home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 22

Он ненавидел выходить из зоны комфорта. Как известно, Дану заставляла его постоянно выходить из этой зоны и терять самообладание. Демон внутри него хотел забить на все и пуститься во все тяжкие, а Фейри — просто трахаться. Ристан решил, что ни один из вариантов не подойдет в сложившейся ситуации. Он расположил Оливию в своих апартаментах в Особняке Райдера в Спокане, самое безопасное место, которое он только мог придумать, пока Лукьян не доберется до него и вернет в Царство Фейри. Коридор возле детской был пуст, если не считать Савлиана, который, казалось, спал на одном из стульев у двери, но Ристан хорошо знал брата.

— В чём дело? — спросил Ристан, кивая на клинок, лежащий на соседнем стуле. Вероятно, лезвие лишь недавно выковал Зарук.

— Я охраняю детей, но будь проклят, если хочу войти в комнату и взвалить на плечи все папашкины заботы. Мэриэл выгнала меня, чтобы поменять подгузники, объяснив, что детям нужен тактильный контакт… Я все еще не понимаю, как она может хотеть делать что-то столь сумасшедшее, как поменять чертов подгузник, — произнес Савлиан с сердитым выражением лица.

— Им нужны прикосновения и ласки, им они помогают.

— И ты знаешь почему? — Савлиан выпучил глаза в притворном ужасе.

— Я украл у Синтии книгу, — застенчиво пролепетал Ристан, почесывая затылок. — Чего стоит ожидать при том или ином случае с детьми, кто-то ведь должен быть готов на всякий случай.

— Верно, но, блин, ты читал эту книгу? — спросил Савлиан, оперевшись темноволосой головой о стену позади себя. — Хоть кто-то учитывал вариант, что их мама не справится. Думаю, что остальные просто посчитали, что раз у тебя было видение, то все пройдет хорошо и она в безопасности, брат.

— Я всегда просчитываю все варианты и стараюсь быть на десять шагов впереди, как и наш Король.

— Сейчас там никого, — сказал Савлиан, кинув взгляд на открытую дверь. — Иди. Уверен ангелочек ждет прихода дяди. Кажется, после того, как ты подержишь ее на руках, ей становится лучше, — продолжил он, с проницательным взглядом, понимая, что Ристан скармливал малютке свою силу при каждом посещении.

— Она не справится, если я не приду к ней, — тихо пробормотал Ристан, сердце которого сжали тиски, поскольку он видел результат.

— Эй, чтобы ты там не делал, мы тебе доверяем. Усек? Мы — семья и так будет всегда. Райдер сказал, что ты наконец узнал о заговоре матери. Моя не лучше.

— Уверен, что истории о выходках твоей матери понравятся Севрину, учитывая, что вы почти ровесники. Большинство думают, что вы двойняшки, — заметил Ристан, учитывая сколько всего эти двое натворили и некое соревнование между ними. В котором они в основном не приносили проблем, но каждый старался обойти другого с самого детства.

— Ты понял, к чему я клоню. Не позволяй случившемуся беспокоить себя или задевать. Брат, тебе всегда рады здесь, и ты желанен в семье.

Улыбнувшись, Ристан кивнул и кинул на Савлиана благодарный взгляд, прежде чем войти в детскую. Где осмотрел стены пастельных тонов. От звуков тихого агуканья и дыхания у него на душе стало легче, когда он подошел к крошечной леди. Ее душа угасала, но в золотистых глазах горел боевой огонек. Когда Калиин станет женщиной — а Ристан знал, что она станет, потому что не желал рассматривать другие варианты — превратится в сплошную головную боль.

— Малышка, — проворковал он, беря ее на руки и прижимая к груди. — Ты дитя своей матери. С таким же внутренним огнем.

Ристан не раз помогал Синтии, черт, да он практически умер за нее. Ладно, от действий Магов он бы не умер — лишь парочкой способов можно было уничтожить что-то похожее на него — но все равно было больно.

Сев в кресло-качалку с малышкой на руках, он окутал ее своей магией, из-за которой появилось свечение вокруг маленького тела. Калиин агукала и ворковала, в ее глазах появилась улыбка, которая тронула и губы, и из-за этой улыбки на щеках появились ямочки.

— Блин, когда-то придет день, в который ради тебя какой-нибудь парень будет готов умереть, милая Калиин. Будь осторожна с парнями, ради твоего отца, для которого ты стала миром.

Услышав, как дверь в детскую отворилась, Ристан скрыл магию. И поднял взгляд, натыкаясь на Адама, входящего в комнату.

— Адам, что ты тут делаешь? — настороженно спросил Ристан.

— Как она? — спросил Адам, игнорируя вопрос Ристана. — Сегодня цвет ее кожи значительно лучше, чем вчера.

— Она — боец, как и её родители.

— У нас нет прогресса с Древом Жизни, — тихо произнес Адам, сев в кресло рядом с Ристаном и протянув руку, чтобы прикоснуться к локонам Калиин. Но, поколебавшись в нерешительности, отстранил руку, словно испугался прикоснуться к хрупкой девочке.

— Мы выясним, что делать. Обязаны выяснить, — заверил Ристан, пытаясь успокоить Адама, ожидая, что он возразит.

— Демон, подобное дерьмо помогает тебе по жизни? — в шутку спросил он.

— Я не причиню ей боли, Адам, — резко объявил Ристан, говоря об Оливии, и посмотрел в глаза Темному Принцу. — Это должно тебя немного успокоить, что, как мы все знаем, тебе и Синтии очень сейчас нужно.

Ристан практически ощутил напряжению, когда Адам встретился с ним взглядом. Он понимал, что беспокоит Принца.

— А еще ты должен знать, что я не откажусь от нее.

— Я всегда буду частью Гильдии, так что да, я гадал, все ли с ней хорошо. Сейчас и без того жизнь — полная жопа.

Попытка влиться обратно и не провалиться к чертям по дороге. Мое возвращение проходило тяжело, словно ускоренный курс прямиком из ада, иногда я хотел, чтобы все стало, как прежде, до того, как я узнал кто и что я. Я вырос в Гильдии и понимаю, что Оливия просто делала то, что считала правильным, то, чему нас обучали. Знаю, в процессе она обманула Олдена, но никто из нас не поступил бы так намеренно Что ты с ней делаешь, лишь твое дело. Трахай ее, бей, ешь, все зависит лишь от твоего желания. Просто помни, что мы всегда следуем приказам Старейшин. И, судя по тому, что я видел, Оливия очень раскаивается в содеянном.

— Может, а может, она очень хорошая актриса, — с иронией выдал Ристан.

— Ты начинаешь сомневаться в ее вине или в ее мотивациях в помощи Киросу? — спросил Адам, прищурившись, чем напомнил Ристану Синтию.

Он выгнул одну бровь, а в, пленяющих душу, зеленых глазах искрилась улыбка. Видимо, это последствия многолетней связи, которая была между ними.

— Не знаю, — ответил Ристан, прижимая к груди уже спящую малышку. — Возможно, ты мне поможешь. В катакомбах есть комната, на двери которой изображен музыкальный знак?

— Да, я знаю такую комнату. На другой двери больше изображений, а в комнате стоит древняя арфа, — ответил Ада, вставая и направляясь к колыбели Зандера, который проснулся и лежал теперь с серьезным выражением лица.

— Не знаешь почему эта комната преследует Оливию во снах? Я воспользовался медальонам сна с ней и каждый раз стоит ей уснуть, она входит в ту дверь, с подавляющим чувством вины. Словно она прятала там что-то постыдное.

— Не что-то, — донесся от дверей голос Райдера. — В той комнате мы нашли много детей, спрятанных после того, как тебя схватили. — Синтия услышала их сердцебиения, и мы смогли их вывести. Кто-то прошел сквозь массу бед, чтобы скрыть детей. Некоторые были обезвожены, кто-то ранен. Мы думаем, что тот, кто скрыл их — умер или ушел за помощью и не смог вернуться. Детей еще не опрашивали; многим понадобилось время, чтобы оправиться. А кто-то просто до жути боится Фейри. По словам Синтии, в этом возрасте детей учат… что нет участи страшнее, чем попасть в руки к врагу.

— Сколько детей и какого возраста? — спросила Ристан, в горле которого стоял ком от слов брата.

— Я слышал много, — заметил Адам. — Кто-то совсем юн, только начал обучение в Гильдии.

Адам положил Зандера в колыбель и обернулся к остальным. Ристан быстро встал и хотел было положить Калиин в кроватку, но Райдер протянул руки к дочке и Ристан отдал ее ему. В его голове роились мысли, быстрее чем он мог уловить их. Кусочки головоломки, наконец, встали в единое целое.

— Брат, что-то не так? — напряженно спросил Райдер, в золотистых глазах которого сверкал интерес на то, о чем Ристан думал.

— Да, я — мудак, — прорычал Ристан мотая головой. — Допустил серьезный просчет и должен все исправить. Если понадоблюсь, я вернусь.

Ристан просеялся из детской, оставляя мужчин недоуменно смотреть друг на друга.


***


Комната была роскошной, что демонстрировали обстановка и драпировка, о которых Оливия лишь читала в романах. Кровать королевских размером, но опять же, учитывая рост Ристана ему скорее всего приходилось подбирать большие кровати. И вся комната была в черно-серебристых тонах, напоминая ей о красивых глазах Демона. Оливия потерла виски, размышляя — опоили ее или использовали какое-то заклинание, лишающее воспоминаний? Она помнила, что была в ванной, затем пылкие слова Ристана, вытащившего ее из воды, а затем… пустота.

После ванны она не помнила ничего. А голова просто раскалывалась. И судя по звону цепочки, Оливию вновь приковали к стене. Подергав цепочку, Оливия встала, чтобы воспользоваться ванной. Где провела довольно долгое время, заметив, что теперь цепочка стала гораздо длиннее. Может Оливия завоевывает доверие Ристана? Она произнесла заклинание, чтобы заставить воду танцевать… нет, не работает. Может он ее испытывает? Хотя она сомневалась, скорее он не планировал быстро вернуться, так что у нее было время попариться на счет проблем.

Париться? Оливия усмехнулась. В теле все еще ощущались последствия от игр Ристана, но боли не было, лишь остаточное удовольствие, от которого она больше распалялась. Его ласки совсем не были болезненными, и если уж быть честной, Оливии нравилось, как она провела с ним время.

Но и это не могло уменьшить чувство вины за то, что она натворила в Гильдии. Оливия уставилась на свое бледное отражение в огромном зеркале, смутно осознавая, что эта ванная точная копия той, в которой она потеряла сознание.

На бледном лице, глаза Оливии казались больше и выразительнее. Хотя бледность не была из-за болезни, ведь несмотря на все имеющиеся недостатки, Ристан не морил её голодом до смерти. Если подумать, то он разбудил в ней что-то, дремавшее до этого момента. На кресте она чувствовала себя живой, и неважно сколько бы она отрицала, это было фактом.

В другой комнате открылась дверь, но Оливия стояла неподвижно, понимая, что после таких мыслей не сможет противостоять Ристану. Включив воду, она умылась и посмотрела на шею, вокруг которой был обернут ошейник. Оттянув ворот пижамы, она удивилась отсутствию красноты на коже там, где должен был натирать воротник. Она почувствовала на себе взгляд, и, обернувшись, наткнулась на взгляд замысловатых глаз Ристана, которым он скользил по ее пижаме Hello Kitty.

— Привет, — поздоровался Ристан, со слабой улыбкой и кивнул ей. — Голодна?

— Зависит от того будешь ли ты кормить меня или я сама поем, — ответила Оливия, осматривая Ристана, одетого в низко сидящие кожаные штаны и ботинки Доктор Мартинс.

На его футболке было написано «А ты попробуй». И да… тело Оливии отреагировало на этот призыв, словно Демон наложил заклятье на все женственные места и нервные окончания Оливии, из-за которого она изнемогала по нему.

— В этот раз можешь поесть сама, — тихо произнес он и развернулся, оставляя ее одну в ванной.

Когда Оливия вернулась в спальню, обнаружила небольшой столик, на котором стояло достаточно еды: различные сорта хлеба, сыры, фрукты и разнообразные пирожные, от которых исходил пьянящий аромат, заставляя рот Оливии наполниться слюной.

Она не стала терять время и дать Ристану возможность передумать. Запихнув в рот кусок хлеба, она отправила следом фрукт, не заботясь, что, набив щеки, выглядит глупо. Она лучше будет выглядеть глупо самостоятельно поев, чем он ее станет кормить.

— Спокойней, библиотекарша, я не собирался что-либо делать тебе или забирать еду, — усмехнулся Ристан, сев на кровать, и простым взмахом руки он сменил одежду на простые шелковые пижамные штаны и больше ничего.

Оливия закашлялась, почти давясь сухой едой во рту. Он посмотрел с понимающей улыбкой, но не предложил помощь, а лишь кивнул на бокал вина, который стоял рядом с едой. Она сделала большой глоток, наблюдая за Ристаном поверх металлической каемки бокала. Когда она убрала бокал ото рта, на ее губах осталось вино. Она настороженно наблюдала за ним, но его это нисколько не волновало.

От неясности его намерений, Оливия так и оставалась настороже. Ристан наблюдал, как она ела, словно это была ее последняя трапеза. Как только эта мысль пришла в голову, Оливия отложила хлеб, который только что откусила.

— Ты намерен убить меня? — прошептала она, сквозь катящиеся по щекам слезы.

Оливия выпрямилась и расправила плечи, пока внутри нее вели борьбу страх и неуверенность.

— Расскажи мне о детях в музыкальной комнате.


Глава 21 | Мрачное объятие демона | Глава 23



Loading...