home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


7

Шесть дней кое-как, с грехом пополам упорядоченного ада, в котором сверкали редкие капли райского тепла, и пять ночей зыбкого счастья — с вечной оглядкой на то, что творится в доме.


Маленького эльфа к старику Бернару Селене пришлось привести за руку. И то Мирт наотрез отказался приходить к взрослому эльфу без друзей. Селене пришлось вспомнить всё, что она когда-то читала у Дейла Карнеги и вообще по дипломатическим этикетам — из так любимых ею когда-то военно-политических детективов. Скрепя сердце старик согласился на присутствие посторонних, предупредив, чтобы слушали молча. Можно подумать, Ирма собиралась сидеть тихо и спокойно. Первые пять минут она слушала, раскрыв рот, а потом… Она хвостиком следовала за маленьким эльфом и старым Бернаром повсюду: и когда старик показывал основы работы с магией трав и цветов, и когда учил началам сбора силы из стихий, уже сейчас доступных маленькому эльфу. И спрашивала, спрашивала — к плохо скрываемому раздражению старика и к тайной радости Мирта, который признался только друзьям: он многого не понимает из того, что говорит Бернар. Старик даже не подозревал, что он требует от ученика знаний, которых тот не мог, как всякий нормальный эльфийский ребёнок в мирное время, получить в семье, от родителей. А Мирт не хотел признаваться — из странной гордости, хотя терпел грубость и ругань старика из-за непонятливого и тупого ученика. Пока однажды Селена вслед за Ирмой, уроке этак на третьем, не спросила озадаченно:

— Простите, Бернар. Вы говорите, что такие знания дети-эльфы должны получить в определённом возрасте. Но когда Мирт достиг этого возраста, началась осада города и он остался без родителей. Он же просто этого не знает.

Мирт покраснел. Старый Бернар поперхнулся, но с этого момента начал перед каждым новым занятием спрашивать, что именно по теме знает маленький эльф.

Бдительный Колин тенью следовал за Миртом и сестрёнкой — в часы, когда не был нужен Хельми (последнее он придумал сам — ну, что маленький дракон нуждается в нём).

Впрочем, Хельми тоже присутствовал на занятиях по эльфийской магии — он вообще оказался любопытен.

Мика на таких уроках забивался в угол и сидел, набычившись и пытаясь понять. Причём, как чуть позже выяснилось, он не просто сидел, но пытался сообразить, как использовать хоть что-то на практике.

Завершал компанию Коннор, который тоже сначала пытался слиться со стеной или деревьями в саду, пока ему не стало так интересно, что он невольно начал задавать вопросы.

А старику, к его собственному удивлению, такое внимание к его занятиям льстило — и он довольно подробно отвечал на вопросы, если понимал, что они по делу. Впрочем, была ещё одна причина его разговорчивости: он столько времени просидел, таясь в своём углу, не имея возможности просто поговорить…

Потом на занятиях — тоже втихаря — появилась наученная ребятами Анитра, пытаясь выглядеть лишь скромной деталью интерьера. Старый эльф сделал вид, что не заметил и её. Хотя, может, он и поскрипел зубами, когда на его уроках внезапно, словно грибы после дождя, стали появляться все мальчишки-маги и девочки-магини. И все не просто с любопытством, а с такой тягой к неизведанному, что старый эльф перед этой детской тягой устоять не смог и разрешил им учиться наравне с обрадованным Миртом…

Оборотни тоже с интересом таились рядом, подглядывая, кто откуда мог, благо большинство занятий проходило в саду.

Спустя каких-то пять дней учитель Бернар оброс жаждущей знаний толпой, которую чуть позже, как ни удивительно, легко сумел разделить на несколько групп по степени восприятия магии и по способности к ней.

Понаблюдав за уроками старого эльфа, Селена однажды не выдержала:

— Извините за странный вопрос, Бернар: а чему вы учите мальчика? Я вижу, что вы вроде используете целительскую магию, но иногда не понимаю, что такое он берёт от стихий и зачем. Простите и за бесцеремонное любопытство: вы целитель?

— Целитель, — спокойно подтвердил Бернар. — Но в оккупированном пригороде пришлось стать боевым целителем. Чему и учу Мирта.

Как поняла Селена, Бернар был кем-то вроде военврача. Но почему он остался один? И почему в первый же день знакомства с ним Коннор одёрнул его какими-то призраками тех, кого убил эльф? Кого же убил старик Бернар, будучи военврачом?

Первой сбежала от старого Бернара Ирма. Третий день одних только знаний для её кипучей и непоседливой натуры оказался непосильным. За нею утопали два малыша-оборотня и Берилл.

Зато «классы» старого эльфа пополнились людьми. Первым, как ни странно, пришёл Моди. Впрочем, подумала Селена, здесь-то как раз ничего странного нет. Он явился следом за Вильмой, заранее насупленный и недовольный. И попал прямёхонько на предварительную (перед практическими занятиями тот всегда читал вступительное слово) лекцию Бернара, где тот вскользь сказал, что магия доступна и для обычных людей — не в полном объёме, конечно, но им достаточно знать основные принципы работы с силой — и… И к концу занятия ошеломлённый Моди разглядывал пляшущий на его ладони огонёк — созданный им самим!..

А потом пошли практические работы для целителей. И вот тут пригодились (если так можно выразиться) до сих пор не пришедшие в себя, страшно измождённые Викар и Асдис. Их уговорили побыть наглядным материалом, а затем помогли дойти до соседнего дома, где старый Бернар осмотрел молодую пару и прочитал лекцию о воздействии магии и силы природы на состояние человека. После чего девочки, Анитра и Вильма, испытали на парне и девушке свои силы. Испытание прошло отлично. Вести Викара назад под руки не пришлось!.. Оживившаяся парочка пообещала Селене немедленно заняться подготовкой к урокам языка и математики.

Кроме обучения целительству, старый эльф учил и чисто практическим делам. Например, после одного из уроков девочки с горящими глазами прибежали на поле с ростками овощей и, усевшись на меже, отделяющей одну грядку от другой, быстро посовещались, после чего хором запели что-то очень странное. Затем замолчали, походили-походили между грядок, придирчиво приглядываясь к результату, и помчались к Селене:

— Селена! Селена! Посмотри, что у нас получилось!

«У них получилось» одним заклинанием, составленным строго по рекомендациям Бернара, избавиться от сорняков на отдельно взятом поле. Селена была в восторге — что уж говорить о визжащих от счастья девочках!..


У взрослого дракона обнаружились кровоподтёки по всему телу — не только на руке: его помотало и побило между машинными демонами так, что чудом остались целыми кости, не перебитые в воронках торнадо. Колр отлёживался день, а следующим, ранним утром вышел в сад гостевого дома и принялся за упражнения, восстанавливающие ткани после повреждений. Старый Бернар, который неохотно познакомился с соседом по дому и старался держаться от него подальше, как раз в это время сидел на дворовой скамье. Эльф некоторое время смотрел на дракона, который занимался медленно, прислушиваясь к своему изувеченному телу, чтобы не потревожить болезненных ушибов. А потом Бернар ушёл в сад, далеко обходя дракона. И уже вечером предложил Колру травяной отвар. Дракон поблагодарил и два дня пил его, следуя указаниям старого эльфа.

В эти два дня они привыкли вместе сидеть на дворовой скамеечке ранним утром: дракон — медитируя, а старик — размышляя.


Когда Колр пришёл в себя, он послал домовых за Хельми. Всё-таки он оказался учителем. Селена сама привела Хельми — снова с последовавшими за ним друзьями. Первым делом Колр начал учить маленького дракона боевой магии.

Вот уж кто не возражал ни против зрителей, ни против присоединившихся к занятиям разновозрастных детишек, так это Колр. Боевая магия оказалась сплошь практической. То есть, по мнению наблюдавшей исподтишка (и страшно возмущённой) Селены, все занятия превратились в бесконечные тренировки, между которыми незаметно исподволь вставлялись кусочки лекций, дававшие возможность понимать драконью магию. Дракон приветствовал всех присоединявшихся, поскольку ему требовались спарринг-партнёры для ученика. А ещё — тренинг-манекены. Первыми присоединились мальчишки-оборотни, сообразив конкретную, практическую ценность таких тренировок для жизни. Но и девочки, сначала следившие за тренировками только с интересом, не выдержали и, с согласия Колра, присоединились к необычным занятиям, неожиданно образовав девчачью учебную группу.

Селена возмущалась. Вместо видевшейся в мечтах частной школы она внезапно обнаружила в «своей деревне» чуть ли не центр боевой подготовки.

Переубедил Джарри. Он был занят в первые дни недели, когда в деревне начала работать собственная школа. Прибавилось едоков — и он каждую ночь пропадал в близлежащем леске, охотясь на кабанов или на кроликов. Но однажды, когда он выспался и встал уже привычно для всех ближе к обеду, девушка не выдержала и излила ему тревоги своей души.

— Мне хотелось бы, чтобы дети оставались детьми, — высказала она главное. — А что Бернар, что Колр — оба исподтишка готовят из них солдат!

— Селена, взгляни на это с другой стороны, — предложил Джарри. — Если вдруг ребята попадут в трудную ситуацию, они смогут защититься.

— Но все время смотреть на жизнь с точки зрения «везде опасность — готовься к войне» тоже нельзя.

Он обнял её.

— Селена, война всё ещё идёт, хоть пока и ограничивается блокадой вокруг нашего города. Пусть уж лучше дети будут готовы к военным неожиданностям, чем однажды окажутся беззащитными перед ними.

— Так-то оно так… — вздохнула Селена. Против такого довода возражать не приходилось. А на душе всё равно кошки скребли…

Ситуация слегка разрядилась, когда Джарри, старавшийся к учителям не подходить, принялся за благоустройство двора между садом и домом. На углах дома росли деревья, похожие на привычные для Селены дубы. Джарри и дети называли их крепчугами. Толстые короткие стволы и развесистые упругие кроны вызывали интерес у всех: на этих деревьях можно полазить с ветки на ветку с удобством и удовольствием. Джарри, присмотревшись, вынес верёвку, перехлестнул могучий сук одного дерева и закрепил петлю наверху. Внизу прикрепил дощечку с выемками для верёвки. Получились примитивные качели не очень высоко над землёй. То же самое он сделал и на другом крепчуге. Восторг самых маленьких был неописуемым.

Селена глянула на визжащих от восторга малышей, вспомнила детство и предложила сделать ещё одни качели, всего лишь перекинув хорошенько обтесанную доску через бревно. Пришедшие с занятий на обед дети повзрослей активно оценили нововведения, и некоторые укатались чуть не до зеленых лиц.

После обеда Селена стала свидетельницей маленького, но отрадного для сердца эпизода.

Когда ребята после обеда снова ушли на занятия к взрослым соседям, из дома выглянул Кам. Во дворе никого не было. Малышня убежала с рыбаками на речку. Открыв рот и удивлённо улыбаясь, подросток-тролль, который до сих пор выходил «во двор» только по личной нужде, а в остальное время сидел дома, работал на кухне или проводил часы у печи, общаясь с собакой и кошкой, медленно подошёл к качелям и осторожно подёргал верёвку. Огляделся — и со всеми предосторожностями сел на дощечку. Собака, привычно вышедшая следом, присела рядом и внимательно смотрела на мальчишку. Тот нерешительно оттолкнулся от земли… Такого блаженства Селена, наверное, ни у кого из детей на лице не замечала…

Боясь, как бы ребята повзрослей не оккупировали все качели, Селена предложила Джарри установить во дворе ещё одну игрушку. Установили две.

Когда народ вернулся к ужину, Джарри и Селена перекидывали «волейбольный» мяч через высоко натянутую на брусьях сетку, а поделённые на команды малыши бегали за каждым игроком и бурно радовались всем ускакавшим в сторону мячам. Чуть дальше расположился большой длинный стол, на котором тоже красовалась сетка, только узкая, и лежали четыре ракетки, вырезанные из тонкой доски, похожей на фанеру, а также «теннисный» мячик, сшитый домовыми из неизвестных тканей.

Селена и сама не ожидала, что после очередной прополки (девочки-маги занялись магической теорией, забыв об огороде), которая теперь почти полностью легла на её плечи (и поясницу), она сможет с таким удовольствием играть в командные игры. Сначала она играла, чтобы показать пример. Потом уступила своё место Анитре — и отошла в сторону, чтобы посмотреть, что получилось.

«Теннис», как объяснил Джарри, в этом мире известен, но ребята знали о нём только понаслышке. Так что быстро распробовали, что это такое. Стук мячика, смех и подзадоривающие крики слышались до позднего вечера.

На следующий день девушка убедилась, что возникло, правда — неизвестно, надолго ли, некоторое равновесие между учебными часами и свободным времяпрепровождением. И на этом успокоилась. Тем более после некоторого ажиотажа кое-кто начал отходить от увлечения уроками магии и боевой подготовки.

Первым, как ни странно, перестал ходить в соседний дом на занятия Мика.

Пока ребят не было дома, он вытаскивал свой любимый мешок, отданный ему Селеной на определённых условиях и неплохо пополненный после похода в пригород. Мальчишка пристроил его в сараюшке-гараже, в свободном углу и что-то увлечённо мастерил. После уроков ребята из его комнаты приходили в гараж и уже всей компанией сидели вокруг постепенно появляющейся странной модели. Селене Мика сказал как-то мимоходом, что хочет сделать магическую машину, которая бы неслась не колёсами по земле, а без колёс и слегка над землёй.

Машина была собрана, но в конце первой недели обучения в импровизированной школе Мика со вздохом сказал, что его идея не осуществится.

— Ничего не получилось, — обиженно заметил он.

Селена выждала, когда в гараже появится Джарри — понадобилась машина, чтобы перевезти кабана, и спросила:

— Джарри, как ты считаешь, что задумал Мика?

Поскольку она стояла рядом с собранной мальчишкой моделью: подобием лодки-плоскодонки, только без вёсел и с металлическими обручами для того, чтобы держаться, — магу не пришлось переспрашивать, что она имеет в виду.

— Похоже, он старается подобрать заклинание, которое заставит эту лодку подняться над землёй. — Джарри присел перед моделью и провёл ладонью по борту. — Видишь знаки? Здесь он ввёл заклинание стихии воздуха. А в самый низ вставил заклятие для духа воды. Вон — видишь? Строка из приклеенных листиков ряски. Где-то ещё одно воздушное заклинание было — на невесомость лодки…

Он привстал, разглядывая судно уже сверху. Прищурившись, долго выискивал нужное, пока Селена не тронула его за локоть.

— Джарри, я не это хотела узнать. Эта лодка не опасна для мальчишек?

— Они не смогли найти объединяющее заклинание, — не оборачиваясь, объяснил Джарри. — А без него лодка с места не тронется. Так что беспокоиться не о чём. Забавная игрушка, которой никогда не стать серьёзной вещью.

— Почему он просто не присобачит к лодке мотор? — усмехнулась Селена.

— Он хочет, чтобы лодка плавала в воздухе бесшумно, — усмехнулся в ответ Джарри.

Однажды вечером, когда дети на улице играли во все игры, какие только смогли их объединить, к Селене, которая обсуждала с Веткиным количество продуктов, подошёл Коннор и попросил:

— Селена, ты не могла бы мне дать на время браслет с Илией?

Девушка скептически посмотрела на него.

— Коннор, ты же понимаешь, что мне любопытно. Но ведь не скажешь — зачем?

— Мне нужно сходить на кладбище и потолковать со здешним некромантом, — спокойно ответил мальчишка. — У меня к нему дельце. Но он упокоен, а вызвать его не смогу, поскольку у меня нет ингредиентов для такого заклинания, и боюсь ему навредить. Поэтому для вызова мне нужна Илия.

Она сходила в кабинет и вынесла браслет. Коннор поблагодарил и ушёл. Выглянув в окно, девушка заметила, что он направляется к деревенскому кладбищу один, без друзей. Почему-то она встревожилась, поэтому начала выглядывать довольно часто — в ожидании. Мальчишка вернулся, но до дома не дошёл, а вошёл в соседний дом, откуда вышел уже с Бернаром. Вместе они ушли, видимо, снова на кладбище, откуда Коннор и эльф вернулись только поздней ночью. Обеспокоенная Селена всё рвалась пойти и посмотреть, что там, на кладбище, происходит, но Джарри удерживал её — сначала напоминая, что рядом с мальчиком опытный эльфийский маг, а потом ровно сказал:

— Селена, если мы явимся туда неожиданно, можем сорвать какой-нибудь ритуал. Не уверен, что поможем тем самым Коннору. Но уверен, что навредим ему. Мне кажется, надо подождать.

Они сидели на скамье у дома, где поселились эльф и дракон. В самом доме было тихо и темно: наверное, Колр уже лёг спать. Стиснув ладонь Джарри на своём плече, Селена прижималась к нему, такому тёплому в прохладе летнего вечера, сильному и спокойному. Когда в темноте улицы показались две чёрные фигуры, девушка с облегчением вздохнула.

Когда обратно возвращались — Коннор шел в середине. Девушка сдержала нервный смешок — под конвоем! Ни о чём не спросили — понимали, что устал и спать хочет. А вот в вестибюле, недавно переименованном в общую гостиную, мальчишку уже ждали — четверо из его мансарды. Остальные давно затихли в своих комнатах. Хельми сидел в кресле, поглаживая кошку. Рядом, на маленьком комоде, восседал Колин, упершись локтями в колени и о чём-то думая. Мика негромко беседовал с Миртом… Девушка скользнула взглядом: в тени полуоткрытой двери на кухню из-за косяка выглядывал с блестящими от любопытства глазами Кам, а снизу поблёскивала глазищами на мальчиков лежащая — тоже в тени — собака.

Селена ещё подумала: хотел бы подросток-тролль присоединиться к мальчикам? А мальчики? Захотели бы принять его в компанию? Смешно даже представить… И в первую очередь не из-за расовых предрассудков, которые даже у детей оказались довольно крепкими, а из-за самого Кама, который до сих пор настолько устрашён чем-то (впрочем, понятно чем — войной), что и сам не подойдёт к мальчикам. Собака, кстати, тоже чем-то до ужаса напугана.

— Ребята — спать, — напомнила Селена.

— Спокойной ночи, Селена, — сказал Коннор, поворачиваясь к лестнице.

— Спокойной, Коннор.

… Джарри решил, что с неделю может не ходить на охоту. Мяса было заготовлено более чем достаточно. Теперь можно заняться собой и Селеной.

Времени у девушки было маловато: она всё пыталась как по своему дому и на полях успеть, так и доглядеть, что происходит на занятиях эльфа и дракона. Сколько она ни убеждалась, что всё нормально, её не оставляла тревога. Возможно, срабатывало понимание, что оба учителя и впрямь готовили детей по-боевому.

Из-за нехватки времени на долю Селены приходилось мало занятий. Хотя Джарри как-то заметил, что она неплохо поднаторела на понимании, как действует магическая сила, пока бегала на занятия детей. Девушка это тоже сознавала, но ощущала, что ей всё-таки не хватает персональных уроков. Чем она с Джарри и занималась в редкие часы обоюдного отдыха. Заклинания, умение сплетать слова в них, умение переплетать не только слова, но и сами заклинания. Кроме того — боевая подготовка…

Джарри занимался и сам. Громадные силы, обнаруженные им в себе, требовали упорядоченности. Он тоже оказался склонен к систематичности. Постепенно маг скопил порядочное количество артефактов — причём в ход пошли даже обыденные предметы, вроде обуви, пояса с различными вставками, кожаными или металлическими.

Не всегда занятия удавались. После попытки научить Селену драться с противником, напавшим сзади, оба свалились на ковёр и подниматься не захотели — ладно, хоть в кабинет никто из детей заходить не мог. Пришедший потом в себя Джарри прошептал ей прямо в ухо:

— Селена, боёвке тебе лучше учиться у Колра. Я никогда не смогу…

— Ага, — разнеженно сказала девушка, — у Колра, так у Колра. Только вот плохо одно… У нас тут ковёр удобный, а у него всё на улице. Что-то мне как-то неохота падать на траву… Давай я у него теории учиться буду, а у тебя — практике?

— Ага, — в тон ей откликнулся Джарри, — так и будем валяться на ковре.

— Джарри, а ты не просто валяйся…

— А что ещё?

— Ну-у… Можешь мне ещё немного в ухо подышать.

Он затрясся от бесшумного смеха, а успокоившись — подышал.

— Так хорошо?

— Маловато будет, да ладно. Эй, ты куда?

— Пора вставать.

Она скептически поглядела, как он встаёт, а потом быстро села на ковре и ударила его под колени.

— Ты что?! — Он рухнул рядом, успев подставить руки и хохоча.

— Мы же договорились! — возмутилась девушка. — Решили или нет — практикой заниматься? Вот и занимаюсь! Классную ты мне подсечку показал! Эй, ты чего это делаешь?! — взвизгнула она, легко опрокинутая на спину. — Руки!

— Как — чего? Занимаюсь разоблачением провокатора! — ухмыльнулся Джарри. — Ты знаешь, что такое разоблачение? Хочешь, я тебе его на практике покажу?

Она только пискнула в его сильных руках и сама вцепилась в его рубаху: не ему же одному заниматься разоблачением!.. Сдавленный смех и горячечный шёпот сопровождали это важное дело, которое закончилось тяжёлым дыханием и порывистым вздохом…


предыдущая глава | Братство Коннора | cледующая глава



Loading...