home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 15

Картрайт шел к люку.

— Лучше будет, если вы сейчас исчезнете, — сказал он Бентли. — Я хочу поговорить с Верриком.

Прибежала группа телепатов и служащих.

Шеффер отдал краткие указания.

— Это ничего не даст, — сказал он Картрайту. — С равным успехом он может остаться здесь. Он не может покинуть станцию и Веррик знает, что он здесь. Лучше постараться раз и навсегда поставить точки над «i».

— Веррик имеет право войти сюда? — нетерпеливо спросил Бентли.

— Разумеется, — ответил Картрайт. — Это общественная станция, и он не убийца, а обычный гражданин.

— Вы сможете остаться? — спросил Шеффер у Бентли. — Это, может быть, несколько чревато.

— Я остаюсь.

Через люк пролезла небольшая группа прибывших во главе с Верриком. Они сняли комбинезоны и недоверчиво оглядывались.

— Салют, Веррик, — сказал Картрайт.

Они пожали друг другу руки.

— Идите сюда. Вот кофе. Мы только что окончили обедать.

— Спасибо, — сказал Веррик. — С удовольствием.

Он выглядел суровым, но спокойным. Вслед за Картрайтом он последовал в столовую.

— Вы ведь знаете, что Пеллиг улетел?

— Да, — ответил Картрайт. — Он направляется к астронефу Джона Престона.

Остальные прибывшие вошли следом за ним и расселись за уже убранным Мак — Милланами столом. Роботы спешно расставили чашки с блюдцами. Бентли расположился рядом с Ритой О’Нейл, по возможности подальше от Веррика, который увидел его, но, казалось, не обращал на него никакого внимания. Шеффер, телепаты и служащие сели в стороне и сразу включились в разговор.

— Полагаю, что он найдет его, — сказал Веррик. — В момент нашего отбытия из Фарбена он был уже на расстоянии тридцати девяти астрономических единиц.

Он взял чашку черного кофе и с жадностью приник к обжигающей жидкости.

— Спасибо. Сегодня немало всего произошло.

— Что, по — вашему, сделает Мур, если ему удастся овладеть открытиями Престона? — спросил Картрайт.

— Трудно сказать. Мур — одиночка. Я снабжал его необходимым оборудованием, я он работал над своими проектами. Этот парень — необычный, блестящий талант.

— Он произвел на меня такое же впечатление. Он единственный автор проекта Пеллига?

— Это была его идея. Я его санкционировал. Я знал ему цену и не пытался объяснить ему, что следует делать.

В столовую бесшумно вошла Элеонора Стивенс. Очень взволнованная, она, сцепив руки, постояла мгновение в нерешительности, затем молча, с выражением испуга на лице села в дальнем углу, почти растаяв в полумраке.

— Я хотел бы знать, где вы были, — спросил ее Веррик. — Ведь вы опередили меня на… — Он посмотрел на часы. — Всего на несколько минут.

— Вернется ли к вам Мур, если ему удастся достичь желаемого? — спросил его Картрайт.

— Сомневаюсь. У него не будет для этого достаточно серьезных оснований.

— А его клятва?

— Он никогда не придавал большого значения такого рода вещам. — Взглядом черных глаз Веррик быстро скользнул по зале. — Это похоже на своеобразную моду среди наших блестящих молодых людей. По — моему, сейчас клятвы не имеют больше той ценности, что раньше.

Бентли хранил молчание. Его оружие было холодным и влажным от вспотевших рук. На столе перед ним стыл нетронутый кофе. Рита О’Нейл нервно курила сигарету за сигаретой.

— Вы собираетесь созывать второй Конвент Вызова? — спросил Картрайт Веррика.

— Не знаю. Во всяком случае, не сразу. — Веррик сплел пальцы, с интересом осмотрел получившуюся массивную пирамиду и вновь развел руки. Его отсутствующий взгляд заблуждал по зале. — Я здесь в первый раз. Станция принадлежит Директории?

— Мы всегда стараемся все предусмотреть, — сказал Шеффер. — Вы, конечно, помните космическую станцию около Марса, которую мы в свое время приготовили для вас? Она была построена во времена господства Робинсона.

— Робинсон… Да, помню. С тех пор уже прошло десять лет. Как давно…

— Зачем вы прибыли сюда? — взорвалась Рита О’Нейл.

Веррик недовольно нахмурил брови. Он вопросительно посмотрел на Картрайта, который пояснил:

— Это моя племянница.

Он представил их друг другу. Рита, опустив глаза в чашечку с кофе, поджав губы и сжав пальцы рук, хранила молчание. Казалось, Веррик забыл о ее существовании и вновь задумчиво сплел пальцы в пирамиду.

— Да, — наконец произнес он. — Не знаю, что рассказал вам Бентли, но, надеюсь, вы понимаете мое теперешнее положение.

— То, чего Бентли не рассказал мне, Шеффер сам прочел в его мозгу, — ответил Картрайт.

Веррик пробормотал что — то, затем спросил:

— Стало быть, нет необходимости в том, чтобы я давал вам объяснения?

— Нет, — подтвердил Картрайт.

— Я не склонен обсуждать действия Херба Мура. Что касается меня, то это дело решенное. — Он запустил руку в карман и вынул огромный суперскорчер, который положил напротив своего стакана с водой. — Однако я не могу убить Бентли, пока мы сидим за столом. Я подожду.

Ему в голову пришла одна мысль.

— На самом деле я не обязан убивать его здесь. Он может меня сопровождать, и я убью его где — нибудь по дороге.

Шеффер переглянулся с Картрайтом. Веррик не заметил этого. Он смотрел прямо на свой скорчер и на свои огромные лапы.

— Эти детали неважны, — сказал Картрайт. — Но лучше было бы поставить точки над<i>. В настоящее время Бентли связан клятвой со мной. Он произнес клятву посту Ведущего Игру.

— Это невозможно, — сказал Веррик. — Он нарушил клятву, связывающую его со мной. Это лишает его возможности принести другую клятву.

— Мне не кажется, что он нарушил клятву, связывающую его с вами, — сказал Картрайт.

— Вы предали его, — пояснил Шеффер.

Веррик долго размышлял, затем сказал:

— Я не вижу никакого предательства. Я выполнял все возложенные на меня обязательства.

— Это абсолютно неверно, — перебил его Шеффер.

Осмотрев напоследок свой скорчер, Веррик, ворча, сунул его в карман.

— Надо бы проконсультироваться, — сказал он. — Попробуем вызвать судью Уоринга.

— Это я нахожу приемлемым, — согласился Картрайт. — Желаете ли остаться здесь до его прибытия?

— Спасибо, — ответил Веррик. — Я ужасно устал. — Он огляделся. — Здесь, по — моему, идеальное место для отдыха.

Судья Феликс Уоринг был старым ворчливым карликом, одетым в черный, изъеденный молью костюм и старомодную шляпу. Этот белобородый старик был самым известным в Системе юристом.

— Я знаю о вас, — пробурчал он и одарил Картрайта взглядом. — И о вас также, — добавил он и чуть кивнул Веррику. — О вас и о вашем миллионе долларов. Ваш Пеллиг развалился, не так ли? — Он усмехнулся. — Пеллиг не вызвал у меня доверия. Слишком мало мускулов.

На станции было «утро». Из корабля, привезшего судью, непрерывным потоком выходили Мак — Милланы — информаторы, бюрократы Директории и служащие Холмов. Техники инквик — связи, прибывшие в своем корабле, тянули через всю станцию кабель. К полудню станция превратилась в гудящий улей.

— Все в порядке? — спрашивал высокий служащий Директории у техника инквик — связи.

— Не совсем. Что это такое вон там?

— Зала для игр.

— Подойдет превосходным образом. Может, акустика здесь и не очень хорошая, но это не страшно.

— Ну, нет! Мы не хотим эхо. Выберите помещение поменьше.

— Не сломайте шар, — сказал солдат группе рабочих, тянувших кабель. — Не бойтесь, он прочный. Все было построено с учетом туристов и пьяных буянов.

Зала для игр была полна мужчин и женщин в пестрых костюмах для отдыха. Они бегали и играли, а между ними техники устанавливали столы и аппаратуру. Как всегда неловкие Мак — Милланы виднелись повсюду.

Один Бентли, в углу, мрачно смотрел на оживленную суету игравших.

В моде были крокет, ручной мяч и футбол. Интеллектуальные игры были запрещены. Это была станция физического отдыха, и все игры на ней имели целебное значение.

В нескольких шагах от Бентли молоденькая девушка с фиолетовыми волосами быстрыми движениями рук складывала сложные узоры из тканей разных цветов и фактур на полихромной трехмерной шахматной доске.

— Здесь приятно, — сказала ему Рита на ухо.

Он согласно кивнул.

— У нас есть еще немного времени до того, как они начнут, — сказала Рита.

Она задумчиво бросила пестрый диск в самую гущу роботов — гусей. Как и полагается, один гусь упал замертво. Это было сразу же отмечено на светящемся табло.

— Хотите сыграть во что — нибудь, немного поразмяться? Мне страсть как хочется попробовать себя в некоторых из этих игр.

Рита впереди, Бентли сзади проследовали в гимнастический зал.

Солдаты Директории, скинув униформу, измеряли с помощью специальных приспособлений свои магнитные поля, динамические лучи, способность ходить под искусственной сильной гравитацией и прочие свои мускульные возможности. В центре зала группа людей с интересом наблюдала за борьбой между солдатом и роботом.

— Для здоровья просто великолепно, — зло произнес Бентли.

— А я обожаю это место. Вам не кажется, что Леон воспрянул духом? Он сейчас выглядит наилучшим образом с момёнта исчезновения Пеллига.

— Без сомнения, он доживет до глубокой старости, — ответил Бентли.

— Зачем вы так говорите? Вы ни к кому не можете быть милостивы? Вы думаете только о себе.

Бентли отошел от нее. Но через мгновение Рита вновь была рядом.

— Сможет ли судья Уоринг принять решение под шум всех этих энтузиастов?

Они остановились перед высоким длинным гамаком, в котором загорали распластанные под солнцем тела.

— Все развлекаются. Даже у Мак — Милланов хорошее настроение. Опасность миновала. Убийца исчез.

Она радостно скинула свою одежду, доверила ее механическому сторожу и бросилась в трепещущий гамак. Контрполе низкой гравитации расслабило ее тело, она с головокружительной быстротой завертелось в глубоком гамаке, затем, красная и задыхающаяся, выскочила из него, стараясь удержаться за какой — нибудь неподвижный предмет.

Бентли помог ей сохранить равновесие.

— Я забыла о слабой гравитации. — Возбужденно смеясь, она высвободилась из его рук и еще глубже нырнула в гамак. — Идите сюда! Я никогда не думала, что это может быть так забавно.

— Я ограничусь созерцанием, — ответил Бентли. Он не заразился ее весельем.

Гибкое, ловкое тело Риты исчезло. Гамак ходил ходуном. Наконец она вынырнула на поверхность и томно разлеглась, подставив свое мокрое от пота тело палящим лучам искусственного солнца. Закрыв глаза, она сладко зевнула.

— Как хорошо отдыхать, — прошептала она.

— Это идеальное место для отдыха, — сказал Бентли, перефразируя Веррика. — Если нет других забот.

Рита не ответила ему. Она уснула.

Засунув руки в карманы, Бентли стоял неподвижно посреди этого коловращения движений, красок и игр.

В стороне Картрайт беседовал с человеком с могучим торсом и мрачным лицом. Это был Гарри Тейт. Он — президент Инквик — службы и сейчас поздравлял Ведущего Игру со счастливым исходом в единоборстве с первым убийцей.

Бентли наблюдал за ними, пока они не ушли. Затем он перевел взгляд и оказался нос к носу с Элеонорой Стивенс.

— Кто эта девушка? — спросила она твердым и ясным голосом.

— Племянница Картрайта.

— Вы давно ее знаете?

— Я с ней только что познакомился.

— Она хорошенькая, но она ведь старше меня? — Лицо Элеоноры стало холодным, как металл. Она натянуто улыбнулась. — Ей должно быть, по крайней мере, тридцать.

— Ну, не совсем, — сказал Бентли.

Элеонора пожала плечами.

— Впрочем, это неважно.

Внезапно она отошла от него. Он последовал за ней.

— Хотите что — нибудь выпить? — спросила она его, не оборачиваясь. — Здесь так жарко, а от всех этих криков у меня вообще разболелась голова.

— Нет, спасибо, — сказал он, пока она выбирала в стенной нише коктейль. — Я воздержусь.

Вертя в руках стакан с коктейлем, Элеонора сделала несколько шагов.

— Они сейчас начнут. И решать будет этот старый козел.

— Я знаю, — спокойно ответил Бентли.

— Он абсолютно не в курсе дел. Веррик заставит его плясать под свою дудку, как он это сделал с Конвентом. Есть ли что — нибудь новое о Муре?

— По просьбе Картрайта служба Инквик установила свои экраны. Веррик не препятствовал, словно это его не касается.

— И что они показывают?

— Я не ходил смотреть.

Бентли замер. Сквозь полуоткрытую дверь он только увидел стол, стулья, записывающую аппаратуру.

— Что, это и есть…

— Они оборудовали эту комнату.

Внезапно она закричала:

— Тэд, умоляю тебя, увези меня отсюда!

В дверь только что прошел Риз Веррик.

— Он знает — сказала она ледяным голосом. — Я приехала, чтобы предупредить тебя. Он знает это, Тэд.

— Это ужасно, — невыразительно произнес Бентли.

— Тебе все равно?

— Я в отчаянии, но я не могу ничего сделать против Риза Веррика. Если бы можно было что — то сделать, полагаю я сделал бы, хотя и не уверен в этом.

— Ты можешь его убить! — В ее голосе послышались истерические нотки. — Ты вооружен. Убей его, пока он не убил нас обоих!

— Нет, я не буду убивать Риза. Веррика. Это исключено. Я подожду дальнейшего развития событий. И хватит об этом.

— И со мной тоже… хватит?

— Ты знала о существовании бомбы?

Элеонора задрожала всем телом.

— Что я могла сделать?

Обезумев от страха, она шла за ним сквозь сверкающую, смеющуюся толпу.

— Тэд, я ничего с этим не могла сделать. Ты согласен, Тэд?

— Ты знала об этом во время нашей совместной ночи и тем не менее посоветовала мне работать с вами.

— Да! — Она с вызовом преградила ему путь. — Да, я знала это. Но все, что я говорила тебе той ночью, правда. Все, Тэд.

— О, господи! — пробормотал Бентли, с отвращением отводя глаза.

— Выслушай меня! — Она умоляюще взяла его за руку. — Риз тоже знал. Все знали. С этим ничего нельзя было поделать: кто — то должен был быть в теле в тот момент, так ведь?

Он резко высвободился, и она, задыхаясь, побежала за ним.

— Ответь мне! — завопила она.

Бентли попятился назад, потому что перед ним прошел старик, бормоча что — то в свою седую бороду. Он вошел в комнату и шумно положил на стол огромную книгу, которую все время таскал подмышкой. Не спеша высморкавшись, он критически оглядел расставленные стулья и занял место во главе стола. Риз Веррик, сидевший с холодным видом напротив окна, обменялся с ним несколькими словами. Мгновение спустя появился и Картрайт.

Медленно и как бы сожалея, вновь застучало сердце Бентли.

Заседание начиналось.


Глава 14 | Вино грез. Сборник | Глава 16



Loading...