home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 27

— Я знаю, ты хочешь трахнуть меня.

Пэйтон поднял взгляд на человеческую женщину, которая обращалась к нему, и не сразу смог сфокусировать взгляд на ней… с другой стороны, тусовка в клубе «Голубой лед», в котором он часто тусил, была в разгаре, музыка громыхала, а он раскурил полдюжины косяков прежде чем взяться за выпивку.

А, и еще голубые лазерные лучи вспарывали задымленный воздух, плюс он уже пару дней толком не спал.

— Ты слышал меня? — промурлыкала она.

Женщина была одета в облегающее белое платье из латекса с глубоким декольте, выставляющим напоказ изумительные груди, и высоким разрезом, открывающим ноги. Туфли с ремешками были с таким подъёмом, что казалось, будто она стояла на пуантах, а ее темные волосы были завиты и рассыпаны копной по плечам и спине до поясницы.

В ВИП-секции она была богиней, главным призом этой ночи, самой горячей и красивой телочкой, и она хотела его. Почему? Едва ли он поразил ее разговорами… они обменялись стандартным «привет-как-дела». Черт, он даже не знал своего имени…

Ее имени. Он не знал ее имени.

Нет, дело в его шикарном костюме. Туфлях из страусовой кожи. Том факте, что они со своей компанией зашли с черного входа — где не приходилось волноваться за обувь, испорченную снегом, или утомительную очередь. Также свою роль сыграла элитная выпивка за VIP-столом; то, с каким почтением к нему обращалась охрана; стольники, которыми он разбрасывался при подаче напитков. Он не жалел денег, и она намеревалась использовать свои физические достоинства, чтобы запрыгнуть на денежный поезд.

И, хэй, он тоже весь в белом, поэтому да, их свела сама судьба.

— Давай замутим селфи, — сказала она, оседлав его ноги и достав телефон из сумочки, в которую мог вместиться разве что айфон. Маленький, а не размером с лопату.

— Нет. — Он вскинул руку. — Никаких фото.

Захихикав, она убрала телефон.

— Хочешь сказать, ты — селебрити? Я тебя не узнала.

Она поймала его руку и отточенным движением уложила на свое бедро.

— Я с Манхэттена. Завтра у меня съемка у реки. Ненавижу холод. Жаль, что я не в Майами.

С этими словами женщина откинула волосы назад с отрепетированным выражением «О, как я недовольна своей гламурной жизнью… и как же мне мешают волосы».

Призыв к спариванию от клубной потаскушки.

И, как правило, в это время он начинал строить планы о минете в темном закоулке. Но сейчас, по неясной причине, он мог думать лишь о… Если ты действительно хочешь быть сейчас в Майами, так прыгай в самолет. И, ради Бога, ты деньги отдала за накладные пряди. Если не хочешь, чтобы они закрывали твои сиськи, собери их в хвост.

Когда она снова заговорила с ним, он четко осознавал, что это ощущение «не-на-своем-месте» было непривычным для него. Оглянувшись на свою компанию, он увидел троих вампиров в стандартных шмотках из мужской секции «Нейман Маркус», троица бездельников, мало чем отличающихся друг от друга: костюмы могли варьироваться в разных оттенках синего или серого, но фасон был один, зауженные брючины и узкие лацканы, а под пиджаками виднелись рубашки с ненавязчивым узором. Часы — не «Ролексы», нет, слишком дешево. Они от «Адемар Пиге» и «Юбло»[69]. Грудные карманы набиты коксом или экстази. О, и в переулке их ждет водитель — на время, когда их совсем развезет от всякой гадости. Никакого «Убер», что вы.

И эта цыпочка в белом латексе прекрасно все понимала.

Она также пришла с группой поддержки, подруги из ее курятника уже оккупировали его приятелей.

Так что да, не обидят никого.

Он без особого интереса сжал ее талию, чтобы узнать, что стало причиной резкого изгиба — «спанкс» или же диеты… и то, и другое, судя по очертаниям корсета. Она была слишком тощей на его вкус.

Ему больше нравилась фигура Ново. Сила. Мощь. Твердость.

Блин, это не может происходить с ним. Он напоминал шнур, выдернутый из сети, его выход в свет впервые в жизни был спровоцирован скукой, а не апатией.

Девочка встала с него одним плавным движением, вытягивая руки над головой, и повернулась к нему задом. Она оглянулась через плечо, и ее пухлые губы шевелились, словно она говорила что-то, может даже начитывала лекцию по астрофизике.

Один из его приятелей наклонился к нему.

— Ты всегда получаешь самое лучшее. Но я дышу тебе в затылок.

И, как доказательство, мужчина развернул девчонку, которую подцепил, будто припарковал R8 рядом с 911[70] и сравнивал спойлеры двух тачек.

Пэйтон отвел взгляд… и голубой луч зарядил ему прямо в глаз.

По неясной причине, может, потому что от вспышки света вспыхнула мигрень, он подумал о своем отце. Когда Пэйтон пересек порог особняка, отец сразу же закатил невиданную истерику, подкрепленную фейерверком из серии «ты позоришь свой род». И, как и с этим представлением в клубе, он просто откинулся на спинку кресла и мысленно абстрагировался.

Он бросил отцу пару костей на затравку, а потом поднялся на верх — принять душ и переодеться. Три телефонных звонка — и вот он в клубе.

Сколько раз он поступал так?

Слишком много, не сосчитать…

Его подружка приземлила попку прямо на его ремень от «Гуччи» — кто-то из реперов пел об этом? — и начала ерзать.

Она была очень возбуждена. Он чувствовал по ее запаху.

Положив руки на ее бедра, он закрыл глаза и попытался проникнуться моментом.


***


Сэкстон какое-то время еще посидел в кухне Минни с кофейной чашкой, прислушиваясь к свисту ветра, просачивающемуся между щелей. Что он хотел на самом деле — это поговорить с кем-то, и в мыслях возникал лишь Блэй, но парень воспринял бы эти откровения как желание Сэкстона доказать, что он пережил трагедию и двигается вперед.

Есть в сексуальном влечении такая черта: его сила и мощь может создать иллюзию близости между двумя людьми. Когда тела тянутся друг другу, отчаяние и жажда требуют физического выражения, у мозга возникает желание подстроиться под тело путем создания мысленной и эмоциональной связи.

Таким образом, мнимой совместимости придается флёр глубокой внутренней связи.

На самом деле, не узнав человека, ты не знаешь его на самом деле. Как там говорят? Ты не узнаешь партнера, не побывав в совместном отпуске…

Проверенный вариант — знать кого-то на протяжении лет десяти.

Но правда в том, что Ран тоже не знал его. Мужчина не был в курсе его отношений с Блэем, проблем с отцом, его прошлом и его борьбе. А произошедшее в прошлом Рана? Это поистине ужасно, и Сэкстону было ненавистно, что мужчине пришлось пройти через это. Но он осознавал, что ему больше нравилась идея, что он оберегает скромного, застенчивого и чувствительного мужчину, что служит опорой и открывает ему новое в этой жизни.

Например, во время ужина он распланировал, куда еще хочет сводить Рана на ужин, попробовать вьетнамскую, тайскую, итальянскую кухни. И, несмотря на его обещание, все рестораны превышали возможности Рана в финансовом плане.

В своих мыслях он хотел предоставить ему возможность попробовать новые блюда и вкусовые сочетания.

Когда вытаскиваешь человека из скорлупы, очень важен контроль. Безопасность, потому, испытывая неизвестный и непривычный дискомфорт, он ищет в тебе опору.

А сейчас, когда Сэкстон стал свидетелем той драки, ему предстоит пересмотреть свои фантастические noblesse oblige[71]. Нежный гигант пережил пытки и не нуждается в чьей-либо защите.

Уронив голову на руки, Сэкстон подумал… вау, хорошо, что люди не делятся тайными мыслями с другими.

Потому что подобную правду лучше держать под замком. Каким же придурком он был, тревожась о своих мелких психологических драмах, учитывая, что пережил этот мужчина. Десять лет в клетке? Убей или убьют тебя? Метки за убийство?

С Сэкстоном никогда не случалось ничего и отдаленно похожего, и было сложно осознавать, что прошлое Рана сделало их роман чересчур реальным.

«Я замараю свою честь, если буду лгать тому, в кого начинаю влюбляться».

К слову о храбрости. Сказать такое и на самом деле иметь это в виду?

Выругавшись, Сэкстон поднялся на ноги. Он не помнил, когда успел снять пальто, но обнаружил его на стуле рядом с тем, на котором сидел только что и смотрел в пространство.

Натянув его, он вышел в гостиную и посмотрел на камин, на плитки вокруг очага. Он попытался представить Минни и ее хеллрена, которые пересекли океан, отправившись в неизвестные земли, под открытым солнцем, без сбережений, и защищала их только любовь.

Это — храбрость.

Покачав головой, он вернулся на кухню и, включив сигнализацию на панели возле двери в гараж, закрыл глаза и попытался сконцентрироваться. В конечном итоге он смог дематериализоваться, потоком молекул проскочив через щель у двери.

Сэкстон принял форму за многие мили оттуда, в другом конце города, на заднем крыльце Дома для аудиенций. Он зашел через кухонную дверь, а его мозг, казалось, отключился. Вокруг сновали доджены, делая… одному Богу известно, чем они занимались… и он даже обменялся парой слов с кем-то из них. В духе вопрос-ответ.

А потом он прошел в свой кабинет. Король сегодня отдыхал, но у него все равно было много бумажной работы… также надо было разобраться с тем, что сообщил ему Роф по телефону…

Или это было в другую ночь? В прошлый раз?

Другой…

Садясь за стол, он уронил голову на руки и попытался вспомнить, когда и о чем именно шла речь. Но мысли путались, не было когнитивной карты, которая бы волшебным образом закрыла собой творящуюся в голове кашу и помогла вернуться к номинально нормальному функционированию.

Стук в дверь заставил его вскинуть голову.

— А. Привет.

В кабинет вошел Брат Рейдж, заполняя все пространство своей ослепительной красотой, невероятными габаритами и мощной харизмой. Словно к нему для «поболтать» зашел Райан Рейнольдс[72], Веселый Зеленый Гигант[73] из рекламы замороженных овощей и дюжина мировых лидеров — все в одном флаконе.

— Хреново выглядишь, — сказал Брат, садясь напротив него. — Что происходит?

— О, да ничего. Тебе что-нибудь нужно?

— Да нет, на самом деле. Я принес Джорджу всякие жевательные вкусняшки. Только не рассказывай Фритцу, он взбесится. Так вот. Я проезжал мимо Petco[74]… черт, да что с тобой творится? Я серьезно. На тебе лица нет.

Сэкстон подумал, с чего начать, и в голове начал раскручиваться клубок мыслей. Рейдж тем временем достал вишневый леденец из кожаной куртки и сорвал обертку.

— Приём? У тебя припадок или что? — Рейдж блеснул идеальной белой улыбкой, когда пропихнул леденец мимо клыков. — Позвать врача?

— На самом деле, что мне нужно… — Сэкстон прокашлялся. — Не знаю, могу ли обсуждать с тобой этот вопрос.

Он не хотел ставить под удар отношения Битти с ее приемными родителями и Раном. Но к кому еще он мог обратиться?

— И я не хочу, чтобы этот разговор повлиял на что-то, — добавил он.

Рейдж пожал плечами.

— Ну, учитывая, что я не знаю, о чем ты хочешь поговорить, то не могу ничего обещать. Но я ровно отношусь к любым провокационным темам. Черт, я лучше всех выношу Лэсситера. Ну, ладно, лучше Вишеса — это факт. Хм, так себе показатель. Так в чем дело?

— Речь пойдет о Ране.

Рейдж отбросил показное легкомыслие.

— Что с ним?

— В частности, о его прошлом.

Брат мигом переменился, подался всем телом вперед, прищурив глаза и раздавив леденец коренными зубами.

— Что именно?

Взяв ручку из держателя, Сэкстон затеребил ее в руках, проворачивая колпачок. Снял его. Надел обратно.

— Я знаю, что Фьюри и Вишес отправлялись туда. — Сэкстон поднял взгляд. — В дом его бывшего работодателя. Узнали о его прошлом.

— Да.

— Ты тоже в курсе, что с ним случилось.

Повисла пауза.

— Да. Бойцовский ринг. Но откуда ты узнал об этом? Мы не распространяемся об этом из уважения к нему.

— Он рассказал мне. — Сэкстон покачал головой. — Не представляю, как можно пережить нечто подобное.

Рейдж откинулся на спинку и бросил взгляд поверх стола, его небесно-голубые глаза были такими яркими, что их свет мог отбрасывать тени.

— Могу я задать личный вопрос?

— Конечно.

— Ты думаешь о том, чтобы встречаться с ним? — Когда Сэкстон напрягся, Брат пожал плечами. — Хорошо, если так. В смысле, я же знаю, что у него нет женщины, и он никогда не состоял в браке.

— Я не знаю, что ответить на это.

— Но ты хочешь знать, не убьет ли он тебя во сне, верно? — Когда Сэкстон охнул, Рейдж вскинул руку. — Мэри оценивала его психический профиль. Ну, когда Битти пригласила его жить с нами, мы более чем хотели этого… алло, он же ближайший родственник нашей дочки. Но учитывая, что в доме живут Роф, Бэт и Роф-младший, мы не могли рисковать. Мэри провела с ним устные тесты, ведь он не умеет читать. Он прошел все обследования. Среднестатистический типаж, без психозов. Она сказала, что у него, естественно, полно проблем с ПТСР[75]. В смысле, после всего, через что он прошел, разве может быть иначе? И, не знаю… после сегодняшней ночи? Когда он напал на тех людей? Наверное, ему не стоит заниматься твоей охраной.

— Действительно.

— Он — хороший мужчина. Я доверяю ему. Тебя, как правило, нет рядом, когда он общается с Битти, но тебе стоит понаблюдать за ними. Каждый день перед тем, как она отправляется спать, они поднимаются вместе наверх. В ее комнате стоит стол для сбора мозаик. Они сидят там и собирают пазлы… честно говоря, эта хрень сводит меня с ума. К слову о психозах. Алло, сидеть с восьмью миллионами кусочков, которые невозможно взять пальцами, пытаясь подобрать их по цвету… что-то я отошел от темы. — Он раздавил леденец и начал жевать. — Они обожают пазлы. И в процессе Ран всегда тихим голосом рассказывает ей истории из жизни ее мамэн и дедушки с бабушкой. Каково это — взрослеть… он выстраивает картинку потрясающей жизни. В деревне, игры на улице, кони и овцы, мамэн и отец, которые так сильно любили Рана и его сестру. Это бесценно. На самом деле. — Рейдж рассмеялся. — И, только подумать, больше я не слышал, чтобы он где-то разговаривал.

Сэкстон кивнул.

— Я рад, что между ними установилась связь. И да, исходя из того, что я видел, они очень близки.

— Ран мне как сын. Без преувеличения.

— Я просто не ожидал… ну, не ожидал, что он мог пережить такое.

— Никто бы не подумал. — Рейдж забросил белую палочку с розовым кончиком в мусорку. — И, слушай, я уже поговорил с Мэри о том, что произошло сегодня. Она зайдет к Рану. Посмотрит, нужна ли ему регулировка, образно выражаясь. Она сильно помогла Зи с его проблемами, поэтому, трагично, но у нее достаточно опыта в работе с травмами.

— Я не осуждаю его. — Сказав это, Сэкстон поймал себя на том, что оценивает правдивость своих слов… и от этого почувствовал себя скверно.

— Хорошо. Потому что ты не должен. И ты не должен бояться его. Все заслуживают второго шанса. Я — тому доказательство.

— Ты прав. И он не напрашивался на это.

— Справедливо.

— Мне горестно при мысли об этом.

— Так почувствует себя каждый, кому доведется услышать его историю.

Будет ли мое сердце в безопасности с ним? — спросил себя Сэкстон.

И, если быть честным с собой, он бы задал этот вопрос вне зависимости от личности партнера.

— Хотел бы я видеть будущее, — пробормотал он.

— Иногда такое умение бы пригодилось в жизни. Жаль, что не могу помочь тебе чем-то большим.

— Спасибо. — Сэкстон улыбнулся. — Ты джентльмен, несмотря на внешнюю несерьезность.

— Не, с этим ты поторопился.

Спустя мгновение Брат поднялся и вышел, оставляя Сэкстона наедине со своими мыслями.

Сэкстон подошел к архиву и, опустившись на корточки, прижал большой палец к сенсорной панели, открывая замок. Там хранились материалы, касающиеся Братства Черного Кинжала и их семей, и он быстро нашел документы по удочерению Битти.

Достав файл, он перевернул обложку и быстро пролистал до последней страницы, где Ран «написал» свое имя.

Мужчина нарисовал автопортрет на строчке, где должна стоять подпись.

Сходство было поразительным, таким реалистичным, что Сэкстон скользнул пальцем по контурам его щек, и мог поклясться, что почувствовал тепло его кожи.

По неясной причине, он подумал о Блэе и Куине. Насколько он понял, Блэй всегда заботился о своем партнере, присматривал за ним, убеждаясь, что он максимально стабилен. Таким образом он выражал свою любовь еще до того, как были сделаны вербальные признания.

Чем дольше Сэкстон смотрел на рисунок, тем больше осознавал, почему Ран оказывает на него такое влияние.

У него были все шансы влюбиться в этого мужчину.

И значит, ставки очень высоки. Он знал слишком хорошо, какова на вкус безответная любовь. Их отношения? Имели еще больший разрушительный потенциал.


Глава 26 | Кровавая ярость | Глава 28



Loading...