5. Край океана
Небо стало бледно-серым, заморосил мелкий дождь. Казалось, у океана поменялся даже цвет – вода перестала быть насыщенной и яркой и начала напоминать гущу расплавленного металла. Проснувшись утром, Тэсс безошибочно поняла: Малый мир с его ласковым теплом остался далеко. Пятый регион был уже близко. Может, он и принес этот второй, такой зыбкий и тревожный, сон?
Вокруг стелился туман, но он мало напоминал тот, от которого бежал экипаж Странника. Он был полупрозрачным и скорее серым, чем белым, очень влажным, но не тяжелым. Он выглядел, как росистые паутинки на утренних листьях, и ощущался, как паутинка, при соприкосновении с кожей. Но, скорее, с росистой паутинкой его сравнила бы Ву, часто гулявшая в лесу по утрам. Тэсс же он напоминал старую мокрую вату.
Ву носилась босиком по палубе вместе со всем своим зверинцем, а Марч с гудением выписывал различные фигуры в воздухе, пугая такар. Кажется, вся компания была весьма довольна переменами в погоде. Ву помахала Тэсс рукой, и та, слабо кивнув, прошла мимо.
Ласкеза она нашла возле ростры – он держал в руках длинную подзорную трубу и направлял ее на горизонт. Во всей его позе чувствовались напряжение и усталость. Приблизившись, Тэсс опустила руку брату на плечо.
– Ты поздно сегодня, – протянул он, поворачиваясь.
– Заспалась, да. Но Таура и сейчас еще спит. Что ты высматриваешь?
Ласкез сложил трубу и хмуро опустил глаза:
– В этом тумане все равно ничего не видно. Но мне не нравится, что Странник ползет к берегу. Все-таки это… это же берег Веспы. А ты знаешь, что это такое. И я знаю.
– Но ло Паолино отметил этот путь. Думаю, теперь мы можем быть уверены, что он не ошибся.
На лице Ласкеза на мгновение появилась непривычно мрачная улыбка и тут же исчезла.
– Может, он и не ошибся. Но знаешь, мне очень интересно, из-за чего его забрали свои же.
Из-за секрета. Так сказала Ву. Тэсс вздрогнула и повела плечами:
– Это не наше дело. Мы должны попытаться ему помочь. Хотя бы попытаться. Мы…
– А ты не думаешь, что он куда-то нас заманивает? – Брат опять смотрел только вперед, его лицо словно окаменело. – Когда мне пришло это в голову вчера ночью, я…
– Ласкез, – Тэсс сделала шаг вперед и решительно загородила ему вид на океан, – его пытают.
Встретившись с ней взглядом, брат вздрогнул. Тэсс продолжила тверже:
– Я видела. И ты говорил, Джер уже рассказал тебе про… – она потянула за цепочку подвески, – вот это. Ву говорит, вчера кулон снова кровоточил. Все намного сложнее, чем может показаться. И намного хуже. Я уверена. И Джер тоже уверен.
– Ты принимаешь его позицию? – не поверил ушам брат. – Уж не втрескалась ли ты в него, сестренка?
Тэсс в бешенстве стукнула его по лбу:
– Придурок. Нет, знаешь, к этой мысли мы пришли по отдельности. И пусть пока так и остается. А по поводу Веспы… – она вытянула ладонь, ловя капли, – нам нужна вода. Этой вряд ли достаточно, дожди были редко. Просто пополним запасы и отплывем.
– Если корабль даст нам отплыть, – хмыкнул кто-то сверху. – Доброй вахты, Дит.
Ростра, придя в движение, махнула рукой с мечом и что-то проскрипела. На этот раз Джер соскочил с какого-то каната и приземлился между братом и сестрой. Он был мокрый, всклокоченный и сонный. Тэсс не успела задать вопроса, как Ласкез ее опередил:
– Где ты спал сегодня, приятель? Если спал…
– Там, – лавиби махнул рукой вверх, в сторону «вороньего гнезда», в котором ютилось гнездо такар. – Довольно просторно, хотя я чуть не сбросил этих куриц в море. Люблю спать в необычных местах, особенно на воздухе.
– А не холодно?
– Для меня – нет, – усмехнулся лавиби. – Пустяки.
Тэсс покосилась на него, думая о том, слышал ли он слова Ласкеза про ее «влюбленность». Еще сильнее раздувать самолюбие Джера она не собиралась. Истории с доктором было достаточно.
Впрочем, судя по виду лавиби, он проснулся позже, чем Ласкез получил по лбу за свое дурацкое подозрение.
Отряхнувшись, Джер тоже уставился на океан. Нос у него беспокойно дернулся:
– Мне не по нраву эта остановка. Пойду-ка кое-что проверю. Мы же не будем высаживаться на берег просто так.
С этими словами он покинул палубу.
– Кое-что – это спит ли доктор? – иронично уточнила Тэсс.
Ее брат лишь усмехнулся, вновь начиная раскладывать трубу:
– Ох, сомневаюсь. И…
Он не закончил, и Тэсс поняла, почему, даже без прибора дальнего видения. Линия края океана больше не была ровной. На ней отчетливо проступала какая-то длинная темная полоса. Земля. Веспа.