home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


I

Обычно поход Дороти по магазинам сводился к визиту в какой-нибудь из крупных универмагов на Оксфорд-стрит, где она примеряла несколько платьев, пока наконец выбирала то, которое более или менее подходило ей по размеру, и покупала его по самой высокой цене, какую могла себе позволить. Такой не самый удачный способ выбора одежды становился очевидным если не самой Дороти, то уж точно ее подругам, как только она впервые надевала перед ними новый наряд. Как правило, Дороти заходила в нужный отдел, нервно оглядываясь по сторонам, и приходила в ужас при появлении рядом продавщицы. Стоило сотруднице универмага атаковать ее своим вниманием, как Дороти принималась невнятно бормотать, что она просто проходила мимо, ждет подругу, причем тут же начинала интересоваться ценами якобы по поручению этой несуществующей леди. Разумеется, ни одна из ее жалких уловок ни на секунду не вводила сотрудниц магазинов в заблуждение. Они сталкивались с подобными малообеспеченными покупательницами многократно каждый день, и задача опытной продавщицы состояла в том, чтобы заставить несчастную жертву непременно купить что-нибудь. Причем обычно совсем не ту вещь, которая нравилась клиентке, ведь она стоила слишком дорого для нее. Но покупательнице уже волей-неволей приходилось приобретать хоть что-то, а продавщица могла занести себе в актив проданный товар. Однако сегодня мисс Кэппер не пробиралась украдкой к избранной модели, чтобы под предлогом изучения отделки воротника или застежек бегло взглянуть на карточку с ценой. Напротив, она гордым маршем вошла в отдел, словно ожидая, что кто-то отсалютует при ее появлении, и твердо заявила:

– Будьте любезны помочь мне в выборе. Я хочу купить платье, а возможно, еще и пальто в придачу. Нечто, в чем можно отправиться на обед в дорогой ресторан.

– Какой цвет предпочитает леди? – поинтересовалась продавщица.

И мисс Кэппер в равной степени удивила и ее и себя, спросив:

– А какой цвет вы мне порекомендуете?

Моментально выведенная из состояния извечной профессиональной скуки сотрудница универмага сказала, что у них как раз имеется прекрасный ансамбль в черных и желтых тонах.

– Черное? – Мисс Кэппер отчетливо выразила сомнение.

– Вы настолько светлая сами по себе, мадам, что вполне можете носить черное пальто, и, конечно же, желтое платье в дополнение создаст эффектное впечатление яркости и легкости наряда.

И она разложила на прилавке черное пальто из тончайшей шерсти, превосходно скроенное.

– А не слишком ли оно теплое? – пробормотала Дороти, которой прежде виделось что-то более броское, пестрое, шелковое с горжеткой подобающей расцветки.

– Заметьте, мадам, у этого пальто нет воротника, а сшито оно так, что вы вовсе не почувствуете на себе его веса.

И она препроводила все еще сомневавшуюся Дороти в примерочную. Затем принесла еще несколько платьев, перебросив их через руку, но как только дверь за ними закрылась, продавщица доверительным тоном сказала:

– У меня не было сомнения, что вы сразу влюбитесь в этот черно-желтый ансамбль, мадам. Я уже некоторое время присматривалась к покупательницам со светлыми волосами и кожей, пытаясь найти ту, кому он подойдет идеально.

Дороти стащила с себя привычное коричневое платье и осталась в простенькой комбинации из искусственного шелка. Продавщица помогла ей надеть желтое платье, повязала вокруг талии эффектный поясок, очень узкий и оригинальный с виду, оправила облегающие рукава на пуговицах и отступила назад, чтобы оценить общее впечатление. Дороти всмотрелась в свое отражение. Платье на первый взгляд выглядело даже слишком строгим, и она уже собралась предложить украсить его дополнительным вышитым воротничком или приколоть бутоньерку чуть выше левой груди, но затем, при всей своей неискушенности в моде, поняла, что вещь смотрелась элегантной без всяких лишних изысков.

– Разумеется, – тактично заметила сотрудница магазина, – мадам нужно будет внести небольшие изменения в макияж. К такому платью понадобится оранжевого оттенка губная помада.

Дороти, никогда прежде не подбиравшая губную помаду, если не считать нескольких случаев покупки пробников за шесть пенсов, покорно согласилась: да, ей тоже так показалось. Втайне она была искренне потрясена переменой в своей внешности. Не сказать чтобы Дороти вдруг помолодела, но у нее появилась хорошая фигура, а этого никто и никогда в ней не замечал. Продавщица тем временем накинула на нее черное пальто, отмечая его несомненные достоинства. Пояса оно не имело, но отменно сидело благодаря прекрасному покрою, а застегивалось единственным крючком на талии и крошечной желтой пуговицей у горла.

– Оно чуть коротковато, – попыталась пожаловаться Дороти.

– Только не для вас, мадам, – тут же возразила находчивая и готовая ко всему продавщица. – Некоторым леди просто противопоказано показывать всем свои ноги, и я бы ни в коем случае не предложила им подобный фасон. Вас же это не касается. А теперь, естественно, вам понадобятся черные туфли и шляпка.

Не дожидаясь ответа клиентки, которая, как она поняла, была совершенно одурманена своим новым обликом, отражавшимся в высоком зеркале, старшая продавец-консультант отправила помощницу в отдел аксессуаров. Вскоре оттуда явилась седовласая дама, которую все величали мисс Джаспер. Она принесла две шляпки – сработанные по последнему слову моды и нисколько не похожие на грубоватый головной убор мисс Кэппер, смахивавший на шляпы лодочников. Одна была изготовлена из жесткой, но легкой соломки с черной лентой, умело обвитой вокруг тульи и придававшей некую утонченность. Другая, лакированная и черная, выглядела нарядной из-за приколотого букетика кокетливых лютиков.

– Вот шляпка, словно созданная для такой леди, как вы, – уверенно заявила мисс Джаспер, бросая на пол убор из легкой соломки так небрежно, словно он не стоил три гинеи, и пристраивая черную шляпу под чуть заметным наклоном поверх головы Дороти, уже не пытавшейся возражать или выискивать недостатки.

Даже если бы Дороти посчитала шляпку не совсем подходящей лично ей, не оставалось никаких сомнений, что она превосходно гармонировала с остальными вещами из ансамбля. Обе сотрудницы магазина заведомо решили: Дороти непременно остановит выбор именно на черной шляпе. Изумленная своим потрясающим отражением в зеркале, Дороти в смятении чувств безмолвно согласилась заплатить за все безумную цену – 69 шиллингов и 6 пенсов.

– Эта модель, – объяснила мисс Джаспер тоном акушерки, показывающей матери новорожденного младенца, – будет превосходно выглядеть не только в нынешнем, но и в следующем сезоне. Кроме того, подобную шляпку вам вообще никогда не надоест носить.

И все же Дороти пришлось сделать вид, будто она все еще пребывает в нерешительности. «Конечно, я могла бы попросить их убрать лютики, а потом купила бы немного черной ленты, чтобы носить ее со своей винного оттенка марокканской шляпой», – так говорили в ней остатки совестливости, не одобрявшей столь дорогие приобретения в мире, где многим людям приходилось голодать. К счастью, Дороти не поделилась своими мыслями вслух, потому что обе продавщицы явно готовы были тут же лишиться чувств в случае ее отказа от покупок.

– Я хочу надеть все это сегодня же к обеду, – уверенно заявила она.

– У мадам имеется счет в банке?

Да, у Дороти был счет. Денег на нем лежало совсем мало, но для этой покупки оказалось достаточно. Часом позже она вышла из расположенного рядом салона красоты после массажа лица и наложения нового слоя косметики. Дороти иначе причесали светлые волосы, что несколько смущало ее, покрыли щеки абрикосового оттенка пудрой, а губы – оранжевой помадой. Новые перчатки, туфли, даже пара маленьких сережек – Дороти поддалась соблазну претерпеть полную трансформацию.

Часы показывали уже 12:45, и пришлось поймать такси, чтобы добраться до «Волшебного гриля». При этом она ощущала себя не старше тридцати лет, а в глубине души лелеяла надежду, что многие не дали бы ей и двадцати пяти.

Многие, вероятно, могли бы, но только не Хью Лэйси. Наметанным глазом он сразу все понял и дал свою оценку великолепию явно только что купленного наряда, а также чрезмерной оживленности Дороти, вызванной неуверенностью в себе и непривычностью окружавшей ее обстановки. У него мгновенно ухудшилось настроение. Он-то ожидал увидеть плащик и юбочку с дешевой распродажи, пару чулок из вискозы и, возможно, ту полосу из меха, которую многие не слишком грудастые женщины надевают как своего рода орденскую ленту поперек туловища, но отнюдь не что-то столь броское и шикарное, каким оказалось облачение Дороти.

«Все приобретено специально к случаю, – отметил он про себя. – Непростительное мотовство».

Вначале он опасался, что кое-кто из завсегдатаев мог подумать, будто он пригласил к обеду свою тетушку из провинции, приехавшую на денек в Лондон. Но потом понял, насколько важным событием могла стать для нее их встреча. Хью воспринимал «Гриль» как обычное заведение, куда ты приходил повидаться с друзьями, поесть и выпить; это можно было сделать в любом другом ресторане. Здесь ничто не будоражило его воображения, как и Дороти в заурядном «Корнер-Хаусе». Но визит в «Волшебный гриль», и это бросалось в глаза со всей очевидностью, стал для нее подлинно увлекательным приключением.

– Кузина Дороти! – воскликнул он, выходя ей навстречу с чарующей улыбкой.

– Как мило с вашей стороны сразу узнать меня! – отвечала Дороти, которую отчаянно тревожила мысль, что останется неузнанной и ей придется отвечать на вопрос метрдотеля, с какой целью она, собственно, зашла в ресторан. Подобно многим женщинам ее возраста и жизненного опыта, Дороти легче справилась бы с вражеским парашютистом, чем с обычным лондонским официантом. Но вот перед ней уже стоял Хью, выглядевший таким подтянутым в военном мундире, таким молодым.

Он взял ее за руку и не отпускал почти минуту, говоря с улыбкой:

– Мне ли не узнать вас? Я ведь, понимаете ли, живу за счет остроты своего ума в эти трудные дни. Служу в военном министерстве. Скажите, каковы ваши предпочтения?

Она ударилась в объяснения, что без особых претензий живет в Буше – районе, о котором капитан Лэйси, наверное, даже не слышал. Причем все это сопровождалось скромными жестами и пожатием плеч, что, по ее мнению, было проявлением светских манер.

– Как это интересно, – пробормотал Хью и привлек к себе внимание официанта, обслуживавшего зал бара. – Нам два больших гиньоля.

Официант ответил: «Вас понял, сэр». Словесный поток Дороти сразу иссяк. Его вовсе не интересовало, как и где она предпочитает жить. Он спрашивал, что кузина будет пить, а она, намереваясь изначально показать, насколько привычно ей все в «Волшебном гриле», потерпела полный провал, не поняв первой же фразы из принятого здесь жаргона. Дороти ощущала себя актрисой-дилетанткой, не вовремя вышедшей на сцену и не знавшей, как теперь себя вести.

Хью, уловив ее затруднение, поспешил помочь собеседнице расслабиться.

– Как случилось, что мы с вами никогда не встречались прежде? – спросил он, делая вид, словно не заметил ее конфуза. – Вы ведь никогда не навещали кузена Эверарда.

– Это все из-за моей матушки, – очень серьезно сказала Дороти, а потом продолжила подробно излагать взгляды покойной миссис Кэппер на вопросы морали.

– Теперь мне все понятно, – отозвался Хью. – Ваша мама была очень умной женщиной. А вот моя навязала нас с братом Крисом кузену Эверарду. Притом что тоже отличалась истинной добротой, но, как это часто бывает с людьми, у которых самые благие намерения, немного перестаралась.

Два больших гиньоля были им поданы. Хью передал один из бокалов Дороти и произнес:

– За удачу!

Они оба подняли бокалы и сделали по глотку. В тот же момент ресторанный зал поплыл кругами перед глазами Дороти. На какое-то время она почувствовала себя человеком, погрузившимся под воду, где оставалась, как ей показалось, достаточно долго. Хотя на самом деле это продолжалось всего лишь мгновение, поскольку, вынырнув на поверхность, Дороти обнаружила, что Хью по-прежнему рассказывает о своей матери.

– В итоге мы получили от старика одни лишь разумные советы. Хотя, если разобраться, наш старикан, по всей видимости, считал свои советы куда дороже ста тысяч фунтов.

– Насколько я знаю, такое часто происходит с богатыми людьми, – кивнула Дороти, разглядывая бокал в своей руке и прикидывая возможный эффект от еще одного глотка.

– Неужели? – удивился Хью, который выглядел так, будто вовсе не пил спиртного. – У меня не было возможности основательно разобраться в этом вопросе. Большинство моих приятелей – первоклассные мастера вешать лапшу на уши, чтобы занять у тебя же денег, – добавил он, заметив изумленное выражение на лице Дороти.

Дороти осторожно отхлебнула немного из своего бокала, и на этот раз напиток помог ей немного расслабиться.

– Мне сразу вспоминается миссис Меривейл, – доверительным тоном сказала она. – Знатная дама и одна из самых уважаемых прихожанок церкви Святого Себастьяна. Представьте, когда она нервничала во время воздушного налета, то имела право тут же позвонить викарию в поисках утешения.

Она сделала выжидательную паузу.

– Практически особа королевской крови, – уважительно отозвался Хью, почувствовав, что от него требуется какая-то реакция.

– Так вот. – Дороти уже улыбалась и вовсю потягивала коктейль, словно воду. – Однажды викарию понадобилась помощь, чтобы установить в церкви новый котел для отопления. А она лишь отправила ему целую кипу рекламных проспектов городских фирм, брошюры с рекомендациями, как починить старый бойлер, но…

– Но чека не прислала даже на фунт, – закончил мысль Хью, видя, как ее лицо постепенно багровеет под слоем оранжевой пудры.

– А ведь у нее лимузин с личным шофером, и она как-то умудряется добывать для него бензин. Впрочем, ее муж – крупный правительственный чиновник.

– Вот вам простой секрет преуспеяния. Это многое объясняет, – сказал Хью.

Мимо проходил официант, и он остановил его.

– Два больших гиньоля.

– Если честно, то мне уже доста… – с сомнением начала Дороти.

– Но это будет всего лишь вторая половина уже выпитого вами, – успокоил ее Хью. – Вы, стало быть, полагаете, что божественной волей очень немногим людям дозволено иметь большие деньги, поскольку они оказывают дурное влияние на характер?

Его вопрос искренне обрадовал Дороти. Он свидетельствовал, что этот красивый молодой человек – Хью только что исполнилось тридцать шесть, но Дороти он казался значительно моложе – воспринимает ее всерьез.

– Вообще-то, я так не считаю, – ответила она, залпом проглотив остатки первого гиньоля и становясь все более красноречивой. – Потому что люди недостойные продолжают оставаться очень богатыми, тогда как, согласно вашей теории, им следует познать нужду и стать добрыми членами нашего общества. Я имею в виду: жизнь к ним редкостно несправедлива.

– У меня порой такое впечатление, что вы надо мной насмехаетесь, – сказал Хью. – Никогда не бывали на Флит-стрит? [2]

– Я часто проезжала вдоль нее на омнибусе. – Дороти приходилось тщательно подбирать слова. – Но вот… странность! Я не помню, чтобы хоть однажды прошла по ней пешком.

Хью окинул ее пристальным взглядом.

– Поверю вам на слово, – кивнул он затем. – Я имел в виду, что вы можете быть одной из тех сочинительниц, которые пишут короткие нравоучительные стишки для одного из иллюстрированных журналов. Они всегда печатаются прозаической строкой и не выглядят стихами, пока не вчитаешься. Вы знаете, о чем я говорю. «Не смотри, куда упал фугас, а взгляни на небо лишний раз. Потому что он упал оттуда, и осталась лишь развалин груда. Но увидишь: Небеса блаженны, и закончится все хорошо для нас».

Пришел официант с новой порцией больших гиньолей. Теперь Дороти уже не нужно было уговаривать выпить. После первого глотка она собралась с мыслями, чтобы ответить Хью.

– Я с этим не согласна, – твердо сказала она. – Все не закончится для нас хорошо, потому что… Они вовсе не блаженные и голубые… Я имею в виду небеса.

Хью залпом опустошил свой бокал.

– Ваша взяла, кузина, – уважительно признал он. – Но все равно жаль, что упомянутая вами миссис Меривейл не встречалась и не могла увидеться с кузеном Эверардом. Они были птичками одной породы. Много раз, когда я пытался тронуть сердце старика горестными рассказами о своих денежных проблемах, он всего лишь отделывался советами, как жить, не влезая в долги.

– На самом деле есть только один способ не делать долгов, – торжественно заявила Дороти. – Всего лишь иметь достаточно наличности для удовлетворения всех своих нужд. Если она у вас имеется… – Дороти напугала кузена, махнув бокалом прямо в сторону его лица, – …тогда у вас все прекрасно. А ежели нет…

Убежденный, что она сейчас примется цитировать мистера Микобера, Хью поспешил перебить ее: [3]

– В том-то и состоит моя извечная проблема: где взять достаточно наличности?

– Или до крайности сократить свои нужды, – добавила Дороти. А затем, прежде чем он смог возразить, продолжала самым небрежным тоном: – А правда, что кузена Эверарда убили?

– Такие сплетни распускает Джулия?

– Она предостерегла меня, – сообщила Дороти, защищая отсутствующую Джулию.

– Если хотите знать, он в темноте свалился в лестничный проем, но если будете осторожны, с вами этого не случится.

– Со мной это исключено, – невозмутимо заметила Дороти. – Я живу в обычной квартире.

– Тогда не упадите с крыши. Помните одно: бедняки всегда сироты, а будущая наследница всегда будет окружена друзьями. Но ведь люди способны ради денег на самые отчаянные поступки. Даже Крис и я… Нет, мне не хочется сказать, что нас уже манила мысль об убийстве… Но мы порой даже устраивались на работу, вот только старались никому не рассказывать об этом.

Дороти выглядела совершенно обмякшей. Она допила второй бокал и теперь оглядывалась вокруг, словно ожидала, что прямо в воздухе материализуется третий.

– У меня есть еще один вопрос, – сказала она. – Почему вы и мисс Карбери так заинтересованы в том, чтобы со мной ничего не случилось?

Хью, казалось, почувствовал неловкость ситуации.

– Как вам это объяснить? – ответил он. – Просто до сих пор я никогда не опускался до того, чтобы ограбить слепого или ударить калеку.

Неожиданно два больших гиньоля действительно появились как бы сами собой.

– Кузен Хью! – звонко воскликнула Дороти. – Будьте любезны, перестаньте говорить со мной таким покровительственным тоном. Создается впечатление, что вы считаете меня неспособной самостоятельно позаботиться о себе.

– А вы взгляните на свое положение иначе, – рассудительно заметил Хью. – Впустили Джулию к себе в дом, и она вполне могла разделаться с вами во сне. Затем вы приняли мое приглашение к обеду, дав мне возможность подсыпать вам что-нибудь в ваш бокал.

– Но ведь не подсыпали, – спокойно сказала Дороти. – Я следила за вами.

Хью вытаращил на нее глаза.

– И мисс Карбери не могла расправиться со мной во сне, потому что я запиралась в спальне, а она слишком толстая, чтобы проникнуть туда через каминную трубу. Вижу, вас это интересует, кузен Хью, и потому сообщу сразу, что собираюсь встретиться со всеми своими новыми родственниками. Угроза, затаившаяся во мраке, намного серьезнее опасности, о которой вы говорите открыто. Убедительно слышать от мисс Карбери, насколько хорошо ей известны все их уловки и трюки. Но я желаю выяснить это сама.

Два больших гиньоля уже оказали свое воздействие. Дороти умудрилась собрать вокруг немалочисленную группу слушателей, а в «Волшебном гриле» сделать это не так легко, как может показаться на первый взгляд.

– Никогда не покупай ничего у торговцев подержанными товарами, учила меня матушка, а чужие мнения столь же не стоят доверия, как и поношенная одежда, – триумфально закруглила свою мысль Дороти, совершенно пренебрегая тем фактом, что провела большую часть своей жизни, основываясь на чужих впечатлениях.

Хью озабоченно огляделся по сторонам. Последнее, чего ему хотелось, – это привлекать постороннее внимание. Обычно в ресторане обедало множество людей, и их пара вполне могла остаться там никем не замеченной, но только до нынешнего дня. Ведь он никогда не бывал там с такими женщинами, как Дороти. Она внезапно начала громко хихикать. Хью покраснел до корней волос. Невероятно, чтобы всего два коктейля могли оказать на кого-либо столь сильное воздействие.

– Я просто подумала, – объяснила Дороти, – что все это очень похоже на сюжет «Исчезнувшей на рассвете», хотя сейчас, конечно, уже не рассветное время. Там была главная героиня, – Дороти снова хихикнула, – которой неожиданно достались огромные деньги. И она отправилась обедать с красивым молодым человеком, а потом он пригласил ее к себе в квартиру.

– Она согласилась пойти с ним? – терпеливо поинтересовался Хью, подумав, что Дороти оказалась гораздо более деловитой, чем он ожидал.

– Да, поскольку прежде ни один красивый молодой человек не приглашал ее в гости, и она рассудила так: какой смысл иметь деньги, если от этого в твоей жизни ничего не меняется? Хотя, разумеется, допустила непростительную ошибку.

– В том смысле, что в ее жизни все изменилось уж очень круто?

– Когда они доехали до Пиккадилли-серкус, – продолжала Дороти замогильным тоном, – молодой человек вышел из такси и велел водителю: «Довезите эту леди до Максвелл-гарденс». По-моему, он назвал действительно Максвелл-гарденс. Но когда таксист добрался туда, из машины никто не вышел. Он открыл заднюю дверь и сразу увидел, почему так произошло.

– У вас странный вкус к страшным книгам, – мягко заметил Хью.

– Не к книгам, к фильмам. Я ни за что не стану читать детективные романы. После них мне или снятся кошмары, или я вообще не могу заснуть. Но вот что хорошо в фильмах на подобную тему: ты все видишь, а значит, ко всему готова. Знаешь, что таксисты никогда не запоминают лиц пассажиров и помощи от них ждать не приходится. И если бы я не посмотрела этот фильм, то никогда бы не смогла себе представить…

Она сделала драматическую паузу.

– Что представить? – спросил Хью.

– Представить однажды себя саму на месте героини фильма.

Воображение нарисовало ей слишком отчетливую картину. Она видела искаженное от ужаса лицо таксиста, шокированного еще и тем ущербом, который убийство нанесло его машине, внимательного и опытного сержанта полиции, но главное – собственное тело, так скромно и неброско одетое при жизни, ставшее центром публичного шоу.

Ее передернуло от возмущения и отвращения.

– Замерзли? – спросил Хью.

Дороти горделиво вскинула голову.

– Я не позволю никому убить себя, – во весь голос заявила она. – Ставлю семь к одному – ха! Скажу вам сразу, кузен Хью, пусть даже не пытаются. Я умру как истинная леди – в собственной постели.


предыдущая глава | Убийство на Брендон-стрит. Выжить тридцать дней | cледующая глава



Loading...