home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ШПИОНАЖ С ПОМОЩЬЮ САМОЛЕТА

Союзные летчики, действовавшие на Западном фронте, совершали героические подвиги, выполняя специальные задания на самолетах или спуская разведчиков на парашютах.

Французские летчики отличались высоким авиаторским искусством. Вот несколько примеров.

Герой пятидесяти трех воздушных сражений Гинемейер выполнял также специальные поручения. Его деятельность причинила столько неприятностей врагу, что тот назначил премию за голову летчика, если его доставят живым или мертвым.

Однажды Гинемейер чуть не погиб около Вервенса. Он должен был спустить одного школьного учителя (который был через три дня выслежен и расстрелян немцами) и выбрал два удобных для приземления места.

Летчик уже хотел было приземлиться на одном из них, показавшемся ему наиболее удобным, когда он заметил сеть блестящей, туго натянутой проволоки, вроде той, которую употребляют для ловушек. Немцы, очевидно, предвидели возможность посадки французского самолета на этом поле и приготовили прием непрошеному гостю.

Другой летчик, Ведрин, спустил около Ретеля французского солдата, которому было поручено наблюдать за поездами, за обозами и вообще за передвижениями неприятеля. Разведчик навестил свою жену, чем обнаружил себя, вскоре его выдали, и он был расстрелян.

Лейтенант Наварр спустил в расположение неприятеля другого французского солдата, переодетого крестьянином, под фамилией Борд. Этот разведчик оставался на оккупированной немцами территории около месяца, потом добрался до голландской границы и оказался в безопасности.

Спустившись около Мезьера, он имел в глубоких, специально выкроенных внутренних карманах почтовых голубей. Когда он ходил вдоль неприятельских линий и по деревням, то всегда имел при себе своих пернатых друзей. Одна голубка по кличке Полина постоянно ворковала, ей начинал вторить голубь Виктор. Голубиные излияния могли выдать разведчика. Поэтому, как только француз замечал кого-нибудь, он принимался кашлять и чихать. Через некоторое время от частого повторения этой уловки у него заболела гортань. Тогда он обычно слегка ударял локтем по головкам голубей, приказывая им этим сигналом держаться спокойно.

— Мне было поручено получить информацию о мосте между Мезьером и Шарлевилем,— рассказывал потом Борд.— Я добрался до моста и стал наблюдать за немецкими часовыми, которые проверяли документы всех штатских. После часа наблюдения я решил поставить все на карту и подошел к ближайшему немецкому часовому. Была обеденная пора. Кроме двоих, все часовые, недавно стоявшие у входа на мост, оказались внутри будки.

Я встретился глазами с немцем. Его товарищ смотрел бумаги одного возчика, за которым я намеренно следовал. Часовой задал мне несколько вопросов на ломаном французском языке и, удовлетворившись, вернул мне мои документы. Но не успел я сделать и нескольких шагов по мосту, как Полина заворковала. Сильно ударив ее локтем, я прошел по мосту, проталкиваясь среди немецких солдат, чихая и кашляя до появления слез на глазах. Полина все время ворковала. Не знаю, как я не попался! На следующий день на рассвете, обвязав бумажку с сообщением вокруг лапки Полины, я избавился наконец от этой беспокойной птицы. Виктора я отослал в Брюссель. Оба голубя вернулись в армейские чердаки, а через 25 дней я тоже вернулся в свою часть.

В следующий раз Борда выбросили около бельгийского города Шарлеруа. Он отправился в свой родной город, чтобы увидеть невесту, но забыл совет товарища: никому не верь. Он попал в руки немцев, которые его расстреляли как шпиона почти напротив его же дома.

Что касается летчиков, которые выбрасывали разведчиков с парашютом, то, если они попадались, их постигала тяжелая участь. Французский летчик Паолакка, одетый в военную форму, взял на борт своей машины коллегу в штатском платье. Самолет попал в огневую завесу, причинившую ему несколько повреждений, и французы вынуждены были приземлиться. Проявив все свое мастерство пилота, Паолакка направил машину к лесистой части местности и благополучно совершил посадку.

Он предложил своему спутнику спастись бегством. Товарищи пожали друг другу руки и разошлись. Переодетый разведчик-солдат юркнул в лес, в то время как летчик в военной форме спокойно стоял у своей машины.

Но было уже поздно. Неприятель следил за их приземлением, и большой автомобиль, битком набитый немцами, стремительно несся к самолету.

Летчик был взят в плен и доставлен в германский генштаб. В течение некоторого времени его усиленно допрашивали, засыпали вопросами: откуда вы прибыли? К какой части принадлежите? Куда летели и для какой цели? Где ваш пассажир и почему он вас покинул? И т. д.

Летчик задался целью выиграть время и спасти своего спутника. Но немцы не унимались и, видя, что им не удается выжать из француза нужную информацию, посадили его в одиночную камеру под строгим военным караулом. В течение трех дней его держали в строжайшем заключении.

Однажды утром его снова привели на допрос и сразу спросили:

— Знаете ли вы, что ожидает французского или британского летчика, который выбрасывает разведчика позади наших линий?

— Да. Смерть. Если можете, докажите мою виновность.

— Хорошо. Вам, должно быть, будет интересно узнать, что мы расстреляли сегодня вашего пассажира как разведчика? Хуже всего то, что он во всем сознался. Вы его доставили в своем самолете.

Но интуиция подсказывала Паолакка, что это провокация. Он знал разведчика, с которым они сели, и был уверен, что, если бы даже его спутника и захватили, тот предпочтет умереть, но не выдаст.

Пленник подтверждал свои прежние показания, отказываясь от дачи информации и приготовившись к наихудшему. После трехчасового допроса его снова увели в одиночную камеру. Такой допрос повторялся каждый день в течение недели.

Наконец французу объявили приговор.

— Ваше дело слушал немецкий военный суд, который нашел вас виновным в оказании помощи шпиону. На рассвете вы будете расстреляны.

Десятки вражеских глаз пристально смотрели ему в лицо, ловя малейшее движение осужденного в надежде получить какое-нибудь доказательство его виновности.

В полночь его разбудил немецкий караульный офицер и сообщил ему, что смерть заменена вечной каторгой.

Паолакка отправили в Германию в лагерь для военнопленных.

Ему удалось подкупить часового и достать неприятельскую форму. Однажды, переодевшись немецким унтер-офицером, этот разведчик провел мимо караульных отряд из семи французских пленных солдат. 12 дней спустя этот отряд из восьми человек перешел швейцарскую границу и очутился на свободе.


СЕКРЕТНЫЕ ПОРУЧЕНИЯ, ВЫПОЛНЯЕМЫЕ ПОДВОДНЫМИ ЛОДКАМИ | С риском для жизни | * * *



Loading...