередной пример его грубости?

Через десять лет после стычки с Джорджем Брауном Илай Уоллак летит в Лас-Вегас. Спускаясь по трапу самолета, он видит огромный рекламный щит, на котором изображены голубые глаза. Заголовок прост и ясен: «ОН ЗДЕСЬ».

«Голубоглазый» снова в Лас-Вегасе, хотя четыре года назад, после стычки с управляющим казино «Сизарс-пэлас» у всех на виду, обещал никогда не возвращаться.

В то время за Синатрой плотно следила налоговая служба. Ее агенты обратили внимание, что он обналичивает выигрыши в блэкджек и не платит при этом за фишки – легкий способ получить карманные деньги без уплаты налогов. Когда налоговики насели на управляющего казино Сэнфорда Уотермена, он пошел на конфликт с Синатрой и сказал ему: «Пока я не увижу твоих денег, фишек не получишь».

Синатра обозвал Уотермена жидом; Уотермен, в свою очередь, обозвал Синатру паскудной итальяшкой. Дальше – больше: Синатра схватил Уотермена за горло; Уотермен достал пистолет и приставил его ко лбу Синатры; Синатра рассмеялся, обругал Уотермена психованным иудеем и ушел, заявив, что больше никогда не будет выступать в «Сизарс». В итоге Уотермена арестовали за угрозу оружием.

На следующий день Уотермен рассказал окружному прокурору, что слышал, будто Синатра говорил: «Братки о тебе позаботятся». Поэтому шериф сказал: «Я уже устал, что Синатра запугивает официантов, официанток, устраивает поджоги и кидается пирогами. Слишком многое сходит ему с рук. Хватит ему издеваться над простыми людьми в этом городе. А почему владельцы отелей мирятся с этим – вот это я и постараюсь выяснить».

В протоколе окружного прокурора указывалось, что у Уотермена по-прежнему были видны следы пальцев на горле, за которое его схватил Синатра. «По-видимому, есть разумные основания полагать, что Синатра и был зачинщиком». Обвинения против Уотермена сняты: суд постановил, что он действовал в рамках самообороны. И именно в этот момент Синатра, утверждая, что и пальцем не трогал Уотермена, поклялся, что ноги его больше не будет в Неваде. «Хватит с меня унижений», – сказал он.

Четыре года спустя все изменилось. Управляющего казино арестовали за рэкет, окружного прокурора не избрали на новый срок, а новое руководство «Сизарс-пэлас» заманило Синатру к себе обещанием четырех сотен тысяч в неделю плюс круглосуточная охрана «во избежание любых неприятных инцидентов».

Новый шериф с восторгом встречает Синатру в Лас-Вегасе. Чтобы отметить его возвращение, «Сизарс-пэлас» гордо предлагает всем зрителям медальон с надписью «Аве, Синатра. Благороднейший из римлян вернулся».

А что там с Илаем Уоллаком? После публикации «Крестного отца» в 1969 году и выхода фильма в 1972-м общественное мнение связывает Уоллака и Синатру как двух заклятых соперников. Сцена, в которой директор студии просыпается и находит рядом на подушке отрезанную голову любимой лошади, становится источником городской легенды. В фильме это месть мафии за отказ дать главную роль в фильме одному из их протеже – певцу Джонни Фонтейну. Голова лошади заставляет директора передумать. Он тут же выгоняет актера, уже утвержденного на роль, и заменяет его на Фонтейна. Через некоторое время поползли слухи, что Джонни Фонтейн – это на самом деле Фрэнк Синатра, а выгнанный актер – Илай Уоллак. В конце концов, разве двадцать лет назад Гарри Кон не предлагал Уоллаку главную роль в фильме «Отныне и во веки веков» и разве она непонятным образом не ушла к неопытному итальянцу Фрэнку Синатре? Поэтому неудивительно, что когда Илай Уоллак приходит на концерт Синатры в «Сизарс-пэлас», по залу пробегает нервная дрожь.

Не закончив песню, Синатра замолкает, смотрит на жену, сидящую в зрительном зале, и говорит:

– Барбара, Илай уже здесь?

– Он сидит прямо за мной! – отвечает она.

– Дамы и господа, – говорит Синатра, – я хотел бы представить вам своего друга. Наши пути часто пересекались, и он сыграл большую роль в моей карьере…

Зрители всколыхнулись. Все знают, о чем он говорит. Они чувствуют приближение драмы, может быть, даже драки. Синатра делает паузу, смотрит на Уоллака и говорит:

– А, к черту все! Старая история! Не хочу ее рассказывать!

Пожалуй, аудитория разочарована такой развязкой, но Илай Уоллак находит ее страшно смешной. «Я чуть не упал со стула со смеху. И каждый раз, когда мы с Фрэнком встречались после этого, он говорил: «Привет, безумный актер». И каждый раз, когда он приезжал в Нью-Йорк, он посылал за нами с Энн лимузин. Мы сидели в ложе на его концерте. Он поднимал глаза, улыбался нам и потом мы поздно ужинали в «21».

С другой стороны, может быть, стоит добавить, что создателю «Крестного отца» Марио Пьюзо не удается отделаться так просто. Как-то вечером 1970 года, уже после того, как его книга стала бестселлером, но до выхода экранизации, он случайно заходит в ресторан «Чейзенс» в Беверли-Хиллз и видит, что там ужинает Синатра.

– Пойду попрошу у Фрэнка автограф, – говорит он своему спутнику, продюсеру фильма Элу Радди.

– Брось, Марио. Он подал в суд, добивается запрета на съемки, – отвечает Радди.

Но Пьюзо не сдается и подходит к столу Синатры. Синатра выходит из себя.

– Надо бы переломать тебе ноги, – бурчит он. – Тебе что, ФБР помогала книжку писать?

«Фрэнк взбесился, заорал на Марио», – вспоминает Радди тридцать лет спустя. Насколько помнит Пьюзо, Синатра обзывает его «сутенером» и угрожает «выбить из меня душу».

«Я знаю, что было на уме у Фрэнка, – объясняет Эл Мартино, актер, которому в конце концов досталась роль Джонни Фонтейна[60]. – Вы знаете сколько места Джонни Фонтейн занимал в книге? Он старался свести роль на нет».


ДЖОРДЖ БРАУН распекает ИЛАЯ УОЛЛАКА | Теория шести рукопожатий | ФРЭНК СИНАТРА терроризирует ДОМИНИКА ДАННА



Loading...