home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 9

Пивнев выглянул в иллюминатор вертолёта. Большие бревенчатые избы, кирпичные дома, на околице маленькая каменная церковь с зелёным куполом, зелень огородов – село Гваздеевка разворачивало перед ним свои три улицы. А за селом блестела река, широкий зелёный луг полого спускался к ней, а на другом берегу, чуть отступив от речки, темнел лес. Хорошее место выбрал Плетнёв.

Плетнёв встречал их у помятого дюралевого трапа, который сноровисто спустили вертолётчики. На выгоне, где сел вертолёт, было очень тихо после шума винтов и лязга вибрации. Поодаль лениво бродили коровы. Только иногда быстро взлетали тёмно-коричневые коровьи хвосты. Невдалеке блестела серебром знакомая «Тойота». За ней две видавшие виды «Газели».

Люда причесывалась и возобновляла боевую раскраску после полёта, глядя в маленькое зеркальце. Иула стояла рядом и рассматривала пейзаж. Перед поездкой Иула попросила простую одежду, близкую к народной. Сейчас она была в китайской салатовой кофточке с люрексом и в китайских джинсах со стразами во многих местах. Именно так одевались девушки в родном селе Пивнева. Она стояла спиной, и он внимательно смотрел на неё. Что-то было в ней, что не позволяло принять за учетчицу на ферме. Впервые он видел обнажёнными до плеч её руки. Руки казались сильными. Оглядывая окрестности, она повернулась, встретилась взглядом и отвела глаза не сразу.

Охрана и повара двинулись к «Газелям».

– Всё в порядке? – спросил Пивнев у Плетнёва.

– Готовность – 100 %.

– А что с вертолётчиками?

– А что? Мы заплатили воинской части хорошие бабки. Остальное – их проблемы.

– Как-то не по-русски. Вадим Юрьевич, охрана машины?

– У меня тут пост. Заодно и северные подходы прикрыты. Под машиной хорошо, холодок.

– Командир! Олег Николаевич, можно вас на минуту. Такое предложение. Сейчас все садимся в «Газель», едем в село. Там Николай Семенович определит вас на отдых и обеспечит горячим питанием. Подполковник Новокрещёнов обещает обеспечить охрану. До 17.00 можете отдохнуть. Но, само собой, сухой закон.

– Не маленькие. Поехали, ребята, – махнул он своим, – только дверь заприте.

Под лай собак кавалькада машин медленно проехала по улице. Улица была пустынна, только у одного двора немолодой мужик, прислонившись к забору, грустно пел:

Гоп, стоп, Зоя,

Кому давала стоя?

Давала Зоя стоя

Начальнику конвоя.

«Тойота», в которой ехали Иула и Люда (верной Шевцовой дали день отдохнуть), остановилась у крепких тесовых ворот. Ворота начали открываться, и машина скрылась во дворе. Когда Пивнев с Плетнёвым и Новокрещёновым вошли во двор, Иула с Людой стояли перед шеренгой напряжённых хозяев, одетых в выходные одежды. В глубине двора маячили двое охранников.

Пивнев понял ситуацию: хозяева увидели Иулу.

– Добрый день, хозяева. Вы уже познакомились с нашими девушками?

Хозяева напряженно молчали.

– Хорошо, давайте знакомиться. Наши девушки: Иула, которую вы, наверное, видели по телевизору, и её помощница Людмила. Меня зовут Иннокентий. Мой друг Вадим Юрьевич. Николая Ивановича вы знаете. Теперь начнём с хозяина. Как вас зовут?

– Валентин.

– Представьте нам, пожалуйста, свою семью.

– Полина, Иван Семенович, Митрофановна, Катька, Лёша.

Лёша был мальчик лет шести в новеньком ярко-синем костюмчике из синтетики.

– Может быть, Екатерина покажет девушкам, где они могут отдохнуть и привести себя в порядок? Иула, Люда завтракать будете?

– Мы завтракали.

– Тогда, Катерина, вперёд.

Катя, на вид лет двенадцати, растопырила пальцы, демонстрируя свежий алый маникюр, и бойко сказала: «Тетя Иула, тетя Люда, пойдёмте, я вам флигель покажу. Четыре комнаты».

– Как же так, – сказала хозяйка, – хоть вы позавтракайте.

Мужчины переглянулись.

– Хорошо, только по-быстрому.

– Через десять минут прошу к столу. Вон рукомойник, если руки помыть.

– Что у нас в распорядке дня? – спросил Пивнев у Плетнёва, зама по общим вопросам.

– Завтрак, обед примерно в час, перед отлётом – легкий полдник. Прогулка на катере по реке. Там небольшой пикник.

– Да… Вёсельная лодка есть?

– Найдём.

– Ладно, пошли руки мыть, после завтрака определимся.

Дом был выдраен до неправдоподобной чистоты. Несмотря на протесты хозяев, они разулись в сенях, скорее прихожей, с полом, по-городскому застеленным голубеньким линолеумом, и с бордовой дорожкой от двери до двери.

– Проходите в залу, – сказала хозяйка и провела через кухню в большую комнату, где был накрыт стол.

– А где хозяева? – спросил Пивнев, – без них не сядем.

Хозяйка привела мужа и сама присела на краешек стула. Для завтрака на столе было слишком много тарелок. Хозяйские вареная картошка, солёные грибы, квашёная капуста, пирожки с мясом соседствовали с мясной и рыбной нарезкой и салатом из городского супермаркета.

Завтрак начался в молчании, всем пришлось сегодня встать очень рано, и было не до еды.

– Валентин, – спросил Пивнев, – как у вас с дождями? А то в городе нас не очень балуют.

– В мае было три. В июне два. На той неделе сильный, с грозой. Я подметил, что раньше молнии были такие… извилистые, зигзагом. А теперь – прямые, сверху вниз. Тоненькие и сразу много, многоствольные.

– В ту грозу женщину убило в соседней деревне, бабы капусту пололи в поле. Говорят, у неё мобильник был в кармане и притянул молнию, – сказала хозяйка. – Вот, вы учёные люди, такое может быть?

– Не думаю, – сказал Пивнев. – Вы лучше скажите, как у вас дела? Валентин, чем вы занимаетесь?

– Вроде, фермер. Пшеницу сеем. Потом коровник взяли, бывший совхозный. С Полиным отцом Иваном Семёновичем и братом моим Федором. Полин брат меньшой помогает. Там, отремонтировали, свиней сейчас держим.

– А свинину куда? – заинтересовался Новокрещёнов.

– Поначалу из города перекупщики приезжали, но мало давали. Невыгодно. А сейчас в райцентре геологи базу сделали. Людей понаехало, так там продаем. Ну, а при доме огород, коровы, кур с полсотни – это само собой.

– Ну, а на рынке как, не обижают?

– Так это, брат мой младший помогает. Он там в милиции, замначальника.

– И много в селе фермеров?

– Есть. Дроновы, потом этот, что переехал сюда… Мишка.

– А как соседи относятся?

– Некоторые работают, помогают нам. Довольны.

– Подпаливали нас два раза, – вступила Полина.

– Было дело. Мужики, может того… понемножку. За знакомство.

Через окно Пивнев увидел, что возвращаются Иула и Люда в сопровождении хозяйской дочки.

– Спасибо, но нам пора.

– Валентин, а где рыбку можно поудить? – спросил Новокрещёнов и достал из папки карту.

– За серьёзной рыбой мы далеко ездим. А пацаны ловят в заводи, тут за селом, – Он ткнул коротким мощным пальцем в изгиб речки.

– Распорядок дня мне представляется следующим, – сказал Пивнев. – Сначала хозяева устроят экскурсию по усадьбе. Потом едем к речке. Иула, Люда, я и прапорщик Лосев. Там садимся в лодку и плаваем по речке. Потом причаливаем берегу. Место для пикника наметили?

– Конечно, вот здесь, – Плетнёв показал на карте мысок. – Только мы рассчитывали на катер, для лодки далековато.

– Ничего, доплывём. Мясо для шашлыка, картошка и прочее готово?

– Всё уже на месте.

– Фото и видеокамерами займется Лосев. Людмила говорила, что он специалист. Между часом и двумя возвращаемся по течению к месту отплытия. Хотелось, чтобы женщины могли попариться в бане. Затем обед, отдых и отбытие в город.

Иула и Люда сидели в тени на скамейке, и Катя что-то им рассказывала. Иула слушала с интересом.

Пивнев с Плетнёвым подошли к ним.

– Иула, Людмила, есть два варианта прогулки по реке: на катере, цивилизованно и на вёсельной лодке. Как вы?

– Я за лодку, – сразу сказала Иула.

– Я, как Иула, – поддержала Люда.

– Всё понял, – сказал Плетнёв и заспешил по своим делам.

Усадьба была большая. Как понял Пивнев, три соседних двора были объединены. Валентин и Тома сначала показали пустой оштукатуренный коровник (коровы паслись в стаде), откуда резко пахнуло свежим навозом. В соседнем небольшом помещении, коряво обложенном белым кафелем, гудел сепаратор. Дальше под шиферным навесом – поленница. Огороженный сеткой «рабица» птичник, где бродили белые куры и два крупных заносчивых петуха. Иула задержалась здесь. Она улыбалась. Катя взяла из пластикового ведра горсть пшена и высыпала на ладонь Иуле. Потом приоткрыла калитку и Иула вбросила корм вовнутрь. Куры с кудахтаньем бросились к пшену, сталкиваясь на ходу. Мать недовольно посмотрела на дочку, но ничего не сказала. Иула и Катя смеялись. Людмила фотографировала.

А Пивнев вспомнил, что давно не был дома. У родителей. Уже подарки куплены, почти целый день ходили с Леной по рынкам. Он потряс головой, чтобы отвлечься.

Им показали большой дощатый сарай, где стояли трактор и грузовик, мастерскую, ягодники, огород, половина которого прополота, бревенчатую баню, прикрытые плёнкой большие копны сена.

Он посмотрел на часы, и компания направилась к воротам усадьбы.

Катя попросилась с тетей Иулой, тетей Людой и дядей Кешей на речку, но мать шикнула на неё, и она, буркнув что-то дерзкое, убежала к сепаратору.

На берегу речки возле наполовину вытащенной из воды лодки их дожидался один из людей Плетнёва. Тимоха (прапорщик Лосев) в цветастой рубахе навыпуск погрузил на нос лодки небольшие сумки, и девушки по команде Пивнева забрались в лодку и уселись на корме.

– Свободны, – сказал Пивнев помощнику Плетнёва, и начал разуваться. Лосев понял его, и тоже начал быстро снимать кроссовки. Подкатив штанины джинсов, они быстро столкнули лодку в воду. Холодная вода обожгла лодыжки, и они с двух бортов ввалились в лодку, которая сильно качнулась сначала влево, потом вправо. Люда взвизгнула, Иула невозмутимо улыбнулась. Мужчины разобрали весла. Пивнев оглянулся. «Газель» уехала, невдалеке двое парней возились с мотором металлического баркаса.

– Веслим? – спросил Пивнев, и они начали медленно разворачивать лодку против течения.

Гребцы быстро втянулись, и лодка двигалась дольно ходко. Иула с интересом смотрела на луга слева, на лес на другом берегу, на зеленоватую воду, в которой иногда мелькали серебряные рыбешки и отражались берега. Сидела она, положив руку на борт и держа спину очень прямо. Панамка у неё на голове казалась военным головным убором.

Пивнев почувствовал, что слегка покрылся испариной, и что все заботы постепенно растворяются в тёплом воздухе.

Вдруг Люда заволновалась:

– Надо бы поснимать, сумка там за вами!

– Давай, я достану камеру, – сказал Лосев, приподнялся, неловко встал и повернулся к носу лодки..

– Можно, я поработаю этим предметом? – неожиданно сказала Иула.

– Веслом, что ли?

– Веслом, правильно.

– Попробуй.

Лосев остался на носу. В сумке запасливой Людмилы нашлись садовые перчатки, Иула надела их, и легко, не качнув лодки, пересела. Первые гребки были неудачными: лопасть весла вырывалась из воды и обдавала брызгами половину лодки под весёлые крики Люды. Но Иула быстро освоила технику, и лодка плавно заскользила вперёд. Тимофей успел заснять неудачный дебют и передал фотокамеру Людмиле.

Пивнев замедлил темп гребли, и лодка медленно скользила по речке. Голые локти Пивнева и Иулы всё время соприкасались при гребках, и он был весь погружен в это ощущение. «Как в седьмом классе», – бегло подумал он.

– Командир, – сказал Лосев, – мы вроде здесь собирались причаливать. Мне шеф этот мысок на карте показал.

На зелёной лужайке стояла розовая пластиковая мебель: стол и четыре кресла. На столе пластмассовая, тоже розовая, ваза с жёлтыми импортными, без запаха, розами. Невдалеке чёрная жаровня-шашлычница на высоких ножках из уголка. В сторонке аккуратно сложены большие картонные коробки. Между деревьями синел биотуалет.

Пивнев осмотрелся. Не так он представлял себе выезд на природу. Но лиственничный лес был хорош. Просвеченный солнцем, прозрачный, с отдающим синевой подлеском.


Он прошёлся, как был, босиком по берегу. Под небольшим обрывом песчаный берег плавно уходил под воду. Только метров за сто пятьдесят от места высадки он обнаружил омут, где тёмная вода стояла сразу под обрывом и заросли ольхи подобралась к воде. А на реке давешний баркас стоял посредине речки метров триста ниже по течению. Там сидел парень с удочкой. Второй парень куда-то исчез. На другом берегу чуть выше ещё один рыболов, по типажу – сельский пенсионер. С той же стороны далеко от берега на пригорке, куда вползала серая среди окружающей травы грунтовая дорога, стояла с поднятым капотом салатовая «шестёрка».

Когда он вернулся, Иула сидела в кресле лицом к реке, а Люда с Тимофеем разбирали ящики.

– Так, – сказал Пивнев, – а сейчас определим меню завтрака на траве. Как насчёт шашлыка?

Иула вопросительно посмотрела на него.

– Мясо, жаренное на древесных углях.

– Очень хорошо, – сказала Иула.

– Тогда мы займёмся огнем.

Рядом с жаровней в прозрачном мешке лежала связка дров. Такие дрова продавали на автозаправках. Пивнев с Лосевым быстро натаскали кучу хвороста и с помощью туристского топорика разделали его.

– Тимофей, – сказал Пивнев, – я занимаюсь шашлыком, ты помогаешь Люде. – Спички есть?

– У меня зажигалка, – ответил Лосев.

Для начала Пивнев разложил кору и сухие веточки. Потом шалашиком ветки покрупнее. Подошла Иула.

– Ты будешь зажигать огонь?

– Да.

– Я посмотрю.

Кусок сухой коры горел, дымил и почти затух, потом занялись тонкие веточки, вспыхнул ещё кусок коры, начал гореть шалашик. Пивнев навалил сверху веток потолще. На покупные дрова он не взглянул.

– Минут двадцать погорит, и можно жарить. Ты мне поможешь?

– Хорошо.

Люда развернула небольшую полевую кухню. Стояла на траве объёмистая сумка-холодильник, на плёнке разделочная доска, кучка золотистого лука, прозрачные пластиковые контейнеры, где просвечивали красные помидоры, желтизна болгарских перцев и бледная зелень огурцов. Рядом ножи, упаковка с шампурами.

– Люда, вы с Тимофеем займитесь салатом, а мы с Иулой – шашлыком.

Затем достал четыре клинка шампуров из нержавейки.

– Я их помыла, – сказала Люда.

– На всякий случай их следует дезинфицировать.

Он взял шампуры и сунул в пламя, подержал, поворачивая, вернулся и разложил шампуры на полотенце.

– Теперь моем руки.

В сторонке стояло на траве оранжевое ведёрко с речной водой и рядом – такие же кружка и мыльница.

– Прошу, – сказал Пивнев.

Иула сняла с запястья широкий браслет светлого металла и осторожно положила на траву. Пивнев плеснул ей воды на ладони, и она неторопливо намылила руки. Кисти у неё были длинные с короткими розовыми ногтями. Сбоку появился Тимофей с видеокамерой. Потом Пивнев подал полотенце и внимательно смотрел, как она вытирает руки. Потом поменялись ролями.

– Браслет не забудь.

Он очистил несколько луковиц, нарезал их, сложил шелуху в пакет.

– Нам предстоит очень серьёзный обед. Поэтому три шашлыка делаем маленькие, а один – большой, для Тимофея. Он человек служивый, и с его обедом неясность.

Он извлёк из сумки небольшую кастрюлю с мясом. Крышка кастрюли была запечатана бумажкой с печатью. На бумажке можно было рассмотреть строки «ветнадзор», «санврач» и «токсиколог». Пивнев заглянул в кастрюлю и принюхался.

– Надо же, замочили в белом вине. Иула, это не нарушит твоей диеты?

– Ничего.

Он присел на корточки и стал нанизывать лук и розовые кусочки телятины на шампур.

– Так, первый готов. Это малый шашлык.

– Подожди, я тоже сделаю.

Она встала на колени, нагнулась над плёнкой и стала медленно нанизывать на длинный шампур кусочки мяса и кружки лука. Из-под коротких чёрных волос обнажились белая шея и небольшая косточка. Пивнев отвернулся.

– Достаточно? – спросила Иула.

– Ого, – сказал Пивнев, – Тимофей будет доволен. Теперь давай сделаем два маленьких.

Наконец шашлыки были пристроены на жаровне. В угли Пивнев зарыл несколько картофелин.

– Теперь осталось время от времени проворачивать.

Два кресла установили рядом с шашлычницей с подветренней стороны. Иула и Пивнев сидели на них и смотрели на покрытые белым пеплом угли. Дальше – изгиб речки, прибрежный луг, а выше бледно-зелёное поле пшеницы. Пятна теней облаков медленно двигались по земле.

– Вы можете там у себя посидеть на берегу речки у огня?

– Речки и леса у нас есть, посидеть можно, но огонь разжигать нельзя. И сухих веток нельзя собрать. Их нет. Их собирают и измельчают специальные машины. В пустынной стране, Друнг оттуда, есть старый обычай в определённые дни ездить в пустыню, разжигать такой дикий огонь… костры, (правильно?), и жарить мясо. В пустыне растёт кустарник, который придает мясу приятный запах. Я один раз была там. Вкусно.

– Они что, рубят кустарник на костры?

– Нет. Машины собирают и складывают сухие ветки. И ещё есть участки, где кустарник специально растят. Знатоки считают, что специально выращенный кустарник не такой, как это сказать… ароматный. Тут ещё интересная сторона. У нас есть такие группы, которые примерно соответствуют земным богатым и бедным. Так вот, одно из немногих преимуществ богатых в нашей послерыночной экономике – возможность жарить мясо на более ароматных ветках.

– Оказывается, у вас не все пустыни превращены в цветущий сад.

– Это всё время обсуждается. Пока считают, что если засадить все пустыни растениями, изменится альбедо планеты, что может повлиять на климат.

От углей доносился запах дыма и шашлыков. Они сидели рядом, молчали, смотрели на реку, изредка Пивнев проворачивал шампуры.

Шашлыки жарятся довольно быстро.

– Готово, – сказал он.

Иула протянула руку, но Пивнев схватил её за кисть.

– Осторожно, горячие, – и на некоторое время задержал её руку в своей. Потом отпустил, отнёс шашлыки Люде. На скатерти была расставлена посуда, красовалась большая салатница, пакет сока, минеральная вода. Он взял вилку и тарелку и вернулся к костру, выловить печёную картошку.

– Пойдём завтракать, – сказал он Иуле и протянул свободную руку. Она серьёзно посмотрела на него, взяла за руку и легко встала.

Определились, несмотря на протесты Лосева, кому достанется большой шашлык. Люда поинтересовалась, что общество будет пить. Есть много чего.

– Ты пробовала виноградное вино? – спросил Пивнев Иулу.

– Да, нас угощали в Нью-Йорке.

– Выпьешь немного?

– Хорошо.

– К шашлыку положено сухое красное. Найдётся у нас?

– Да, вот «Каберне».

Пока Тимофей открывал бутылку, Пивнев очистил картошку Иуле и себе.

Чокнулись. Иула посмотрела на них и тоже коснулась стаканом стаканов собутыльников. Пригубила вина, посмотрела на Пивнева и засмеялась.

– Ой. Иннокентий Васильевич, у вас на щеке сажа, от картошки, наверное. Салфетку возьмите, – сказала Люда.

Иула капнула на салфетку водой из бутылки и стала медленно водить по щеке Пивнева.

– Спасибо, – сказал он.

На печёную картошку и шашлык Иула смотрела с недоверием.

– Смотри, – сказал Пивнев. Из солонки он посолил картошку и вилкой отрезал кусочек. Иула проделала то же. Осторожно попробовала.

– Вкусно. Я такого здесь ещё не ела.

– Может, снять шашлык с шампура?

– Нет, я буду есть с шампура, как все.

Поели быстро. В коробке оказался термос с кофе, который и завершил завтрак.

Набежали тучки, солнце то пряталось, то выглядывало. Пивневу было хорошо.

Лосев взял со стола пустую ПЭТ-бутылку, что-то прикинул и бечёвкой подвесил на ветке дерева.

– Кто хочет пострелять? – спросил он. – Есть пневматический пистолет.

– А кирпичи ладонью не будем перешибать? – спросил Пивнев.

– Мне интересно, – сказала Иула.

– Тогда поехали.

Лосев извлёк из сумки длинный чёрный пистолет.

– Народная модель ИЖ-53М.

Он отсчитал десять больших шагов от цели, отклонил ствол, вложил пулю из коробки и передал оружие дулом вниз Пивневу. Пистолет был довольно тяжёлым.

– Кто первым? – спросил Пивнев.

– Я не буду, – сразу сказала Люда. – Не люблю я этого. Лучше тут приберу.

– Хорошо. Пистолет – офицерское оружие, а я сержант запаса. Но постараюсь. – Он взял у Лосева несколько пуль, расслабился, поднял руку с пистолетом и прицелился. Неожиданно оказалось, что он волнуется. После выстрела бутылка не шелохнулась. Он переломил пистолет, большим пальцем загнал следующую пулю, быстро прицелился и снова выстрелил. Бутылка дёрнулась и закачалась на подвеске. Он снова зарядил и выстрелил по качающейся бутылке. Она снова дёрнулась. Так же быстро он расстрелял оставшиеся пули и больше ни разу не промахнулся.

Пивнев снова зарядил пистолет и передал его Иуле, объяснил, как целиться. Во время начальной военной подготовки их руки иногда соприкасались.

– Возьми двумя руками, – посоветовал Пивнев и показал, как. Чёрный пистолет выглядел слишком большим в её руке.

Иула подняла пистолет одной рукой, долго целилась и выстрелила. Попала. Люда радостно захлопала в ладоши. После этого выстрелила ещё несколько раз и каждый раз попадала.

– Спецназ, – уважительно сказал Лосев.

Пивнев посмотрел на часы.

– Быстро время бежит. Будем собираться.

Солнце окончательно спряталось, и стало прохладно. Пивнев командирским голосом приказал девушкам надеть что-нибудь тёплое. В сумке Люды нашлись китайские вязаные кофты блёклого голубого цвета.

Быстро убрали, перемыли посуду, сложили всё в коробки и сумку-холодильник. Мусор Пивнев сжёг в шашлычнице. Снова сложили сумки на носу лодки, снова мужчины разулись и столкнули лодку в воду. Мотор баркаса ниже по течению затарахтел. «Шестёрка» на том берегу всё стояла с поднятым капотом. Рыбак-пенсионер сворачивал удочки.

Иула сразу села к веслу. Снова рука Пивнева изредка касалась её предплечья. По течению они быстро доплыли к селу, где их ждала «Газель».


Глава 8 | Контакт – Сибирь | Глава 10



Loading...