home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


* * *

Заполнять анкету на чешскую визу с непривычки было трудновато. Да еще на английском языке. Яна даже язык от усердия высунула. В мусорной корзине уже «отдыхали» обрывки трех испорченных анкет. Сейчас она пыталась четкими печатными буквами заполнить четвертую, боясь ошибиться снова.

— Ипатова, там тебя спрашивают, — в кабинет заглянула сидящая в регистратуре Лена.

— Сейчас иду, — откликнулась Яна, обрадовавшись, что ненавистную анкету можно отложить. — Там кто, кошка или собака?

— Там мужчина. — Лена пожала плечами. — Один, без питомца.

Клинику, в которой она работала уже пять лет, Яна обожала. Еще учась в институте, она мечтала попасть именно сюда — в ветеринарный центр, открытый доктором Цыплаковым. К Владимиру Владимировичу ездили не только со всего города и даже области, но и из соседних городов. Он был не просто хороший врач, а отличный. Брался за любые, даже самые сложные операции и делал их с блеском.

У них весь коллектив был хороший — дружный и слаженный. Цыплаков — директор и хирург, сама Яна — терапевт и дерматолог, Ольга Дмитриевна — стоматолог, Павел Семенович — кардиолог. Это Цыплаков придумал — сделать в ветеринарной клинике узкую специализацию. Он был уверен, что нельзя одинаково хорошо лечить все, хоть у человека, хоть у собаки, хоть у ежика, поэтому его врачи специализировались по профилям, он отправлял их на семинары и конференции, заставлял читать специализированные журналы и даже самим писать в них статьи. На данный момент в клинике также работал новичок Ленчик Макаров. Он был еще студентом, поэтому специализацией не обзавелся, оставался у всех на подхвате.

Несмотря на весьма еще юный возраст, Ленчик был женат чуть ли не с первого курса, и его жена Маша ждала уже второго ребенка. При этом семья жила в общежитии, ютилась в четырнадцатиметровой комнатке.

— Ленька, зачем вам второй ребенок? — схватилась за голову Ольга Дмитриевна, когда гордый Макаров сообщил, что скоро станет отцом во второй раз. — Куда вы нищету плодите? Сами еще почти дети. Надо же на ноги встать, квартиру приобрести, а уж потом плодиться и размножаться.

— Так как же, — искренне удивился Ленчик. — Меня же иначе в армию заберут. А так я институт в июне закончу, а к июлю справочку в военкомат представлю, что детей двое. Машка как раз в конце июня родить должна. А деньги — дело наживное. Будут.

Оптимизм Ленчика поражал Янино воображение, но в принципе сильно она не удивлялась. В каждом домушке, как известно, свои погремушки. Если уж так хочется отмазаться от армии, живя вчетвером в облезлой общежитской конуре, так ради бога.

Сейчас Ленчик работал не покладая рук, ловко раскидывая собравшуюся очередь. Высокоспециализированной помощи никому не требовалось, поэтому Яна вполне могла поговорить с тем, кто ее спрашивает, а потом вернуться к ненавистной анкете. Выйдя в самую первую комнату, в которой и располагалась регистратура, она увидела мужчину, скрашивающего ожидание чтением стендов с полезной информацией:

— Здравствуйте, это вы меня спрашивали?

Он повернулся, и Яна невольно оторопела. Перед ней стоял тот самый «Олег Попов», под самый нос к которому она спланировала с крыши неделю назад. Клетчатой кепки на голове у него не было, а вот куртка и кашне были теми же, что и в первую встречу. Кудрявые буйные волосы в беспорядке торчали вокруг головы. Без кепки мужчина напоминал то ли Игоря Корнелюка, то ли Валерия Леонтьева, правда, слегка подстриженного.

— Вы? — удивленно спросила она. — Как вы меня нашли?

— Вы сказали, что вы — ветеринар, и я объехал несколько клиник с вопросом, не у них ли работает девушка, увлекающаяся роупджампингом, — на полном серьезе ответил он.

— Но зачем?

— Я вас искал, потому что вы должны мне помочь. Мы можем поговорить?

— Можем. — Яна пожала плечами. — Пойдемте в мой кабинет, только недолго, а то у нас очередь собралась.

Проведя мужчину в свой кабинет, она усадила его по другую сторону стола и приготовилась слушать.

— Давайте хоть познакомимся, — как ей показалось, жалобно сказал мужчина.

На секунду у Яны мелькнула мысль, что именно это и было целью его визита — познакомиться, но она тут же отогнала ее как неконструктивную. Никогда ни один мужчина не мечтал с ней познакомиться после внезапной встречи. В ней не было ничего привлекающего внимание. Яна сама знала, что обладает совершенно неброской, незапоминающейся внешностью. Не могла же она привлечь этого мужика только тем, что спустилась с неба на глазах у изумленной публики…

— Меня зовут Яна, — сказала она. — Яна Ипатова.

— А меня Ярослав Васильевич Петранцов. Можно просто Ярослав.

Ярослав Васильевич — это ничего. Нормально. Судя по его внешнему виду и манере одеваться, его вполне могли звать как-нибудь иначе, более эпатирующе. Лаэрт Никанорович, например. Лаэртом Никаноровичем звали нового маминого мужа, с которым Яна никак не могла найти общий язык. То ли из-за дурацкого имени, то ли из-за невыносимого снобизма и дурного характера.

— Итак, Ярослав Васильевич, вы сказали, что я должна вам помочь. В чем именно?

— Моя собака… Штефан… Он действительно оказался беспородным, вы были правы.

— И что теперь? Вы хотите сдать его в приют и не знаете, с чего начать? Или вы предлагаете мне его усыпить? — Голос Яны прозвучал резко. Сидящего напротив нее человека она в эту минуту презирала.

— Что? Нет, я не собираюсь его усыплять, что вы. — В голосе ее нового знакомого промелькнула растерянность. — И в приют сдавать не собираюсь. Он — мой друг. Ну, вы понимаете. В конце концов, мне совершенно все равно, породистый он или нет. Мы с ним прекрасно ладим вдвоем. Мама всегда говорила, что мне нужен кто-то, о ком можно заботиться, и вот теперь, когда мамы нет, у меня появился Штефан, и я его никому не отдам. Вот только этого человека, который мне продал щенка под видом породистого, его же нужно найти.

— Зачем? — не поняла Яна. От того, что Ярослав Васильевич не собирался выкидывать своего беспородного пса на улицу, у нее как-то потеплело на душе. Неприязнь к собеседнику разом прошла, и она вдруг заметила, что он — вовсе не старый, сорока еще нет, и довольно симпатичный. А что одевается непривычно глазу, так что ж с того.

— Ну как вы не понимаете? — Он вдруг разволновался. — Я провел расследование, несколько часов сидел в Интернете и хочу вам сказать, что мой случай — не единичный. Этот человек уже несколько раз так поступил. Он преступник, мошенник. А значит, его нужно остановить. Обезвредить.

— Так этим полиция должна заниматься. — Яна все еще не понимала, чего он от нее хочет. — Вы обратились в полицию?

— Господи боже ты мой, — он даже, кажется, рассердился из-за ее бестолковости. — Яна, что вы, какая полиция? Кто будет заводить дело из-за какой-то перекрашенной собаки? Нам нужно найти всех обманутых людей, объединиться, собрать заявления, чтобы их было как можно больше, и уже только после этого обращаться в полицию. А еще можно попытаться поймать этого негодяя на живца.

— Как?

— Да очень просто. По объявлениям по продаже собак. Вот тут-то мне и нужна ваша помощь. Со мной он больше встречаться не станет. Я же видел его в лицо. И телефон мой у него наверняка в базу данных занесен. Впрочем, телефон не проблема. У меня есть запасной. Я уже попытался ему позвонить, не скрою. Его аппарат вне зоны. И думаю, что после каждой сделки он меняет номер. Именно для того, чтобы не быть пойманным.

— План ваш мне ясен, — сказала Яна. — Признаю, что он не лишен смысла. Но все равно, почему вы решили обратиться за помощью именно ко мне? Вы же меня только один раз в жизни видели.

— Да это же просто, — рассмеялся он. — Вы разбираетесь в собаках. Более того, вы их любите и жалеете. Вам невыносима мысль, что кто-то может выбросить на помойку своего пса только потому, что он оказался дворняжкой. Именно поэтому вы наверняка согласитесь мне помочь. А еще вы решительная. Нерешительные девушки не станут заниматься этим вашим роупджампингом и сигать с крыши.

В его словах была логика. Яна подняла голову и внимательно посмотрела в его лицо — открытое славное лицо, которое вовсе не портил крупный вздернутый нос.

— Кроме того, я тоже могу быть вам полезен, — вдруг сказал он. — Как говорится, услуга за услугу. К примеру, я в два счета помогу вам оформить чешскую визу. И вообще, я очень хорошо знаю Чехию, более того, у меня свой дом в Праге, то есть не дом, а небольшая квартирка в доме на две семьи, но это не важно.

Теперь уже Яна смотрела на него чуть ли не с испугом.

— Откуда вы знаете, что я собираюсь в Чехию? — спросила она чужим, ставшим скрипучим голосом. — Вы что, справки обо мне наводили?

— Да не пугайтесь вы так, — он, кажется, всполошился. — У вас на столе лежит анкета, заполненная лишь наполовину, а в мусорном ведре обрывки. То есть я понимаю, что вы подаете документы на визу впервые, и у вас это вызвало затруднение. А то, что виза чешская, на ней написано. Яна, я ничего про вас не выяснял, я даже как вас зовут, узнал только что. Просто я довольно наблюдательный.

— Да уж, — сказала она сухо. — А по вам и не скажешь. И уж про дом в Праге — тем более. А я действительно собираюсь в Чехию. Правда, не в Прагу, а в Дечин. Там оборудовали отличную via ferrata. Это трассы для альпинистов, их там пять. На Пастыржской скале. Это место еще называют Чешской Швейцарией.

— Слышал, но бывать не приходилось, — отозвался Петранцов.

— Ну, в общем, у нас там соревнования через месяц. С этой скалы роупджамперы тоже прыгать могут. Вот мы и тренируемся сейчас. А Прагу я, конечно, очень хочу посмотреть. Всегда мечтала там побывать, но боюсь, что не смогу себе позволить еще и это. Дорого.

— Вот! Я и говорю, что могу быть вам полезен, — с воодушевлением заметил он. — Когда ваши соревнования закончатся, вы можете приехать в Прагу и поселиться в моем домике. На жилье сэкономите. А питание там совсем недорогое. Тем более что можно продукты в магазине покупать и самой дома готовить.

— Заманчиво, — признала Яна. — Но так далеко мы пока заглядывать не будем. Пока вы мне действительно помогите заполнить анкету, а то я с ней совсем замучилась, и будем искать вашего злоумышленника. Сегодня я до десяти вечера работаю, а потом у меня два дня выходных. Тренировки, конечно, есть, но я думаю, что мы все прекрасно успеем. Тренируюсь я на доме, в котором вы живете, так что давайте договоримся, что завтра я к вам приду, и мы все решим. Хорошо?

— Отлично, — вскричал он. — Тогда завтра я вас жду. И Штефан тоже. Мы живем в сто семьдесят пятой квартире.


Людмила Мартова Обжигающее счастье | Он, она и пушистый детектив | * * *



Loading...