home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 30

Дважды два — четыре

Мелани и Лорна заперлись вместе с Джошуа в его уютном кабинете почти час назад. В какой-то момент Мелани попросила свежего кофе, и Кей сообщила, что все трое молчали, пока она наливала чашки и собирала грязные. Мне как-то удалось заразить Кей своей паранойей, поэтому она прониклась уверенностью, что боссы обсуждают ее профессиональную непригодность, подыскивая наилучший способ от нее избавиться.

— Вряд ли им для этого понадобился бы час, — рассмеялась я. — Лорна просто заявила бы: «Я хочу ее выставить», и они бы ответили: «Ну и отлично».

— Ты меня сильно утешила.

— Наверняка разрабатывают стратегию. Обдумывают, как привлечь больше клиентов и завоевать мир зрелищ.

Тем не менее я с волнением гадала, о чем можно говорить так долго. Возможно, узнав о моих намерениях, они решают сократить расходы и сразу взять кого-нибудь на мое место. В конце концов, теперь они не обязаны поддерживать неблагодарную тварь, швырнувшую им в лицо их многолетнюю помощь и щедрость. Тут из кабинета выглянула Мелани.

— Ребекка, у вас есть минутка? Хотим с вами поговорить.

Меня чуть инфаркт не хватил.

— Входите, входите, — весело пригласил Джошуа, когда я нерешительно протиснулась в дверь. — Садитесь.

Он улыбался, и я улыбнулась в ответ, хотя, боюсь, вышел какой-то малоприличный оскал. Не могу даже взглянуть на Лорну, которая наверняка ликует в предвкушении моего смертного приговора. Не будь факт свершившимся, бросилась бы к Джошуа с воплем: «Не хочу уходить, не гоните меня! „Мортимер и Шиди“ мой второй дом. Где еще запомнят, когда день рождения Уильяма, или пораньше отпустят домой, потому что Зоя участвует в школьном спектакле?»

— Мы говорили о вас, — объявил Джошуа на случай, если я еще не догадалась. — Лорна поведала интереснейшую историю.

Он ждал, что я что-то скажу, а я онемела. Всегда неловко себя чувствую в начальственных кабинетах. Хочется только, чтобы поскорей все кончилось.

— Значит, как я понял, идея новой программы Хитер принадлежит вам? — спросил Джошуа.

Я кивнула, чего от меня, видно, и ждали.

— Кстати, Лорна, они решительно согласились ее делать?

— Будущим летом, — пропищала она. — Как только мы освободим Хитер от обязательств перед Ай-ти-ви.

Я вытаращила на нее глаза, не совсем понимая, что тут делаю. Неужели они просто хотят продемонстрировать, какой к ним придет успех после осуществления в будущем году нового крупного контракта Хитер?

— Лорна также сообщила, что вы присутствовали на ленче с Нилом Джонсоном, — подхватила Мелани.

Я взглянула на Лорну. Она снова странно мне улыбнулась. Я отвела глаза. Никогда не улыбайся крокодилу.

— И в основном вели беседу, потому что она… не совсем хорошо себя чувствовала.

Я что-то буркнула, глядя себе под ноги, как четырнадцатилетняя девочка, которую уличили в курении в чулане.

— Вдобавок мы услышали обо всем, что вы сделали для ее клиентов, пока она болела. Все они в полном восторге от вас.

Мне, наконец, удалось поднять глаза и посмотреть на начальство: вся троица сияла улыбками гордых родителей.

— Итак, — продолжал Джошуа чуть серьезнее. — Мы, конечно, не можем смириться с тем, что вы нас держали в неведении, заверяя, будто действуете по инструкциям Лорны. Теперь мы знаем, что это действительности не соответствует, хотя и понимаем, что вы старались из самых лучших побуждений не только для агентства «Мортимер и Шиди», но и ради Лорны…

— …и это хорошо, потому что мы с Джошуа, как вам известно, постоянно беспокоились из-за ваших не совсем дружеских отношений, — вставила Мелани.

— И поэтому мы — то есть, собственно, Лорна, хотя нам с Мелани эта мысль тоже нравится, — хотим сделать вам предложение, которое вас, надеюсь, обрадует.

Последовала долгая и тяжелая пауза, но я уже догадалась, что дальше последует что-то приятное, поэтому позволила себе робко улыбнуться и уточнить:

— Какое?

Джошуа глубоко вдохнул, как будто готовился обратиться к многолюдному собранию, и сказал:

— Ну, Лорне придется теперь уделять много времени Хитер. Она намерена заработать для нас много денег. Разумеется, есть еще Мэри и Крейг, которых она страстно любит. Как вы знаете, Мэри сделала крупный шаг…

— …благодаря тебе, — вставила Лорна, и я, не удержавшись, все-таки ей улыбнулась. Непривычное ощущение.

— …и нам надо ее продвигать. Крейгу необходимо оказывать пристальное внимание, чтобы он попал в обойму. Лорна хочет немного расширить свой список, заключая новые контракты и так далее, понимаете?

Я нетерпеливо кивнула, не осмеливаясь заговорить, не желая уводить его в сторону. Пусть договаривает до конца. Какое предложение?

— И конечно, мы с Мелани думаем, что успех с Хитер дает ей право на полную свободу. Итак, это значит, что Лорна не успеет присматривать за чтецами закадрового текста и в полную силу работать с Жасмин и Сэмюелем или с Кэтрин и Джой. Нам, конечно, не хочется передавать их из рук в руки, но Лорна со всеми четырьмя поговорила, и, поскольку теперь им известно о том, что происходило в последние недели, все охотно согласились — Кэтрин даже сказала, что она «в экстазе», — чтобы их самостоятельно представляла Ребекка Моррисон.

Он откинулся на спинку кресла в ожидании моей реакции. Рот у меня открылся.

— Понятно, — добавил Джошуа, — четыре клиента и несколько чтецов не делают вас агентом. Надеемся, вы не будете возражать против нынешней платы, пока мы вам не поможем найти еще кого-то. Или пока для ваших клиентов не удастся заключить крупный высокооплачиваемый контракт, в чем мы не сомневаемся, учитывая ваши достижения всего за пару недель.

Он тепло улыбнулся мне, и я чуть не бросилась к нему на шею, но, к счастью, удержалась.

— Да, — вымолвила я. — То есть нет. Разумеется, не возражаю. Это правда?

— Правда, — подтвердила Мелани. — Конечно, мы сейчас же начнем искать замену на ваше нынешнее место. Думаем, вы с Лорной согласитесь пока вместе пользоваться помощью Кей.

Не верю в реальность происходящего.

— Безусловно. То есть если Лорна согласна…

— Она сама и предложила, — объяснил Джошуа. — Остается только надеяться, что контракт Хитер действительно такой крупный, как хотелось бы, иначе все пойдем по миру, — рассмеялся он.

Меня даже подташнивало от волнения. Вдруг стало ясно, что чувствовала Лорна, почему была так довольна собой. Хотелось крикнуть в окно: «Смотрите на меня, я агент!»

— Я… не знаю, что сказать. Спасибо. Большое спасибо. Даже если я вечно буду получать те же деньги. Мне просто хочется работать, успешно работать и…

— Потише, — посоветовала Мелани. — А то Джошуа так вас и будет действительно вечно держать на той же зарплате.

Джошуа принялся перебирать на столе бумаги, давая понять, что пора расходиться.

— В конце дня отметим, выпьем по бокалу шампанского, — сказал он нам вслед.

Лорна направилась к себе в кабинет. Я ее окликнула, она остановилась.

— Потрясающе. Никогда не смогу тебя отблагодарить.

— Не за что. Вряд ли я удержалась бы на работе, если бы не ты…

— Нет. Есть за что. Ты не обязана была делать то, что сейчас сделала, и поэтому я тебе благодарна, невероятно, немыслимо и навечно.

Она снова робко улыбнулась, и я подумала: «Какого черта?», а потом, сама не понимая, что делаю, крепко ее обняла. Ощущение тяжелое — все равно что скелет тискать. Я на миг даже испугалась, что она пополам переломится, но довела дело до конца. Когда я выпустила ее из объятий, она была вся красная, но, скорее, от радости. Стала как бы другим человеком. И сказала:

— Спасибо.

— Собственно, — говорю я, — мы с Дэном устраиваем завтра вечером небольшой рождественский ужин. Будут немногочисленные друзья, дети… Может, и ты придешь? Кей тоже приглашена…

Что я, с ума сошла? Пять минут назад мы друг друга ненавидели, зачем ей являться ко мне домой?

— Ты серьезно? — спросила Лорна.

— Ну конечно, — кивнула я.

— Тогда с удовольствием.


Следующие полтора дня пролетели в шампанском тумане — сперва Джошуа, потом Дэн, а потом Изабелл провозглашали тосты за мои успехи — и в лихорадочной разработке планов. Мечтаю о высотах, на которые возведу свою разношерстную кучку клиентов. Кипя энергией, утром в полседьмого вскочила с постели, к восьми была на работе. Не чувствовала себя так много лет, с тех пор как… фактически неизвестно с каких, поскольку никогда себя так не чувствовала. Лорна держится дружелюбно, но сдержанно. Как всегда, если люди делают тебе добро, невозможно с ними снова не подружиться.

Кажется, я немного встревожила Дэна, Изабелл и Кей приглашением Лорны на вечеринку, но они понимают: мне хочется сделать ей что-то приятное, продемонстрировать искреннюю благодарность.

Кей принялась искать мне замену. К счастью, Амита приняла другое предложение, но она дозвонилась до выпускников, Надыма и Карлы, пригласила на собеседование насчет другой, на удивление простой работы, из-за чего они чуть руку ей не откусили.

В четверг во второй половине дня Кей практически выставила меня за офисную дверь, заявив, что люди не станут есть в половине десятого из-за того, что я не успела сготовить. Дети завершили украшение квартиры и радостно накрывали на стол, оставив в предрождественской лихорадке все попытки казаться крутыми и хладнокровными тинейджерами.

— Почему Лорна жуткая? — поинтересовался Уильям, расставляя перед каждым столовым прибором традиционных ангелочков.

— Она вовсе не жуткая, — возразила я, понадеявшись, что он сразу же это усвоит.

— Ты всегда говорила, что она ужасная. Говорила папе: полная и кошмарная сука.

Зоя фыркнула.

— Не следует тебе прислушиваться к нашим беседам. К тому же речь шла не об этой, а о другой Лорне, — строго сказала я и тут же поняла, что совершила ошибку. Уильям наверняка ей скажет: «Мама знает другую Лорну и говорит, что она полная и кошмарная сука».

— Собственно, я так действительно думала, но ошибалась, понятно? Лорна очень расстроится, если узнает, что ты слышал от меня такие слова, поэтому, пожалуйста, не говори ей, ладно?

Лорна настолько сбила меня с толку, что я даже не знаю, что на самом деле о ней думаю в данный момент, только не хочется признаваться в этом Уильяму.

— Я не дурак, — обиженно проворчал он, на что Зоя заметила:

— Ну еще бы, конечно, — явно имея в виду прямо противоположное.

— Ма-ам… — жалобно заныл Уильям.

Я оставила их разбираться друг с другом, зная, что нынче вечером они никак не смогут затеять полноценной склоки. Тем более после высказанной угрозы Дэна запереть их на весь вечер в комнатах при любом неприглядном поступке. Он сдержал слово, отлучив детей в самом начале, в результате чего они все пропустили, только разламывали свое печенье и сравнивали подарки.

Семь часов. Еда готовится, квартира выглядит и пахнет чудесно. Вспоминается праздничная ярмарка в красных декорациях, с гирляндами и сверкающей мишурой. В каждой комнате зажжены ароматические свечи. Глинтвейн подогревается, или что там с ним делают, камамбер можно в любую минуту подать к аперитиву, бисквит печется, в кухонной печи тихо тлеет большое полено[10], изготовленное Уильямом на занятиях но пищевой технологии. Я суечусь в спальне, переодеваясь в рекордное время, Дэн откупорил бутылку вина, налил нам большие бокалы. В двадцать минут восьмого первой явилась Кей.

— Быстро включай рождественские гимны, — приказала я Зое, и она бросилась к музыкальному центру.

Двадцать первого, когда приходят гости, мы всегда ставим запись гимнов. Я открыла дверь.

— Злыдня уже тут? — громко шепнула Кей по пути в гостиную, где я ее представила Дэну и детям.

— Еще нет.

Кей почему-то — возможно, это объясняется наличием двоих сыновей — оказалась такой же чокнутой фанаткой науки, как Уильям, и они сразу же с головой погрузились в беседу об открытии новой звезды. Потом прибыла Изабелл с девочками, за ней следом Роуз и Саймон, которые захватили с собой шестилетнюю дочку Фабию. Двух других ребятишек отправили ночевать к друзьям. Мы пили терпкий глинтвейн и клевали закуски, болтая ни о чем. Роуз в первые минуты слегка нервничала в присутствии Изабелл, но, к счастью, Иза с ее интуицией постаралась красноречиво выразить ей признательность за то, что она не позволила ей выставиться полной идиоткой. Воцарилась спокойная, приятная рождественская атмосфера. Вновь прозвенел дверной звонок, пришла Лорна с бутылкой вина, вручила ее мне.

— Ну, легко нас нашла? — спросила я ее, словно старую тетушку, которая требует особой заботы. Дело в том, что я не знаю, как с ней обращаться. То есть не защищаясь, и не нападая, и не испытывая подозрений.

— Квартира выглядит просто очаровательно, — сказала она, озираясь вокруг, пока я помогала ей снять пальто.

— Спасибо. Проходи. Прошу всех познакомиться: это Лорна.

Едва ли часто бывает столько заинтригованных людей в одной комнате. Лорна в нашем доме легенда. Даже Роуз с Саймоном уже осведомлены о ее выходках. Я представила ее всем, кого она еще не знала, она согласилась выпить глинтвейна, поэтому я оставила гостей и пошла налить ей вина и взглянуть на сосиски. Изабелл последовала за мной.

— С последнего раза, как я ее видела, совсем исхудала, — заметила она театральным шепотом.

— Знаю. Господи, это ужасно, что я ее пригласила?

— Нет, конечно. Это твое доброе дело за прошлый год. Только не подавай к сосискам фасоль, иначе я не выдержу.

— Ш-ш-ш, — фыркнула я. — Постараемся быть с ней любезными.

И действительно, ужин прошел очень славно. Все ворковали над маленькими сувенирами в печенье. Я отчаянно ломала голову, что положить Лорне, и в конце концов остановилась на сверкающей розовой шариковой ручке, потому что она на работе вечно таскает чужие.

— Какая прелесть, — улыбнулась она. На этот раз по-настоящему улыбнулась. Я начинаю уже к этому привыкать.

— Можете одолжить ее Хитер Барклей, чтобы она дала мне автограф? — спросила Зоя. — Мама боится.

— Конечно…

— И мне, — вставил Уильям, а следом за ним Натали и Никола. Фабия тоже в очередь записалась, может быть, даже не зная, кто такая Хитер Барклей.

Лорна явно не возражала против такого внимания, дети вели себя мило и, главное, вежливо, что помогло разбить лед.

Я очень долго решала, с кем рядом ее посадить. Сама, боже сохрани, не собиралась весь вечер выслушивать ее рассказы, наслушавшись их на работе по гроб жизни. Кей тоже это испытание ни к чему. Изабелл исключается из-за Алекса. В конце концов я пожертвовала собственным любимым мужем, зная, что он будет любезен и сделает все, чтобы вовлечь Лорну в беседу. А с другой стороны я поместила Роуз, симпатичную и дружелюбную, способную поговорить с кем угодно. Все равно заметно, что Лорна чувствует себя неловко. Склонилась над тарелкой с едой, выбирает кусочки и отвечает, только когда к ней обращаются. Похожа на надутого тинейджера. Ладно, будем отдыхать и веселиться. Я сделала все, что могла, пригласила ее, не мое теперь дело стараться, чтобы ей было легко и приятно.

После еды дети отправились в комнату Зои, а взрослые принялись пить вино. Близнецы обычно со временем засыпают на полу, видимо, на этот раз их примеру последует Фабия. Я там приготовила спальные мешки и постельное белье. Мы им всегда позволяем играть до полнейшего изнеможения, если только не слишком шумят. Сами развлекаемся, почему детям не повеселиться? Дэн подливал в бокалы, говорили о чем-то банальном, не помню, и вдруг Лорна громко кашлянула. Так громко, что я вздрогнула. Все оглянулись.

— Хочу сказать кое-что, — объявила она.

Не швырнуть ли ее на пол регбистским броском? Может, выпила лишнего, сейчас снова начнутся жалобы и обвинения. Я взглянула на Дэна, но и он ни о чем не догадывался. А ведь все было так хорошо…

— Для Роуз и Саймона это не будет иметь особого смысла, поэтому заранее прошу меня извинить. Впрочем, может быть, вы обо мне уже слышали. Ребекка наверняка рассказывала, как я себя вела в последнее время. Ну, не только в последнее, а вообще…

К счастью, Роуз и Саймону удалось изобразить полное непонимание: «Нет, никогда ничего не слышали…» Я совершенно не соображала, что происходит, и не имела понятия, как ее остановить.

— Дело в том, что мы с Ребеккой никогда не ладили. Правда?

Лорна мастер недооценки. Что я должна сказать? «Э-э-э, по-моему, нет»?

— А в последнее время я поняла, что в основном сама виновата.

Ладно, кажется, можно дух перевести. Может, в конце концов выйдет не так уж и плохо.

— Знаю, вместе работать трудно. Для меня всегда было важно, что я служу в агентстве дольше тебя, и, знаешь, Ребекка, ты была права, действительно старалась не отвечать на звонки, ожидая, что ты это сделаешь. Зациклилась на стремлении стать старшим ассистентом, важной персоной. Дело в том, что я тебе фактически завидовала… Ну, вот, слово сказано… — Она взглянула на меня, ожидая реакции, а я лишь слабо улыбнулась, не зная, что сказать. — У тебя есть все, чего мне хотелось. Любящий муж, дети, ты умная, веселая, симпатичная, уверенная в себе, нравишься людям. Наверно, из-за этого мне казалось, будто от тебя исходит угроза…

Тут мне стало очень неловко. Отчасти хочется спросить, с чего ей взбрело в голову, что я в себе уверена, отчасти хочется просто приказать заткнуться. Намечался веселый праздничный вечер.

— Не надо, Лорна…

— Нет, надо. Я скоро закончу, не стану портить вам праздник, — сказала она, как бы прочтя мои мысли. — Мне просто душу надо облегчить, пока хватает храбрости, иначе я никогда не сделаю этого. Хочу сказать, что теперь понимаю: я сама дала тебе все основания ненавидеть меня. А в ответ ты прикрыла меня, спасла мою работу, исправила ошибки… На сто процентов могу утверждать, я для тебя никогда бы такого не сделала. И еще ты меня пригласила в свой дом. Вот тогда я задумалась по-настоящему. И сейчас, стоя здесь как идиотка и портя вам вечер, хочу сказать, что я переменилась. По крайней мере, намерена перемениться. Ребекка, мне очень хочется, чтобы ты мне поверила, очень хочется, чтобы мы подружились. Надеюсь, ты примешь мои извинения за прежнее поведение.

Она резко села. В комнате воцарилась ошеломляющая тишина. Роуз и Саймон с интересом рассматривали свои бокалы, Кей сидела с раскрытым ртом. Я понимала, надо что-то сказать, только не находила слов. Лорне безусловно понадобилось колоссальное мужество, чтобы сказать все это, но я правда не знала, как реагировать. К счастью, Дэн спас положение, поднял бокал с вином и произнес:

— Хорошо сказано, Лорна. Никто спорить не будет.

— Согласна, — подхватила Изабелл. — А ты, Ребекка? — Она взглянула на меня, требуя ответа.

Я сама осознавала, что надо ответить.

— Ох, Лорна, даже не знаю, что сказать. Конечно. Разумеется, принимаю твои извинения, только и ты меня тоже прости. Если ты не всегда была добра и любезна, то и я виновата не меньше. Помнишь историю с электронной почтой и прочее?.. — Я сделала паузу. Может, об этом не следовало упоминать. — Знаешь, пусть я тебя прикрывала в твое отсутствие, ты мне уже отплатила, помогла получить желанную работу. Поэтому мне действительно хочется просто забыть все старое и начать сначала. Посмотрим, как мы поладим. Договорились?

Она улыбнулась невиданно искренней улыбкой:

— Договорились.

— Слава богу, — вздохнула я. — Давайте теперь еще выпьем.

Лорна рассмеялась вместе с остальными.

Дэн налил всем вина, мы старательно подыскивали темы для разговоров. Лорна вдруг стала заметно свободнее и оживленнее. Явно пришла сюда с миссией и теперь ее выполнила. Неизменная ухмылка сошла с ее лица. Ну и хорошо. Я далеко не уверена, что смогла бы сделать то же самое. Неизвестно, что будет дальше, удастся ли нам покончить с шестилетней враждой, но определенно хочется попытаться.

Наконец напряженность совсем исчезла и мы начали по-настоящему веселиться. Все расслабились, никто не уходил. Лорна рассказала несколько забавных историй, не из тех, которые закручены вокруг ее блестящих достоинств. Саймон оказался великолепным пародистом — этот талант он еще нам не демонстрировал, — и очень смешно, но любовно изображал всех нас. Мой образ мне польстил: «Все в порядке? Все довольны? Никому ничего не нужно? Ох, ну и дерьмо, правда?» Лорна попросила, чтобы я выдала себя за нее, как сделала это для Нила Джонсона, и я рискнула: вытаращила глаза, с энтузиазмом залепетала, еле переводя дух. Она хохотала до слез.

В какой-то момент я вдруг вспомнила наше с ней житье-бытье и спросила, воспользовавшись возможностью:

— Слушай, Лорна, когда мы вместе сидели в приемной, ты хрустела едой исключительно потому, что знала, как это меня раздражает?

— Нет! — возмутилась она, а потом рассмеялась: — Ну, по крайней мере, на первых порах не поэтому.

Осмелюсь сказать, вечер удался на славу.

В дверь позвонили.

Мы с Дэном одновременно взглянули на настенные часы. Минуло десять, для розничных торговцев поздновато.

— Кто это? — довольно бессмысленно спросила я.

Дэн не мог с ходу сообразить и поднялся.

— Пойду посмотрю, — сказал он.

— Должно быть, соседка сверху, просит не шуметь, — предположила я, обращаясь к гостям. — Ей завтра рано вставать.

Все навострили уши, прислушиваясь к голосам. Хотя квартира небольшая, трудно разобрать слова, ясно только, что Дэн разговаривает не с женщиной сверху, если только она не сменила пол.

Голоса обменялись краткими репликами, в коридоре послышались приближающиеся шаги. Первым возник Дэн с виноватым видом.

— Прошу прощения… — начал он, и за ним вошел…

Алекс.

Взмахнул бутылкой шампанского.

— Не могу пропустить традиционный рождественский ужин двадцать первого декабря у Моррисонов, — объявил он. По всему судя, пьяный. Не шатается, но голос хриплый, как тогда в офисе. — Знаю, все тут.

Оглядел сидевших за столом. Улыбнулся Изабелл. При виде Кей пробормотал:

— А-а, ротвейлер!.. — Представился Роуз и Саймону:

— Алекс… — Протянул им руку, как участникам совместного бизнес-ланча. Они обменялись с ним рукопожатиями. Конечно, слышали, знают, кто такой Алекс, но, разумеется, не представляют всех связанных с ним осложнений.

Потом он заметил Лорну, сидевшую рядом с Роуз. Она побелела. Прежняя раскованность разом улетучилась.

— Та-ак, — протянул Алекс, оглядываясь на меня. — Теперь в самом деле ничего не понимаю. Знаю, тебе необходимы новые друзья, но это смешно. Ты же ненавидишь Лорну. Сто раз мне говорила.

— Ох, Алекс, хватит, — вмешался Дэн. — Тебя не приглашали. Нечего тебе тут делать…

— Конечно, приглашали. Мы встречаемся каждый год двадцать первого декабря. Потом двадцать четвертого вы приходите к нам. В Новый год пораньше идем в ресторан, а к полуночи возвращаемся либо к вам, либо к нам, по очереди. По четвергам проводим вечера здесь, понедельники наши, но пятницам отправляемся в паб, по субботам раз в две недели обедаем. Никого больше не приглашают на ритуальные встречи. Сегодня, как вижу, наступили перемены. Ребекка для нас расписала всю жизнь, для нас четверых и наших четверых детей. Так обстоят дела, да, Ребекка?

Ненавижу его.

— По-моему, ты сейчас должен уйти.

— Я же только пришел, — возразил Алекс и сел на место Дэна, рядом с Лорной.

Похоже, ей вот-вот станет плохо.

— Едите сосиски с картофельным пюре, потом бисквит с вином и взбитыми сливками. Каждого гостя встречают рождественским гимном, каждый получает специально приготовленное печенье с подарком. Ребекка перемен не любит.

Мы сидели как парализованные из свойственной среднему классу боязни скандала. Наконец я поняла, что обязана что-то сказать.

— Алекс, знаю, ты до сих пор на меня злишься до чертиков…

Он рассмеялся:

— Не льсти себе. Я не к тебе пришел. Я пришел повидать Изабелл.

Все глаза обратились на Изу: широко открытые, полные любопытства глаза Роуз и Саймона, глаза бледной, трясущейся Лорны, бешеные, но растерянные глаза Дэна. Изабелл смотрит на Алекса, ожидая услышать дальнейшее. Лично меня нисколько не интересует, что он скажет. Просто пусть оставит нас в покое.

Алекс наклонился к Изе:

— Изабелл, я хочу вернуться. Совершил ошибку. Глупую и ужасную. Так сожалею, что не поверишь. Знаю, не должен был бросать тебя и девочек. Знаю, что после этого непростительно обошелся с Ребеккой.

Роуз и Саймон переводят взгляд с них на меня и обратно, как будто наблюдают за теннисным матчем. Я уставилась в стол.

— Только насчет Ребекки я заблуждался. Боже, как заблуждался! А Лорну, как ты знаешь, вообще никогда не любил…

Бац! Две головы повернулись в сторону Лорны. Я тоже на нее посмотрела. Вид ужасающий, но для нее это уже не новость, поэтому она держится.

— …и понял, что фактически по-настоящему люблю только тебя. Не переставал любить. Просто немножко свихнулся, и все. Назови это кризисом среднего возраста. Чем угодно. С этим покончено. Если позволишь, я вернусь. Мы сможем это пережить, Изабелл, прошу тебя, пожалуйста…

Наконец фонтан его красноречия иссяк. Все смотрели на Изу. Не скажу, что она была тронута, но задумалась. После попытки с Люком чувствует себя беспомощной и уязвимой, в данный момент даже чертовски ненадежная надежность ее семейной жизни выглядит для нее гораздо привлекательнее.

— Алекс, — тихо сказала она, — я не знаю, что думать.

Понятно, не мое это дело. Знаю, надо держаться в сторонке. Но что ж я за подруга, если позволю ей снова броситься в его объятия, не представляя полной картины? Если она, узнав в полном масштабе о предательстве Алекса, все же примет его обратно, пусть сама себя похоронит. Взрослая женщина, может сама решить. Только в данный момент он ведет нечестную игру.

Прежде чем я успела слово сказать, дверь открылась, вошла Натали, прехорошенькая в своей махровой пижаме, протирая заспанные глаза. Мы все сидели молча, кое-кто — в том числе я — с застывшими улыбками, которые как бы говорили: «Посмотри, Натали, как мы тут веселимся!» Она спросонья, не совсем понимая, где находится, влезла к Изабелл на колени, свернулась клубочком, как кошка, сказала:

— Проснулась и не могу больше заснуть.

— Хочешь, я тебя уложу? — вызвался Алекс, и девочка мигом встрепенулась, завертела головой, отыскивая, откуда прозвучал голос.

— Папа! — Метнулась к нему, словно он пять лет пробыл в море. — А ты не говорила, что папа придет, — упрекнула она Изабелл.

Та постаралась небрежно ответить:

— Просто знала, что он будет поздно. Не хотела, чтобы ты отказалась ложиться, дожидаясь встречи.

— Пойду за Никола, — спохватилась Натали, всем всегда инстинктивно делясь с сестрой.

— Нет. — Иза легонько придержала ее за руку, не позволяя выбежать из комнаты. — Папа через минуту уходит, но вы обе с ним скоро увидитесь.

Натали театрально вздохнула:

— Когда ты домой придешь?

— Возможно, скорей, чем ты думаешь, — ответил он.

— Алекс… — предупредила его Изабелл.

— Правда? — просияла Натали.

— Мама будет решать, — пояснил он, и присутствующие вновь разинули рот.

Просто невероятно, что он вселяет в ребенка надежду и выставляет Изу на линию огня, если надежда не оправдается.

Изабелл сняла Натали с его коленей.

— Мы с папой оба будем решать. Нам еще надо о многом поговорить, но в любом случае вы с ним скоро увидитесь. Что бы ни случилось, он будет приходить. И кто знает, возможно, однажды… — Она не договорила и выпроводила Натали, пока Алекс не успел еще что-то сказать.

Минуту мы сидели в каменном молчании.

— Черт возьми, Алекс, это уж слишком! — выпалил очнувшийся Дэн.

Тот проигнорировал, налил себе вина в чей-то пустой бокал, улыбнулся застывшим лицам за столом. Конечно, хочется, чтобы он ушел, но не знаю, как этого добиться. Просить фактически бесполезно. Не стоит поднимать шум, беспокоить соседей и, что еще важнее, детей. Кроме того, где-то в глубине таится желание досмотреть спектакль до конца. А Изабелл полезно напомнить, какой Алекс талантливый манипулятор, коварный, порочный и нечестный.

Она вернулась и укоризненно на него посмотрела:

— Никогда так больше не делай, не впутывай девочек, не внушай им напрасной надежды.

— Разве она напрасная? Ты ведь окончательно не решила, правда? Еще подумаешь, Иза?

Она нас оглядела.

— Здесь не место для подобного разговора. Это… неудобно.

— Пожалуй, нам уже надо идти, — пробормотала Роуз, сигналя Саймону бровями.

— Нет, — возразила я, не желая, чтобы вечер закончился выпроваживанием гостей из дома.

— По-моему, уйти надо Алексу, — заключил Дэн.

Алекс не обратил на него внимания. Он пожирал Изабелл взглядом. Роуз нерешительно села на место.

— Ты со мной не разговариваешь, когда я захожу за девочками, по телефону тоже не разговариваешь. Может быть, здесь не место, но где еще можно заверить тебя в моей искренности? Я хочу вернуться домой!

— Алекс, я до сих пор стараюсь понять, когда наша семейная жизнь дала сбой. Ты ушел в тот момент, когда я и представить не могла, что ты несчастен. Что это о нас говорит? Ты пристал к Ребекке, господи помилуй, к моей лучшей подруге!

— Я уже сказал, это была ошибка. Мимолетное ослепление. Я был пьян. Сам не знал, что делаю. Совсем сбился с толку. И сразу пожалел об этом.

Так. Мой выход. Невозможно сидеть и смотреть, как он гнет свою линию. Я глубоко вдохнула и кашлянула: сейчас все решится. Приготовилась заговорить, но меня опередил Дэн:

— Мимолетное ослепление? Когда ты уверял, будто любишь ее много лет? И назавтра повторил то же самое, причем уже трезвый. Уговаривал ее уйти от меня… — Он виновато оглянулся на Изабелл. — Вот почему мы рассорились.

Иза растерялась.

— Я не хотела, чтобы ты вообще об этом узнала, — объяснила я. — Никогда. Хотя Дэн прав, если ты собираешься вновь с ним связаться, то должна точно знать, кто он такой и на что способен.

— Ладно, — буркнул Алекс. — Говорю вам, я был в полном смятении. Чего только не говорил.

— Мне, например, говорил, что твоя семейная жизнь кончилась много лет назад, — пропела Лорна с другой стороны стола. — Говорил, что в любом случае никогда не хранил жене верность. Простите, Изабелл…

— Придержи язык, — оборвал ее Алекс. — Не лезь не в свое дело. Не забудь, половина присутствующих ненавидят тебя. Сколько лет за глаза над тобой потешались.

— Алекс, ты пользователь, потребитель, — заявила она. — Я разглядела не сразу, но так оно и есть.

— Изабелл, — взмолился он, — не слушай никого…

Иза взглянула на него, слегка хмурясь.

— Лорна правду сказала?

— Нет, конечно. Они либо ревнуют, либо настроены против меня. Скорей сами меня заберут, чем согласятся смотреть на твое счастье.

— Значит, это неправда?

— Алекс, — вмешался Дэн, — если ты действительно хочешь вернуть Изабелл, то сейчас самое время признаться начистоту…

Алекс промолчал.

— Значит, правда, — заключила Иза.

Дэн молча уставился в стол.

— Простите, Изабелл, — повторила Лорна.

— Не за что вам извиняться, — сказала она. — Фактически я должна вас поблагодари ть, всех вас, что не позволили мне во второй раз совершить ту же ошибку. Тебе кажется, будто ты хочешь вернуться ко мне, Алекс. Может быть. А может быть, тебе просто было бы удобно вернуться в уютное гнездышко в надежде, что жизнь постепенно наладится, пойдет по-прежнему. Но разве я смогу тебе когда-нибудь верить? У тебя была возможность сказать: «Действительно, все правда, но теперь я другой». А ты ею не воспользовался. Обманывал меня все время нашей совместной жизни, и опять врешь.

— Хватит, — промычал Алекс. — Не надо.

— Прости, — продолжала Иза. — Алекс. Я колебалась, скучала по тебе, боялась одиночества. Теперь ты сам за меня все решил. Можешь по-прежнему видеться с девочками, я не стану препятствовать. Но вернемся к достигнутой договоренности без неожиданных появлений и якобы случайных встреч. Вместе мы больше никогда не будем. Никогда.

Я потянулась к ней, обняла. Она дрожала.

— И еще, — добавила она. — Возьмись за работу.

— В самом деле, приятель, пора, — подтвердил Дэн.

Алекс поднялся.

— Знаете, вы все поистине достойны друг друга. Черт с вами! — брызнул он слюной и ушел.

Минуту мы сидели в полном молчании.

— Чтоб мне провалиться, — сказал Саймон. — Это гораздо интереснее, чем просидеть вечер у телевизора!

И все нервно расхохотались.

— Как ты? — спросила я Изабелл.

— Знаешь, превосходно. Больше нечего по нему тосковать. Я поняла, что фактически никогда его не знала.

— А ты? — обратилась я к Лорне.

Она улыбнулась:

— В полном порядке.

Кей сходила на кухню за новой бутылкой вина, и мы принялись пить и, может быть, слишком громко смеяться, как бы подтверждая, что всем хорошо, а потом пели гимны под слишком громкую музыку, так что на этот раз действительно заглянула соседка.


Глава 29 | Дважды два — четыре | Глава 31



Loading...