home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Когнитивный агент

Томас Метцингер

Философ, Университет Иоганна Гутенберга в Майнце. Автор книги The Ego Tunnel: The Science of the Mind and the Myth of the Self[30].

Мышление не есть нечто такое, что вы делаете. В течение большей части времени мышление – это нечто, что с вами происходит. Передовые исследования феномена блуждания ума (mind wandering) ясно показывают, что две трети нашей жизни с лишним почти никто из нас не контролирует процессы своего сознательного мышления.

Западная культура в целом, традиционная философия разума и даже когнитивная неврология находятся под глубоким влиянием мифа о некоем когнитивном агенте – картезианском Эго, активно думающем мысли эпистемологическом субъекте, который действует – разумно, рационально, целенаправленно – и всегда может по собственной воле прекратить или отложить собственный когнитивный процесс. Это теория о том, что сознательная мысль есть процесс на персональном уровне – нечто, что должно быть со всей необходимостью приписано вам как личности в целом. Эта теория сейчас эмпирически опровергается. Выясняется, что большинство наших сознательных мыслей – это на самом деле продукт субличных процессов, таких же как дыхание или перистальтика нашего желудочно-кишечного тракта. Миф о когнитивном агенте гласит, что мы являемся умственно автономными существами. Теперь мы видим, что это старая удобная сказка. И что пришла пора от нее отказаться.

Результаты новейших исследований блуждания ума показывают, что примерно две трети своей сознательной жизни мы проводим в рассеянности – мечтая, предаваясь фантазиям, занимаясь автобиографическим планированием, внутренним диалогом с самими собой или погрузившись в депрессивное уныние. По разным данным, от 30 до 50 % от всего времени бодрствования за всю нашу жизнь наша психика занята спонтанно возникшими стимулами и мыслями, не связанными с выполнением конкретных задач. Наверное, у блуждания ума есть и позитивные аспекты, поскольку он ассоциируется с творчеством, тщательным планированием будущего или кодированием долговременных воспоминаний. Однако отмечены и хорошо документированы также его издержки – например в плане внимательного чтения, запоминания, решении задач, требующих сосредоточенности, или качества рабочей памяти. В целом блуждание ума оказывает негативное воздействие на общее психическое благополучие субъекта. Блуждающий ум – это несчастный ум, но этот феномен – лишь часть более обширного процесса, проходящего вне нашего сознательного контроля или осознания. Похоже, что внезапная потеря внутренней самостоятельности – чувство, которое все мы испытываем сотни раз каждый день, – связана с циклическими процессами в мозге. Приливы и отливы автономности и метаосознания вполне могут быть своего рода «качелями внимания» между нашим внутренним и внешним миром, качелями, которые приводит в действие постоянная конкуренция между мозговыми сетями, отвечающими за спонтанное субличное мышление и целеориентированную когнитивную деятельность.

Блуждание ума – это не единственный способ, которым наше внимание отрывается от восприятия «здесь и сейчас». Бывают также периоды «гашения ума» (mind blanking); эти эпизоды часто не запоминаются и столь же часто ускользают от внимания внешних наблюдателей. Кроме того, во время сна происходят сложные, но неконтролируемые когнитивные процессы.

Взрослые каждую ночь проводят примерно от полутора до двух часов в фазе быстрого сна, когда они по большей части не способны контролировать свой сознательный мыслительный процесс. На первой стадии небыстрого сна тоже отмечаются явления, похожие на сновидения, тогда как для других стадий характерна в основном когнитивно-символическая умственная деятельность, которая, как правило, сбивчива, непоследовательна и прокручивается на месте. Таким образом, по консервативной оценке, гораздо больше половины своей жизни мы не являемся когнитивными агентами в полном смысле слова.

И сюда еще не входят периоды болезни, интоксикаций или бессонницы, когда люди страдают от дисфункциональных форм когнитивного контроля, таких как подавление мыслей, беспокойство, маета, а также от навязчивых мыслей, чувства сожаления, стыда и вины. Мы еще не знаем, когда и как дети обретают модель сознательного «Я», которая дает возможность контролируемо, рационально мыслить. Но еще одно печальное и эмпирически допустимое предположение состоит в том, что большинство из нас к концу жизни постепенно утрачивает когнитивную автономию.

Любопытно, что нейронный коррелят неавтономного сознательного мышления в значительной степени перекрывает активность того, что нейробиологи называют «сетью по умолчанию» (default mode network). Одна из главных функций блуждания ума может быть названа «обслуживанием собственной автобиографической модели». Блуждание ума создает адаптивную форму самообмана – а именно иллюзию собственной идентичности во времени. Она помогает создать фиктивное «Я», которое потом создает основу для важных достижений вроде прогнозирования вознаграждения или игнорирования отсрочки этого вознаграждения. Моя концептуальная точка зрения как философа состоит в том, что, только если организм притворяется, что он остается одним и тем же на протяжении времени, он сможет репрезентировать события-вознаграждения или достижение целей как выполнение своих собственных целей – словно они относятся к тому же самому существу. Мне нравится называть это «принципом формирования виртуальной идентичности».

Многие более высокие формы интеллекта и адаптивного поведения, включая управление рисками, нравственное познание и кооперативное социальное поведение, функционально предполагают такую модель, которая представляет организм как единую сущность, неизменную во времени. Поскольку на самом деле мы являемся лишь когнитивными системами (то есть сложными процессами без сколько-нибудь точных критериев идентичности), то формирование (иллюзорной) идентичности во времени может быть достигнуто только на виртуальном уровне – например через создание автоматического нарратива.

Это может быть наиболее фундаментальной и всеобъемлющей вычисляющей целью блуждающего разума, целью, которую он разделяет с мечтаниями. Если я прав, то действующий по умолчанию режим автобиографического самомоделирования создает главную функциональную платформу, которая запускает долговременную мотивацию и планирование будущего.

Умственная автономия и пути ее улучшения станут одними из самых горячих тем в будущем. Есть даже глубокая связь между умственной и политической автономией – вы не можете обладать одной без другой. Поскольку есть не только телесные действия, но и умственные действия, автономия имеет дело со свободой в одном из самых глубоких и самых фундаментальных смыслов слова. Но способность к автономным действиям включает больше, чем только причины, доводы и рациональность. Гораздо важнее способность сознательно подавлять, откладывать или не допускать наши собственные действия – телесные, социальные или умственные. Излом этой способности – это и есть то, что мы называем блужданием ума. И это совсем не внутреннее действие, а форма неумышленного поведения, невольная форма умственной деятельности.


«Я» Брюс Худ | Эта идея должна умереть. Научные теории, которые блокируют прогресс | Свободная воля Джерри Койн



Loading...