home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


VIII

Участники похорон вернулись незадолго до четырех часов, наскоро выпили чаю и приступили к делу.

По их единодушному желанию мистеру Мидлтону выделили самое удобное кресло. Он выудил из кармана длинный, скрепленный печатью конверт и мрачно оглядел собравшихся.

– Этот документ… э-э-э… достаточно краток, – сказал он. – И каждый из родственников упомянут в нем поименно. Вероятно, мне будет лучше попросту зачитать текст.

Завещание Эверарда Хоупа оказалось таким же причудливым, какой была вся его жизнь. Его последнее волеизъявление потрясло всех, хотя по большей части не имело никакой особой ценности с точки зрения закона. Он писал, что Гарт, будучи по профессии юристом, несомненно, сам умел набивать себе карманы деньгами и не нуждался в посторонней помощи. Что касалось Сесила, то Эверард Хоуп читал некоторые издания «Вопросов морали для молодежи» и заметил, что в них неизменно восхвалялась бедность. В противоположность этому любой персонаж, добивающийся материального успеха, одновременно разрушает себя морально. При подобных обстоятельствах он посчитал бы любое предложение денег оскорбительным для своего кузена. Так Эверард Хоуп разделался с Сесилом. По поводу братьев Лэйси он писал, что, как ему представлялось, они внешне жили гораздо более благополучно, не получая никакого годового дохода, чем он сам, обладая внушительным состоянием. А посему в его намерения не входило нарушать их устоявшийся финансовый баланс. Переходя к Джулии, Эверард Хоуп отмечал, насколько часто она заверяла его в своем нежелании оказаться на его месте, и он бы только навредил компаньонке, навязав ей свое положение. Однако в качестве залога своей привязанности все же завещал Джулии акварели с пейзажами Святой земли, выполненные тетушкой Рейчел в годы молодости и украшавшие теперь различные помещения в доме.

Таким образом, все его состояние за вычетом расходов на погребение и прочие юридические издержки доставалось дальней родственнице по имени Дороти Кэппер из Лондона, но при одном четко определенном условии. В случае же ее неспособности исполнить поставленное условие деньги переходили в собственность его самого близкого по закону родственника или родственницы. Он предоставлял адвокатам и самим членам семьи определить, кто именно станет тогда наследником.

Когда оглашение завещания завершилось, на какое-то время воцарилось изумленное молчание, в котором тем не менее ощущался потенциально мощный грозовой заряд, и Джулия Карбери подняла голову, словно ожидая оглушительных раскатов грома и внезапного обильного ливня.

Первым заговорил Хью:

– Кто-нибудь хоть раз встречался прежде с женщиной по фамилии Кэппер?

– Я даже никогда не слышал о ней, – ответил Гарт. – Предполагаю, она относится к тому типу родни, что обычно называют «седьмой водой на киселе», какая есть почти в любом семействе.

– Дьявольски странное условие он присовокупил, – заметил Кристофер.

– Совершенно верно. – Гарт от злости повысил голос. – Я оспорю завещание. Это просто гнусность!

Вопрос, заданный мистером Мидлтоном холодным, как камень, тоном, ледяным дождем обдал разгорячившегося Гарта.

– На каком же основании вы его оспорите, мистер Хоуп?

– Недееспособность, – резко отозвался Гарт. – Старческое слабоумие.

– Наступившее с какого же времени?

– Он был законченным сумасшедшим уже давно, – небрежно сказал Гарт. – Достаточно вспомнить, как он считал каждое пенни, а жалкие свечные огарки втыкал в ряд на металлических штырях в холле для тех, кого величал «ночными птичками».

Люсиль склонилась вперед.

– Верно. А единственный коробок спичек прикрепил к стене, чтобы его не украли.

– И только взгляните на его одежду, – продолжал Гарт. – О, нет никакого сомнения. Он был не в своем уме.

Теперь настал черед мистера Мидлтона склониться вперед.

– Ровно за месяц до того, как составить это завещание, – сказал адвокат, – он написал другое, в котором все было завещано непосредственно вам. Вы, значит, полагаете, что безумие поразило его в течение именно этого месяца?

– Названная вами женщина должна была обладать каким-то рычагом влияния на него, – предположил Гарт.

– Насколько мне известно, он не встречался с ней с самого детства, – холодно отреагировал мистер Мидлтон.

– В таком случае… Боже милостивый, уж не хотите ли вы сообщить нам, что она – его незаконнорожденный ребенок?

На лице мистера Мидлтона отразилось негодование.

– Разумеется, нет.

Он аккуратно сложил свои документы и приготовился встать.

– Как бы то ни было, – не унимался Гарт, – а я оспорю завещание.

Мистер Мидлтон пожал плечами.

Затем споры продолжились.

Супружеские пары затянули их почти до наступления воскресного утра. Холостяки проявили куда как меньше упорства. Более того, собрав свои вещи, они вместе с мистером Мидлтоном перебрались в гостиницу «Золотистый фазан», находившуюся в Волф-Нортоне вдоль дороги на несколько миль дальше этого дома. Добравшись до отеля, они с удивлением обнаружили, что их успела опередить мисс Карбери.

– А она-то что тут делает? – громогласно спросил Кристофер.

– Она приняла верное решение, – пояснил мистер Мидлтон. – Мисс Карбери более не состоит в услужении у мистера Хоупа и не получала приглашения задержаться от новой владелицы усадьбы.

– Верно, черт возьми, но ведь Гарт тоже не получал такого приглашения, – возмутился Хью.

– Он уже считает себя своего рода духовным владельцем дома, – заметил мистер Мидлтон с ледяной улыбкой.

– А Сесил, конечно же, не собирается оставлять дом в полное распоряжение Гарта, – продолжал Хью. – Что ж, хорошо хотя бы одно. Нас больше никто не сможет заставить провести ночь в том про`клятом доме.

Мисс Карбери тактично заказала ужин в свой номер, а к тому времени, когда братья спустились вниз на следующее утро, им сообщили, что она отбыла поездом в 9:04.

– До чего же женщины любят осложнять всем жизнь! – простонал Кристофер.

Хью овладел приступ смеха.

– Ха! Занятную игру она затеяла!

– О чем ты, черт тебя побери?

– А до тебя еще не дошло? Старая добрая Джулия! Представляю, в какое бешенство это приведет Гарта!

Теперь и Кристофера осенило.

– Ты хочешь сказать, что она…

– А разве это не очевидно?

И совершенно не обратив внимания на отстраненно холодный взгляд мистера Мидлтона, они одновременно бросились к телефону, каждый надеясь стать первым, кто предупредит Гарта о том, что секретарша их покойного кузена ухитрилась обвести всех вокруг пальца и, по всей видимости, направлялась сейчас в Лондон, чтобы раньше остальных познакомиться с новой наследницей.


предыдущая глава | Убийство на Брендон-стрит. Выжить тридцать дней | cледующая глава



Loading...