home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


V

И помощь Дневного Дозора пришла.

Она явилась на следующий день после полудня в образе уже знакомой Андрею юной круглолицей девушки с толстыми русыми косами. По-видимому, Леонид не предупредил ее об участии в деле Светлого: едва войдя в комнату, девица сделала страшные глаза, отпрыгнула в угол и приняла боевую стойку.

– Полегче, Варвара, – не сдержал улыбки Леонид, – этот парень помогает нам.

Андрей хотел ответить на это крепким словцом, но сдержался.

– Я смотрю, вы не слишком дружелюбны друг к другу, – слабым голосом сказала Тамара. Она нехотя ела свой завтрак (яичницу с луком, бутерброды, сваренный Андреем кофе), не вставая с кровати.

– У нас давняя война, – сухо ответил Яровой, – и сейчас перемирие. Но оно прервется, если мы не найдем вашего мужа и других похищенных.

– Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? – резко спросила Варвара.

Леонид был само спокойствие.

– Ничего, что может уязвить твою совесть. Как я уже говорил, нужно помочь этой гражданке найти ее мужа Мишу Монка, нашего Темного товарища.

– А этот тут зачем?

– Без него никак, – терпеливо пояснил Леонид, – он тоже участник расследования. Послушайте, у нас до срока ультиматума остались считаные часы. Если не успеем, начнется черт знает что, а там уже и спасать будет некого. Тамара Андреевна, вы закончили с завтраком? Прекрасно. Варя, делай то, зачем пришла.

Девица тряхнула косами и, по широкой дуге обойдя Ярового, села на край кровати. Андрей, в свою очередь, угрюмо поглядел на нахалку и демонстративно отодвинул стул подальше.

– Меж ними натурально искры летят! – тихо рассмеялась Тамара.

– Молодые еще, – поддержал ее Темный маг, – эмоции через край.

– Вот что, товарищ Сальгадо! – вскинулась Варя. – Будете дразниться, я немедленно ухожу – и сообщу Ламии, чем вы тут занимаетесь.

– Обязательно сообщишь. Вместе и сообщим. Но только после того, как все закончится.

Значит, Леонид из Испании или Латинской Америки, подумал Андрей. Интересно, как давно он в СССР? По-русски говорит без малейшего акцента.

Он молча наблюдал, как девушка легким движением пальцев усыпила Тамару (словно набросила на ее лицо невидимую косынку) и прижалась лбом к ее лбу. Вчера вечером после бесплодных попыток проникнуть в сознание женщины они пришли к выводу: здесь нужен сильный медиум… Однако Леонид привел молоденькую, лет семнадцати, явно совсем недавно инициированную Темную. Девица своим живым темпераментом напомнила Тосю Кислицыну из новой кинокартины «Девчата». Понятно, почему Леня ее выбрал: он считает, что может контролировать такую кнопку. Товарищ Сальгадо не хочет делиться будущими лаврами.

– Ничего, – тихо сказала Варя. Ее глаза были закрыты, пальцы прижаты к вискам Тамары. – Пустота и мрак.

– Не может этого быть, – сжал губы Леонид.

– И все же это так.

– Тамара спит? Она должна быть погружена в сон.

– Спит, как Людмила в сказке Пушкина. Но я ничего не слышу…

– Ты должна постараться, милая. Все надежда только на тебя.

Варя тяжело вздохнула:

– Скажите хотя бы, что я должна искать?

– Хоть что-нибудь… хоть малейший знак, что Монк жив и пытается установить контакт…

Только сейчас Андрей осознал, как мало надежды у них на успех. Круглолицая маленькая Варя на мгновение открыла глаза – чуть не прожгла взглядом дыру на Яровом – и снова закрыла, сосредоточиваясь. Лицо Тамары было белей молока. Ночной сон не принес ей облегчения, напротив – она как будто стала слабее. Каковы шансы, что эта хорошенькая пигалица сможет что-то почуять, да еще взять направление, да вообще понять, что происходит? С чего они в принципе взяли, что Монк еще жив? Прошло уже столько времени…

Варя, остановив дыхание, закинув голову, сжимала ладонями виски спящей женщины. Леонид не отрываясь смотрел на нее. Старается девчонка, да… но, похоже, мы выбрали неправильный путь. Надо было искать как-то по-другому. Может быть, еще не поздно… разбить город на квадраты, поделить его с Дневным Дозором? Пусть Леонид утверждает, что мы никогда не сотрудничаем, – но смогли же мы как-то договориться с ним?

– Глубже, глубже, – прошептал Темный маг.

А его увлекла эта охота, устало подумал Яровой. Он отошел к окну, посмотрел на часы – было 13:55. Срок ультиматума истекает в 21:00. По стеклу печально ползли редкие капли дождя, в приоткрытую форточку лился чистый холодный воздух осени. Сонная муха, невесть как пробравшаяся в пространство между рамами окна, тихонько зудела высоко над головой. «Уехать, – мелькнула у Андрея мысль. – Когда все это закончится, запрыгну в электричку и покачу в желтый мокрый лес. Сяду там на пень на поляне и буду просто сидеть. Потом наберу грибов, разведу костерок и…»

– Тома, – глухо сказал за спиной незнакомый мужской голос. – Тома, где ты… Тамара…

Андрей рывком обернулся.


– Товарищи, мы разбили город на сектора, – деловито сообщил Семен, – прочесываем все. Проверяются все подозрительные объекты – приостановленные стройки, заброшенные дома, старые склады. Ищем как следы Гесера, так и Темных. К несчастью, товарищи, у нас остро стоит кадровый вопрос. Людей не хватает. Ребята сбиваются с ног, никто не спал в эту ночь. Удалось установить, что Дневной Дозор тоже искал своих таким образом, – но они не хотят делиться информацией о том, какие участки в городе проверены, а какие нет. Надежды, положа руку на сердце, мало.

Семен опустил голову. Над головами участников Совета Светлых магов, собравшегося за круглым столом в актовом зале, прошелестел ропот.

– Не тем мы заняты, товарищи, ох не тем! – горячо сказал Матвеев. – Нужно проработать вопрос обороны, бросить все силы на формирование отрядов, на вооружение!

– Против Инквизиции? – с нервным смехом спросил кто-то.

– А почему бы и нет? – огрызнулся Матвеев. – Неужто меня окружают только трусы, а? Что здесь невозможного? Ведь вы уже не послушали меня однажды и ошиблись!

– Адам Францевич, а вы что думаете? – спросил Семен.

Старый поляк поднял белую голову и посмотрел на него.

Мыслями он был с Андреем. Тот, уходя, обещал ему держать связь через диспетчера, но вот уже почти сутки от Ярового не было вестей.

– Я думаю, – мягко сказал Крыницкий, – я думаю, что об обороне думать поздно. Если Дневной Дозор поддержит Инквизицию своими силами, нам не устоять. Кроме того, наверху нас не поймут. Скорее всего наш город объявят вне закона.

Присутствующие молча смотрели друг на друга, пытаясь осмыслить услышанное.

– Значит, ищем дальше, – выдохнул Семен.


Лицо девушки-медиума оставалось бесстрастным и бледным, как посмертная маска. Варя замерла неподвижно над телом Тамары, лишь тонкая жилка на ее шее бешено пульсировала.

– Михаил, – позвал Яровой, – Михаил Монк, вы слышите меня?

Лицо Вари на мгновение исказилось, словно от непередаваемого ужаса, и снова замерло.

– Кто здесь? Кто зовет меня из тьмы? – шевельнулись ее губы. – Где Тома?

Андрей сделал знак Леониду. Тот вступил в разговор:

– Миша, ты меня слышишь? Это Сальгадо. Мы ищем тебя! Весь город поставили на уши. Как ты там?

Веки медиума задрожали, из-под них показались мертвенно-серые белки глаз.

– Сальгадо… я уже не надеялся… я уже почти… неужели ты, Леня?

– Где ты, говори скорей?!

– Где я… я не знаю… здесь очень темно и холодно…

– Как ты там оказался?

– Я не помню… Мы были в парке с Томой, я отошел зачем-то на минуту, и потом… ничего не помню… я очнулся в каком-то месте… со мной было еще несколько наших…

По телу медиума прошла короткая волна дрожи, словно от озноба.

– Что за место? – спросил Андрей. – Постарайтесь вспомнить хоть что-нибудь! Что нам искать?

– Они где-то здесь, – леденящим кровь низким голосом проговорила медиум, – они все время присматривали за нами… я пытался позвонить Томочке… я взял всю силу… но меня наказали… наказали…

Варя вдруг всхлипнула и повалилась на кровать рядом с Тамарой, разжав руки, обессиленная.

– Я больше не могу, – задыхаясь, сказала она. – Простите, товарищ Сальгадо.

Андрей и Леонид с изумлением и ужасом смотрели друг на друга.

– Это действительно работает, – пробормотал Яровой.

– Он все еще жив, я уже не верил! – сжал кулаки Леонид.

Андрей вскочил и, кусая ногти, прошелся по комнате. Половицы скрипели под его ногами.

– Что он успел сказать? Он взял всю силу, и его наказали. Кто, черт побери? У кого он взял силу? Итак, похитителей несколько – значит, это точно не Гесер! Леонид, можешь звонить и сказать своим – Гесер тут ни при чем.

– Это еще не доказывает его непричастность, – покачал головой Сальгадо. – Гесер способен руководить всем предприятием, не показываясь жертвам.

– Варвара, ты можешь сказать, где он находится? Хотя бы направление?

Девушка пожала плечами:

– Кажется, на юг. Но я не уверена.

– А если бы мы могли переехать поближе к ним? – Андрей с горящими глазами подбежал к медиуму и сжал ладонью ее плечо.

– Убери руки! – воскликнула она. – Никогда не прикасайся ко мне, Светлый!

– Вот психованная, елки-палки… Ну, смогла бы?

– Я не знаю… можно попробовать.

– Леня, нам нужен транспорт.


Тамара медленно спустила ноги с кровати – белые, тонкие, в сетках вен. Ночная рубашка висела на ней, как на узнице концентрационного лагеря. Сколько ей лет, подумал Андрей, двадцать шесть, двадцать восемь? Она все больше напоминает старуху.

– Не смотрите на меня так, – тихо сказала женщина.

– Извините. Варвара, помоги, пожалуйста, одеться Тамаре Андреевне.

– Просто Тамара. Я еще не пенсионерка все-таки.

Совместными усилиями (но стараясь не прикасаться друг к другу) Варя и Андрей надели на женщину платье, чулки и пальто. Натянули на ноги лакированные ботики. Тамара встала, покачнулась – Яровой подхватил ее под руку.

– Сможете идти?

– Надеюсь.

Она упала на пороге квартиры. Андрей успел подхватить ее.

– Я смогу, – прошептала Тамара, вцепившись в его локоть, – пока я дышу, я буду помогать вам.

Андрей поймал испуганный взгляд девушки.

– Иди открывай двери внизу, – бросил он.

Он подхватил Тамару на руки и осторожно понес вниз по лестнице. Женщина оказалась легкой, как ребенок. Она обхватила Ярового за шею, слабо улыбнулась:

– Никогда еще мужчина не носил меня на руках.

На улице их встретили холодный ветер и первые капли дождя. Автобус подкатил к подъезду, распахнул двери – новенький желто-белый ЛИАЗ. Леонид бросился на помощь Андрею.

– Не надо, я сам. Где ты взял машину?

– Остановил рейсовый на улице, высадил пассажиров. Некогда было искать свободный.

Яровой кивнул:

– Все в салон, быстро.

Стрелки на его наручных часах показывали 15:37.


Единственный оставленный на пульте дежурный Ночного Дозора, четырнадцатилетний Олег, которого в шутку называли «юнгой», поймал Анатолия Матвеева в коридоре у кабинета Гесера.

– Товарищ Матвеев, как хорошо, что я вас застал!

– Прости, братишка, мне бежать надо…

– Товарищ Матвеев, зафиксировано незаконное применение Темными силы. Я обязан кому-нибудь сообщить, я дежурный. Никого же нет, кроме вас!

Анатолий остановился, словно налетел на стену.

– Валяй, говори, что случилось.

– Вмешательство пятого уровня, в районе Тушино, на севере, – выпалил «юнга», – кто-то из Дневного Дозора захватил рейсовый автобус.

Довольный собой, он преданно смотрел на товарища Матвеева, ожидая похвалы и дальнейших указаний.

– Хорошо, брат, – кивнул задумчиво Анатолий, – но что же нам с тобой делать? Все на поисках, в конторе пусто. Зафиксируй в журнале, потом заявим протест.

– И все? – разочарованно вытянулось лицо мальчишки.

– Все сейчас заняты, – в печали махнул рукой Анатолий. – Ну, добро, вот как мы поступим. Ежели из этого района кто-то свяжется с тобой, отправь их разобраться что да как.

– Есть отправить группу! – просиял Олег. – Будем давить этих гадов. Всегда и везде!

– Молодец, юнга.


16:41.

Спустя больше часа после выезда из Тушино автобус все еще медленно катился по северо-западу города, по Первой Хорошевской улице. Сперва пришлось заезжать на заправку – бак оказался почти пустым, – затем Андрей попросил шофера выбрать маршрут подальше от Ленинградского проспекта, где находился штаб Ночного Дозора, пришлось искать объезд. Андрею не хотелось рисковать. При мысли о том, что свои его застукают в такой компании, по коже побежали мурашки.

«Дворники» смахивали струи дождя с лобового стекла. Водитель, немолодой краснолицый мужчина, покорно кивал в ответ на все указания – словно сомнамбула. Он ехал строго по правилам дорожного движения, на пределе дозволенной знаками скорости, глядя только на дорогу перед собой. Тамару положили на скамью для пассажиров в начале салона, укрыли плащами.

Когда автобус, заложив множество поворотов, наконец пересек Москву-реку по Новоарбатскому мосту, Андрей приказал водителю припарковаться в начале Кутузовского проспекта.

– Варвара, попробуй еще раз. Нужно решить, куда ехать дальше.

Девушка с тяжелым вздохом присела рядом с Тамарой. Ей явно не нравилось все это предприятие.

– Я сейчас снова усну? – тихо спросила женщина.

Варя кивнула.

– Это хорошо. Надеюсь, я еще увижу вас всех. Вы враждуете между собой, но для меня вы все трое – друзья.

Мимо в плеске луж проносились машины. Дождь тихонько барабанил по крыше автобуса.

– Обязательно увидите, – сказал Андрей. – А сейчас спите…

И он сам погрузил женщину в сон.

– Давай, Варя.

Кто-то постучал в стекло кабины водителя. Андрей и Леонид бросились к окну – там, закутанный в мокрый плащ, маячил инспектор дорожной милиции с полосатым жезлом в руке.

– Здесь стоять нельзя, – строго сказал он, – вы что, не видите знак? Документики попрошу!

– Не обращай внимания, Варя, работай, – прошипел Леонид.

– Это машина Хрущева, не видишь, что ли, дурак? – ласково сказал водитель инспектору.

Губы Леонида едва шевельнулись – он явно предпочитал вербальную магию, – и в ту же секунду милиционер вытянулся в струнку, отдавая честь. Глаза его чуть не вылезли из орбит. Сбитая ладонью фуражка покатилась по мокрому асфальту.

Варя уже склонилась над спящей Тамарой, осторожно касаясь ее лица руками. Андрей нервно постукивал пальцами по стеклу. Стрелки на его наручных часах неумолимо двигались по кругу. 17:15.

– Туда, – Варя лунатично взмахнула рукой, с силой ударилась пальцами о металлическую перегородку, но даже не поморщилась, – он там. Скорее… он умирает…

– Поезжайте дальше по Кутузовскому на запад, – быстро сказал Андрей водителю.


17:33.

Автобус притормозил на светофоре. Андрей, всецело поглощенный зрелищем погруженной в транс Вари, не сразу понял, что в окно снова барабанят – сразу в несколько рук.

– Присмотри за ней, – бросил он Леониду, – я разберусь.

Тот кивнул.

Яровой выглянул в окно… и сердце его на миг остановилось.

Только этого не хватало!

Свои. Светлые. Бородатый, похожий на геолога Гошка – космический мечтатель, и с ним еще двое смутно знакомых ребят. Один из них оставался на тротуаре неподалеку от кабины автобуса – контролируя водителя, еще один прикрывал Георгия, подошедшего к передней пассажирской двери. Андрей бросил быстрый взгляд вперед – белый «Москвич-402» аккуратно скатывался задним ходом с тротуара за светофором, перекрывая автобусу проезд на перекресток.

Целая засада. Они, конечно, уже знают, что автобус угнан Темными, и от них не скрыть того факта, что кто-то из Темных по-прежнему находится в салоне.

Гоша узнал Андрея, лицо его вытянулось так, будто он увидел Гесера, пролетающего в чем мать родила над Москвой на спине у черта. Он сделал неуверенный шаг к автобусу.

Андрей оглянулся. Леонид, из смуглого ставший бледно-серым, прикрывал своим телом медиума и растерянно глядел на Ярового. Девушка оставалась в трансе, губы ее шевелились.

– Открыть пассажирскую дверь, – громко сказал Яровой.

– Андрей, – прошептал Темный маг.

– Я свое слово сдержу…

Дверь с грохотом распахнулась.

– Гошка! Физкульт-привет!

– Андрюха! – Удивленно-радостная улыбка засияла на лице Георгия. – Какими судьбами ты тут, чертяка?

Ну, с этим проблем не будет. А вот его спутники…

– Извини, брат, сейчас никаких объяснений. Я выполняю очень важное задание. Пропустите, пожалуйста, автобус.

Высокий плечистый парень, светловолосый и сероглазый, с виду рабочий, встал за плечом у Гоши, недоверчиво свел брови:

– Поступил сигнал, что автобус незаконно захвачен Темными. Несанкционированное вмешательство пятого уровня. Вам придется объяснить, что здесь творится, товарищ Яровой.

Сигнал светофора давно сменился с красного на зеленый. К счастью, автобус занимал крайнюю правую полосу дороги – машины огибали его слева, раздраженно сигналя гудками. Андрей бросил взгляд на шофера, тот сидел неподвижно, глядя перед собой, словно истукан. Похоже, кто-то из наших ребят заставил его остолбенеть. Плохо.

– Братцы, вон там на углу – телефон-автомат. Наберите штаб, Крыницкого. Он вам все объяснит.

– Сашок, это же Андрюха! – воскликнул Гошка, сверкая мокрыми линзами очков. – Если он говорит, что все пучком, значит – это правда.

– Тем более, – ответил светловолосый, – пусть расскажет, что происходит.

Время убегало. Яровой решился:

– Мы нашли одного из пропавших Темных. Возможно, и всех.

Гошу качнуло, как от удара. Третий из команды Светлых быстро подошел к своим спутникам, жадно вслушиваясь в слова Андрея.

– Нам необходимо проехать, товарищи. Время идет уже на часы.

Светловолосый Сашок – он явно был в команде старшим – нахмурился сильнее:

– Кому это вам? Кто, кроме вас, находится в салоне?

Андрей мысленно выругался.

– Да какая разница! Ты что, не расслышал, брат, что я сказал? Если мы найдем пропавших Темных, мы сможем предотвратить большую войну, соображаешь? Гошка, ну объясни хоть ты ему…

– Значит, Темные нарушители все еще с тобой в салоне автобуса? – спросил третий. Рука его во время всего разговора находилась за спиной.

Вот и все, подумал Андрей. Они или не понимают, зачем я ищу Темных, или они из тех ребят вроде Толи Матвеева, которые считают, что война нам нужна и как можно скорей. Такие никогда не поймут, что с Темными можно сотрудничать, хотя бы временно…

– Товарищ Яровой, – прервал затянувшуюся паузу светловолосый, – освободите, пожалуйста, проход в салон автобуса.

– Зачем?

– Мы вынуждены задержать всех до выяснения обстоятельств. Вас это тоже касается.

– Гесер! – закричал Андрей, широко улыбаясь. – Борис Игнатьевич! Сюда, сюда!

Вся троица Светлых дозорных буквально подпрыгнула на месте. Они как по команде повернулись в ту сторону, куда указывал Яровой. Пока они сообразили, что обмануты, прошла всего секунда – но ее оказалось достаточно. Андрей бросил им под ноги белый мячик снега – и сразу же тот превратился в упругую стену пурги; трое Светлых магов отлетели далеко в сторону, оглушенные, ошарашенные таким подлым поступком коллеги по Дозору.

Леонид не терял времени – он снял заклятье, наложенное Светлыми на водителя, и тот резко рванул автобус вперед. Заскрежетала сталь. «Москвич» отбросило к светофору; от удара тот зашатался и, сверкая красным, зеленым и желтым огнями, с грохотом рухнул на мокрый асфальт.

– Ходу, ходу!

Автобус полетел по проспекту, набирая скорость.

…К шести часам вечера в штабе Ночного Дозора на Соколе понемногу становилось людно. Шатаясь от усталости, возвращались из поисковых операций оперативники и многочисленные добровольцы. В актовом зале снова собирался Светлый Совет. Каждый с надеждой ловил взгляд встречного – может быть, кому-то удалось напасть на след? И получал все тот же ответ. Ничего.

– И ни следа созданных заклятий, понимаете? – негромко говорили в коридорах. – Только обычные рассеянные отпечатки колдовских возмущений в Сумраке. Я никогда не видел ничего подобного. Колдовство вообще-то было? Или его не было? С ума можно сойти.

– Если это кто-то не местный? – испуганно прикрывая рукой рот, спросила Айсель.

– В смысле?

– В смысле… не с нашей планеты?

И никто не возразил ей. Дозорные лишь молча смотрели друг на друга.

В диспетчерской громко, стряхивая с собравшихся Иных сонное оцепенение, затрезвонил телефон. Дежурный на пульте, сменивший «юнгу» Олега, снял трубку:

– Оператор слушает.

Изменился в лице, схватил карандаш.

– Сигнал принят, ждите группу.

Повернул к себе серебристую полусферу микрофона, щелчком включил динамики:

– Внимание, дежурная опергруппа. Нападение на работников Ночного Дозора при исполнении. В атаке участвовал сотрудник нашего Дозора Андрей Яровой! Кутузовский проспект, район Поклонной горы. Оперативная группа, на выезд!


19:00.

– По-моему, она умирает, – сказал Леонид.

Тамара едва дышала. Черты лица заострились, кожа стала белей бумаги; рука бессильно свесилась с сиденья.

– Это из-за нас? – угрюмо спросил Андрей.

– О нет. Скорее действует заклятие ее мужа.

– Ты можешь его снять?

– Боюсь, нужно слишком много времени.

Автобус сделал поворот с Минского шоссе на Рублевское, затем свернул налево, в сторону Сетуни. За окном давно не было видно высоких новых домов. Мимо тянулись скромные деревянные постройки, сельские дома с коптящими низкое небо печными трубами; тут и там мелькали темно-зеленые островки хвойного леса, упрямо сопротивлявшегося наступлению города. Под колесами все больше попадалось ям и ухабов, автобус то и дело подбрасывало, как санки на горках, но водитель не сбавлял хода.

– Он где-то совсем близко, – сообщила Варя, – очень хорошо слышу его голос.

– Что он говорит?

– Он… по-моему, бредит. Трудно разобрать. Зовет жену по имени… Ему недолго осталось.

– Смотри по сторонам, – бросил Андрей Леониду, – вряд ли его держат в обычном доме. Слишком легко найти, к тому же мало места для всей честной компании, что с ним сидит.

– Не представляю, что искать, – вытер пот со лба Темный маг.

– Там должен быть глубокий подвал. Бомбоубежище, склад или какой-нибудь завод… Уже восьмой час. Боюсь, мы не успеваем. Одна надежда на то, что Инквизиция не начнет ровно в девять вечера применять свои санкции.


19:26.

– Надеюсь, Инквизиция ровно в девять вечера не начнет выворачивать наши мозги наизнанку, – сказал Анатолий Матвеев, – можно же их как-то уболтать, потянуть время.

– Напрасно надеешься, – нехорошо сощурил глаза Семен, – у Инквизиции огромная власть и неограниченный доступ к энергии обоих Дозоров. И она очень не любит, когда ее требования не исполняются буквально. По сути, они уже свершили свой суд и теперь ждут только сигнала к началу. Если в деле не появятся какие-то новые важные обстоятельства – нас ждет удар, какого мы давно не получали.

Он посмотрел на большую мерцающую карту города на стене. На крайнем западе, в районе Сетуни, тревожно мигал алый огонек. Крыницкий поймал взгляд Семена.

– Если Андрей с ними, значит, все хорошо, – сверкнул пенсне Адам Францевич, – позвольте ему довести начатое до конца.

– Боюсь, ребята не простят ему нападения на своих, – покачал головой Семен, – к тому же с ним вместе Темные нарушители. В любом случае у нас есть сейчас дела поважней.

Крыницкий поднялся, торопливо пошел к выходу.

– Куда же вы, Адам Францевич?

– В Сетунь, – бросил старик на ходу, – за новыми важными обстоятельствами.


19:33.

– Где-то здесь.

Дождь кончился. Автобус остановился посреди вязкой глиняной лужи, в которую превратилась проселочная дорога. С одной стороны шелестел листвой лес, с другой на заросшей травой поляне темнело приземистое бетонное сооружение за проржавевшим металлическим забором-сеткой. Выбитые окна напоминали пустые глазницы черепа.

– Мы не одни, – неестественно ровным голосом сказал Леонид.

Сзади на дороге показались огни автомобилей. Они быстро приближались.

– Это ваши, – обреченно проговорил Темный маг.

– А вот и ваши, – сказал Андрей.

Над головой с рокотом пронеслись два огромных черных, как антрацит, вертолета. Они сделали низкий круг над лесом и зависли над автобусом, выискивая удобное место для посадки.

– Сейчас здесь начнется стотысячный эпизод древней войны, – голос Леонида дрожал, – похоже, все было зря, враг мой.

– Если только мы не поторопимся. – Андрей схватил Леонида под локоть и повлек к выходу. – Водитель, откройте дверь!

В нарастающем рокоте моторов две тени метнулись через поляну к покосившейся бетонной коробке.


19:40.

Они осторожно шли через высокую, по пояс, влажную после дождя траву – четыре закутанные в тень фигуры. Идущий первым огромный наголо бритый детина, с ног до головы в коже, ударом ноги сшиб в заросли полыни покосившуюся секцию заборчика. Тускло мерцающим жезлом провел влево-вправо по заваленному хламом двору – словно стволом карабина.

– Ламия, они были здесь, – глухо сказал он, – но сейчас ушли куда-то вниз. Нужно искать под землей.

Темная волшебница шагнула во дворик, брезгливо огляделась.

– Ты прав, Ктесифон, – процедила она, – отправишься следом за ними. Задержи их как можно дольше. Все, что нам нужно, – это часа два-три. За это время Инквизиция успеет вывернуть всех Высших Светлых наизнанку. Остальное не важно.

– Но если там действительно Монк и остальные? – спросил кто-то из ее спутников.

– Конечно, он там, и он еще жив, – усмехнулась Ламия, – я слышала все, что слышала наша Варька, и знаю – Монк там. Может быть, даже Светлые тут ни при чем. Но мне кажется, Монк может потерпеть еще немного. Как вы считаете?

Ее спутники согласно закивали, хотя они тоже слышали слова Варвары о том, что Монк вот-вот умрет.

– Вот и славно. Идемте обратно на дорогу, нам предстоит заговаривать зубы Светлому патрулю.

Ктесифон уже пробрался в здание; он нашел развороченный канализационный люк и без долгих раздумий спустился вниз по вмонтированным в кирпичную стену скобам. В призрачном сиянии, исходящем от жезла, он видел – на скобах кое-где густо наросла зеленая плесень, однако посередине скобы блестели, истертые руками и ногами. В последнее время здесь часто спускались и поднимались.


20:15.

Круглое черное жерло трубы коллектора уводило на север, куда-то в сторону далекой Москвы-реки. Под ногами плескалась холодная вода, она поднималась по щиколотку, но местами доходила и до колена – и если бы не магическое зрение, Андрей и Леонид давно разбили бы ноги о разбросанные тут и там горы кирпичей.

– Они были здесь! – перекрикивая шум воды, сказал Леонид. – Я чувствую их след.

Андрей только кивнул. Он не представлял, кто и зачем приходил сюда, но чувствовал, что его Темный коллега не ошибается. Возможно, они все еще здесь. Некогда ломать над этим голову – через сорок пять минут Инквизиция начнет свою страшную работу. Яровой касался рукой выступающих из стены камней, выискивая углубления или боковые коридоры, стараясь не обращать внимания на едкую вонь.

Он обернулся – показалось, что сзади сквозь шум воды прорвался какой-то звук. В темной глубине тоннеля только бесновался грязный поток. Когда-то вдоль стены висели редкие электрические лампочки, но сейчас все патроны под них были пусты. Кто-то позаботился о том, чтобы здесь царила вечная тьма.

– Что там? – спросил Леонид.

Андрей покачал головой.

Кто-то идет за ними? Это было бы логично. Хорошо бы Светлые…

Он встретился глазами с Леонидом. Его аккуратная прическа растрепалась, по лицу катились градины пота. Да ведь Леня думает о том же. Кто-то идет следом – но ему-то, конечно, хочется, чтобы за поворотом тоннеля подкрадывался Дневной Дозор.

– Просто идем быстрей, – сказал Яровой хриплым голосом.

Они не прошли и ста метров, как Леонид вскрикнул, указывая наверх.

Темная щель в стене. При всем желании в такую может протиснуться одновременно только один человек. Андрей заглянул в Сумрак – да, здесь ходили, и ходили много. Он мог видеть убегающие наверх ступени, вырубленные кем-то в толще известняка. Яровой обернулся и посмотрел назад через Сумрак. Что-то происходило там, откуда они спустились, наверху, но он не мог разобрать что. Слишком много народу там собралось.

– Теряем время.

Леонид протиснулся в щель первым, Андрей последовал за ним. Они поднимались по узкой лестнице, на которой двоим не разминуться. По шершавым желтым стенам из мягкого камня бежали тонкие ручейки воды. Андрей поразился объему проделанной кем-то работы – здесь не использовали магию, известняк разбивали и выносили вручную. Через некоторое время проход расширился, и вскоре Светлый и Темный Иные оказались в просторном помещении.

– Ты только посмотри на это, – вырвалось у Андрея.

Большая пещера. Простой деревянный стол, на нем, под толстым слоем пыли – старый, довоенного образца, телефонный аппарат из черной пластмассы с покрытым пятнами ржавчины диском. Леонид пощупал отходящий от аппарата провод и покачал головой – оборван. Телефон установили давно: по-видимому, тут прежде находился какой-то пункт техобслуживания или военный объект. Отсюда Монк пытался связаться с женой. Ему сильно повезло, что аппарат еще работал.

В углу на полу лежало грудой тряпье, от него поднимался ужасный запах немытых тел.

– Здесь их держали, – дрожащим голосом сказал Темный маг.

Голос эхом прокатывался под высокими сводами. Откуда-то долетал шум воды, звуки падающих капель. Часы на руке Андрея показывали 20:31.

– Смотри, там еще какие-то помещения, – проговорил он.

Они шагнули в темноту, за угол пещеры, и не видели, как Ктесифон бесшумно выскользнул из коридора позади. Кожаное пальто и черную рубаху он оставил внизу. Его огромное тело было все покрыто глубокими царапинами и порезами – гиганту пришлось протискиваться через узкие щели, усеянные острыми камнями. Кровь покрывала его обнаженный торс, делая его похожим на античное чудовище.

Андрей рискнул добавить немного света. Под потолком вспыхнуло крошечное солнце – и глазам предстала еще одна пещера. Пол ее был завален обглоданными костями животных, пустыми консервными банками, размокшими и заплесневелыми хлебными корками, рваным тряпьем, какими-то досками и кусками металла.

– Тут они и жили. Те, кто похитил ваших…

– Сюда, – сказал Леонид.

В конце пещеры находилась деревянная грубо сколоченная дверь. Она была не заперта.

– Есть здесь кто? – крикнул Яровой.

Ему показалось, что в ответ прозвучал слабый стон – и в тот же момент что-то тяжелое и грубое обрушилось сзади на Андрея. Мускулистая, скользкая от крови рука сдавила его горло, прижала к горячему, шумно дышащему телу.

– Привет, светлячок, – прорычал голос над головой, – вот и конец.

Значит, все-таки следом шел Дневной Дозор, устало подумал Андрей. Как же глупо все заканчивается…


20:41.

Руки Андрея скрутили за спиной чем-то наподобие веревки.

– Не бойся, парень, я тебя убивать не стану, – проревело окровавленное чудовище над ухом и уточнило: – Пока не стану. Команды не было.

Оглушенный и подавленный Андрей все же сделал попытку вырваться – в тот момент, когда удушающие объятия немного ослабли, – но мускулистая лапа тут же обрушилась ему на спину, сбила с ног.

– Куда же ты, глупый светлячок? Мы только начали беседовать с тобой. Или тебе не нравится наше общество?

«Наше общество. Значит, эта сволочь Леонид все-таки сдал меня своим. Наверное, сразу и сдал», – отстраненно подумал Яровой. По лицу его бежала кровь. «Темный и Светлый Дозоры никогда не работают вместе, запомни», – всплыло в памяти. Над Андреем спокойно и неторопливо – а куда теперь спешить? – переговаривались Темные. Часы на руке Леонида показывали 20:46.

– Слушай, ты все-таки полегче с ним, – попросил Леонид.

– Вот как, Леня, синьор Сальгадо, – от смеха массивный торс Ктесифона затрясся, – успел со Светлым хорошо подружиться за два дня? Не бойся, я буду ласков с твоим дружком.

Андрей почувствовал, как на спину его опускается огромная тяжесть. Глаза чуть не вылезли из орбит: Темный гигант сел прямо на Ярового, придавив его к каменному полу.

– Слезь, гадина, – только и смог просипеть он.

– Ты же так его задушишь, – с упреком сказал Сальгадо.

– Ничего, такие так просто не подыхают.

Андрей сквозь заливающую глаза пелену посмотрел в Сумрак. Позвать на помощь. Потянуться сквозь толщу камня и земли, докричаться – может быть, кто-то из Светлых наверху услышит, поймет его. Нет, не выйдет. Не хватит сил… Все его магические способности будто сковали, так же как и физические. Да, Темные хорошо подготовились к этому моменту. «Если я переживу сегодняшний день, на всю жизнь зарекусь верить этим тварям».


20:51.

За дверью явственно раздался стон. Все замерли – в тишине лишь журчала вдалеке вода да сипел полузадавленный Ктесифоном Яровой.

Стон повторился.

– Мы и забыли, зачем пришли сюда! – воскликнул Леонид. – Миша, это ты там? Ты слышишь меня?

– Леня, – тихо сказал голос за дверью.

Темный маг бросился на звук голоса.

– Подожди-ка, эй, – вскинул руку Ктесифон.

Поздно.

В тот момент, когда Леонид рванул на себя дверь, мир залило белое сияние.


Андрей пришел в себя быстрее других. Темный гигант, усевшийся на нем, невольно закрыл Светлого мага от взрывной волны. Яровой прошептал заклятье – и под потолком снова вспыхнуло крошечное солнце. Щелчок пальцами – и веревка на его руках вспыхнула; запястья тут же покрылись красными пятнами ожогов, но руки вскоре были свободны.

Голова кружилась. Правое ухо отказывалось слышать – коснувшись его, Андрей почувствовал горячее и липкое.

У разнесенной в щепки двери на полу лежал Леонид. Рядом бесформенной грудой мяса темнел Ктесифон. Они живы, но без сознания, отстраненно подумал Андрей. Такие так просто не подыхают, да. Так что же это было? Бомба? Похоже, недостаточно мощная. Темные скоро придут в себя.

Мысли путались.

«Я должен сделать что-то важное, – вспомнил он. – Вот только что?»

За дверью в крошечной темной пещере лежали рядом пять тел, скрученных в коконы, словно мертвые личинки насекомых.

Пленники. Что-то связанное с пленниками. И со временем.

Андрей взглянул на часы на руке – 20:57.

На полу застонал Ктесифон. Скоро он очнется.

Яровой, шатаясь, вышел в первую пещеру, где на столе стоял телефон. Он соединил пальцами куски разорванного кабеля, прошептал еще одно заклятье – и концы провода нехотя, словно тонкие медные червяки, зашевелились, соединяясь. Андрей снял трубку, услышал гудок. Непослушными разбитыми пальцами набрал четыре тройки.

– Оператор? Говорит Яровой. Передайте всем. Я нашел пленных.


предыдущая глава | Дозоры не работают вместе | cледующая глава



Loading...