home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


XI. До скорого свидания

Что же мне следует рассказать вам об этой церемонии, столь важной для моего романа? Что вы увидите, что услышите и поймете из несвязных обрывков моего рассказа?

Памятник возвышается посреди небольшой круглой площади. Еще укрытый белым покрывалом, он стоит здесь, как огромная тайна, которая с минуты на минуту откроется этой густой толпе, собравшейся вокруг, стекающейся сюда по улицам, выходящим на площадь, между высокими новыми домами. Под деревьями на школьном дворе выстроена разряженная детвора. Жарко и солнечно.

На невысокую трибуну поднимается министр. Речь министра. Затем по ступенькам поднимается мэр и тоже произносит речь.

Ровно в три часа покрывало начинает скользить и падает на мостовую, к подножию памятника.

Памятник на черном, как антрацит, цоколе вонзается в небо. Четыре серебряных завитка спускаются спиралями… Что это? Ртуть, живой металл в стеклянной оболочке? Или это блестит стекло, белое, зеленоватое на гранях? Будто гигантское экзотическое дерево…

В три часа пять минут солнечный луч падает прямо на памятник и перед толпой, ослепленной нестерпимым блеском, памятник приходит в движение… Спирали свиваются попарно, переплетаются, превращаются в колонны, раздвигаются, как створки дарохранительницы, и открывают огромную женскую голову. Голова сделана из того же материала, возможно, из толстого стекла, в толще своей цвета стоячей воды прозрачного и тусклого озера, и только глаза блестят и смотрят на толпу, прямо в глаза каждому, в глаза каждой. Вокруг шеи у нее, подобно черному блестящему ожерелью, выведены слова:

«До скорого свидания».

Толпа хранит молчание. Минута молчания. Памятник движется. Живые спирали расходятся, закрываются створки дарохранительницы, голова, взгляд исчезают… Спирали переплетаются, раздвигаются, открывая голову озерно-зеленого стекла… Блестящий взгляд вонзается в толпу…

«До скорого свидания».

И в третий раз начинают расплетаться завитки, прикрывая голову, но вдруг между солнцем и памятником набежало облако. Движение спиралей оборвалось, и в просвете между ними лишь угадывается очертание подбородка, губ, лба огромной головы.

Толпа восторженно зааплодировала, затопала ногами, зашумела.


Настоящая сенсация. Первый в мире живой памятник! Союз искусства и науки… Метод сомнительный: «произведение искусства» наподобие фосфоресцирующих статуэток мадонны, которыми торгуют в Лурде. Прием, недостойный художника, рассчитанный на восприятие безмозглой толпы… Новинка: движение в скульптуре… Ваятель пользуется новым материалом и изобретает перпетуум-мобиле. Красота материи. Красота формы, характерная для Фредерика Дестэна… Жили и без движения! Просто трюк в стиле театра «Шатле», пригодно разве что для паноптикума и его калейдоскопов! Позор… Памятник Режису Лаланду слишком велик для такой маленькой площади… А, возможно, и для самого Режиса Лаланда. Что сохранит память потомков: имя скульптора или того, в чью честь воздвигнут этот памятник? Ни то, ни другое, единственно, что будет жить в веках, – это красота самого памятника. Искусство. Эта женская голова! Божественно! Когда Фредерик Дестэн обращается к реализму, он превосходит самих греков… Это действительно портрет Мадлены Лаланд? Божественно! Какое потрясающее сходство!.. При таких масштабах трудно судить о сходстве… А что это за неизвестный материал, покорный солнцу… В этом медленном вращении спиралей, во взгляде женщины, смотрящей в глаза каждому, есть что-то смущающее, от чего хочется бежать прочь, а оторваться невозможно.

Тревожащий мысль памятник на маленькой площади на подступах к огромному Парижу начал привлекать к себе толпы людей. Вскоре с наступлением солнечных дней началось настоящее паломничество, люди окружали памятник и ждали, когда солнце ударит в живой металл – если только это был металл – и начнут вращаться вытянутые вверх спирали, открывая огромную тускло-зеленую голову, блестящие глаза которой смотрели прямо в глаза каждого. Этот взгляд подкарауливали, как солнечное затмение, хотя возникал он лишь вместе с солнцем. Появлялась голова, смотрела на вас, сулила вам «до скорого свидания», исчезала… Паломники, разумеется, не знали ни Режиса Лаланда, ни Фредерика Дестэна… Они приходили посмотреть на чудо и, казалось, готовы были просить у этой женской головы исцеления от всех недугов и утешения в горе.

Фредерик Дестэн не дал ни одного интервью для печати. Однако ходили слухи, будто сам он по поводу этого памятника говорит довольно-таки странные вещи… Но можно ли верить газетам, которые все выдумывают– не хуже историков? Так. уверяли, что Фредерик Дестэн спросил, между прочим, не текут ли слезы из блестящих глаз женщины? Подумать только!..


Когда, в каком году Мадлена Лаланд пришла посмотреть на этот памятник?

Какое, милые, у нас тысячелетье на дворе?

Была ночь. В ночном мраке неподвижно застывшие кольца круглили свои витки. Но даже в полутьме можно было разобрать выведенное на цоколе белыми буквами посвящение:

«Режису Лаланду – его отчизна».

Значит, Фредерик не написал «До скорого свидания», нет… не захотел.

Мадлена отступила: так было виднее; ночью памятник походил на фонтан, струи его взлетали много выше высоких домов, выше деревьев в школьном дворе.

Мадлена только что вернулась из долгого путешествия и не читала газет. Уже давно она не подписывалась на «Аргус». Позади памятника Режису деревья в школьном дворе шелестели своими голыми ветвями. Мадлена отступила еще, потом еще, пока не наткнулась на стену дома. Тогда, повернувшись спиной к памятнику, она пошла по улице между новыми домами. «Бедный Режис… Все всегда понимают не так».

Она удалялась от памятника и отсюда, с площади, казалась все меньше и меньше: она была во власти перспективы.

Париж, 1962–1964.

Le Grand jamais de Elsa Triolet

Перевод с французского Н. Жарковой

Оглавление

Первая часть

I. Покойник

II. Жена покойного и ее будущий любовник

III. Архивы

IV. Образ Режиса Лаланда кристаллизуется

V. «Дать почувствовать аромат»

VI. Режис Лаланд выходит в люди

VII. Режис Лаланд и молодые поэты

VIII. Неизменяющая изменница

IX. Первая жена

Х. Пишется История

XII. Кто же вы, Режис Лаланд?

XIII. Фокусы и шутки

XIV. Живые

XV. «Тетради Режиса Лаланда»

Вторая часть

I. Бродяга

II. Секреты Режиса Лаланда

III. Время – пространство в действии

IV. Мертвое время

V. Жили-были…

VI. You can't have the cake and eat itxi

VII. Бесконечность зеркал

VIII. Сыны Лоэнгрина

IX. Бутафория

Х. Свидание с временем

XI. До скорого свидания




Х. Свидание с временем | Великое Никогда | Примечания



Loading...