home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава девятая

Один и тот же ночной кошмар часто тревожил мой сон. В нем я встречалась с людьми, дорогими моему сердцу, но те глядели на меня с полным безразличием. Нередко это были две мои старшие сестры, Мария и Элизабет, умершие четверть века тому назад. В этой версии сна я — ученица школы-интерната, в которой обе они смертельно заболели туберкулезом. Школьная наставница сообщает мне, что ко мне приехали посетители. Я вхожу в гостиную и вижу Марию и Элизабет. Меня охватывает несказанная радость оттого, что они живы! Но сестры сильно изменились по сравнению с тем, какими я их помнила. Они элегантны и надменны. Они забыли все, что некогда имело для нас значение. Я раздавлена и просыпаюсь с чувством облегчения, что это был лишь сон.

Увы, моя встреча со Слейдом не была ночным кошмаром, она была абсолютно реальна. Когда-то он любил меня, но там, возле театра, холодно от меня отвернулся.

На всем пути от «Королевского павильона» до Глостер-террас я едва сдерживала слезы и по возвращении домой провела ужасную бессонную ночь. Одинокая и опустошенная, я рыдала до утра. Но надежда упряма, и разум склонен интерпретировать факты скорее в соответствии с нашими желаниями, чем с логикой. Заря нового дня вливает силу даже в самое разбитое сердце. Когда первые лучи солнца заглянули в мое окно, я села в кровати и по-новому взглянула на события минувшего вечера.

Человек, которого я видела, — Слейд, это несомненно. Вероятно, он лишь притворился, что не узнал меня, по соображениям, связанным с его службой секретного агента. Вероятно, он работает под прикрытием и не может рисковать раскрыть кому бы то ни было свою подлинную личность. Но как быть с Катериной Великой? Не имея возможности игнорировать ее, я предположила, что она — часть выполняемой им миссии, в чем бы та ни заключалась. Слейд не мог быть таким непостоянным, таким бесчувственным.

Или мог?

Прошло три года, в течение которых я стала старше и изменилась. Жизнь Слейда на протяжении этих лет наверняка была куда более богата событиями, чем моя; он мог измениться еще больше. К тому же нельзя было сбрасывать со счетов тот факт, что он был пациентом отделения для преступников в Бедламе и обвинялся во множественных жестоких убийствах. Неужели с ним случилось нечто ужасное, что превратило его из благородного человека в монстра?

Я не могла прийти ни к какому определенному заключению и не видела для себя иного способа действий, кроме как узнать правду о Слейде, и утро принесло подсказку, как это можно сделать. Я встала, умылась и оделась. Еще несколько лет тому назад я бы, возможно, не решилась отправиться в Лондоне куда бы то ни было одна, но приключения, о которых я уже упоминала, придали мне определенную независимость духа. Я уехала так рано, что Смиты еще спали, остановила экипаж и отправилась в город, выглядевший таким же пустым и одиноким, как я. Было воскресенье, семь часов утра, в городе царила тишина; на улицах я заметила лишь несколько человек. Желтоватый дым, изрыгаемый фабричными трубами, висел в воздухе, уже прогревшемся и душном. К моменту, когда мы выехали на Даунинг-стрит, уныло, словно свинцовые, начали бить церковные колокола. Я вышла из экипажа, расплатилась с извозчиком и несколько минут в нерешительности стояла перед шеренгой суровых серых домов.

В них располагалось Министерство иностранных дел, в чьем ведении находились все зарубежные дела Британии, и здесь сидели начальники Слейда. Если кто-то и знал, что с ним случилось, так это, безусловно, они. Я, конечно, не могла быть уверена, что застану кого-нибудь на месте воскресным утром, но в некоторых окнах горел свет. Сделав глубокий вдох, я вошла. Франтоватый служащий занимал свой пост за стойкой в вестибюле.

— Чем могу служить, мадам? — спросил он.

— Я хотела бы видеть лорда Истбурна.

Этот господин был непосредственным начальником Слейда. Все эти три года я просматривала газеты в поисках каких-либо материалов, имеющих отношение к Слейду, и как-то прочла, что лорд Истбурн занял пост, освобожденный предыдущим начальником Слейда, лордом Ануином. Хитрый, эгоистичный и некомпетентный, лорд Ануин в свое время саботировал усилия Слейда и мои по спасению королевской семьи от безумца. Министр иностранных дел в наказание сослал лорда Ануина в Индию, на какую-то малозначительную должность. Там он полгода тому назад умер от холеры, я видела некролог. Как же я надеялась, что лорд Истбурн окажется на месте и сможет пролить свет на нынешнюю ситуацию, связанную со Слейдом.

— Лорд Истбурн сейчас занят, его нельзя беспокоить, — ответил служащий. — Приходите в другое время.

— Доложите ему, что пришла Шарлотта Бронте и что ей необходимо поговорить с ним о Джоне Слейде.

Не знаю, чье имя подействовало, но служащий сказал:

— Подождите минуточку, — и ушел.

Вскоре он вернулся, пригласил меня следовать за ним, провел через несколько плохо освещенных коридоров и впустил в кабинет. Лорд Истбурн поднялся мне навстречу. Это был высокий коренастый человек с грубоватыми крупными чертами лица и красной кожей, напоминавший деревенского поверенного. Наверное, он также вольготно чувствовал себя, гуляя по какой-нибудь вересковой пустоши, как и за этим массивным письменным столом, заваленным письмами и документами, написанными уверенным мужским почерком с сильным наклоном. На первый взгляд это был большой шаг вперед по сравнению с лордом Ануином, но я напомнила себе, что внешность бывает обманчива.

— Мисс Бронте, — сказал он, выходя из-за стола и пожимая мне руку. — Ваш визит — честь для меня. Меня ознакомили с тем, какую великолепную работу вы для нас проделали.

Я была рада, что он знает, кто я. Это избавляло от необходимости убеждать его в том, что я помогла Слейду спасти Британскую империю.

Лорд Истбурн усадил меня на диван, а сам уселся напротив в кресле.

— Если я что-то могу для вас сделать, только скажите.

Взгляд его карих глаз был проницателен, умен, но не лишен доброты. Я выложила ему историю о том, как увидела Слейда в Бедламе, и обо всем, что случилось после. Лорд Истбурн слушал с пристальным вниманием. Закончив, я сказала:

— Мне необходимо знать, что случилось со Слейдом. Я пришла к вам, потому что мне не к кому больше обратиться.

Выражение лица у него сделалось озабоченным.

— Вы ставите меня в несколько затруднительное положение. Информация о наших агентах строго конфиденциальна. — У меня упало сердце. — Но некоторая свобода действий у меня есть, и, учитывая тот факт, что вы рисковали жизнью ради нашей страны, я считаю себя обязанным кое-что вам объяснить.

Надежда возродилась во мне, я нетерпеливо наклонилась вперед:

— Где Слейд?

— Прежде чем мы обратимся к Слейду, я немного расскажу вам о задании, которое он получил от нас три года назад, — ответил лорд Истбурн.

Я постаралась подавить страх того, что он оттягивает момент, чтобы сообщить мне дурные вести.

— Слейд был послан в Россию, — начал лорд Истбурн.

— Это я знаю, он сказал мне перед отъездом.

— Что вы знаете о России?

— Я знаю, что Россия — это страна, где Европа встречается с Азией. — Поскольку Слейд отправился в Россию, я много читала о ней. — Она занимает площадь в миллионы квадратных миль, и ее население включает в себя монголов, славян, турок и татар. Они пишут кириллицей. Государственная религия — православие, в котором, насколько я понимаю, католицизм смешан с языческими обрядами.

— Это, так сказать, базовая информация, — сказал лорд Истбурн снисходительным тоном учителя, разговаривающего с умной маленькой девочкой. — Позвольте рассказать вам немного больше. В девятом веке Россия начиналась на территории современной Украины с горстки княжеств, возглавлявшихся местными князьями. В тринадцатом веке на них напали монголы. Россия объединилась под началом Ивана Грозного, который в пятнадцатом веке изгнал монголов. По его приказу хватали, бросали в темницы, пытали и казнили любого, кто противостоял его правлению. После его смерти наступил период смуты и гражданских войн, продолжавшийся до семнадцатого века, пока власть не перешла к династии Романовых, которая правит страной и поныне.

— Знаю, я изучала новейшую историю России. — Моя привычка гордиться своей образованностью взяла верх и заставила меня продемонстрировать лорду Истбурну свои знания, к тому же я надеялась придать динамику его уроку русской истории, чтобы поскорее перейти к Джону Слейду. — На протяжении последних двух веков Россия одержала множество побед в войнах с Турцией и Персией. В результате она захватила Крым и другие территории вдоль побережья Черного моря, Босфор и устье Дуная. Она включила в свой состав Грузию и Финляндию, часть Армении и распространилась на запад, в Польшу и Литву. Когда Наполеон вторгся в Россию в 1812 году, она оказала такое ожесточенное сопротивление, что он вынужден был отступить. Россия стала великой мировой державой, империей, простирающейся от Польши до Тихого океана и от Северного Ледовитого океана до Персидского залива. Сегодня Россия является соперницей Британии за контроль над Ближним Востоком. Ее влияние в этой части мира представляет собой угрозу для британских колониальных владений в Индии.

— Вы хорошо осведомлены, — сказал лорд Истбурн с уважительным удивлением. — Но позвольте мне расширить ваше понимание. Россия — отсталая, примитивная страна, которой правит сейчас царь Николай Павлович. Это тиран, обладающий неограниченной властью над своими подданными. У них нет никаких прав и нет свободы, которая делает нашу страну великой.

Он раздулся от патриотической гордости, потом помрачнел.

— У нас сложные отношения с императором Николаем. С одной стороны, мы благодарны ему за то, что он поддерживает порядок в Европе. Он очень решительно действовал, чтобы подавить революции и сохранить ныне существующие монархии. В 1849 году, например, в Австро-Венгерской империи поляки поддержали венгерских повстанцев, и он послал войска на помощь императору Францу-Иосифу, чтобы подавить мятеж. С другой стороны, мы рассматриваем Россию как угрозу, потому что император стремится к расширению своих территорий. У него почти миллионная армия, и Индия с ее богатствами для него — желанная и легкая добыча. Британия должна предотвратить вторжение России в Индию и сохранить свое влияние на Ближнем Востоке.

Все это было мне известно, но я заставляла себя вежливо слушать его.

— К счастью для нас, у царя есть внутренние проблемы, которые сдерживают его амбиции. В стране происходят гражданские беспорядки. Российская верхушка опасается, что подрывные идеи с Запада могут породить сокрушительную революцию в их стране. Чтобы держать в узде собственный народ, она создала тайную полицию, известную под названием третье отделение. Третье отделение ведет слежку за гражданами, подозреваемыми в революционной деятельности. Его сотрудники цензурируют все печатные материалы, расследуют преступления против государства, такие как саботаж и политические убийства. Зачастую они сами провоцируют революционеров на подобные преступления, а потом бросают их в тюрьму или ссылают без суда и следствия.

— Все это очень интересно, — перебила я его, — но какое отношение это имеет к Слейду?

— Миссия Слейда в России была двоякой, — ответил лорд Истбурн. — Он отправился туда установить контакты с русскими революционерами, снабжать их деньгами и делать все возможное для успеха их дела, чтобы ослабить царский режим. Что он и делал, представляясь русским ученым и журналистом. Второй его задачей было добиться такого положения в обществе, чтобы иметь возможность быть в курсе планов царя, касающихся его действий против Британии. С обеими задачами он справился, хотя подробности того, как это ему удалось, неясны.

Три года я гадала, чем занимается Слейд в России; теперь я это знала, но мне все еще было необходимо узнать что-нибудь, что имело отношение к сегодняшнему дню.

— Слейду удалось проникнуть в Кремль — в сам царский дворец, — продолжал лорд Истбурн. — Он был нашим лучшим агентом в Москве. Он тайно переправлял нам донесения, раскрывая секреты высших эшелонов российских правящих кругов. Но в январе нынешнего года его донесения перестали приходить, а вместе с этим и вообще прекратилось поступление секретной информации из Москвы. Мы ничего не знали вплоть до февраля, пока один из наших русских информаторов не объявился в Лондоне. Он сообщил, что Слейд оказался предателем.

У меня отвисла челюсть. После стольких перенесенных мною в последнее время ударов этот доконал меня окончательно и лишил дара речи.

— Судя по всему, Слейд выдал третьему отделению имена трех своих британских коллег-агентов, — сказал лорд Истбурн. — Третье отделение арестовало и расстреляло их всех. Наш информатор сообщил, что Слейд начал работать на царя в качестве эксперта по британскому шпионажу, международной политике и военной стратегии.

Дар речи вернулся ко мне наконец.

— Этого не может быть! Слейд никогда бы не предал свою страну или своих товарищей!

— Наш источник вполне надежен, — возразил лорд Истбурн. — К тому же его сведения были перепроверены целой группой агентов, которых мы специально посылали в Россию.

— Я отказываюсь в это верить! — От волнения я дрожала всем телом. — Где сейчас находится Слейд? Я должна выслушать его версию этой истории.

Лорд Истбурн взглянул на меня с сочувствием, которое показалось мне скорее зловещим, чем ободряющим. Потом сжал мою руку в ладонях, которые оказались теплыми, сухими и сильными. Этот задушевный жест наполнил меня ужасом, потому что я слишком часто видела, как священник подобным образом утешает тех, кто только что потерял близкого человека.

— Мисс Бронте, я знаю, какого высокого мнения придерживаетесь вы о Джоне Слейде. И мне горестно сообщать вам, что Слейд был казнен за предательство. Наши агенты выследили его в Москве и застрелили.

Даже несмотря на то, что я едва не лишилась чувств, ужас, гнев и решительный отказ поверить в услышанное захлестнули меня. Я вырвала руку из ладоней лорда Истбурна и закричала:

— Слейд жив! Я видела его вчера! Я ведь только что сказала вам об этом!

Сочувствие во взгляде лорда Истбурна сменилось жалостью.

— Кого бы вы ни видели, этот человек не мог быть Слейдом. Верите вы или нет в его предательство, вам придется смириться с фактом: Джон Слейд вот уже четыре месяца как мертв.


Тайные приключения Джона Слейда | Невероятные приключения Шарлотты Бронте | Глава десятая



Loading...