home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Драмтеатр

Я давно уже знаю, что есть большая жизнь, а есть — маленькая. Про необыкновенную героическую жизнь можно прочитать и в газетах, и книгах. Даже в кино показывают!

Про мою жизнь никто писать не будет. Потому что никому моя жизнь не интересна. Кроме меня, канешно.

Там, в большой жизни идет война и каждый день сам собой входит в историю. Наша жизнь ни в какую историю не входит. Ей там просто делать нечего.

Канешно, мне лично хотелось бы попасть в историю. Но пока я для этого еще маленький. А взрослые, может, и могли бы жить в большой жизни, но в Чикалове такой жизни нет, и поэтому мои родственники и знакомые живут «помаленьку», как все самые обыкновенные люди.

А еще я знаю, что есть другая жизнь. В театре. И в театре жизнь в сто раз интереснее.

— Театр — настоящий гадюшник. Все едят друг друга.

Это мне объяснили дома.

Особенно хотят съесть тетю Машу с дядей Павлушей. Потому что тетя захватила все главные роли, а дядя ставит только спектакли для тети Маши.

Один раз устроили целое собрание, приехал даже бывший директор театра Незнамов — теперь он в обкоме «большая шишка». Все стали пальчиком показывать на дядю Павлушу с тетей Машей и обсуждать поведение главного режиссера, который не понимает текущего момента и ставит спектакли, не отражающие нашу героическую современность.

Когда собирается вся труппа, землетрясение начинается с самого утра.

Дядя Павлуша занял ванную на целый час, соскабливая свою щетину безопасной бритвой. И все-таки дважды порезался. Пришлось применять «квасцы» для остановки крови и надеть белую рубашку с галстуком.

— Когда мужикам надо скрыть свои грехи на лице, они сваливают все на квасцы, — сказала тетя Маша и рассмеялась. Все очень нервничали.

Бабушка уже подарила мне старый дедушкин «жилет». Но я еще не знаю, когда мне понадобится бритва.


Чужарь | Гибрид: Для чтения вслух | Репетиция



Loading...