home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 8

Рахмаэль бен Аппельбаум сказал юной симпатичной и весьма одарённой в смысле бюста секретарше:

— Моё имя Стюарт Трент. Сегодня была телепортирована моя жена, и мне ужасно хочется проскользнуть за ней следом. Я понимаю, что вы уже собираетесь закрываться.

Он уделил своему замыслу достаточно времени. Это было его козырем, которому предстояло послужить для всех сюрпризом в игре.

Девушка устремила на него проницательный взгляд:

— Вы уверены, мистер Трент, что желаете…

— Моя жена, — решительно повторил он, — уже там. Она отправилась в пять часов. — После краткой паузы он добавил: — У меня два чемодана. Их несёт мой слуга. — В офис «Тропы Хоффмана» уверенно вошёл робот с парой пухлых чемоданов из искусственной воловьей кожи.

— Пожалуйста, заполните эти формуляры, мистер Трент, — произнесла в сексапильная секретарша. — Я попрошу техников «Телпора», чтобы они приняли ещё одного пассажира, поскольку, как вы сказали, мы действительно закрываемся.

Вообще-то, входные ворота были уже заперты.

Он заполнил бумаги, объятый холодным и безрассудным страхом. Господи, как он боялся! По сути в эту последнюю минуту, когда Фрея уже была перенесена на Китовую Пасть, он почувствовал, как его нервная система выбрасывает гормоны паники, и ему хотелось отступить.

Но план был слишком хорош. Если они кого-то и ожидают, то это будет Мэтсон Глазер-Холлидей. Никто не ждёт его, Рахмаэля.

Впрочем, несмотря на панику, он сумел заполнить формуляры. Потому что над его нервной системой довлело осознание лобной долей большого мозга безвозвратности развития событий после телепортации Фреи.

Её следовало отправить заранее именно потому, что он знал о собственной нерешительности. Фрея сделала из его нерешительности изящную западню — отправив её первой, он вынужден был завершить план. Что ж, это и к лучшему; в жизни необходимо находить способы преодоления самих себя… нет врага хуже, чем ты сам.

— Уколы, мистер Трент — Рядом встала медсестра из ТХЛ со шприцами. — Я попрошу вас снять верхнюю одежду. — Сестра указала на заднюю комнатку, он вошёл в неё и начал снимать одежду.

Вскоре уколы были сделаны, у него болели предплечья, и он вяло гадал, не ввели ли ему нечто смертельное под видом профилактических уколов.

Появились два пожилых техника-немца, оба лысые как бильярдные шары, и в специальных очках, положенных операторам «Телпора». При долгосрочном наблюдении после вызывало необратимое разрушение сетчатки глаза.

— Будьте любезны сэр, снимите всю остальную одежду, — произнёс первый техник. — Sie sollen ganz unbedeckt sein.[59] Мы не хотим, чтобы материя любого типа препятствовала силовому полю. Все предметы, включая ваш багаж, последуют за вами через несколько минут.

Рахмаэль полностью разделся и в страхе последовал за ними по отделанному плиткой коридору в неожиданно огромное и почти пустое помещение. Он не увидел в нём ни рядов разнокалиберных реторт в духе доктора Франкенштейна, ни кипящих котлов — только пару одинаковых столпов, под стать бетонным стенам хорошего теннисного корта, накрытых сферическими чашами терминалов.

Между этими столпами ему предстояло встать, словно покорному волу, после чего энергия поля устремится от полюса к полюсу, окутывая пассажира. И тогда он умрёт (если они знают, кто он такой) либо исчезнет с Терры с риском потерять жизнь или как минимум тридцать шесть лет.

«Боже мой, — подумал он. — Надеюсь, Фрея добралась благополучно. Во всяком случае, от неё прибыло краткое закодированное сообщение, из которого он знал, что у неё всё в порядке».

Об этом сказал ему Авва. Возрождённый в мозгу у Рахмаэля Авва, бессмертный и бестелесный, готовый слиться с одним из верующих.

— Мистер Трент, — сказал один из техников (он не мог определить, который; они казались ему одинаковыми), прилаживая на глаза очки. — Bitte, пожалуйста, смотрите вниз, чтобы ваши глаза не подверглись излучению поля; Sie versteh’n[60] опасность для сетчатки.

— Ладно, — кивнул он и почти застенчиво склонил голову. Затем поднял руку и прикоснулся к обнажённой груди, словно прячась или защищая себя от внезапного оглушающего и слепящего таранного удара, поразившего его одновременно с двух сторон.

Абсолютно равные силы заставили его застыть на месте, словно облитого полиэфирным волокном. Любой наблюдатель сказал бы, что он может двигаться. Но он был надёжно пойман в ловушку летящего от анода к катоду потока, представляя собой — ионное кольцо? Его тело влекло к себе поле, он чувствовал, как оно напитывает его словно растворителем. Вдруг поток слева прекратился. Он пошатнулся и непроизвольно глянул вверх. И подумал: «Авва, ты со мной?»

Но в его сознание не прозвучало ответа.

Два лысых очкастых «рейх-техника» исчезли. Он находился в значительно меньшей камере, где за старомодным столом сидел пожилой человек, тщательно заполняющий журнал соответственно нумерованным ярлыкам на огромной груде чемоданов и перевязанных бандеролей.

— Ваша одежде, — произнёс чиновник, — находится в металлической корзине под номером 121628 справа от вас. И если вас мутит, вы можете прилечь сюда, на кушетку.

— Со мной… всё в порядке, — сказал Рахмаэль. «Авва! — мысленно воззвал он в панике. — Неужели они уничтожили тебя во мне? Ты ушёл? Неужели мне предстоит пройти это испытание одному?»

Внутри него царило молчание.

Он нетвёрдой походкой направился к своей одежде. Одевшись трясущимися руками, неуверенно замер на месте.

— Вот ваш багаж, — проговорил бюрократ за стеклом, не поднимая глаз. Он походил на древнего кивающего божка, дремлющего за своими ритуалами. — Номера 39485 и 39486. Прошу забрать их с собой из помещения. — Он извлёк старинные золотые карманные часы, щёлкнул крышкой и взглянул на циферблат. — Нет, прошу прощения. Никто не следует за вами из новоньюйоркских филиалов. Можете не торопиться.

— Спасибо. — Рахмаэль поднял тяжёлые чемоданы и пошёл к большой двустворчатой двери. — Мне сюда? — спросил он.

— Вы выйдете прямо на авеню Смеющейся Ивы, — сообщил ему служащий.

— Мне нужна гостиница или мотель.

— Любой наземный транспорт подвезёт вас.

Служащий вернулся к своей работе, прекратив разговор. У него не было дополнительной информации.

Распахнув дверь, Рахмаэль вышел на тротуар. И застыл на месте как вкопанный.


* * * | Избранные произведения. II том | * * *



Loading...