home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 3

Когда они прыгнули сквозь кольцо, их подхватил сильный порыв ветра. Казалось, время остановилось, и они летят по воздуху. Наконец ноги коснулись земли. Путники огляделись, постепенно приходя в себя.

Никаких следов трактира Рука с его болтающейся вывеской. Черных стражников тоже не видно.

Уже почти рассвело. Вокруг расстилалась бесплодная равнина, усеянная красноватыми камнями, то округлыми, то зазубренными; размеры их колебались от горошины до среднего арбуза. И больше ничего: ни деревьев или какой — то другой растительности, ни холмов, ни источников», ни намека на жилье — лишь бескрайняя пустыня.

Зифон отыскал взглядом бурдюки с водой. Они уцелели, значит смерть от жажды им не грозит. Пока не грозит.

Тамир потрогала камень. — На ощупь напоминает неглазурованный фарфор.

Зифон посмотрел на Котфу. — А ты напоминаешь кенгуру, если бы не длинные уши.

— Никогда не слышал о кенгуру, — ответил Котфа. — Я и насчет уорробо не очень — то задумывался — до последнего времени. — Он сделал несколько прыжков. — Послушай, приятель, ты хоть знаешь, куда нас занесло?

— Одно ясно, как день: это не море Псиатль. Я то хотел попасть именно туда и, может быть, найти там то, что ищу.

— Я бы сказал: немножко промахнулся, как и в фокусе с кроликом. Правда, попрыгать иногда тоже неплохо. — Котфа сделал еще скачок, на этот раз футов на шесть.

— Да и чаек что — то не видно, — сказала Тамир, поднимаясь. — Как, впрочем, и черно — оранжевых негодяев, а это уже лучше. — Она всмотрелась в даль. — Куда ни глянь, все камни да камни…

— Спасибо тебе, Бейнсток, где бы ты сейчас ни был, — мрачно изрек Зифон.

Девушка щелкнула пальцами. — Держу пари, мы угодили в Грибб. Я слыхал о нем — странная пустыня по соседству с неисследованной областью. Когда — то здесь была каменистая равнина, а потом задули сильные ветры, превратили землю в пыль и унесли — и вот что осталось.

— Ну что, Котфа, хочешь, чтобы я снова превратил тебя в человека? — спросил Зифон.

— Судя по твоим фокусам, трудно сказать, кем я в конце концов окажусь, — покачал головой Котфа, так что его длинные уши запрыгали. Левое упало на глаз, и он заморгал. — Нет ничего лучше, чем отшлепать себя по щекам собственными ушами, чтобы голова соображала как следует!

— Все будет в порядке. Вернуть тебе прежний вид — дело пустячное: ведь форма уже известна. Остается только переместить тебя из формы уорробо в человеческую. Я вполне уверен, что мне это удастся.

— Вполне уверен? — Котфа задумался. — Пожалуй, лучше мне временно остаться уорробо, пока мы застряли в этом Гриббе. Так я смогу двигаться быстрее и разведывать окрестности. Будет больше толку. Там, в Праале, ты спас мне жизнь. У старика Нокстры полно гнусных игрушек, вроде той дыбы, на которую меня вздергивали. Так что я теперь твой должник. И если я могу чем — то отплатить…

Тамир приподняла бровь. — Как воин ты не знаешь себе равных. А ты как считаешь, Зифон?

Волшебник чуть заметно усмехнулся. — Что ж, пожалуй. А о трехгорбой зебре тебе слышать не доводилось?

— Нет.

Тамир улыбнулась. — Еще услышишь!

— Должно быть, ездить на ней не очень — то удобно, — поразмыслив, сказал Котфа.

— Это маленькая фигурка. Нам необходимо ее разыскать, — объяснил Зифон. — Твоя помощь нам пригодилась бы.

— Что ж, я готов, пока мы не вернулись туда, откуда пришли. Сейчас я не при деле. А любовь к приключениям у меня в крови. Неподходящее качество для раба. — Для пущей выразительности Котфа стукнул хвостом по земле.

— Это точно, — рассмеялась Тамир. — Если мы не отправимся на поиски зебры, нам грозят любые напасти. Представь себе: Зифон будет все время говорить стихами!

Зифон устремил взгляд в пространство. — Если вдруг случится конец света… И не только этого.

— Я сам иногда могу спеть, — сказал Котфа. — Правда, не все мои песни уместны в смешанной компании. Одна из любимых — про служанку по имени Милбак…

Зифон поднял руку. — Прежде, чем перейти к песням и стихам, давайте сначала решим, куда нам идти, чтобы выбраться из Грибба, если это действительно он и есть. Судя по движению солнца, восток должен быть там, — он махнул рукой. — Как раз в той стороне на горизонте что — то темнеет, может быть, лес или вода.

— Или мираж, — Тамир изо всех сил старалась разглядеть темную линию, о которой говорил Зифон. — Лично я ничего не вижу.

— Сейчас посмотрю. — Котфа попробовал передвигаться быстрыми скачками, но сначала у него это выходило довольно неуклюже. Наконец он опустил передние лапы на землю и, резко выбрасывая вперед мощные задние конечности, запрыгал, как мячик, отталкиваясь хвостом при каждом высоком пружинистом скачке.

— Котфа прав: в человеческом обличье он никогда не сумел бы двигаться так резво. Потрясающая скорость. — Тамир отхлебнула из бурдюка.

— Его уже почти не видно. Пойдем — ка следом.

Красноватые булыжники сверкали под лучами восходящего солнца. В Гриббе царило безмолвие, нарушаемое только звуком их шагов. Тамир подобрала несколько камешков, подбросила в воздух и попыталась поймать.

Они шли, не останавливаясь, уже полчаса, когда увидели вдали стремительно приближающуюся точку. Вскоре она превратилась в уорробо. Они остановились и помахали ему.

— Сдаемся, ты выиграл скачку, — крикнула Тамир. Уорробо был уже совсем рядом, уши летели вслед за ним по ветру.

— Что вам здесь нужно, незваные гости? — прорычал зверь, остановившись перед ними.

— Котфа? — вырвалось у Тамир, но она тотчас же поняла свою ошибку. Этот уорробо был крупнее, и мех у него рыжее, почти такого же цвета, как сверкающие красные камни. И левое ухо не падает на глаз.

— Мы пришли с миром, — сказал Зифон, глядя прямо в глаза зверю. — Я — Зифон, а он Тамир. Если это земля уорробо, то мы вовсе не собирались вторгаться в ваши владения.

Зверь разглядывал их, приняв подобие боевой стойки.

— Я — Унана. После вашего последнего нашествия мы выставили здесь разведчиков.

— Мы никогда не бывали здесь раньше. Уорробо фыркнул. — Все люди на одно лицо — коварные захватчики. Не ждите радушного приема.

— Не все из нас коварны. Большинство настроено к вам вполне дружелюбно. — Тамир старалась держаться непринужденно, хотя и сознавала, что уорробо опасен. Она помнила рассказы о том, что эти животные, в обычных условиях миролюбивые травоядные, в гневе бьются насмерть. Опираясь на хвост, они разрывают противника ударами задних конечностей, мощных и когтистых. — Мы просто прохожие. Наш друг, тоже уорробо, обогнал нас, чтобы поискать воды. Его зовут Котфа. Может, ты его знаешь?

Унана бросил на нее недоверчивый взгляд. — Я знаю всех здешних уорробо. Среди них нет ни одного по имени Котфа.

— Он не отсюда родом, — вмешался Зифон. — Мы путешествуем вместе.

— Люди и уорробо — вместе? — фыркнул Унана. — Может, когда — то так и бывало, да только не теперь! Люди забредали сюда и раньше. Тоже прикидывались друзьями, а сами только и думали, как бы убить наших детенышей. Нам пришлось позаботиться, чтобы этих убийц осталось как можно меньше.

— Человек еще не значит — убийца. Ведь мы не собираемся никого убивать. И у нас действительно есть друг среди уорробо.

— Очень сомневаюсь. Вы пойдете со мной.

— Куда? — спросила Тамир.

— А если не пойдете, все равно погибнете в Гриббе. Кое — кто из людей ослеп от блеска, который идет от камней, когда солнце поднимается высоко. Другие сошли с ума и дни напролет бродили по кругу. Я отведу вас в лагерь уорробо… Там есть вода. Вашу судьбу решит совет. Если он сочтет, что вы безобидны, вам позволят пройти.

— А как же наш друг..? — возразила Тамир.

— Если он действительно уорробо, то легко найдет вас по следу.

— Будем надеяться, — пробормотала Тамир. Унана запрыгал прочь, потом остановился и выжидательно уставился на них.

— Придется идти за ним. Надеюсь, он не ошибается на счет способностей Котфы как следопыта. Не хочется бросать его на произвол судьбы. Он мельче и к тому же не знает их обычаев, запретов и даже их боевых приемов, если дойдет дело до драки. — Зифон подхватил бурдюк. — Осталось на самом донышке. По крайней мере, Унана обещал нам воду. Да и особого выбора у нас нет. Вот только кто поручится, что так враждебно настроенный Унана не причинит им вреда…

Судя по тому, сколько раз уорробо исчезал, каждый раз возвращаясь, чтобы проверить, следуют ли пленники за ним, двигались они не очень — то быстро.

— Ну впрямь мамаша, поторапливающая своего малыша. — Тамир допила остатки воды. — Надеюсь, он не врет про воду.

Солнце поднималось все выше, и блеск красных камней становился все ярче и горячее, как будто в них разгорались искры пламени. Ноги жгло даже сквозь сапоги. Отражаясь от камней, красный свет заливал лица Тамир и Зифона, так что они казались обгоревшими. Даже одежда приобрела красновато — оранжевый оттенок. В горле пересохло, но они не решались прикончить скудный запас воды.

— Вполне понятно, что человеку, застрявшему здесь надолго, грозит слепота, — сказала Тамир, прищурившись, чтобы различить в красноватом сиянии силуэт Зифона.

Зифон вытащил из своего мешка два зеленых платка и дал один ей. — Вот, завяжи глаза. Он тонкий, так что сквозь него все видно, — вторым он повязался сам. — Все отдал бы за пару темных очков!

Они молча плелись вслед за уорробо и часа через полтора догнали его. Унана сидел под высоким деревом с узкими колючими листьями, росшим в нескольких футах от сверкающих камней. Землю покрывали сухие иглы и трава.

Тяжело дыша, Тамир и Зифон стащили с лиц повязки.

— У людей глаза слабые, не то что у нас, уорробо, — заявил Унана.

— Кто бы спорил, — ответила Тамир, валясь на землю.

— Вода вон там, за той высокой травой, — Унана махнул лапой в сторону зарослей деревьев с поникшими ветвями, покрытыми овальными листьями. — Если хотите, можете напиться, — он наклонил голову, ухо упало на плечо.

— Спасибо, я бы не прочь и окунуться. — Тамир вскочила, ощутив прилив энергии от одной мысли о прохладной воде.

Вместе с волшебником они побежали в том направлении, которое указал им уорробо. Вот и густая, высокая трава… И тут земля внезапно ушла у них из — под ног. Мгновение — и они очутились на дне ямы, устланной листьями и мхом. Окружность ее составляла футов тридцать, а глубина — все сорок.

— Унана! — взревел Зифон.

Над ним появилась мохнатая голова с длинными свисающими ушами.

— Надеюсь, вы не ушиблись? — осведомился уорробо.

— Спасибо, что указал нам путь к журчащему ручью, — сказала Тамир, вытряхивая хвою из волос и одежды.

Унана сбросил в яму два предмета. Тамир и Зифон непроизвольно отодвинулись.

— Это ваши бурдюки, — пояснил уорробо, — попозже вам принесут еду. Совет соберется, как только мне удастся его созвать. А чтобы вы не удрали, к вам приставят часового.

— Не можем прийти в себя от вашего гостеприимства, — парировал Зифон.

В яме стоял полумрак — свет едва пробивался сквозь высокую траву, кроны деревьев и кустов.

Зифон обошел яму по окружности, исследуя каменистые стены, кое — где покрытые землей. Из трещин торчали пучки травы и корни. Он ухватился за корень и потянул, проверяя его на прочность, но тот остался у него в руках.

После знойного Грибба в яме было прохладно. Тамир протянула руку — ком земли скатился вниз, на листья и мох. Лучи света начертили на стенах прихотливые узоры. Девушка не любила замкнутых пространств, но сочла, что лучше держать такие мысли при себе.

— Еще хорошо, что приземлились мы довольно мягко, все кости целы. — Она прислонилась к гладкой стене. — Даже подушка есть, мох, что ли…

Подушка хрюкнула.

Тамир вскочила и столкнулась с Зифоном; он обнял ее за плечи, девушка прижалась к нему.

— Зифон, она живая! Наверное, это демон, чтобы мучить нас…

— Скорее всего, просто еще одна жертва хитроумного уорробо. Если так, то я — Зифон, а вот он — Тамир.

Подушка снова захрюкала, а под конец произнесла:

«Аррамог».

— Лучше, пожалуй, опуститься пониже. — Зифон встал на колени, потом сел, чтобы получше рассмотреть собеседника. Тамир последовала его примеру.

Ее глазам предстал темный пушистый комок, трясущийся мелкой дрожью. — Испугался, малыш? Не бойся, мы тебя не обидим. Надеюсь, я не придавил его, когда плюхнулся сюда.

— Жаль, фонарика нет. Попробуем что — нибудь сообразить… — Зифон достал четыре белых шарика и начал ими жонглировать.

Летая по кругу, шарики испускали слабое сияние, осветившее зеленоватые стены, листья и мох, покрывающие дно, и мигающий меховой комок, припавший к стене. Правая передняя лапа зверька была неестественно вывернута.

— Попробуй проникнуть в его мысли, Тамир, понять, что он чувствует. Ты умеешь врачевать?

— Только травами и лесными плодами.

— Выбрось из головы все посторонние мысли и постарайся настроиться на него. У тебя должно получиться.

Тамир старалась вовсю, на время забыв собственные тревоги и страхи. Несколько минут она молчала. Потом забормотала:

— Больно… больно… мучители. Хватит..! Видно, его покалечили какие — то люди, — сказала она.

Блестящие карие глазенки печально смотрели на нее. Вытянутая лапка подергивалась.

— Знаешь, кого он мне напоминает? — Зифон на миг прекратил жонглировать, но сияние не исчезало. — Сумчатую крысу. Разве что цвет у него другой — темно — синий. Это безобидные зверюшки. Они питаются травой, кореньями и грибами. Кажется, днем они спят в своих норах, только, конечно, не таких глубоких, как эта.

— Лаарн, не крыса, — заявил зверек.

— Позволь, я помогу тебе, — предложила Тамир. Подойду поближе и взгляну, что у тебя болит. Только ты не кусайся!

— Целитель? — спросил зверек на человеческом языке.

— Только учусь.

Скрестив ноги, Тамир уселась перед зверьком. Свет начал меркнуть, и Зифону пришлось возобновить жонглирование.

Несколько мгновений лаарн молчал, потом подал Тамир переднюю лапу. Она кровоточила, похоже, началось воспаление. Когти обломаны, и торчит она под каким — то странным углом.

— Сейчас я тебя легонько пощупаю, — сказала девушка, протягивая руку. — Вот так, не бойся. И еще, не кусайся, пожалуйста, Аррамог. Ведь так тебя зовут? Сначала промоем рану.

Смочив тряпку водой из бурдюка, она осторожно смыла с лапы грязь. Зверек заворчал, показал острые, как у бобра, резцы.

— Похоже, кость сломана. Из чего бы сделать лубок?

Зифон вновь прервал свое занятие и достал из мешка гладкую дощечку. — Пожалуй, сгодится. Иногда я ими тоже жонглирую. Тебе помочь?

— Если бы ты мог его подержать… — Тамир поглаживала Аррамога по спине, приговаривая: — Возможно, будет немножко больно, но ведь мы хотим, чтобы твоя лапка поправилась. Я перевяжу ее, и все пройдет.

Пока девушка вправляла лапу, Аррамог слегка повизгивал и похрюкивал, но кусаться все же не решился.

Тамир наложила повязку с лечебными травами. — Для твоего роста лапы у тебя очень сильные. Пока пусть и повязка, и дощечка остаются на месте, — добавила она, когда зверек пошевелился. — Мы о тебе позаботимся. — Она стала его поглаживать, и зверек прижался к ней, свернувшись клубочком.

— Надеюсь, хоть у Котфы все в порядке, — Зифон перестал жонглировать и сел рядом с девушкой. Они привалились к стене и выпили воды из бурдюка.

— Будем думать, что он не угодил в такую же яму. Как мы теперь его найдем..? Кажется, ярмарка была уже давным — давно, и не спали мы тоже целую вечность. — Она зевнула, глаза ее закрылись.

— Отличная мысль. Вздремну — ка я тоже. — Зифон растянулся на подстилке из листьев.

Тамир снилось, что она снова очутилась в доме Мугвы, и дом этот горит. Вокруг сверкают языки пламени, она отчаянно пытается выбраться из запертой комнаты.

— Просыпайся, Тамир! — Зифон тряс ее за плечо. — Пожар! Я чую запах дыма. Да проснись же ты!

— Никак не выбраться! Горю! Нет… Мугва… нет!

— Проснись, Тамир! — Зифон поднял ее и поставил на ноги. — Это я, Зифон. Мы в яме. Что — то горит.

Она открыла глаза. Это не Мугва, а Зифон, Пожар ей только приснился. Но запах дыма не исчезал. Наконец девушка совсем очнулась и сразу же закашлялась. Клубы дыма уже забирались в яму. Лаарн беспокойно зашевелился. Тамир вскочила. Стараясь не показать испуга.

Зифон выпустил ее и начал жонглировать. Снова возникло бледное сияние.

«А в нем видна сила, в этом странном жонглере, который поведал мне о другом мире, — подумала Тамир. Она доверяла ему, чего нельзя было сказать о тех мужчинах, которые встречались ей в последнее время. — И если отсюда есть выход, он непременно его найдет».

Зифон убрал шарики, но тусклый свет продолжал висеть в воздухе. Вместе с девушкой он обследовал гладкие стены, пытаясь найти хоть какую — нибудь точку опоры.

— Послушай, Зифон, а вдруг они разожгли ритуальный костер, чтобы принести нас в жертву? Тогда за нами скоро придут. Приятная мысль. — Она провела рукой по стене. — Смотри — ка! — Пальцы ее нащупали что — то похожее на веревку. Это оказались вьющиеся стебли какого — то растения. Тамир потянула — лиана выдержала. — Неужели она все время была здесь?

Запах дыма все усиливался. Тамир снова закашлялась. Зифон изо всех сил дернул за лиану. — Вроде, крепкая. Потом пошевелил. Она поддалась. — не похоже, чтобы она росла из стены. Может, кто — то хочет вызволить нас отсюда? Я бы не отказался. Не хотелось бы сгинуть в огне, а если попробовать выбраться по — волшебному, можно потерять Котфу. — Он еще раз потянул за веревку. — Должна выдержать. Ты полезай следом.

— А как же Аррамог? — растерялась девушка. — Не можем же мы оставить его в западне. Он еще не проснулся.

Зифон поднял зверька и сунул за пазуху. Аррамог заворчал, сонно моргая. — Постараюсь не очень тебя тормошить. Нужно же как — то выбираться отсюда.

Волшебник осторожно полез наверх, при каждом его движении стебли раскачивались. Он ухватился рукой за край ямы, подтянулся — и вот он уже наверху. Миновав заросли высокой травы, он выбрался на твердую землю, спустил Аррамога. Потом подал сигнал Тамир.

Несколько секунд — и она присоединилась к нему. Вдали в ночное небо взвивались языки пламени, они жадно лизали кустарник, поднимаясь все выше и выше, пожирая все на своем пути.

Можно вернуться обратно в Грибб. Огонь туда не пойдет — там ведь нечего жечь.

— Погоди, — Тамир потерла лоб. — Однажды в таверне я слыхал историю про уорробо. Что же там такое было? — Она щелкнула пальцами. — Ага, давным — давно тысячи уорробо погибли в большом пожаре. С тех пор страх огня так укоренился в них, что даже собравшись у костра, они могут спятить, дойти до умопомрачения.

— Значит, это все — таки не ритуальный костер. Боже правый, вот и один из них! Унана и раньше обходился с нами не очень — то любезно…

— Котфа? — с надеждой воскликнула Тамир, увидев, что уорробо мчится прямо к ним.

Он остановился. — Я уже сам стал в этом сомневаться, приятель. Напрыгался — до одурения! Одна из самок вздумала гоняться за мной. Во всяком случае, мне показалось, что это была самка. Но я улизнул. Потом услышал, что в яме держат каких — то пришельцев, ну и догадался, кто это может быть.

Зифон сделал несколько пассов, пробормотал какие — то слоги и вот на месте уорробо снова человек.

Котфа потянулся. — Так — то лучше. — Потом глубоко вздохнул и похлопал себя по груди. — Правда, в таком виде самка уорробо навряд ли удостоила бы меня вниманием. — Он замолчал, глядя на пламя пожара.

— А лиана, — напомнила Тамир, — это ты ее спустил?

— Чертов огонь возник невесть откуда. Я спустил лиану, почуял запах дыма и отправился на разведку. Часовые куда — то разбежались, я видел, как двое из них мчались прямо в огонь. Вряд ли уорробо стали бы вызволять вас из ямы. Люди им не очень — то по нраву. Все спорили об этом на заседании совета. Последняя их стычка с людьми закончилась кровопролитием.

Тамир нагнулась, чтобы погладить Аррамога, который пытался ковылять на трех здоровых лапах. — Этому малышу тоже досталось от людей. Он угодил в яму вместе с нами.

— Ну что будем делать дальше, приятель? Снова прибегнем к волшебству, чтобы выбраться отсюда? — Котфа выжидательно смотрел на Зифона. Снова прыгнем через кольцо в новое приключение? От этих прыжков у меня прямо голова кругом идет!

Зифон расхаживал взад — вперед. — Как же мы оставим уорробо одних — ведь они все обезумеют и погибнут в огне. Ума не приложу, как им помочь!

Тамир смотрела на пламя, вздымающееся до небес. — У нас мало времени.

— Огонь не остановить, но можно попробовать изменить его направление… или сделать в нем проход. Вот оно! Весь фокус в том, чтобы заставить уорробо использовать этот путь к спасению. Направить огонь и уорробо в Грибб! — Он обернулся к Котфе. — Они еще не забыли черных стражников, устроивших резню?

— Как бы не так! Готовы их живьем съесть. Просто одержимы местью. Сначала хотели погнаться за ними и прикончить всех, но потом решили нескольких отпустить — в качестве предупреждения всем нам: мол, лучше держитесь подальше.

— Но я никого не вижу… — Тамир покачала головой.

— Если бы уорробо увидели стражников, то скорее всего бросились бы за ними в погоню, тем более, что они и так обезумели от пожара. Если, конечно, их ненависть пересилит боязнь огня.

— А ты уверен, что сможешь сделать проход в огне? — спросила Тамир.

— Я никогда и ни в чем не уверен на сто процентов. — Волшебник тихонько вздохнул. — Но мне кажется, у меня должно получиться. А потом, я не вижу другой возможности им помочь.

— Сдается мне, — проговорил Котфа, — кто — то должен их подгонять, какой — нибудь горлопан, орущий про черных негодяев. И что бы они думали, что он — один из своих. — Котфа вздохнул. — Надо же, только — только стал привыкать передвигаться на двух ногах без помощи хвоста… Во всяком случае, та самка, что меня преследовала, должна попасться на удочку, — ухмыльнулся он.

— Ведь это опасно — будоражить и без того обезумевших животных, — сказала Тамир.

— Игра стоит свеч. Ведь они, в сущности, неплохие ребята. Главное, вы делайте свое дело.

— Ладно. — Волшебник сделал надлежащие пассы, и Котфа снова превратился в уорробо. Помахивая длинными ушами, он глядел на задумавшегося Зифона.

— А теперь — за дело. — Зифон глубоко вздохнул. Ты поскачешь вперед, а я сотворю проход в огне и призраки стражников Лорда Нокстры. При свете дня они навряд ли смогли бы кого — нибудь обмануть, но сейчас темнеет, к тому же, уорробо охвачены паникой, так что должно сойти.

— Удачи вам! — и Котфа ринулся навстречу красно — оранжевому пламени.

— И тебе тоже! — крикнула Тамир вдогонку. Зифон встал спиной к ослепительному красному сверканию Грибба, лицом к вздымающемуся до самых небес пламени. Шарики в его руках образовывали в воздухе сложные узоры, но Тамир показалось, что внимание его было приковано не к ним, а к удаляющемуся уорробо. Полностью сосредоточившись, волшебник весь ушел в себя.

«Всего пару дней назад моей единственной целью было удрать от Мугвы. — думала Тамир. — И вот я стою здесь, рядом с бывшим истребителем насекомых, и жду, чтобы огонь повернул вспять. Огонь и обезумевшие звери, которые подстроили нам ловушку и терпеть нас не могут. — Она закусила губу. — Должно получиться, должно… Почему же ничего не происходит? Он жонглирует себе, уставившись в пространство, и ничего не происходит! Неужели мы послали Котфу насмерть?! И все во имя того, чтобы найти трехгорбую зебру… Должно быть, я сошла с ума, когда связалась с ним! Всемилостивые боги, помогите нам!»

Воздух был неподвижен, и вдруг она почувствовала слабое дуновение. Потом легкий поток воздуха зашевелил овальные листья. Сработало! Посередине надвигающегося пламени появилась темная полоска. Стена огня распалась надвое.

— Действие второе! — Зифон добавил оранжевые шарики. Перед ним заколыхались темные призрачные силуэты людей и почти сразу исчезли. — Проклятье! Тамир! — позвал он, не прекращая жонглировать. — Мне нужна конкретная форма. Придется сотворить мираж вокруг тебя.

— Куда мне встать?

— Вот сюда, в десяти шагах передо мной. Слишком много энергии ушло на создание прохода, теперь мне трудно сотворить мираж без поддержки. Ведь нужно, чтобы получились люди, и чтобы оранжевые прорези на камзолах блестели. Когда уорробо будут совсем близко, беги что есть силы вон к тому дереву. А теперь встань сюда и представь себе, что ты один из стражников Лорда Нокстры.

— Я высокий, рыжий детина, на мне черно — оранжевый камзол, — прошептала Тамир, встав на указанное место. Я зол, как черт. — Глядя в огонь, она ощущала запах горящей травы и листьев.

На трех лапах приковылял Аррамог и встал в нескольких шагах справа от девушки. — Помощь, — буркнул он Зифону, когда тот повернулся лицом к пламени.

— Молодец!

Так они стояли несколько минут, показавшихся часами, — волшебник поневоле, девушка, выдающая себя за мужчину, и покалеченный зверек. Стояли, всматриваясь в черную просеку, прочертившую пламя, вслушиваясь в треск горящих ветвей и шипение тлеющего подлеска, подавляя в себе искушение броситься наутек.

Когда огонь подступил еще ближе, в разрыве между языками пламени появились смутные очертания животных. Один уорробо, за ним второй мчались по направлению к ним.

— Они вас заметили! — крикнул Зифон. — Теперь — бегом!

Подхватив Аррамога, Тамир бросилась к ближайшему дереву и спряталась за ним. Секунда — и к ней присоединился Зифон.

Мимо неслись десятки обезумевших уорробо — уши развеваются по ветру, из пастей вырывается грозное рычание. Они мчались бешенными скачками, сталкиваясь на ходу, но путь их лежал в Грибб! Огонь еще преследовал их, но и он, как человек, не мог выжить в пустыне.

— Осторожно, один из уорробо отделился от стаи, — предупредил Зифон, увидев, что Тамир выглянула из — за дерева, листья которого огонь так и не тронул.

— Зуб даю, это Котфа, — пробормотала девушка, глядя на приближающегося зверя.

— Я просто творил чудеса, — торжествующе объявил уорробо, присоединившись к ним. — Потрудился на славу в роли провокатора. Когда началась заварушка, я сам едва не поверил, что это люди Нокстры зажгли огонь и торчат там, как дураки. Один из них, правда, ростом не вышел.

Аррамог заворчал и взглянул на него.

Тамир рассмеялась и в глубине души порадовалась, что еще способна на это. — Зифон сотворил мираж вокруг меня и Аррамога. Отличный мираж получился, ну может быть, чуть — чуть маловат. Нам досталась несложная роль — стоять да смотреть в огонь. А теперь, пожалуй, пора уходить. — Она взглянула на пламя. — Хотя нет, ветер изменил направление. Теперь он дует с востока. Здесь мы в безопасности, — девушка вздохнула с облегчением.

— Ну что ж, дело сделано! — Котфа потер лапы. — Сегодня я напрыгался доупаду. Верни — ка меня обратно. — Он встал перед Зифоном, выжидательно глядя на него.

— Пожалуйста. — Зифон сделал все нужные движения и произнес надлежащие слова — слова, которые в прошлый раз подействовали безотказно.

На миг Котфу окружил ореол света. Он поежился, но так и остался уорробо, довольно сердитым уорробо, чьи уши по обыкновению падали на глаза.

— В чем дело? — спросил Котфа, принимая боевую стойку.

— Ума не приложу. Наверное, я устал, другой причины быть не должно. — Зифон прислонился к дереву.

— Но ведь ты не собираешься исчезнуть в кольце света, оставив меня в таком виде! — Котфа взволнованно подпрыгнул.

— Будь у нас такая мысль, мы исчезли бы еще из ямы, — успокоила его Тамир. — Скорее всего, дело и вправду в усталости. Я уже забыл, когда мы в последний раз спали больше десяти минут.

— Она соскользнула на землю и привалилась спиной к дереву.

— Знаешь, как нелегко так долго удерживать мираж? Раньше или позже я обязательно верну тебе человеческий облик. Может быть, когда выберемся из страны уорробо. Мы тебя не бросим. — Он похлопал Котфу по мохнатой спине.

— Помнится, кто — то говорил, что превратить меня обратно — пара пустяков, дескать, форма уже известна и все такое. — Котфа откинул назад левое ухо. — Вам известно, каково это — постоянно сражаться с собственным ухом? Действует на нервы, да и для зрения вредно.

— Можно его привязать. — Тамир порылась в вещах и, достав светло — голубой платок, повязала его вокруг головы уорробо. Потом, отступив на шаг, полюбовалась своей работой.

Аррамог взглянул на Котфу и проворчал:

— Уорробо такое не носят.

Тамир сняла платок и засунула обратно в мешок. — Он прав. Другие уорробо сочтут, что у тебя странный вид. Как скверно, что они нас терпеть не могут. Останься ты неприметным уорробо, мы были бы в большей безопасности, если они снова нас обнаружат.

— Но мне казалось…

Аррамог похлопал Тамир по руке и протянул ей свою забинтованную лапу. — Прошло.

— Не может быть. Кости так быстро не срастаются. Лаарн снова захрюкал. — Прошло! — произнес он твердо. — Сейчас разобью о дерево. — И он похромал к дереву, явно собираясь осуществить свое намерение. Тамир схватила его. — Не смей, ты все испортишь! Кость должна срастись. Ты же не хочешь, чтобы все началось сначала.

— Сними, — он помахал лапой.

— Ну ладно, ладно! Сейчас снимем повязку и посмотрим, как дела, если тебя это устроит.

Зверек хрюкнул в знак согласия.

— Мне будет удобнее, если ты ляжешь на спину.

Лаарн повиновался; Тамир осторожно размотала повязку и осмотрела покалеченную лапу. — Ну — ка, Зифон, взгляни сюда!

Лапа была как новенькая, рана затянулась, никаких следов воспаления и в помине не было. Даже шрама не осталось, и когти отросли. Зифон ощупал кость — целехонькая!

— Никаких следов перелома. Трудно поверить, и тем не менее… А ступать на нее ты можешь?

Аррамог перекатился на брюхо, сделал несколько осторожных шагов и бодро засеменил к зарослям травы. — Не больно, — сообщил он и приступил к еде.

— Может, это ваше волшебство сработало? Само так быстро зажить никак не может. — Котфа рассматривал синюю фигурку. — Первый раз вижу такую зверюшку. Странная у него походочка, как у пьяницы. Но характер у малыша решительный. И аппетит неслабый.

— Говорит он не очень складно, но похоже, что понимает гораздо больше. Ведь он сам подполз ко мне, чтобы помочь сотворить мираж.

Котфа мрачно уставился на Зифона. — Но если ты, не приложив никаких усилий, вылечил ему лапу…

— Я совершенно уверен, что смогу вернуть тебе нормальный вид. — Зифон смотрел на огонь. — Кажется, затихает. Трудно сказать, с чего он начался. Во всяком случае, в нашу сторону он больше не пойдет.

— Дождь! — воскликнула Тамир, вытянув ладонь. — Смотрите — дождь. — Она вышла из — под дерева и подставила лицо прохладным каплям.

Ливень забарабанил по деревьям, по земле, и огонь постепенно стал отступать. Наконец остались только шипящие головешки. Несколько темных обугленных деревьев мрачно возвышались над голой равниной.

Ливень стих так же внезапно, как и начался. И разу же в пустыне показалась стая уорробо. Животные двигались зигзагами, как будто что — то искали. Но, несмотря на кажущуюся неуверенность, они явно направлялись к бывшим узникам ямы — западни.


Глава 2 | Вино грез. Сборник | Глава 4



Loading...