home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


11. Только мудрейшие и глупейшие никогда не меняются. (Fortune cookie)

В тот день сильно потеплело – сразу на десять градусов, и с самого утра шел снег. Предвестник весны бился в жестокой схватке с озлобленной серой зимой – снег падал на асфальт и тут же таял. И весь день Ярослава не оставляло предчувствие беды. Для человека, не верящего в знаки, это состояние было мучительным.


Может, съел чего-нибудь не то?

Василиса уехала рано, хотя Ярослав знал, что в редакции ее ждали только к обеду. Они поссорились. Она спросила, есть ли у него дети на стороне. Вела себя возмутительно и вызывающе, заявила, что не удивилась бы, если у него окажется с десяток детей, – такой вот фокусник.

У Страхова не было детей, не было даже никаких серьезных отношений до того, как он встретил эту неугомонную журналистку. Но зачем-то вспылил и ответил, что мужчина вовсе не может быть до конца уверен в том, что бездетный, – только если он не монах.

Она расхохоталась и порекомендовала уточнить у тех монахов, которые выхаживали его после «неизвестной катастрофы». Заодно уточнила, не был ли тот монастырь женским. И уехала – куда не сказала, демонстративно показывая, что ее дела его не касаются. Хлопнула дверью, а затем остановилась в коридоре, посмотрела в камеру видеонаблюдения. Знала, паршивка, что он будет наблюдать. Уперла ладони и показала ему «буратино», высунула язык, а затем убежала.

Вот оно откуда, предчувствие. Что ему делать? Ярослав понимал – она обижается. Женщины всегда хотят большего, не понимая, чем это чревато и насколько невозможно это «большее» в его случае. Разве можно строить дом и сажать дерево, если ходишь по лезвию ножа? О чем он только думал, когда Василиса пришла к нему год назад с этой смешной статьей в руках и с огромными голубыми глазами, полными обещаний, о которых любой мужчина может только мечтать.

Серега приехал через час после ее ухода, но Страхов все еще был не в духе – проклятое предчувствие мешало сосредоточиться и отвлекало от дел с Дашей Красновой. Большие деньги.


– Привет эзотерикам и эхоловам. – Друг влетел в квартиру, стряхивая с плеч мокрый снег. – Вот ведь погодка.

– Принес амулет? – хмуро спросил Ярослав.

– Конечно. – И Серега достал из кармана красивую серебряную «штучку» – закрученный по спирали замысловатый с неизвестными, похожими на старославянскую письменность, знаками.

– Хоть что ты тут понаписал? – нахмурился Ярослав.

– Не в настроении? Чувствуется рука женщины! – хмыкнул тот.

– Да иди ты. – Страхов демонстративно отвернулся, рассматривая амулет.

– Я туда зашифровал что-то о здравии. Списано с фотокопии листа тринадцатого века. Новгородские архивы. Может, тебе самому поносить пока?

– В Интернете копался? – фыркнул Ярослав.

– Да брось ты. Что мне, в музей идти было? Какая разница? Никто не найдет, не волнуйся, – утешил его друг. – Будет наша Даша заговоренной.

– Мне нужен еще один, – буркнул целитель, сбросив в раковину тарелку с едва тронутой овсянкой.

Ярослав подключил планшет. В «шелкопряде» Василиса спокойно и мирно мигала в районе центра города, но не в редакции. Вроде с утра собиралась на интервью. Надо будет им серьезно поговорить. Он не может дать ей больше, чем сейчас. Не создан для спокойной жизни в домике на опушке леса. Ведь предупреждал.

– Для кого? – удивился Серега.

– Для меня, – бросил Страхов и принялся собираться.


С мужем Даши Красновой были проблемы. Сама же клиентка на сеансе призналась, что уверена – гражданский муж смертельно болен и умирает. Отсюда и волнение.

– Он такой человек, – говорила она. – Все в себе. У него было очень непростое прошлое. Сама не все знаю. Но в последнее время… я же вижу – как будто уходит от меня. Иногда смотрит таким потерянным взглядом, когда думает, что сплю.

– Может быть, у него какие-то проблемы по бизнесу? – предположил Ярослав. Девушка покачала головой. Она с удовлетворением следила за тем, как целитель с двумя большими шведскими свечами в руках передвигался из одного помещения их бескрайнего дома в другое.

– Не думаю. Фабрики вроде работают. В его дела не особенно лезу, просто чувствую, что-то не так.

– В вашем доме много темной материи, – сказал Ярослав после долгой молчаливой медитации.

– Я знала это! – кивнула Даша, даже не интересуясь тем фактом, что темной материи везде имеется сугубо одинаковое количество. – Тоже чувствую это.

– Вы не замечали, ваш супруг недавно не начал разговаривать во сне? – спросил Страхов.

– Ой, он как-то во сне закричал и проснулся, – обрадовалась Дарья. – И потом потерял вес. Похудел на десять килограмм. Несколько месяцев назад Дима попал в больницу. Прямо на свой день рождения, представляете. Врачи сказали – ничего серьезного, но боюсь, что он просто не все мне говорит…

– Почему? – удивился целитель.

– Бережет мои чувства. – Клиентка глубоко вздохнула и прошептала: – Вдруг у него рак!

– Что-нибудь еще изменилось в его привычках? – спросил Страхов задумчиво.

– У него чуть не случился инфаркт, но все обошлось. По крайней мере, так мне сказали врачи. Потом стал ходить в церковь. Никогда в жизни не ходил. Он организовал благотворительный фонд! Я – его директор. – Даша прижала ладонь ко рту. – Я знаю, хочет, чтобы я продолжала дело после смерти…


Да, с мужем Дарьи Красновой были проблемы, в этом Ярослав и Сергей согласились сразу. Только что это за проблемы – не очень понятно.

– Бизнесмен Дмитрий Рудольфович Баренцев, пятидесяти восьми лет. По непроверенным данным, в девяностые был одним из лидеров группировки так называемых сороковцев, – бубнил Серега, держа перед собой свой собственный планшет.

– Был женат? – спросил Страхов.

– Дважды. Первая жена умерла при непонятных обстоятельствах, как раз когда подала на развод. Кровоизлияние. Так, по крайней мере, написали в газетах. Она билась за опеку над детьми. Сын и дочь, погодки.

– И дети остались с Баренцевым, да? – кивнул Ярослав. – Хороший человек.

– Да, именно так. Дети сейчас уже взрослые.

– А вторая?

– Жена? Брак был по расчету, понадобился для получения гражданства Канады, – пояснил тот. – Дети, кстати, там и живут. Вернее, знаю только про дочь. Она замужем за гражданином Канады. Следы сына не смог найти.

– Гхм, двойное гражданство. Удобно. Что еще?

– Не дурак. Имеет два высших образования – МГУ в далеком прошлом и МВА, оконченный лет пять назад. Владелец сети аптек, двух фабрик по производству лечебных чаев и одной крупной по производству лекарств. Обслуживает госзаказы.

– Жена говорит, похудел на десять кило. Боится, что болен.

– Выясняем. Может, и болен.

– А что за фонд? – спросил Ярослав.

– Фонд, что самое интересное – реальная фишка. Баренцев, вообще, видимо, в последнее время проникся духом гармонии и заботы о ближнем. Фонд называет «Сияние». Вот ЕГРЮЛ[4], – резюмировал Серега, протянув бумаги Ярославу.


Благотворительный фонд существовал чуть больше года. Упоминаний в Интернете не так много. Собственник и директор – наша Даша. Основные точки приложения – лечение безнадежных больных, поставки бесплатных лекарств, выпущенных заводами Баренцева в больницы. Благотворительность и бизнес вполне оправдывали совместное сосуществование.

– Сто процентов, имеет дикие налоговые льготы за свою «благотворительность».

– Да уж, – согласился Ярослав. – Интересно. Есть над чем поразмышлять.

– Ну, вот и думай. А я пошел, да?

– Иди, – кивнул Страхов, покручивая в руках серебристый «амулет».

– Ты действительно решил взять его в обработку? – спросил друг в дверях.

– Это самая крупная рыба в нашем болоте, – пожал плечами тот. – Не можем же мы его упустить. А что, ты против?

– Я-то? Нет. Мое дело маленькое. Только вот говорят, в девяностые эти «сороковцы» выкосили целый район в Волгограде, чтобы очистить поляну. На Баренцева завели уголовное дело, говорили, что он лично делал контрольные выстрелы. Потом, конечно, дело закрыли. Журналист приезжал из «Известий» – избили потом до полусмерти.

– В девяностые все кого-то выкашивали, – пожал плечами Ярослав.

– Ладно, буду неподалеку, – кивнул Серега и ушел. Страхов проследил за ним по камерам видеонаблюдения. Тяжелое чувство не отпускало. Он прикинул, не может ли утреннее предчувствие быть как-то связано с тем, что они затеяли. Может быть, это просто боязнь неоправданного риска?

Никого Страхов не боялся. Чем страшнее человек, тем сильнее на него можно влиять. Много страхов и чувства вины. Все люди боятся, что за все рано или поздно придется платить. В этой жизни или в «той». Значит, Дмитрий Баренцев стал ходить в церковь? Решил не откладывать платеж на потом?

Ярослав задумался о том, что именно может пугать бизнесмена. Завтра нужно стопроцентное попадание. Но вместо мыслей о предстоящем трюке перед его глазами появилось обиженное лицо Василисы. Самое ее наличие мешало, наводило на мысли, что стоит бросить все это. Начать жить и по-другому. Всех денег не заработаешь.


Ярослав тряхнул головой. Решил – значит решил. Надо «помочь» Дмитрию Баренцеву в беде, какой бы она ни оказалась. Именно сейчас, когда он уязвим. Раз уж начал во что-то верить.


Страхов тоже верил, но только в логику, не в эзотерику, что само по себе было его самым большим секретом. Такого рода знание давало Ярославу неоспоримое преимущество перед большинством людей, даже таких богатых и опасных, как Дмитрий Баренцев. Самые непробиваемые скептики, как правило, тоже имели зерно сомнения. Хоть на минуточку, но допускали существование «необъяснимого». Использовать это чувство было делом техники.


Три ключа, открывающие двери в мир необъяснимого и волшебного, три идеальных механизма, нужных для создания обыкновенного чуда. Ошибка в интерпретации причины и следствия – раз, самообман – два и, наконец, фальсификация – три. Ложка сгибается под влиянием взгляда (а также трения и использования сплава Вуда[5]) – а человек убежден до глубины души, что видел волшебство. Нечто необъяснимое и, как следствие, прекрасное. Создать чудо – это почти что как прикоснуться к бессмертию. Люди видели что угодно, если, конечно, хотели узреть. Это – самое существенное условие.


Ложки нет. Есть только то, во что люди хотят верить. Знаки судьбы, подсказки, присланные во снах, предсказание будущего, чтение мыслей и разговоры с умершими – Ярослав всегда точно знал, кому и что предложить. Люди хотят верить – они готовы отринуть любого, кто решит им в этом помешать.


10.  Любовь спрятана прямо за углом, нужно только внимательнее смотреть. (Fortune cookie) | Фокус-покус, или Волшебников не бывает | * * *



Loading...