home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


КАК БРИТАНСКАЯ РАЗВЕДКА ДОБЫЛА ЗНАМЕНИТОЕ ПИСЬМО ЦИММЕРМАНА

Наши приемные и передаточные радиостанции действовали образцово. Во многих случаях мы могли шаг за шагом проследить передвижения неприятельских эскадр, определяя в точности местонахождение и путь их кораблей. Например, адмирал Шеер, главнокомандующий германским флотом, самый крупный авторитет, на который я могу сослаться, пишет: «Англичане получали информацию через свои «направляющие станции», которыми они пользовались и которые были у нас введены лишь гораздо позже... Благо-даря им англичане имели крупное преимущество в ведении войны, так как могли получать почти исчерпывающую информацию о местонахождении врага».

Англия перехватывала и легко расшифровывала немецкие секретные радиограммы. Не только Германия, но и весь мир был изумлен, когда впоследствии обнаружилось, что мы знали самые важные германские шифры — генштабов, генерал-губернаторов, посольств и миссий за границей и других менее важных учреждений. Получение этой информации является триумфом военной разведки.

В конце февраля 1917 года, до вступления Америки в войну, телеграмма агентства Рейтер сообщила миру текст письма германского министра иностранных дел Циммермана германскому послу в Мексике Экхарду:

«Мы намерены начать с 1 февраля беспощадную подводную войну. Несмотря ни на что, мы попытаемся удержать США в состоянии нейтралитета. Однако в случае неуспеха мы предложим Мексике: вместе вести войну и сообща заключить мир. С нашей стороны мы окажем Мексике финансовую помощь и заверим,что по окончании войны она получит обратно утраченные ею территории Техаса, Новой Мексики и Аризоны. Мы поручаем вам выработать детали этого соглашения. Вы немедленно и совершенно секретно предупредите президента Каррансу, как только объявление войны между нами и США станет совершившимся фактом. Добавьте, что президент Мексики может по своей инициативе сообщить японскому послу, что Японии было бы очень выгодно немедленно присоединиться к нашему союзу. Обратите внимание президента на тот факт, что мы впредь в полной мере используем наши подводные силы, что заставит Англию подписать мир в ближайшие месяцы. Циммерман».

Абсолютная достоверность этого письма была бесспорно установлена союзниками, после чего произошел ряд дипломатических запросов, объяснений и опровержений со стороны заинтересованных стран. Япония категорически отрицала всякое участие в этой комбинации; мексиканское правительство отвергло подобные обвинения с не меньшей силой. Оба государства подтвердили свою полнейшую верность союзникам.

Однако было ясно, что Германия приглашала Японию и Мексику вторгнуться своими армиями в США через Мексику по долине Миссисипи, разделив, таким образом, страну на две зоны военной агрессии.

Само собой разумеется, что появление этого письма в печати вызвало большую тревогу в США, и федеральное правительство приложило все свои усилия к тому, чтобы Америка не была втянута в войну.

Как это случилось, спрашивали в рейхстаге, что такое в высшей степени секретное письмо, переданное абсолютно секретным шифром, было украдено по пути и опубликовано? Циммерман не мог на это дать никакого ответа. Любопытно то, что провинившийся государственный деятель не указал, как было послано письмо. Догадался ли он, что его радиограмма была перехвачена?

Каким образом Англия добыла ключ к секретному шифру и тем самым вызвала такие крупные события в истории мировой войны?

Согласно германской версии, ловкий молодой австриец Александр Сцек, высококвалифицированный инженер-электрик и радиоэксперт, имел доступ к секретному шифру в силу своих исключительных технических познаний. Эту привилегию он разделял с некоторыми другими высокоответственными лицами. Помещение для радиопередач находилось в доме генерал-губернатора в Брюсселе. Отсюда передавались все государственные сообщения правительства, в том числе и письмо Циммермана. (О том, что наиболее важный код германского правительства попал в руки союзников, немцы узнали лишь после войны из печати.)

Установлено, что у Александра Сцека мать была англичанкой. Немцы утверждают, что английская разведка поспешила этим воспользоваться. Ему будто бы была предложена крупная сумма денег, он снял копию с секретного шифра и с этой копией поехал в Англию. После того как он высадился в Англии, его больше никогда не видели.

Что шифр благополучно дошел до англичан, было очевидно, так как с того времени союзники могли получать и расшифровывать государственные сообщения, посылаемые по всей германской империи.

Впоследствии отец Александра Сцека израсходовал крупную сумму на розыски сына. След вел из Бельгии в Англию, где и затерялся. Немцы утверждают, что англичане были заинтересованы в том, чтобы заставить Сцека навеки замолчать. Иначе он мог бы проболтаться, это могло бы стать известно немцам, и тогда шифр был бы изменен. Физическое уничтожение Александра Сцека было единственным верным средством заставить его молчать.

Такова германская версия.

Что касается английской версии, то я предоставляю слово Уинстону Черчиллю, книга которого «Мировой кризис» по-своему освещает этот вопрос.

«В начале сентября 1914 года легкий германский крейсер «Магдебург» потерпел крушение в Балтийском море. Несколько часов спустя русскими было извлечено из воды тело одного утонувшего германского унтер-офицера. У него за пазухой лежали книги шифров и сигналов германского флота и тщательно вычерченные карты Северного моря и Гельголандской бухты.

6 сентября меня посетил русский военно-морской атташе. Он сообщил, что найдены немецкие шифры и что русскому адмиралтейству удалось с помощью этих шифровых и сигнальных книг разобрать отдельные места из немецких морских радиограмм. Русские понимали, что британское адмиралтейство, представляющее ведущую морскую державу, имеет наибольшую надобность в этих книгах и документах. Мы немедленно послали корабли, и в один прекрасный октябрьский вечер князь Луи и я получили из рук наших верных союзников эти драгоценные, окрашенные в цвет морской воды документы.

Мы тут же создали организацию для изучения германских радиограмм и радиопередач, после того как шифр будет разобран. Во главе этой организации был поставлен Альфред Эвинг, начальник военно-морского училища, который в этом деле, как и во многих других, оказал адмиралтейству неоценимые услуги. Работа оказалась чрезвычайно сложной, так как шифр, естественно, является лишь одним элементом среди ряда других средств, направленных к тому, чтобы обеспечить тайну радиопередач. Но мало-помалу в начале ноября нашим офицерам удалось уже перевести часть различных германских морских радиограмм. Очевидно, что пока существовал этот источник информации, он был для нас чрезвычайно ценным».

Теперь я изложу еще одну новую версию: я могу ручаться за достоверность следующего рассказа, так как был знаком с его главным действующим лицом.

В конце 1915 года один солдат французского иностранного легиона, которого я назову Смитом, вызвался работать позади неприятельских линий. Его предложение приняли, и некоторое время спустя, когда способности разведчика полностью выявились, Смита перевели во французскую контрразведку, где его беглое знание фламандского, французского и немецкого языков могло быть использовано наилучшим образом.

В то время Брюссель кишел агентами германской тайной полиции. Один неправильный жест разведчика мог повлечь его неминуемое разоблачение и смерть. Смиту было поручено в такой обстановке попытаться раздобыть тайный шифр, которым пользовалась германская радиостанция в Брюсселе.

Это поручение было связано с величайшим риском, но бесстрашный молодой человек за него взялся. Имея при себе парашют, узел с одеждой и режущее оружие, он поднялся на самолете французского летчика и, когда машина находилась над окрестностями Брюсселя, выпрыгнул. Благодаря искусству летчика он благополучно приземлился на свекловичном поле. Под прикрытием темноты Смит спрятал свой парашют и, переодевшись бельгийским крестьянином, отправился в путь.

Он тщательно разработал свой план. В Брюсселе было кафе, арендуемое тремя бельгийскими патриотами: молодым беженцем из Антверпена, признанным по слабости здоровья негодным к военной службе, его сестрой и еще одной бельгийской девушкой.

Брат, квалифицированный электротехник, работал на близлежащей фабрике, на которой он смог, ввиду недостатка рабочей силы, подыскать работу и Смиту.

Смит был известен бельгийцам как разведчик, которого они могли выдать немцам в любую минуту. Но их лояльность была безупречна: они делали все, что могли, вплоть до того, что достали ему подложные документы. Вскоре между Смитом и одной из девушек, которую мы назовем Марией, завязался роман, и в то же время вторая девушка — Ивонна — тоже влюбилась в разведчика. Смит затеял большую игру, и когда представился случай, то не поколебался использовать для своих целей ту девушку, которой не мог ответить взаимностью.

По счастливой случайности ему удалось узнать, что один немецкий унтер-офицер, посещавший кафе, работал оператором на радиостанции, шифр которой Смит должен был во что бы то ни стало раскрыть. Этот немец был влюблен в Ивонну.

Смит сообщил своей возлюбленной план похищения шифра. Она должна была воздействовать на Ивонну, побудив ее получить от своего немецкого поклонника копию секретного шифра.

Ивонна согласилась и вскоре завоевала доверие молодого немца. Ей удалось также убедить унтер-офицера, что она с братом — большие любители радио. Она хотела бы, чтобы немец когда-нибудь рассказал о своей работе. Польщенный ее интересом, немец охотно ответил на все вопросы, которые ему поставила девушка и которые были, конечно, подготовлены Смитом. Прошли недели, и в конце концов ничего не подозревавший молодой оператор изложил всю шифровую систему; Смит записывал весь код по памяти, что представляло значительную трудность и тем самым увеличивало цену успеха.

Теперь осталась самая трудная часть его задачи. Надо было каким угодно путем лично доставить это драгоценное открытие своей разведке; он решил надеть немецкую форму, сесть в отходящий на фронт воинский поезд, затем, рискуя быть застреленным, пересечь линию фронта и «сдаться в плен» англичанам. Это был рискованный план, но его нужно было выполнить.

Мария достала полное немецкое обмундирование; брат добыл в ближайших казармах винтовку. Смит переоделся и отправился к немецким линиям.

Он убрался вовремя. Как только он черным ходом ушел из кафе, трое агентов германской военной полиции вошли через парадную дверь и потребовали у всех присутствующих документы. Частые посещения кафе молодым радиооператором вызвали подозрения полиции, его выследили и арестовали.

А наши заговорщики дрожали. Неужели молодой немец во всем сознался?

Наконец, прямой вопрос:

— Где человек, который только что был здесь?

На этот вопрос с необыкновенной находчивостью ответила Мария. Жизнь ее возлюбленного зависела, вероятно, от этих нескольких минут, которые она могла выиграть для него. Она бойко ответила, что человек, которого ищет полиция, был другом ее брата и возлюбленным ее подруги.

На остальные вопросы относительно его национальности и работы она отвечала уклончиво. Наконец, как бы запуганная германскими агентами, Мария сделала «признание»:

— Хорошо, если вы хотите знать,— сказала она,— то этот человек был дезертиром и удрал.

Об основных фактах немцы ничего не знали. Молодой оператор должен был признать свои частые визиты в кафе, так как за ним следили уже несколько недель. Однако последующие события показали, что хотя он и говорил кое-что властям, но о передаче девушке кода не сказал ничего.

Мария и Ивонна предстали перед германскими военными властями по обвинению в подозрительном поведении и в «укрывательстве дезертира».

После долгого и всестороннего расследования Ивонна была приговорена к длительному тюремному заключению, а Мария была осуждена на более короткий срок.

Смит добрался до своей цели. Окольными путями, ежеминутно рискуя своей жизнью, он дошел до немецких окопов, ночью перебрался через линию фронта и, будучи еще в германской форме, сдался отряду канадцев.

Таковы три противоречивых версии о хищении секретного кода.


КАК МОЙ ДРУГ «КАПИТАН» СОДЕЙСТВОВАЛ РАЗГРОМУ ГЕРМАНСКОЙ ТИХООКЕАНСКОЙ ЭСКАДРЫ | С риском для жизни | СЕКРЕТНЫЕ ПОРУЧЕНИЯ, ВЫПОЛНЯЕМЫЕ ПОДВОДНЫМИ ЛОДКАМИ



Loading...