home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 3.

– Мы уже начали беспокоиться, – заметила Анна Ивановна, когда он, как было договоренно, подошел к памятнику на Октябрьской площади.

– Я во-время, – возразил Лерка. – Разве что мои часы отстают.

– Нет, не отстают, – вздохнула его новая «кураторша». Просто… Неважно. Что ты делал целый день? Как школа? Как ребята?

– Школа хорошо, – Лерка внутренне усмехнулся. – Ребята вроде тоже… Только я не попал на уроки, мы туда поздно приехали. Я … Ну, меня представили классу и все пошли домой.

– А что потом?

– Я видел Цирк, – с гордостью признался Лерка. – И Университет. Но туда детей не пускают, хотя, кажется, мимо этой охраны ничего не стоит… Если вы разрешите…

– Разрешаю, – усмехнулась женщина. Грустно так усмехнулась.

– Я – сирота, – подумал Лерка. – Она обязана меня жалеть.

– Еще я был на Смотровой Площадке, – сказал он.

– Ну тогда тебя ждет еще одна экскурсия, – улыбнулась Анна Ивановна. – На метро. Не был?

– Нет…

– Пошли.

Ожидающие в кустах у подъезда ребята были разочарованы – домой Лерка вернулся не один, а с женщиной, вероятно, матерью. Подходить же к нему со своим делом при взрослых они не стали.

– Ладно, – сказал, выбираясь из кустов, Илья. – Завтра поговорим. Заодно и он будет более подготовлен.

– А вот наделает он глупостей, неподготовленный, – возразила ему Таня, – а нам потом расхлебывать. Всем нам. И так народ косо смотрит.

– А тебе-то что? – пожал плечами Витя, – народ может смотреть как хочет, сделать-то он ничего не может.

– Сейчас не может, потом – кто знает? Ты, Бончик, вообще… оптимист.

– Да уж, – с гордостью сказал Витя Бончик, – мы такие. А вел он себя хорошо, кстати. Спокойно.

– Ты бы точно хай поднял, – заметил Гена Колесников.

– Я бы точно… – Витя задумался. – Пошли отсюда, а то в окно увидит.

Лерке некогда было смотреть в окно – он запоминал. Запоминал все подряд, так как решить, что в этой семье закон, а что – случайность, он пока не мог. Запоминал, как зажигается газ – в детдоме было электричество, да и не готовили они обычно, и куда потом летит спичка. Как заваривается чай, и откуда он берется. Все. Потом смотрели телевизор – новости. Новости эти были

– смех один. Он, честно говоря, ожидал что-то вроде того политического обзора, который им давали раз в неделю, но это… Это было просто неграмотно. Политики, потом какие-то плохо одетые и очень сердитые люди, вперемешку со скучными рассуждениями о судьбе страны… Он подумал, что политобзоров, ему, пожалуй, будет не хватать.

Потом был художетсвенный фильм – первый в его жизни художественный фильм, и похоже, хороший. Но он просто многого не понял – по крайней мере, те места, которые огорчали или веселили зрителей, Анну Ивановну и Алексея Петровича, до него не доходили. Ничего, он разберется. Постепенно Лерка начал понимать, зачем понадобилась Центру эта странная затея – заброс диверсанта в среднюю школу. Без этого, на одних только спецкурсах, он никогда не стал бы разведчиком. Прокололся бы на таком вот телефильме. На первом же.

Затем его повели спать – в собственной комнате! Впрочем, комната принадлежала раньше сыну Анны и Алексея, который уехал на год в Англию по какой-то программе. Лерка вошел и замер, глядя на огромную, почти до потолка, книжную полку. Затем нерешительно повернулся к Алексею Петровичу.

– Мне можно это читать? – спросил он.

– Такова общая идея, – кивнул тот. – Книги – чтобы читать.

– А… – Лерка был в растерянности. – С чего бы вы посоветовали начать?

– Начни с «Трех Мушкетеров», – посоветовал Алексей Петрович, ткнув пальцем в толстенный том. – Дальше – завтра полазим, я тебе составлю список. Идет?

– Да…

– Ты совсем с художественной не знаком, я вижу?

«Они не будут расспрашивать тебя о прошлом», – вспомнилось Лерке. Он молча покачал головой.

– «Три Мушкетера», никаких сомнений.

Книга Лерке понравилась, хотя раз двадцать пришлось ее откладывать, и лазить в случившийся тут же энциклопедический словарь. Читал он быстро, и все же, когда закончил, стояла глубокая ночь. Миледи жалко. А так – ничего.

Первый день был неплох… Лерка потушил свет, закрыл глаза и блаженно вытянулся под одеялом…

… И провалился по пояс в бурую вонючую жижу.


Глава 2. | Смерть взаймы | Глава 4.