home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


2

Хорошо сидеть на молу, с длинной удочкой в руках, в компании Энрико и Антонио! Они, так же как и Пьетро, безработные юнги.

— Ловись, ловись! — напевает Пьетро. — Мне надо четыре штуки: одну — мне, другую — Джованни, а две — продать… Эй, кому свежей рыбы?

— Сюда, сюда, синьора Макрель! — кричит Антонио, живой синеглазый мальчик, сын портового грузчика.

Самый молчаливый — Энрико, узкоплечий, маленький, с крупными веснушками по всему лицу; и он, когда на крючок попадается макрель, радостно кричит:

— Ловись, ловись!

Но когда рыбы нет, на душе тоска. Неприветливым кажется море.

— Где бы найти работу? — хмуро спрашивает Антонио.

Его уволили с судна за то, что он назвал обед из испорченных макарон крысиной едой. А Энрико — за то, что он некрасивый.

— Мне так и сказал синьор штурман: «Энрико, ты наводишь уныние на пассажиров. На корабле должен быть веселый, красивый юнга», — рассказывает Энрико. — А моей сестренке сразу сделалось хуже. Все, что я зарабатывал, я отдавал ей на молоко. Она у меня совсем больная, Анжелика… Что делать, где бы найти работу? Я бы уехал на край света — в Лиму или Росарио.

Пьетро осуждающе глядит на Энрико и говорит:

— Ты не должен никуда ехать. Мы нужны Италии, Энрико!

В ответ Энрико горько смеется:

— Кто это сказал, что мы нужны Италии? У меня отец безработный, Анжелика больна, а я юнга без корабля.

— Мы нужны Италии! — твердо говорит Пьетро. — Нужны, чтобы сделать ее счастливой!

— Твоя правда, Пьетро, — соглашается молчавший все время Антонио. — А ты, Энрико, если только уедешь за океан, будешь человеком без родины… Пьетро, объясни ему, что это такое.

Пьетро плюет в сторону и говорит:

— Вот что это такое!

Маленький Энрико опускает голову, и слезы одна за другой катятся по его бледным щекам:

— Анжелика умрет… Она без молока…

На склонах Этны цветут сады. Не пройдет и шести недель, как на деревьях созреют сладкие золотые плоды. Но они не достанутся безработным ребятам Катании. Здесь много солнца. Но солнечный свет — не масло, его не намажешь на хлеб.

— Сюда, сюда… эй, синьора Макрель! — нетерпеливо зовет Антонио.

Но рыбы нет.

Больше всех огорчен Энрико. Он похож на маленькую больную чайку.

— Держись, Энрико! — ласково говорит ему Пьетро. — Хочешь, я тебе что-то скажу?

В знак согласия Энрико слабо кивает головой.

— Так вот, слушай. Вчера я видел Николо. Ты знаешь, что он мой друг, он плавал со мной на паруснике «Сирокко».

— Я знаю Николо. Он коммунист. У него доброе сердце!

— Он мне сказал: «Пьетро, народ победит. Но для победы надо собрать все силы».

Лицо Энрико оживляется. Он смотрит вдаль, где пестреют цветные рыбацкие паруса, и говорит:

— Значит, мы пригодимся. Я не уеду в Лиму или Росарио.

Веселеет и Антонио.

— Эй, Пьетро, — кричит он, — гляди, у тебя клюет!

Пьетро быстро выдергивает леску. На крючке шумно бьется макрель, серебряная, с радужной спинкой.

— Ловись, ловись! — кричит Пьетро.

— Тащи, Энрико!

— Тащи, Антонио!

Богатый улов. Вот так удача: четырнадцать макрелей!

— Две мне, — напевает Пьетро, — две Антонио и две Энрико, а восемь мы продадим и купим для Анжелики свежего молока! Так, Антонио?

— Ага, Пьетро!

Шумит морская волна. Она теплая, золотая. Солнце. Много солнца. Кажется, никогда не будет конца светлому дню весны.

Высоко в небе летят журавли. Летят на север. Пьетро, забыв об удочке, машет им рукой:

— Эй, журавли, журавли, не летите ли вы в Россию, через Москву, где живет Сталин?

«Летим, летим, Пьетро!» — весело отвечает небо.

О, какие счастливые эти птицы!


предыдущая глава | Наш друг Хосе | cледующая глава



Loading...