home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 21

Дважды два — четыре

На следующий день в офисе никаких признаков Лорны. Не звонила, никого не предупредила, что ее не будет. Я попросила Кей звякнуть ей под каким-то предлогом — «…только чтобы она не подумала, будто ты ее контролируешь», — что она и сделала, сполна при этом наслушавшись. Мы известили Джошуа и Мелани, что Лорна якобы звонила, больна, не придет, после чего я задумалась, как свести ущерб к разумным пределам. Слава богу, клиентов у нее мало, и все-таки я примерно о половине понятия не имею, вдруг они пропустят критически важные встречи или прослушивания. Решила связаться со всеми, сообщить, что Лорна будет отсутствовать пару дней по болезни, спросить, не надо ли что-нибудь сделать. Если сочтут меня слишком ответственной — вполне годится. Прежде чем приступить к делу, попросила Кей просмотреть адресованные Лорне телефонные сообщения, которые она принимала с момента прихода, проверив, не надо ли на какое-то срочно ответить. Вряд ли, конечно, ведь Лорна, прежде чем перевернуться вверх дном, крутилась белкой в колесе, стараясь вдохнуть жизнь даже в безнадежно коматозные карьеры.

Кроме тех, кого она сама залучила в качестве агента — Мэри, Крейга и Хитер, — под ее патронажем еще четыре клиента, с которыми Джошуа с Мелани надоело возиться и которые никак не наберутся храбрости окончательно и бесповоротно уйти. Это драматург Джой Райт Филипс, однажды получившая премию для молодых писателей (в свое время ее пьеса шла в театре «Донмар» в рамках сезона новых талантов, но с тех пор она явно выпала из обоймы); актеры Сэмюель Суини и Кэтрин Грейсон, в той или иной степени пользовавшиеся успехом в провинциальных театрах и в очень редких случаях появлявшиеся на телевидении; и еще одна «персона» — Жасмин Говард, фактически репортерша скандального журнала, которая старается отвоевать себе на телевидении нишу эксперта, излагая свои взгляды по любым вопросам, начиная с женского обрезания[8] и заканчивая причиной, по которой ей нравятся восьмидесятые годы, лишь бы за это платили хорошие деньги.

Я сначала позвонила Сэмюелю, поскольку среди сообщений, принятых Кей для Лорны, одно было от ассистентки по кастингу, которая предлагала ему малюсенькую роль в медицинском сериале «Ноттингемская больница». Он услышал об этом впервые, но не предъявил претензий. Прослушивание послезавтра, он свободен, и то, что предупреждение получено всего за два дня, не имеет для него значения.

— Я рад, — с энтузиазмом ответил Сэмюель. — У меня скоро техосмотр, и деньги очень кстати.

Потом я отловила Жасмин.

— Лорна Филу звонила? — спросила она.

— Какому Филу?

— Мастерсону. Продюсеру программы «Лондон в шесть часов», — пояснила Жасмин. Таким тоном, что было ясно: только полные идиоты не понимают, кто такой Фил.

— А… простите, не догадалась. Дело срочное?

— Она должна звонить ему еженедельно, спрашивать, какие темы они будут затрагивать. Это ее идея, но после того, как она ее высказала, я от нее ни слова не слышу. Зачем нужны хорошие идеи, если никто их не собирается осуществлять? Когда Джошуа спрашивал, не возражаю ли я перейти к Лорне, я сказала: «Нисколько», — но пускай уж она постарается…

— Позвольте мне уточнить, — перебила я. — Может, она говорила с Филом до болезни, а потом никому ничего передать не успела. Совершенно внезапно свалилась.

— Что с ней?

— М-м-м… точно пока неизвестно. В одночасье слегла. Сейчас проводится обследование.

— Может, ей надо лучше питаться, — предположила Жасмин, мгновенно покорив мое сердце. — Она слишком худая. Как думаете?

— Конечно, хотя у нее и другие симптомы — температура, насморк, головная боль, озноб… — Хватит, Ребекка, остановись, слишком уж ты за нее заступаешься. — Слушайте, — говорю я, — сейчас постараюсь все выяснить и сразу же вам перезвоню, ладно?

Поручила Кей отыскать Фила в справочной книжке Лорны за последние две недели. Лорна, Джошуа и Мелани пользуются такими книжками, занося туда исходящие звонки и темы бесед. Фактически для того, чтобы обезопаситься. Система отлично работает. Однажды Джошуа вступил в бой с телевизионным продюсером по поводу тонких деталей очень сложного контракта, который хотел заключить для одной актрисы, и при каждой беседе заставлял меня просматривать книжки. На что уходили часы. Потом я слышала, как он говорит по телефону: «Двадцать четвертого мая вы согласились, что моя клиентка должна значиться во второй группе титров и пользоваться общей кредитной карточкой не более чем с двумя прочими абонентами. Иначе зачем бы я согласился на пятипроцентную скидку с гонорара за эпизод?» В конце концов Джошуа выиграл, продюсеру пришлось подчиниться. Позже он признался, что не имел бы рычага давления без дотошной и, что еще важней, своевременной фиксации фактов. На память в таких случаях нельзя полагаться.

Криминалистическое исследование книжки Лорны без ее позволения кажется несколько неправомерным, но, по-моему, у нас нет выбора. Этим занялась Кей, которую я вновь заверила, что в случае необходимости возьму всю вину на себя, а сама позвонила тем временем Кэтрин Грейсон, которая была очень любезна и сказала: нет, ничего особенного не происходит, но, если что-нибудь потребуется, она мне позвонит. Работает по утрам у флориста три раза в неделю. По правде сказать, я не помню, когда ей в последний раз предлагали настоящую работу.

Драматург Джой Райт Филипс не отвечала целую вечность, а когда ответила, то по ее растерянному тону стало ясно, что она еще спит.

— Который час? — пробормотала она, очевидно сердясь, что ее разбудили.

Я взглянула на часы.

— Четверть двенадцатого.

— Ох, — вздохнула она. — Я поздно легла. — И неубедительно добавила: — Писала.

Я известила ее насчет Лорны, и Джой сказала, что в данный момент ничего не ожидает. И едва ли что-нибудь вообще случится, пока она чего-то там не допишет.

Мне хорошо известно, что у нее творческий кризис, хоть она и старается произвести впечатление, будто ничего подобного не происходит. Поэтому я сказала:

— Не пойму, как вам это удается. Мне, например, дисциплины всегда не хватает. Думаю, я бы на вашем месте писала с утра. Прежде чем одеться и отвлечься на что-то другое. — Понимаю я что-нибудь в этом или не понимаю, но чувствую: надо что-то сказать, помочь Джой вновь отыскать магическую формулу. — Тогда груз свалится с плеч и не будет висеть на вас целый день. А еще я работала бы на компьютере, который не подключен к Интернету, чтобы каждые пять минут не заглядывать в электронную почту и не торчать в Facebook с утра до вечера. В любом случае… — Мудрые слова кончились, пора было заткнуться.

Джой на мой монолог ничего не ответила, и поэтому я попрощалась. Дела Крейга и Хитер известны, осталась одна Мэри. Можно позволить себе быстренько выпить кофе. Похоже, я за утро уже горы наворотила, за исключением, конечно, собственной работы, громоздившейся стопками на столе. Когда отвалилась от телефона, Кей закончила просмотр книжки Лорны.

— Ну, хорошая новость: фактически тут нет ничего такого, что не было бы сделано, — сообщила она, махнув мне блокнотом. — Плохая: вообще ничего нет. Она практически не вносила заметок в последние две недели.

— Никаких упоминаний про Фила Мастерсона?

— Никаких.

Ладно, с Филом время терпит, и Жасмин обождет пару дней. Если Лорна вернется с мало-мальским намерением взяться за дело, то сама ему позвонит.

Мы с Кей молча сидели, пили кофе, глядя в пространство, как два контуженых солдата. Я очень собой гордилась. Всё под контролем, все клиенты Лорны довольны, каждый на своем месте, никто не поумнел ни на йоту. И тут позвонила Мэри, судя по всему в слезах. Я сообщила о болезни Лорны — бла-бла-бла, — и поинтересовалась, в чем дело.

— Нынче утром столкнулась нечаянно с Мэрилин Карсон — она сейчас подбирает актеров для новой постановки «Кукольного дома» с Элизабет О’Мара в главной роли, — и вдруг Мэрилин спрашивает, почему я вчера не пришла на прослушивание. Я сказала, что ничего не знала, а она говорит, безобразие, по ее мнению, для меня есть маленькая роль, и она даже думает, что меня можно было бы попробовать на дублершу в роли Норы. На дублершу Элизабет О’Мара! Представляете? Я говорю, хорошо, может, меня сегодня посмотрят или после выходных? Отменю все дела… А она говорит, роль уже отдали какой-то другой девушке, потому что репетиции начинаются на будущей неделе. Говорит, безобразие, я ей понравилась в выпускном спектакле, в роли в «Кукольном доме» всего несколько строчек, по ее мнению, режиссер хотел попробовать кого-то нового. Собственно, он так и сделал. У девушки, которую взяли, вообще никакого опыта. И они поедут в большой тур по стране и почти наверняка закончат в Уэст-Энде. И платят неплохо, Ребекка. И все знают, что звезды нарочно пропускают несколько спектаклей, чтобы дать возможность дублерам. Нора… Представляете?

Вот черт.

— Успокойтесь, Мэри. Хотите, я позвоню Мэрилин Карсон?

— Какой смысл? Я же сказала, роль уже отдали.

Ну что тут поделаешь? Я снова принялась многословно извиняться за Лорну, но Мэри была не в том настроении, чтобы выслушивать извинения. Старый закаленный профессионал вроде Сэмюеля воспринял бы это как небольшую и несущественную осечку: подумаешь, одна из тысячи ролей, по той или иной причине ускользнувших из рук за многие годы. А для Мэри это глобальная катастрофа. Мэрилин Карсон — единственная ассистентка по кастингу, с которой она встречалась за все время своей короткой карьеры. Я на собственном опыте точно знаю, как она себя сейчас чувствует. Во время недолгого перевоплощения в актрису (будучи одновременно официанткой и участницей телераспродаж) я считала каждое прослушивание переломным моментом, прорывом, который надо обязательно закрепить, чтобы, наконец, бросить два других занятия. Каждая неудача сбивала меня с ног, как скоростной поезд, и я обязательно разузнавала, кому и почему досталась не доставшаяся мне роль. Триумф любой другой молодой актрисы означал упущенную возможность. Мэри понимает, что роль в несколько строчек в «Кукольном доме», которая при невероятном везении позволила бы ей изредка выступать в главной роли перед разочарованными зрителями, увидевшими ее вместо, видимо, заболевшей известной актрисы, на которую они пришли посмотреть, не изменила бы ее жизнь. Но оправдала бы ее решение стать артисткой, а на данной стадии игры, когда она лишь становится на ноги, это чрезвычайно важно.

— Послушайте, Мэри, — говорю я, — считайте, что вам просто не повезло. Я в любом случае позвоню Мэрилин, еще раз объясню: это наша вина, а не ваша. Ждите нового прослушивания. — Я умолкла, не зная, что еще сказать.

— Нового прослушивания не будет, — заявила она. — Мэрилин единственная ассистентка по кастингу, которая вообще согласилась меня посмотреть. Кому это надо? Реальный опыт у меня нулевой.

— Вот что я вам скажу. Мы устроим прослушивание у кого-нибудь другого. Обещаю, вы его получите, даже если это будет стоить мне жизни. — Кей взглянула на меня, вздернув брови. Я пожала плечами и снова обратилась к Мэри: — Предоставьте дело мне.

— Не хватай через край, — предупредила Кей, когда я положила трубку. — Помни, ты только прикрываешь Лорну. Не стоит брать на себя ее обязанности.

— Что еще можно было сказать?..

Чертова Лорна.

Моя недавно вспыхнувшая симпатия к ней потухла. Пришлось себе напомнить: во всем виноват Алекс, а я действую по крайней необходимости.

— Ну, — обратилась я к Кей, — какие у нас там ближайшие кастинги? Надо, чтобы Мэри кто-нибудь посмотрел. Трудно будет устроить?

По крайней мере, Мэрилин я знаю. Разговаривала с ней сотни раз.

— А, привет, Ребекка, — дружелюбно поздоровалась она. — Как дела?

— Хорошо, — неуверенно ответила я. — Просто звоню извиниться за Мэри Фицморис. — Повторила привычную белиберду насчет больной бедняжечки Лорны, и Мэрилин, конечно, полностью удовлетворилась. Почему бы и нет? Это ведь не она упустила работу.

— Мэрилин, дело вот в чем. Надо устроить Мэри другое прослушивание. Неудача ее несколько подкосила. У вас что-нибудь будет в ближайшее время?

— Фактически нет. Дальше только «Конец путешествия», а там одни мужчины… Впрочем, передайте ей, чтобы не беспокоилась. Как только подвернется что-нибудь подходящее, я ее обязательно вызову. Пусть не паникует.

— Хорошо. Хотя вы же понимаете, как она себя чувствует. Впрочем, все равно спасибо.

После разговора с Мэрилин я обзвонила еще пятерых ассистентов по кастингу, которые в данный момент подыскивали исполнителей. Никто особенно не заинтересовался актрисой, не имеющей достижений, которой они в глаза не видели. Я вызвалась своевременно сообщить, когда ее можно будет где-нибудь посмотреть, и все согласились после просмотра устроить с ней краткую общую встречу, если решат, что она хоть на что-то годится. Я принялась расхваливать Мэри, хотя сама понятия не имею, какая она актриса, на том все и кончилось.

Во время беседы с очередным ассистентом, Полом Сиборном, в приемную вышел Джошуа, начал что-то отыскивать в архивных шкафах. Не обратив на него внимания, я трещала без умолку:

— …Мы считаем, у нее огромный потенциал молодой характерной актрисы, чем-то похожа на Саманту Мортон, такая же угловатая, резкая… — Заметив босса, я оборвала тираду и добавила: — В любом случае, Лорна вам наверняка позвонит, когда вернется. — Должно быть, Пол сильно удивился, потому что хорошо знает, что им с Лорной пока нечего обсуждать. — Ну хорошо, спасибо, до свиданья, — протараторила я и разъединилась, не дождавшись ответа.

Джошуа никак не отреагировал на услышанное, и я решила, что на этот раз пронесло. В следующий раз, прежде чем звонить дальше, надо спрятаться в кабинете Лорны.

— Ну, освоились? — обратился Джошуа к Кей, не сильно интересуясь ответом.

— У меня просто глаза открылись, — сказала она, улыбаясь ему. — Настоящая школа.

— Хорошо, хорошо, — буркнул босс и улетучился, не имея понятия, к счастью, на что Кей намекает.


К концу дня сил совсем никаких. Хочется, чтобы меня доставили домой на носилках, свалили в постель, но вместо этого я иду к Изабелл: мы давно наметили девичник, и у меня не хватило духу его отменить.

В отсутствие Уильяма как объекта для издевательств девочки олицетворяют любезность и благовоспитанность. Помогли с овощами к ужину, потом, когда мы расселись за круглым кухонным столом, вызвались накладывать еду в тарелки. Пока они убирали посуду и приносили винные бокалы, как две маленькие официантки, я рассказывала Изе о прошедшем дне. Гораздо интересней услышать ее новости, но придется дождаться, когда близнецы отправятся к себе наверх, прежде чем расспрашивать о Люке.

Изабелл живет в приличном доме — три этажа и подвальный. Не слишком большой, но в несколько раз превосходит нашу маленькую квартирку. Несмотря на это, девочки постоянно требовали общей комнаты. В результате Алекс снес стену между двумя крошечными спальнями в мансарде, и теперь они обитают на самом верху — пара весьма шумных мышек. Туда и ушли, пообещав не засиживаться у телевизора, спуститься ровно в половине девятого, чтобы пожелать доброй ночи. А мы перебрались в уютную гостиную, захватив с собой бутылку.

— Собственно, не понимаю, зачем ты ее выгораживаешь, — сказала Иза, когда я закончила повествование о последних событиях в офисе, включая подчищенную версию визита пьяного Алекса. — Лорна всегда безобразно с тобой обращалась.

— Знаю. Честно сказать, сама не понимаю. Но она в полном упадке, и, если потеряет работу, у нее, по-моему, вообще ничего не останется. Конечно, бывает ужасной и бешеной, но никто не заслуживает того, что с ней проделал Алекс. У нее сердце разбито. Я считаю себя виноватой. Если бы я их не познакомила…

— Надеюсь, она тебе благодарна.

Я рассмеялась:

— Едва ли.

— Не лезь в омут, ладно? — неожиданно серьезно предупредила Иза. — Конечно, очень благородно прикрывать ее задницу, но, если Лорна через пару дней не вернется, ты должна во всем чистосердечно признаться Мелани и Джошуа.

— Обязательно.

— Обещаешь?

— Обещаю. В любом случае, завтра, наверно, вернется, — добавила я, сама себе не веря. Невозможно представить, что Лорна просто соберется с силами и снова впорхнет в офис.

— Ну, — начала я, когда тема Лорны была исчерпана, — как там мечты юной любви?

Изабелл улыбнулась:

— Неплохо. Мне весело.

После нашей с ней последней встречи они с Люком опять ужинали, на этот раз в местном бистро, потом снова пошли к Изабелл, но теперь он заранее предупредил, что до утра не сможет остаться.

— Прямо с утра должен мчаться на вокзал Сент-Панкрас, чтобы успеть на «Евростар», — объяснила она. — Надо было пойти домой, вещи собрать, уложить чемодан.

— А где он живет?

— У черта на рогах. В ожидании развода снимает квартиру в Теддингтоне. После они будут решать, как быть с домом. Спрашивал, не хочу ли я к нему поехать, да ведь это глупо, когда мой дом за углом. Вдобавок мне все равно пришлось бы вернуться домой, собраться на работу.

— Тоже верно. Но вам было хорошо? Тебе понравилось?

— Безусловно. С ним я себя чувствую… ну, не знаю… желанной и все такое прочее. После Алекса мне это необходимо. Он никогда не давал мне понять, что я привлекательная.

Я кивнула. Чем больше слышу о семейной жизни Изабелл и Алекса, тем сильней удивляюсь своей слепоте.

— Впрочем, надеюсь, у Алекса все в порядке, — постаралась она уклониться от истинной темы. — Я хочу сказать, он напивается средь бела дня, затевает скандалы, это на него не похоже. Я все-таки беспокоюсь, тем более что он остался один…

Когда речь заходит об Алексе, Изабелл не может скрыть тревогу. Просто смех после того, что я о нем узнала.

— Расскажи еще про Люка, — попросила я, стараясь вернуть беседу в прежнее русло. Не совсем ясно, что происходит. Иза должна двигаться дальше, а Люк — идеальное транспортное средство.

— Его сына зовут Чарли. Ему десять лет. Я с ним еще не встречалась, видела только на фотографиях, вроде бы симпатичный мальчишка. Живет с матерью в Хайгейте. Они туда переехали в прошлом году, но Чарли остался пока в прежней школе. Кажется, сверхвозбудимый ребенок, трудно привыкает к новому, хотя все равно через год он оттуда уйдет. Люку сорок четыре. У него каштановые волосы, очень густые. Глаза карие, чарующая улыбка не сходит с лица, будто он знает что-то забавное, о чем больше никому не известно. Любит музыку, кино, шмотки, машины, но, когда я объявила, что не питаю энтузиазма ни к чему подобному, не стал говорить на эти темы. Он умный, веселый, и я от него без ума.

— Звучит идеально.

— Так и есть. В данный момент он для меня идеален. Великолепен. Помог лучше о себе думать, только я совсем не спешу перебраться к нему и устроиться.

— Ну, вы знакомы всего три недели.

— Ты меня понимаешь. Не думаю, будто Люк непременно окажется любовью на всю жизнь, но мне действительно нравится проводить с ним время, и он сильно повысил мое мнение о себе.

— Кто знает, — пробормотала я. Веселый, умный, добрый, симпатичный мужчина очень похож на человека, которого следует воспринимать серьезно. — Правда, я за тебя страшно рада.

— Да, знаешь… — Иза с триумфальной улыбкой откинулась на спинку дивана. — Он предлагает мне съездить с ним в Мюнхен на пару дней…

— Да что ты! Поедешь?

— Конечно. Днем у него будут деловые встречи, а я буду бродить по городу, развлекаться, вечерами мы будем вместе… И ночью.

— Потрясающе! Ставлю все свои деньги на то, что в конце концов он окажется любовью на всю жизнь.

— Может быть, — улыбнулась она. — Я все думаю, что сказать Алексу. Надо спросить, согласен ли он взять девочек.

— В самом деле, — кивнула я. — Хотелось бы видеть выражение его лица, когда ты сообщишь, что уезжаешь с другим мужчиной.

— М-м-м… — промычала Изабелл. — Да, пожалуй.

— Хрен с ним. Ему будет полезно увидеть, что ты продолжаешь жить, а он увяз на месте.

— Да, пожалуй.

— А если с ним возникнут проблемы, мы возьмем девочек. С удовольствием.

— Спасибо. — Она на секунду меня обняла.

— Когда ты меня с ним познакомишь? С Люком, я имею в виду.

— Когда мы вернемся из Мюнхена. Думаю, там все окончательно прояснится. Если мы будем по-прежнему друг другу нравиться после того, как ночью храпели, а утром зевали, и случайно пукали, и все такое прочее, можно будет считать нас подходящей парой.

— Причем ты говоришь исключительно о себе, — рассмеялась я. — Интересно, какие у него недостатки.

— Смешно, — согласилась она. — Ты ужасно забавная.

Я не рассказала про Дэна и женщину в Эдинбурге. Казалось, тогда это станет реальным, достойным анализа и обсуждения. Выходит, в последнее время у меня слишком много секретов от Изабелл.


Глава 20 | Дважды два — четыре | Глава 22



Loading...