home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


1. Моряк, потерпевший кораблекрушение

— Человек слева по борту!

Услышав крик впередсмотрящего, третий помощник капитана, двадцатитрехлетний штурман Саша Лаврик, стоявший вахту, бросился к левому борту, схватил спасательный круг и выбросил его в воду. Капитан одобрительно повел головой, а штурман уже командовал в микрофон:

— Экипажу дежурной шлюпки — к шлюпке! Шлюпку номер один к спуску!

Застопорили машину, по палубе раздался топот ног, боцман уже зычно командовал, распоряжаясь спуском шлюпки. Убедившись, что команда выполняется, Лаврик перешел крыло мостика, где капитан с биноклем в руках всматривался вдаль.

— Вон он! — кивнул капитан туда, где пенной дугой выгибалась кильватерная полоса, оставленная пароходом. Он передал бинокль штурману и, чуть насупившись, похвалил:

— Неплохо, штурман! Для начала неплохо!

Молодой штурман благодарно взглянул на него и прижался к окулярам бинокля…

Вскоре шлюпка со спасенным моряком была на борту. Его сразу же провели в лазарет — шел он сам, слегка покачиваясь от усталости и опираясь на руку доктора.

Матросов, ездивших за ним, обступили члены экипажа.

— Кто, кто он?..

— Черт его знает! По-русски ни бе ни ме… — объяснял разгоряченный путешествием матросик. — Лопочет что-то по-своему…

— Я понял так… — сказал Юра Микоша. — Он с либерийского судна… Матрос…

— Представляете, на обломке доски плавал… Это же надо!.. Шторм, акулы… Б-р-р…

— Молоденький какой! Страху-то натерпелся бедный! — говорила, покачивая головой, повариха Маша.

Подошел крановщик Клюев и протянул Маше связку трепещущей рыбы:

— Наловил, пока стояли… Ушицы ему, что ли, свари.

Маша побежала на камбуз.

— Ужасно романтично, правда? — говорила дневальная Наташа, по совместительству библиотекарь судна. — Кораблекрушение, шторм… Один в океане… Кажется, все — неизбежная гибель, и тут… корабль на горизонте! Какое нужно иметь мужество, чтобы вынести такое! Вот вы смогли бы так? — обратилась она к стоящему рядом радисту.

— Не… я птица не водоплавающая. Мне землю чувствовать под ногами надо.

— Так служили бы на берегу. Зачем же в рейс пошли?

— Охота посмотреть, как в заморских странах живут. Послушайте, Натавья Никовавна, — смущаясь, сказал Кондратюк, — есть такая река Вимпопо?

— Лимпопо? — переспросила Наташа. — Откуда это? Ах, Чуковский! Нет, это выдуманное название.

— А я думаю, она есть, — убежденно вздохнул Кондратюк. — Крокодивы там пвавают, бегемоты. До чего же бегемотов вюбью-у! Симпатичные зверюги!..

Из машинного отделения на палубу поднялся старший механик Сергей Веремеев, взъерошенный, пятно мазута под глазом — как синяк; в руках ветошь, которой он вытирает пальцы. Увидев рядом с Наташей Кондратюка, сказал с ходу:

— Маркони, тебя начальник радиостанции ищет. — Радист покосился недоверчиво, ушел.

Механик облокотился о планширь рядом с Наташей.

Наташе года двадцать два. Она казалась чуть старше из-за больших в тонкой оправе очков, за которыми прятались детские серые глаза. Все остальное вполне соответствовало ее юному и прелестному возрасту.

— Выдумали? — спросила она, стараясь быть строгой.

— Насчет чего?

— Насчет начальника радиостанции.

— Ага, — кивнул механик.

— Вы много себе позволяете…

— Что-то я вам хотел сказать…

— Если забыли, значит, не самое важное.

— Библиотека сегодня будет открыта?

— Как всегда. После обеда…

— Я зайду. Мне надо с вами поговорить…

Она пожала плечами:

— Поговорим, если вспомните о чем…

Тут по трансляции объявили:

«Старшему механику Веремееву немедленно подняться на мостик!»

Склянки на полубаке отбили полдень. С последним ударом спасенный моряк открыл глаза, резко привстал и обвел цепким, схватывающим взглядом помещение лазарета. Казалось, он вспоминал, где находится.

Послышались шаги в коридоре, и моряк снова откинулся на подушку.

— Я вот ушицу ему принесла, — прошептала Маша доктору, косясь на дверь, за которой спал спасенный моряк. — Ребята рыбы наловили, так вот…

— Пойдем, посмотрим, как он там, — сказал доктор и, скривившись, схватился за щеку.

— Болит? — спросила Маша.

— Невозможно, как больно… — Доктор говорил с небольшим эстонским акцентом.

— Шалфеем пробовали?

Доктор кивнул.

— Давайте, я заговорю его. Не верите? Я заговор от зубной боли знаю. Мне бабушка бывало пошепчет — мигом снимало.

Доктор безнадежно махнул рукой:

— Не выдумывай, Мария!

Они открыли дверь в изолятор. Моряк не спал. Доктор подсел к его кровати, пощупал пульс. Улыбнулся, потрепал его по руке:

— Молодец! Даже не верится — четверо суток в воде…

— Поешь, миленький, — Маша протянула моряку чашку с ухой. Отошла в угол и, подперев щеку рукой, стала смотреть, как он, обжигаясь, пил горячий бульон.

— Худой-то какой! — жалостливо сказала она. — Ничего, на наших харчах быстро раздобреешь…

— Йес, йес, — быстро закивал головой моряк.

— Ешь, ешь, — кивнула Маша, по-своему переводя его слова.

В кают-компании заканчивали обедать, когда, извинившись, вошел доктор и, наклонившись к капитану, сказал ему что-то, понизив голос.

— Прекрасно, — кивнул капитан. — Зовите его сюда!

Капитан встал. Доктор вышел, и тут же появился в дверях спасенный моряк. Он был одет в белые холщовые штаны, в чью-то тельняшку. На голове косо сидела фуражка с крабом. Он снял ее, поклонился, прижав руку к груди:

— Спасип… Спасип…

Капитан протянул ему руку.

— Как вас зовут? — спросил он по-английски.

— Салих. — Моряк снова поклонился.

— Мороз Иван Ильич… Это мой первый помощник… — Капитан стал представлять членов экипажа, Салих всякий раз прижимал руку к груди и наклонял голову.

— Спасип, спасип… — говорил он каждому.

— Садитесь. Можно ему вина? — обратился капитан к доктору.

— Не стоит.

— Как называлось ваше судно? — спросил капитан.

Моряк посерьезнел:

— «Самюэль Д. Карльстон». Мы шли рейсом Сидней — Йокогами с грузом хлопка. Попали в тайфун…

Старпом — тучный, не по-морскому домашний, улыбчивый моряк — кивнул:

— Четверо суток назад. Нас он задел краем…

— На судне начался пожар. Загорелся хлопок в трюме… — Видимо, моряку трудно было говорить — заново переживать случившееся. Пальцы его судорожно сжимались, он заикался. Капитан сел рядом, положил руку на плечо:

— Успокойтесь. Кто-нибудь спасся еще? Примерные координаты? Мы свяжемся с судами, находящимися в этом район…

— Была такая паника. Дрались за спасательные круги… За место в шлюпке… — Пальцы Салиха снова стали сжиматься, плечи затряслись в беззвучных рыданиях. Капитан встретился взглядом с глазами товарищей. Все были взволнованы рассказом моряка.

— Разрешите? — произнес вошедший второй помощник капитана Володя Сердюк. — В пяти кабельтовых — неизвестное судно.

— И что? — недовольно спросил капитан. — Поприветствуйте его, как положено.

— Мне кажется, вам лучше подняться на мостик, — загадочно сказал помощник.

— Что такое? — пробурчал капитан, поднимаясь из-за стола. — Сегодня день происшествий…


Пираты XX века | Повести. Рассказы | 2.  Покинутый корабль



Loading...