home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 27

Катакомбы были целыми и не тронутыми, как он и сказал. Они шли все вместе по одному из многочисленных туннелей, ведущих в пещерную разводку, которую Оливия знала, как свои пять пальцев.

Оливия время от времени останавливалась, чтобы просмотреть небольшие узоры, вырезанные на каменных стенах.

Эта вылазка была для нее прекрасной возможностью сбежать, и она была уверена, что Демон это понимал. Они миновали несколько закрытых дверей, за которыми хранились древние реликвии, содержавшие огромное количество силы, но ни одна из них не принесет Фейри хоть каплю добра.

Она бы могла повести их по одному из многочисленных путей с ловушками, которые Старейшины установили после того как закончили строить эту Гильдию, но если то что сказали ей Ристан и Адам правда, то она должна им помочь.

Адам совершенно определенно был Фейри, и ей было хорошо известно, что он не мог солгать.

Воспитанникам в Гильдии часто объясняли, для чего была создана Гильдия и Старейшины много раз просили представить, что было бы с миром, не контролируй Гильдия Фейри. Тотальный хаос и Человечество всегда будет проигравшей стороной.

Оливия снова остановилась и провела пальцами по холодному камню, затем повернулась к Ристану, и у нее перехватило дыхание, когда она почувствовала дразнящий мужской запах.

Ристан многозначительно ухмыльнулся и поднял руку, чтобы обхватить ее щеку, не заботясь о том, что Адам стоял всего в нескольких футах от них.

Его глаза заклубились тем особым сиянием Фейри, но он опустил руку, словно вспомнил, что они были не одни. Она взволнованно прочистила горло.

— Я не совсем могу рассмотреть некоторые мелкие глифы. Мне понадобятся мои очки для чтения, чтобы рассмотреть их, но все же в темноте это будет не совсем надежно. Было бы лучше, если бы у меня все еще были мои контактные линзы, — пробормотала она смущенно.

— Ведьма, которой нужны очки для чтения, — съязвил Адам, удивленный ее словами, — Еще никогда не встречал ведьму, которой нужны окуляры для чтения, — рассмеялся он.

— Да, это еще одна причина, по которой я не стала наемницей, — прорычала она, и было похоже, что Адам был готов взять свои слова обратно.

Ристан остановил Оливию и осторожно прижал большие пальцы к её закрытым векам, толкнув немного магии в ее глаза, настраивая четкость.

— Тебе все еще придется надевать очки в постели, если я захочу поиграть в библиотекаря, — прошептал он ей на ухо и легко поцеловал, прежде чем убрать руки.

Оливия моргнула и прищурилась, глядя на глифы. Она с трудом удержала тихий вскрик, когда обнаружила, что может четко видеть мелкие символы. Она ахнула, подняла руки, чтобы потереть глаза и убедиться, что это не плод ее воображения.

— Как тебе только удалось? — прошептала она, глядя на символы, сначала стоя на расстоянии, а затем приблизившись.

— Магия, — сказал он и не был готов к тому, что Оливия бросится к нему и обнимет.

— Спасибо, — завизжала она, а затем увидела, что Адам за ними наблюдает. Она неловко отступила, но была не в силах спрятать улыбку, которая приклеилась к лицу.

Оливия прикусила нижнюю губу, чтобы спрятать улыбку и вернулась к предмету их дискуссии.

— Это недалеко, но путь будет немного скользким. На камни капает вода из главного водопровода города, который все время протекает в катакомбы уже много лет, — прошептала она, словно боясь, что ее подслушивают.

— Веди, а я буду наслаждаться ландшафтом, — сказал Ристан соблазнительным тоном. Он медленно скользнул по ней взглядом, отправив водоворот жара в живот, от чего её лоно налилось от возбуждения. Он пристально посмотрел на ее лоно, скрытое под джинсами, а затем повернулся и увидел, как просеялся Адам.

— Куда он ушел? — спросила она и повернула голову, чтобы заглянуть в темный коридор, туда, где маленькие фонарики, которые они держали, освещали путь.

— Он недавно совершил Переход, а ты пахнешь так, будто тебя нужно трахнуть, — сказал голосом, приводящим в замешательство, — Ему нужно часто питаться, а я не готов тобой делиться, — закончил он и подошел ближе, прижав ее в стене.

— Ты что делаешь? — прошептала она, глядя ему в глаза. Он замер над ее губами. Смущение смешивалось с желанием, что вызывало влажность у нее в трусиках, в то время как страх и неопределенность создавали боль в груди.

Всего было слишком много. Его было слишком много. Этот эмоциональный перегруз был полностью его виной! Она не должна была быть тут с ним, но сейчас хотела, чтобы его сексуальные губы преодолели последний дюйм и прижались к ее губам. Оливия хотела, чтобы ее мечта о том, что он трахает ее в катакомбах стала явью и это было плохо.

Она рассеянно облизала губы и в тот самый момент, когда он обрушил свой рот на ее губы, он принял ее покорность.

Они оба застонали, когда Ристан опустил руки на ее бедра и поднял ее так, чтобы она обхватила его ногами, и потёрся твёрдым членом о её влажную щёлку.

Они были настолько поглощены друг другом, что не заметили, как вернулся Адам, пока тот не кашлянул и только тогда они снова начали замечать что-то вокруг.

Оливия так сильно завелась, что ей хотелось зарычать на бывшего наемника, чтобы тот исчез, а она смогла воплотить в жизнь свою фантазию, но, к счастью, она попридержала язык, разжала ноги и ее медленно опустили на пол.

— Думаю, нам стоит продолжить делать то зачем мы сюда пришли, если только вы оба не планируете меня пригласить, — произнес он за их спинами.

Оливия почувствовала, как напрягся Ристан, а его глаза загорелись мерцающим серебром, что напомнило ей о том, кем он был. Ее все еще удивляло, что она не испытывала ни тревогу ни панику от осознания того, что ее похитил Демон.

Нет, на данный момент ей хотелось, чтобы тот заставил уйти Адама, и они смогли бы продолжить то, на чем остановились.

Ристан снова улыбнулся и еще раз приник к ее губам, а затем прошептал ей на ушко.

— Я воплощу твою фантазию в реальность, красавица, — пообещал он.

Оливия ахнула и с удивлением посмотрела на него, но не решилась спросить, как он узнал о ее грезах. Казалось, что он знает очень многое о ней. Как например о книгах, которые были у нее дома в кабинете. Интересно сколько раз он побывал в ее квартире?

Она постаралась снова поймать равновесие, но обнаружила, что колени не могут удерживать вес, но Ристан то скрыл от Адама, придержав ее и улыбаясь с высоты своего впечатляющего роста.

Он плавно скользнул руками ей на талию, теснее прижимая к себе, но Оливия повернулась, чтобы продолжить путь вниз по коридору, и подальше от него.

Оливия была так занята мыслями о реакции своего организма, в том числе и о всепоглощающих эмоциях, которые он вызывал, что забыла о том, что дорожка была скользкой и чуть не приземлилась на задницу.

Ристан с легкостью ее поймал и вместо того, чтобы просто помочь ей встать, он поднял ее и понес по скользкому пути. Сначала она сопротивлялась, но это было бесполезно, потому что Ристан только крепче прижал ее к себе.

— Перестань сопротивляться, — предупредил он, шлепнул ее по попке и легко продолжил путь, уверенно ступая по склизкому, покрытому водой каменному полу катакомб.

— Я могу идти, — раздражалась она.

Как чертовски неловко. Он нес ее, словно она была ребенком. Возмущение по этому поводу опалило ее щеки, а тело горело от его прикосновений.

— Я не смогу указывать направление в таком положении, — продолжила она, пытаясь спуститься, пока не начала делать что-то глупое, находясь в такой близости к нему.

Как, например, повернуть голову и понюхать его уникальный запах, который дразнил ее чувства даже сейчас. Было ощущение, что у него одеколон с афродизиаком и у него прямая связь с ее яичниками.

— Можешь, — сказал он и крепче обхватил ее тело, словно защищая.

— Я бы предпочла идти сама, — продолжала она.

— Я бы предпочел погрузиться в твой сладкий цветок, — размышлял он хриплым голосом, — Я могу отправить Адама и позволить этому случиться, — предупредил он, — Мои яйца становятся похожими на смурфов, поэтому сиди тихо иначе я не понесу ответственность за свою неспособность сопротивляться желанию тебя трахнуть.

Оливия сглотнула, и ей с трудом удалось спрятать улыбку, которая появилась от осознания, что он реагировал на ее тело, также как и она на его.

Оливия не была уверена, должна ли она быть в таком восторге от того, что у него синели от нее яйца. Все было просто, она была в восторге.

Ристан хотел ее, и Оливия начала думать, что либо у него была та же проблема с тем, что она не могла потушить пожар, который разгорался между ними, либо он просто потешался над ней.

Она указала пальцем на дальнюю стену слева, и Ристан пошел в том направлении. Она прикоснулась рукой к тому месту на стене и считала слегка выступающие бугорки, которые оставили строители в качестве указателя направления для всех кто пользовался катакомбами.

Судя по тем материалам, в которых она копалась, пока работала библиотекарем, этот проход принадлежал к одному из первых кланов и не использовался где-то с 19 века

Гильдия тогда решила, что запутанные переходы катакомб помогут смутить врага, поэтому эта часть наилучшее место для всего что кланы и гильдия хотели бы спрятать. Они никогда даже не предполагали, что Гильдия разрушится изнутри.

Они никогда не предполагали, что Гильдия будет скрывать кого-то типа Синтии и Адама или кто-то из своих переметнется на другую сторону.

Война была ужасна, и пока они шли по переходу, Ристан рассказал еще немного, почему Синтия была в Гильдии. А вот почему Адам последовал за ней, было немного запутанным.

Кирос, однако, был магом, или, по крайней мере, он обратился на сторону магов. Как они это провернули, было неизвестно и теперь не имело значения.

Оливию снова опустили на ноги, когда пол стал суше, и она смогла думать о чем-то еще помимо прикосновений Ристана. Они приблизились к музыкальной комнате, как часто называли ее дети.

Оливия замерла на полпути, когда события ночи снова всплыли у нее в памяти и от случившегося захлестнули эмоции. Ее первая драка и первое убийство произошли в ту ночь, тогда же начались и пытки для того, кто стоял позади нее.

Ристан провел рукой вверх по ее руке, и Оливия позволила ему проникнуть в разум, чтобы ощутить ее чувства вины, предательства и смущения. Она неохотно показала ему, какого это быть на ее месте. Оливия позволила ему ощутить чувство ужаса, когда ее попросили предать его и Олдена.

Затем она вспомнила леденящее душу убийство ребенка, которое произошло на ее глазах, и закрылась. Словно переключателем, она перекрыла чувства и повернулась, чтобы посмотреть на него, стараясь удержать слезы, которые грозились пролиться из глаз.

— Здесь больше никого нет, — тихо сказал Ристан, и чтобы доказать ей, что он говорит правду, толкнул дверь.

Оливия сглотнула и пошла вперед. Сердце учащенно билось, когда она прокручивала в голове все произошедшие события в комнате. Все было на своих местах.

Именно так как прежде, когда она прятала здесь детей. Не было маленьких безжизненных тел лежавших на полу, было чуть-чуть крови там, где одного или двоих ранили.

Она осмотрела оставшиеся предметы в комнате, затем повернулась к Ристану. Оливия в замешательстве покачала головой, но очень быстро на смену замешательства пришла надежда.

— Вы вывели их отсюда, — прошептала она, запинаясь, прежде чем у нее сорвался громкий всхлип, и она разрыдалась.

Ристан не знал, что делать, но осторожно прижал ее к своей груди и держал, пока Оливия плакала, омывая душу и впитывая то, что он ей уже сообщил.

Те дети были живы, потому что она боролась за них. Эта крохотная женщина боролась с мужчинами, чтобы спасти детей от резни, и что прибавило положительных пунктов в его списке.

— Они живы и должны благодарить тебя за это, — сказал он, поцеловав ее в макушку и отстранив ее от себя, посмотрел на Оливию сверху вниз, — Теперь перейдём к делу, — проинформировал он ее, — Где недостающие страницы из файлов, которые были в коробках?

— Несколько коридоров ниже и затем в нижнем перекрытии катакомб, — ответила она, — Вообще-то мы направляемся в шахту, где они приносили жертвы Гекате, — сказала она с дрожью в голосе.

Ристан улыбнулся, когда у нее задрожала нижняя губа, и удержался от желания устроить сцену, которую обещал, перед мрачным, погруженным в раздумья Адамом, молча за ними наблюдающим.

— А ящик? Ты знаешь, где от него ключ? — продолжил он.

— Думаю, что ящик и ключ хранились раздельно, и я не имею ни малейшего понятия, где он может быть. Я только знаю, что он абсолютное зло и помоги нам Бог, если он попадет в не те руки, — сказала она, прежде чем вытереть слезы и вывести их из комнаты в сторону темной лестницы, ведущей в самую глубокую часть катакомб.


Глава 26 | Мрачное объятие демона | Глава 28



Loading...