home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


II

Если бы часы не показывали всего лишь половину пятого пополудни в воскресенье, водитель такси с мисс Кэппер определенно решил бы, что пассажирка пьяна. Ее рука, открывавшая дверь машины, дрожала, как осиновый лист, голос, которым она назвала адрес, звучал то низко, то слишком высоко, не переходя в визг, но и не внушая доверия к состоянию ее ума. Повалившись на заднее сиденье, она беспокойно ерзала на нем, твердила какие-то фразы себе под нос, а на шофера смотрела так, что у него мороз стал пробегать по коже. Причем пассажирка постоянно оглядывалась через заднее стекло автомобиля.

– Могу только снять перед такой дамочкой шляпу, – делился впечатлениями водитель со своим коллегой тем же вечером. – Надо ухитриться довести себя до такого опьянения к половине пятого дня в треклятое тоскливое воскресенье. Не пойму, как ей это удалось.

Второй таксист предположил употребление наркотиков.

Но ведь она выбежала из «Александра-Холла», возразил первый.

Второй заметил, что как раз в таких местах и творятся порой самые странные вещи, если судить по его наблюдениям.

Дороти действительно оставалась настолько потрясенной, что не могла отличить пенни от кроны и сильно переплатила шоферу, в значительной степени компенсировав ему все волнения. Мисс Карбери с комфортом устроилась в любимом кресле Дороти, наливая себе четвертую чашку чая, когда хозяйка квартиры ввалилась в комнату.

– Надеюсь, он не пытался напоить тебя чаем? – сразу же спросила Джулия.

– Нет, – ответила Дороти лишенным всякого выражения голосом, проходя к столу и тяжело опираясь на него. – Он пытался вытолкнуть меня из окна и еще вколоть какое-то зелье. Я думала, мне уже не спастись от него.

– Я же советовала тебе ни в коем случае не встречаться с ним, – без малейшего сочувствия напомнила Джулия. – Лилиас тоже была там?

– Нет, – ответила Дороти. – У их маленькой дочери заболело горлышко. Посмотри на это. – Она вытянула руку вперед. На кисти виднелась чуть заметная царапина. – Понятно, что он собирался лишить меня сознания, чтобы потом ничто не могло остановить его…

Она с трудом закончила фразу, так трудно было дышать.

– Вышвырнуть тебя на улицу, а потом, если бы к нему возникли вопросы, заявить, что ты отправилась в дамскую уборную и выпала из окна на обратном пути. Что ж, тебя предупреждали. Жаловаться не на кого. В один прекрасный день, когда будет уже слишком поздно тебе помочь, ты, Дороти, умирая в своей постели или на мостовой, на дне шахты лифта или еще где-нибудь, только тогда, вероятно, вспомнишь мои слова.

Но подобная ситуация сейчас выглядела слишком оптимистичным вариантом даже в устах мисс Карбери.

Как только Дороти немного оправилась от шока, выпила чашку чая, а ее все еще дрожавшая рука оказалась в состоянии держать авторучку, она уселась писать послание мистеру Круку. «Поддерживайте со мной связь», – сказал он. А она сейчас отчаянно нуждалась в ком-то достаточно крепком, на кого смогла бы опереться. Мистер Крук как раз и представлялся ей крепче Гибралтарской скалы.

И Дороти без устали густо покрывала листок за листком своим мелким почерком. Наконец глубоко вздохнула и отпихнула от себя блокнот.

– Закончила? – по-доброму поинтересовалась мисс Карбери.

Все это время она вязала шерстяную шапочку цвета петуньи под каску для сапера. Шерсть была когда-то частью ее свитера, но она верила, что в военное время каждый должен приносить жертвы, отказываясь от самого дорогого своему сердцу. Шапочку такого цвета не спутают ни с какой другой, утешала себя она.

– Не совсем, – ответила Дороти. – Письма адвокатам требуют особой тщательности.

– А почему бы тебе попросту не отправиться и не повидаться с ним? – задала вполне разумный вопрос мисс Карбери.

– По-моему, ты сама говорила, что личные визиты к юристам обходятся гораздо дороже.

– В итоге это уже не будет иметь никакого значения, – заверила ее Джулия. – Можешь мне поверить, любой адвокат заранее решает, сколько ему с тебя слупить. И своего ни один из них не упустит.

– Кроме того, когда я беседую с адвокатами, то еще больше запутываюсь, – добавила Дороти, уже дошедшая до предела.

– В том-то и состоит замысел, – улыбнулась мисс Карбери. – Если ты достаточно сбита с толку, то даже не заметишь, какой крупный счет тебе выставили.

Дороти вновь склонилась над листом бумаги. Время выемки почты давно миновало, а на улице лил такой дождь, что отбивал всякое желание добираться до почтовой будки. Однако она с детства привыкла слышать перед сном назидательный стишок:

Не откладывай на утро,

То, что сразу сделать мудро.

Наша жизнь так быстротечна.

Не растрачивай же времени беспечно.

Я даю тебе совет вполне серьезно —

Вдруг назавтра станет слишком поздно?

И на протяжении жизни Дороти постоянно встречала людей, неукоснительно следовавших этому совету.

– Лучше дождись, когда я получу ответ от Холлинса, – сказала мисс Карбери. – Тогда в твоем распоряжении окажется нечто действительно неопровержимое. В конце концов, у тебя же нет доказательств, что Сесил пытался вытолкнуть тебя в окно, верно? А руку ты могла случайно поцарапать сама.

– Как ты думаешь, долго нам еще ждать вестей от мистера Холлинса? – нерешительно спросила Дороти.

– Подобные вещи требуют какого-то времени. По крайней мере, мне так кажется. Не стану делать вид, что много знаю о покушениях на убийства. В знакомых мне книжках сыщики, причем, как правило, детективы-любители, могли только взглянуть на чашку из-под кофе и сразу же сказать, сколько гран яда в нее бросили, но в реальной жизни все куда как сложнее. Особенно если мистеру Холлинсу пришлось передать конфеты более авторитетному эксперту. А он вполне мог так поступить, будучи человеком педантичным и добросовестным.

– Тогда мое письмо подождет до первого появления почтальона завтра утром, – согласилась Дороти.

– Только не надо делать мне одолжений, как это у тебя получается, – сказала Джулия. – Не забывай, насколько тебе повезло, что сейчас изучают шоколадки, а не содержимое твоего желудка.

Но с первой утренней почтой от аптекаря все еще ничего не пришло, и Дороти больше не желала прислушиваться к уговорам компаньонки дождаться послеобеденной доставки. Ведь письмо, отправленное из Фокс-Нортона в воскресенье, уже никак не могло быть получено в Лондоне на следующий день. Дороти предчувствовала, какое облегчение испытает, как только опустит конверт в почтовый ящик, и это действительно произошло. Как странно, подумала она, что хотя мистер Крук не производил впечатления джентльмена и даже не пытался им быть, от него исходила мощная аура надежности и безопасности. Ты понимала: если он взялся за дело, то непременно доведет его до успешного для тебя конца.


предыдущая глава | Убийство на Брендон-стрит. Выжить тридцать дней | cледующая глава



Loading...