home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава пятая

— А ты славный малый, — сказал Джеральд Лейер, отпивая вина. — Я сперва думал, ты плебей и трус.

— Спасибо на добром слове, — проворчал Дэрри.

— Нет, правда. Сам знаешь, людей судят по первому впечатлению, а на турнире ты показался мне проходимцем. Сеньор твой непонятно откуда взялся, к тому же. Теперь я понимаю, что вы храбрые ребята — оба.

— А мне сначала было все равно, — пробормотал Гленан. — А потом надоело смотреть, как Томас всех вокруг задирает.

— Как вы вообще сошлись с этим уродом? — спросил Дэрри.

— У него богатый отец, — пояснил Гленан, — а моя семья давно разорилась. Живя в столице, ты либо находишь себе покровителя, либо идешь ко дну.

— Однако, ты нашел в себе смелость послать его в пекло.

— У меня все же осталась честь. Хоть какая-то.

Они остановились в корчме «Ни нашим, ни вашим», расположенной на полпути между Жестяным кварталом и Верхним Городом. Было здесь поприличнее, чем в заведении матушки Фролл, но все-таки не совсем уж прилично. Было здесь грязновато, тревожно и шумно, в воздухе пахло пьяными кутежами и шальным весельем.

— И в такие места ходят дворянские сынки? — спросил Дэрри, скосив глаза в сторону бандитского вида компании, галдящей подле очага.

— Ты очень многого не знаешь о дворянских сынках, поверь, — сказал ему Гленан.

— Охотно верю. Сам ведь я не дворянский сынок.

— Раз уж речь зашла, — вставил Джеральд. — Мне показалось, ты отзываешься о людях благородного сословия с неприязнью, почти с презрением.

— Есть такое. И в самом деле отзываюсь, — спокойно согласился Дэрри. — Люди благородного сословия презирают простолюдинов навроде меня. Вот и приходится платить им той же монетой.

— И твой лорд не оттаскает тебя за уши за подобную дерзость?

— А он никакой не лорд. Его дед был лесником, а отец получил рыцарское звание за воинскую доблесть. Сэр Гэрис грубоват, но зато не чванлив.

— А ведь знаешь, — сказал ему Джеральд, — и мои предки сто двадцать лет назад были простыми солдатами. В нашей стране почти не осталось древней аристократии. Лишь несколько фамилий, связанных кровными узами с фэйри или с королевским домом. Большинство старых семей либо обеднело, — он бросил быстрый взгляд в сторону Гленана, — либо пресеклось в войнах. Последнюю сотню лет Эринланд только и делал, что воевал. Теперь любой храбрец может стать лордом — если повезет, конечно.

— Именно об этом, — усмехнулся Дэрри, — я и думал, когда сбежал из дома.

Гленан и Джеральд оказались вовсе не такими уж плохими ребятами, как казалось Гледерику поначалу. С ними нашлось, о чем поговорить и какие байки пересказать, и держались эти юные дворяне уже гораздо менее заносчиво, чем при первом, неудачном с ними знакомстве. Джеральд знал, как выяснилось, уйму забавных и непристойных историй из жизни местного высшего света, и охотно их пересказывал, порой, кажется, ради пущей выразительности слегка привирая. Гленан все больше помалкивал — иногда, впрочем, вставляя в разлагольствования Джеральда язвительные комментарии. Сильно разговорчивым отпрыск графов Кэбри не казался — но это было вызвано, кажется, скорее природной замкнутостью характера, нежели аристократическим высокомерием. И Гленану, и Джеральду сделалось, кажется, уже совершенно наплевать на происхождение их нового товарища.

Молодые люди проторчали в корчме еще чуть больше двух часов, начав с сухого красного вина и продолжив темным пивом, а потом Джеральд заявил, что его ждут в другом месте, и откланялся. Он при этом едва держался на ногах, его ощутимо пошатывало. Как объяснил Джеральд, направлялся он к девушке. Дэрри мысленно пожелал сыну барона Лейера не свалиться по дороге ни в какую канаву.

— В какую таверну двинемся теперь? — спросил Дэрри Гленана, застегивая плащ и надевая перчатки.

— Ни в какую. Возвращаемся в Каэр Сиди, там и разживемся выпивкой. Это если ты, конечно, не хочешь завтра днем очнуться в какой-то грязной луже без кошелька и сапог.

— Точно. Я ведь и забыл, что у меня теперь имеется кошелек. Хотя если мы продолжим так кутить, — Дэрри хмыкнул, — опустеет он быстро. Раньше ведь, знаешь, — сказал юноша почти с вызовом, — это я срезал кошельки с подвыпивших лордиков наподобие тебя.

— Чем только не приходится заниматься нам в нашей жизни, — проявил редкостную невозмутимость юный Кэбри. — Я и сам, когда дома шаром покати, думал — а не податься ли мне из дворян в разбойники.

Дэрри и Гленан, как были пешком, направились в королевский замок, поднимаясь крутыми улицами Верхнего Города. Ночь выдалась темная и почти беззвездная, и в ней было почти ничего не видать. Редкие фонари освещали дорогу, и в редких окнах горел свет. Погода окончательно испортилась, было промозгло и сыро. Голова у Дэрри слегка кружилась — отчасти от усталости, отчасти под влиянием выпитого.

— А твоя семья правда совсем разорилась? — спросил он Гленана.

— Почти совсем, — ответил тот спокойно. — Дед занимался торговлей, но торговля сейчас захирела — а поместья наши были разорены последними войнами. Отец продал больше половины имений, и думает, не продать ли оставшиеся. У нас только фамильный замок остался, да и тот скоро придет в запустение.

— Но ты служишь у Фэринтайна.

— Лорд Эдвард ценит старую кровь. Ему проще взять на службу такого, как я, нежели богатого выскочку вроде Томаса.

— И какой он, твой лорд? — полюбопытствовал Дэрри. — Правду говорят про Фэринтайнов, что они не совсем люди?

— Об этом я бы не стал рассуждать с какой-то определенностью, — помедлив, все же ответил Гленан. — Лорд Эдвард необычный человек, с этим я не могу поспорить. Но если ты намекаешь, не занимается ли он колдовством — нет, ничего такого я своими глазами не видел.

— Жаль, — сказал Дэрри чуть сонно и споткнулся. — Хотел бы я увидеть настоящего колдуна, хоть раз.

Стражники у ворот Каэр Сиди пропустили их почти без проволочек, лишь только признали в Гленане наследника графов Кэбри. Только лишь старый сержант что-то проворчал им в спину на предмет беспечности молодых гуляк, и пожелал не нарваться в следующий раз на уличных бандитов.

Оказавшись на пустынном по ночному времени крепостном дворе, Дэрри хотел уж попрощаться со своим новым приятелем и сказать, что дорогу к казармам найдет как-нибудь и сам — как вдруг его внимание привлекли крики и звон стали, доносившиеся от дверей главной башни замка.

— Погляди, — сказал Дэрри, хватая Гленана за рукав, — там вроде какая-то заваруха.

— И правда, — Кэбри потащил меч из ножен. — Пошли разберемся!

На ступенях, ведущих к дверям донжона, и в самом деле шел бой. Несколько десятков вооруженных людей напирали на стражников, бешено размахивая мечами и крича. Свет факелов озарял темноту. Пропел арбалет — и один из воинов, оборонявших вход в башню, упал замертво. Остальные плотнее сдвинули свои ряды. Выглядели они решительно, но уступали врагу числом. «Проклятье, — пронеслось в мыслях у Дэрри, — да что здесь случилось? Гости совсем перепились после турнира, и теперь дерутся друг с другом?»

Не мешкая и не рассуждая, Гленан Кэбри взбежал вверх по ступеням и атаковал нападавших с тыла. Гленан вмешался в происходящее с такими невозмутимостью и решительностью, как если бы стычки подобного рода были во Вращающемся Замке в порядке вещей. Графский отпрыск пронзил мечом спину одному из атакующих, тут же высвободил оружие и ранил другого неприятеля в ногу, чуть повыше икры. Неизвестные враги, кем бы те ни были, начали оборачиваться к Гленану лицом, поднимая оружие.

— Дуралей потешный, ты ж теперь готовый мертвец, — в сердцах проворчал Дэрри, обнажая клинок. — И я тоже мертвец, по всей видимости, — добавил юноша и, отчаянно ругаясь, побежал на помощь к приятелю. Голова все также немилосердно кружилась, ступеньки самым подлым образом норовили убежать из-под ног — но руки, по крайней мере, держали меч достаточно твердо. Юноша не в первый уже раз возблагодарил старого солдата, изрядно натаскавшего его в фехтовальных делах, и ткнул клинком в первого попавшегося противника. Тот, облаченный в легкие доспехи крайне ловкого вида боец, немедленно парировал и тут же контрактовал. Дэрри кое-как блокировал оказавшийся весьма сильным удар и едва не свалился с лестницы. Взмахнул мечом по восходящей линии — и проткнул неприятелю грудь. Мертвец рухнул к его ногам. «Я все-таки не совсем бездарь», — подумал юноша с немалым облегчением.

Дэрри с Гленаном встали плечом к плечу, против пятерки развернувшихся к ним врагов.

— Нас убьют, — сказал Дэрри. — Мы уже, считай, покойники.

— Значит, — ответил Гленан, парируя едва не пришедшийся ему в горло выпад, — умрем как герои.

Умирать, однако, им в тот раз не пришлось. Спустя минуту со двора подоспели еще солдаты, и, присоединившись к Дэрри и Гленану, начали теснить нападавших. Осмелев, Дэрри бросился в атаку. Он проткнул насквозь одного противника, и едва успел высвободить оружие, пока другой не снес ему голову с плеч. Люди, с которыми они сражались, были облачены в основном в кольчужные рубахи либо обшитые металлическими бляхами кожаные куртки, и дрались отчаянно. Многие лица в толпе нападавших показались Дэрри смутно знакомыми. Он покрепче сжал рукоятку меча, отражая очередной выпад. К счастью, со двора продолжали прибывать привлеченные переполохом королевские бойцы, включая давешнего сержанта с его отрядом, и вскоре враги оказались в меньшинстве и были перебиты.

— Что здесь за помешательство происходит? — спросил Гленан у командира стражи. — Откуда эти господа вообще взялись?

— Да бес его знает, ваша милость, — отозвался тот, едва перевел дыхание. — Собрались толпой и напали, когда я отказался пропускать их в башню. Наглые, как черти, и такие же злые. Я сначала решил, они просто пьяны и хотят помахать оружием потехи ради — ан нет, действовали явно с умыслом.

— Это ведь все гости турнира, не так ли? — спросил Гленан, осматривая мертвецов. — Я узнаю нескольких, шатались здесь в последние дни. В замке, кажется, идет сейчас пир?

— Да, ваша милость. Его величество собрал сегодня много гостей. Хотел отметить окончание турнира. Проклятье! Если это было спланировано кем-то заранее, внутри могут оказаться еще негодяи вроде этих. Нужно предупредить короля.

— И в самом деле нужно. Пойдемте!

Внутри замка, как оказалось, тоже шел бой. Пиршественный зал сделался ареной настоящего побоища. Дэрри увидал Эдварда Фэринтайна — тот дрался против трех противников сразу, сам вооруженный длинный мечом и кинжалом. Гленан бросился на помощь своему господину, и Дэрри последовал за ним. Те оказались застигнуты врасплох подоспевшей к Фэринтайну подмогой. Дэрри успел обменяться несколькими ударами с доставшимся на его долю противником, пока Эдвард и Гленан легко разделались со своими. Не желая сильно отставать от них, Дэрри стремительно взмахнул клинком, сделал финт и проткнул неприятелю живот.

— Сэр Эдвард, — Гленан коротко поклонился, — я в вашем распоряжении, и мастер Брейсвер — тоже.

— Я думал, вы с мастером Брейсвером собрались встретиться для смертного поединка этим вечером. А от вас разит вином, и вы оба живы. — Герцог Фэринтайн улыбнулся. — Хендрик сегодня раньше обычного удалился в свои покои. Я думаю, эти мерзавцы желают прорваться туда. Не дадим им этого сделать.

Герцог двинулся к ведущей на верхние этажи донжона лестнице, созывая к себе солдат. Вокруг валялись мертвецы. Дэрри успел заметить, что в бою полегло немало гостей и слуг, как если бы нападавшие убивали всех, кто оказался на их пути.

На лестнице врагов оказалось больше всего. Эдвард Фэринтайн бросился прямо на них, без промаха разя мечом. От его ловкости захватывало дух. Герцог двигался стремительно и изящно, и почти каждый сделанный им выпад оказывался смертоносен. Атакуя мечом, блокируя вражеские выпады кинжалом, сэр Эдвард стремительно продвигался вперед и вверх. Казалось, ничто не может его остановить. Дэрри и Гленан едва поспевали за герцогом Фэринтайном, а тела убитых врагов валились им прямо под ноги.

— Твой лорд и впрямь не человек, — выдохнул Дэрри. — Люди так хорошо не дерутся.

— Вот увидишь, — сказал ему Гленан, — я и сам однажды буду драться как он. Всему можно научиться.

— Надеюсь. Потому что мне аж завидно стало.

В зале, ведущем к королевским покоям, они увидали Хендрика Грейдана. Тот был в одной ночной сорочке, и бился, вооруженный огромным двуручным топором. Длинные русые волосы разметались у короля по плечам, лицо было искажено гримасой ярости.

— А, Эдвард! — закричал он при виде кузена. — Поди сюда, пока я не прикончил всех этих подонков сам!

Фэринтайн ворвался в толпу. Молниеносные выпады клинка, стремительные развороты, алая кровь, хлещущая на холодные плиты пола. Дэрри и сам успел зацепить нескольких врагов. Он мог гордиться собой — в конце концов, прежде сражаться на пьяную голову ему еще не случалось. Дэрри как мог орудовал мечом, стараясь уворачиваться или закрываться от вражеских ударов. Рядом с ним сражались Гленан Кэбри и королевские гвардейцы. Пару раз солдаты прикрыли Дэрри от вражеских атак, в другой раз он и сам кого-то прикрыл. Хмель уже выветрился у него из головы, и он старался биться сосредоточенно и аккуратно, со всей возможной внимательностью. Юноше не хотелось быть ни покалеченным, ни тем более убитым, а в этой беспорядочной свалке и та, и другая опасность представлялись ему вполне реальными. Он старался внимательно следить за своими противниками, и, стоило тем хоть на секунду замешкаться или открыться, спешил нанести удар. Главное было — правильно выгадать момент.

Прошла, наверно, четверть часа, прежде чем схватка закончилась. Почти все нападавшие были мертвы, кроме одного, которого взяли живым, выбив у него оружие из рук.

— Ваше величество, — Дэрри увидел Гэриса, протолкнувшегося сквозь толпу, — рад, что вас не зацепили.

— Фостер! Почему так поздно пришли? — Хендрик пнул сапогом одного из покойников. — Вы пропустили самое веселье. Еще раз опоздаете — я разжалую вас из гвардейцев, и убирайтесь тогда на край света.

— Я дышал воздухом на стене, — сообщил Фостер спокойно, — когда услышал со двора крики. Явился сюда, как только смог прорваться. Мне пытались помешать, — в подтверждение своих слов он продемонстрировал окровавленный клинок.

— Так и быть, прощаю, — сказал король. — Многих мерзавцев вы уложили?

— Человек десять или пятнадцать. Я не считал. А вы, сэр?

— А я считал, — широко улыбнулся Хендрик. — Тринадцать. Хорошее, по-моему, число. Я хотел как раз уединиться со своей королевой, когда услышал из коридора крики. Эти подлецы убили троих моих добрых воинов, прежде чем я подоспел. Кэмерон! — крикнул король, развернувшись к своим покоям, — мы убили всех, кого требовалось, будь спокойна! Я скоро приду, — он обернулся обратно к Гэрису Фостеру и лорду Фэринтайну. — Нужно допросить пленного. Гэрис, держите кинжал у горла поганца, а я буду говорить.

Фостер без колебаний послушался приказа.

— Ну что, — спросил Хендрик Грейдан, глядя пойманному убийце прямо в глаза, — заговоришь сразу? Если нет, прогуляемся до моих казематов. Там найдутся дыба, тиски, железная дева, тарагонский сапог. С чего нам лучше будет начать, как ты считаешь?

Пленный бестрепетно встретил взгляд эринландского короля.

— Меня не нужно пытать, — сказал он спокойно. — Скрывать мне нечего. Меня послал сюда мой государь, лорд Клифф из дома Рэдгаров. Он передает тебе привет, Хендрик Грейдан, и говорит, что если ты хочешь поквитаться за реку Твейн, он будет ждать тебя у своих границ. Он убьет тебя там, а потом возьмет приступом Вращающийся Замок и женится на твоей прекрасной жене.

— Вот значит как, — сказал Хендрик тоже на удивление спокойно. — Не одному мне, выходит, являются дурные мысли. Что ж, мы с Клиффом всегда были сделаны из одного теста. Как тебя зовут? — спросил он пленного.

— Я Питер из Уорвика, сквайр, — пожал он плечами. — Зачем ты спрашиваешь, король? Мертвецам имена ни к чему.

— Ты храбрец, Питер Уорвик. Вздумай ты юлить, я бы приказал повесить тебя, или отрубить голову, или четвертовать. Говоря по правде, я не знаю, какую именно казнь бы предпочел. Но ты говорил мне дерзкие вещи прямо в лицо, и потому я прощаю тебя. Посидишь пока в темнице. Когда война закончится и Гарланд станет частью моего королевства, я пожалую тебе баронство или даже графство. Ты это заслужил. Стража, уведите его!

Солдаты увели Питера Уорвика. Король, герцог Фэринтайн, Гэрис Фостер и два оруженосца, Гленан и Дэрри, остались в разгромленной зале одни. Дэрри посмотрел на трупы, что валялись здесь и там под ногами, и подумал, что вряд ли когда-нибудь привыкнет к виду мертвецов. Его мутило.

— Вы все слышали, господа, — сказал Хендрик все так же неестественно спокойно. — Клифф захотел моей крови, а я уже давно хочу его крови. Значит, чья-то кровь неизбежно прольется.

— Ваше величество, — поклонился Эдвард, — позвольте мне говорить.

— Позволяю. Хотя когда-нибудь я прикажу тебя казнить. Я ненавижу твою манерность.

— Простите, я был хорошо воспитан моим отцом, и, в отличие от моего брата, не смог это воспитание преодолеть, — Эдвард сказал это невозмутимо, глядя в побелевшее при этих словах лицо короля. — Я знаю, сэр, вы хотели бы, чтоб у реки Твейн остался лежать мертвым другой Фэринтайн. Но небеса рассудили иначе, и раз я теперь ваш наследник — дозвольте мне высказаться.

Рука короля сжала рукоять топора:

— Я же уже разрешил. Говори наконец, и будь проклят.

— Может, и буду однажды. Ваше величество, я не меньше вашего озабочен судьбой королевства. Наша армия слаба, наши воины устали, а лучших из них нет в живых. Рэдгар прекрасно знает все это, а еще он знает ваш нрав. Потому он и подослал в Каэр Сиди убийц. Он желает спровоцировать вас. Он встретит вас на хорошо подготовленных позициях и разгромит. После этого он действительно сделает с королевой Кэмерон то, о чем грозился.

— Не впутывай сюда мою жену, ублюдок, — сказал Хендрик.

— Вы впутываете ее сами, отправляясь на войну, с которой не вернетесь живыми. Я прошу вас, мой король — подождите. Скоро зима. Клифф не станет атаковать зимой, и отойдет от границ. Тем временем я разошлю гонцов. В Иберлен, Лумей, Падану — во все сопредельные Гарланду королевства. Мы создадим настоящий союз. Пообещаем разделить Гарланд на несколько частей, если они вступят в войну на нашей стороне. Когда у нас будет коалиция, мы отомстим за прежнее поражение. Через год или два. До тех пор Клифф не осмелится сам напасть, а потом он окажется загнан в свою берлогу.

— Обращаться к надменным лордам Иберлена, что едят с серебряных тарелок? К паданским выродкам, готовым предать родного отца? Они все потребуют золота за свои услуги. Лучше я распоряжусь своим золотом иначе. Я уже договорился с хорошими солдатами из Озерного Края, и скоро они прибудут в Таэрверн. Мы выступим после Самайна, и сразимся с Гарландом в честном бою.

— Этот честный бой закончится вашей смертью, — сказал Эдвард прямо.

— Вы считаете меня плохим воином, Фэринтайн?

— Вы хороший воин, Грейдан, — губы сэра Эдварда чуть дрогнули. — Но во вражеской армии — в три раза больше хороших воинов, чем вы можете собрать. Я не хочу надевать вашу корону после вашей смерти. Пусть лучше вам наследует ваш сын, когда родится.

— Да, — сказал Хендрик с наконец прорвавшейся яростью, — вы не хотите рисковать, и потому предлагаете обратиться к интригам, подкупу и коварным посылам. Я и в самом деле сожалею, что у реки Твейн погиб не тот Фэринтайн. Будь здесь Гилмор, он бы меня поддержал. Фостер, чего вы молчите? Выскажитесь наконец. Вы поддерживаете меня или этого эльфийского лорденыша?

Сэр Гэрис пожал плечами.

— Я не король, и вряд ли им стану когда-нибудь. Решаете здесь вы. Но ваши решения мне по душе. Отправляйтесь на войну, и я поскачу на нее вместе с вами.

— Вот слова настоящего мужчины, — Хендрик подошел к Гэрису и крепко пожал ему руку. — Я не жалею, что взял вас в свою гвардию. В бою вы будете драться по правую руку от меня, как дрался бы Гилмор, а Эдвард — по левую, потому что ничего большего он не заслужил. Сейчас я покину вас, милорды. Моя королева напугана, и я желаю ее успокоить. Точите мечи — они скоро вам понадобятся.

Король развернулся и скрылся в своих покоях.

Какое-то время все собравшиеся молчали. Наконец лорд Эдвард сказал:

— Я вижу, вы пришлись ему по душе, сэр Гэрис. Я снова чувствую себя так, как чувствовал всю жизнь. С моим братом они тоже были неразлей вода.

— Скучаете по нему? — спросил Фостер со странным выражением лица.

Герцог Фэринтайн помедлил, прежде чем ответить.

— О мертвых принято либо молчать, либо говорить правду, — вымолвил он наконец. — Я предпочту быть искренним. Мы плохо ладили с Гилмором, и чем дальше, тем хуже. Гилмор слишком восхищался Хендриком. С годами он стал бездумным и жестоким. В последний наш разговор мы поругались. А теперь Хендрик обезумел от желания отомстить за него и, видимо, хочет погубить королевство.

— Вы трус, герцог, — сказал Гэрис ему резко. — Да простится мне такая прямота, но вы трус. Я не удивлен, что победил вас в бою. В вас нет мужества.

— Вы победили меня в бою, — ответил Эдвард ему ровным тоном, — потому что я поддался вам, сэр Гэрис. Мне безразличны победы на турнирах, я не настолько тщеславен. Просто стараюсь набраться опыта с разными противниками, потому и принимаю участие в такого рода забавах. Я встретил воина, который достойно владел мечом, и не видел ничего зазорного в том, чтоб уступить ему первенство. Теперь, когда вы знаете это, ваша спесь немного убавилась?

Около минуты Гэрис смотрел на лорда Фэринтайна молча, не говоря ни слова. Дэрри сделалось не по себе. Он скосил глаза в сторону Гленана, и увидел, что тот тоже встревожен.

— Я думаю, нас скоро рассудит война, — сказал Гэрис сухо. — Не забудьте на нее явиться. Война — не турнир, на ней и умереть можно. Дэрри, пошли отсюда. Почистишь мою одежду и оружие, — Фостер решительно двинулся к лестнице, ведущей вниз.

Дэрри чуть помедлил, прежде чем идти за ним следом. В ушах у него чуть звенело — слишком много удивительных событий вместил в себя закончившийся день. Внезапные враги, становящиеся внезапно товарищами; слишком много выпитого после заката вина и слишком много мертвецов, валяющихся под ногами после полуночи. Безумный, сумасшедший день. Конечно, именно на что-то подобное Гледерик и рассчитывал, когда сбегал из родительского дома, однако реальность превзошла самые смелые его ожидания. Ссорящиеся короли и герцоги; дерзкие рыцари и наемные убийцы; королевства, сцепившиеся в смертельной вражде. Все как в отцовских побасенках, рассказанных у камина.

Юный оруженосец задумчиво посмотрел на Эдварда Фэринтайна и Гленана Кэбри, и затем сказал:

— Гленан, рад знакомству с тобой. Надеюсь, мы станем хорошими друзьями. Как увидишь Джеральда — передавай привет, и скажи, что он многое пропустил. Лорд Фэринтайн, вы самый умный человек в этом королевстве. Обычно такие люди долго не живут, так что будьте, пожалуйста, осторожней. Мое почтение, господа, — и он побежал вслед за Гэрисом Фостером, размышляя, какие еще заботы и хлопоты приготовила им всем судьба в дальнейшем.


* * * | Легенда о Вращающемся Замке | Глава шестая



Loading...