home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


3

В разоренную и пожжённую Польшу степняки возвращаться не стали. Все-таки зима там тоже не сахар. А зачем морозить себе носы и то, что находится между ног, когда совсем близко теплые благодатные края? Прямо-таки курорты. Так что Субэдэй и Джэбэ повернули на юг и вторглись в Хорватию, Боснию и Албанию, после чего через Сербию и Болгарию (они благоразумно обеспечили проход снабдив продовольствием и степняки двигались держа себя в руках) вышли к Греции, точнее к Эпирскому деспотату и Латинской империи.

Субэдэй и Джэбэ радовались. Они достигли очередного моря.

Что-то у них на счет достижения морей какой-то явный бзик был… наверное из-за отсутствие морей в Монголии. С этим у них в последнее время полный порядок, Балтийское море, потом Адриатическое, а под конец так сразу два: Ионическое и Эгейское моря. Будет о чем рассказать в родных краях…

Перезимовав в Греции добавив к имеющимся достопримечательностям новые в виде очередных развалин, степняки под предводительством монголов весной тысяча двести двадцать пятого года двинулись на север.

Двигаться дальше на запад через Альпы было крайне неудобно к тому же они легко блокировались незначительными силами защитников, (а какие обвалы можно было устроить!), так что монголы решили пройти по северным долинам Священной римской империи.

Понимал это и Фридрих Второй и ради встречи врагов вернулся на свою родину из Сицилии и принял под командование собранную Германо-Польскую армию, что встретила татаро-монголов на Эльбе, когда те спускались вниз по ее течению из Чехии в районе города Дрезден.

Всего Фридрих Второй собрал шестьдесят тысяч человек, на двадцать тысяч меньше чем у противника, но большая часть его армии состояла из профессиональных бойцов, так что все шансы на успех были особенно учитывая внедренные новинки в вооружении.

Русские дружинники в предстоящем сражении участвовать не собирались, они собственно еще по осени поправив свое материальное положение в Австрии, довольные как коты обожравшиеся сметаной, вернулись домой.

Субэдэй и Джэбэ рассматривали своего очередного противника. Многочисленные победы не избавили их от осторожности, поражение от русов все еще болью в душе напоминало о себе, так что недооценивать противника они не собирались, тем более, что тот выглядел внушительно.

– Похоже они изучили опыт русов при встрече с нами, – сказал Джэбэ.

Выглядел он не очень хорошо. Зима в Греции не прошла для него бесследно, он сорвался и вновь налег на шаманские и циньские эликсиры и остается только гадать, сколько десятков если не сотен гречанок через положенное время родят «наконечники стрел», как Джэбэ называл своих детей, потому как если кто не в курсе. то Джэбэ это не имя, а прозвище данное ему самим Чингисханом в переводе с монгольского означающее Стрела.

Что до якобы изученного германцами опыта русов, то все дело в формациях арбалетчиков, что растянулись от одного края долины до другого, не сплошной линией, а отрядами по пять сотен человек. При этом они могли вести перекрёстный обстрел оставив достаточно широкие проходы для конницы, что скопилось позади них.

– Меня больше беспокоит их машинерия, что стоит позади… – сказал Субэдэй. – Явно ведь какую-то пакость приготовили. Как минимум зажигательные снаряды.

Позади немецко-польской конницы в окружении все тех же арбалетчиков прикрытых щитоносцами действительно почти сплошной линией стояли различные метельные механизмы от легких баллист, средних онагров, до тяжелых требюше.

– Да ты прав и наши ракеты до них явно не дотянутся, если не пододвинуть установки поближе…

– Они ударят по нам раньше и мы просто впустую потеряем свои ракеты…

– Тогда ним не остается ничего другого, как сыграть в нашу любимую игру, – засмеялся Джэбэ.

Субэдэй с усмешкой кивнул. Он отдал приказы вестовым и те галопом умчались к командирам отрядов.

Убедившись, что все получили приказ, а подтвердили их подняв копья с определенными флажками, Субэдэй кивнул головой сигнальщику и тот поднял шест с красным бунчуком.

Прошло несколько секунд и ракетные установки начали изрыгать свое содержимое в сторону противника.

Вдруг одна из РСЗО взорвалась праздничным фейерверком, только от этого никому радостно не было, разве что врага, ибо неуправляемые ракеты летели в том числе в собственную конницу.

Субэдэй поморщился. Такое время от времени все же случалось.

Но несмотря на неприятность, своей цели залп достиг, вражеских арбалетчиков накрыло взрывами. Было много убитых. Раненых и еще больше разбегающихся во все стороны в панике людей. Осталось их добить.

– В атаку!!!

Вперед пошла лавина из половецких и бухарских туменов. Их было не жалко, опять же они оставались самыми слабыми из всех в плане боевой подготовки, но на стаптывание пехоты их хватит, если конечно успеют добраться.

Не успели.

Германская машинерия разрядилась в массу степной конницы полетели бочки с зажигательной смесью и гигантские стрелы у которых позади наконечника находился какой-то сосуд.

Взбухли огненные вспышки зажигательных снарядов, а им вторили резкие дымные хлопки пороховых взрывов.

– Так я и думал, – удовлетворенно кивнул Субэдэй увидев эти взрывы.

Удар машинерии оказался столь массированным и сильным, что половцы и бухарцы, даже если бы и не получили соответствующего приказа и несмотря на грозящее жестокое наказание, все равно могли повернут назад.

Степняки развернулись и бросились назад.

И тут произошло то, чего ожидали монгольские военачальники, вслед бегущим устремилась немецко-польская конница.

– Стойте свинские собаки! – бесновался Фридрих Второй, ведь его тщательно разработанный план битвы летел ко всем чертям.

Но естественно все его крики пропали втуне, тут кричи не кричи…

Вольница всех этих герцогов, князей, графов и баронов, плюс рыцарская спесь и пренебрежение к врагу сделала свое черное дело и началась погоня за трусливо бегущими дикарями.

«И ведь ничего их не учит, – прекратив кричать и ругаться с грустью подумал император. – Сколько сражений было проиграно в Святой Земле из-за этого их своеволия и все равно продолжают плевать на приказы. Порядок, нужен жесткий порядок, чтобы даже пернуть без приказа не посмели!»

– Как же все-таки они предсказуемы, – пренебрежительно фыркнул Джэбэ.

– Нам это только на руку, – хохотнул Субэдэй и кивнул очередному сигнальщику.

Тот поднял шест с желтым бунчуком и вскоре из-а спин всадников со свистом потянулись дымные следы и стали обрушиваться на всю эту массу всадников.

Досталось и своим, отставшим половцам и бухарцам, коих уже начали рубить раздухарившиеся рыцари, но большая часть попала все же по немцам и полякам.

Среди них начался бедлам, кто-то продолжал атаку, кто-то встал, еще часть стала заворачивать коней… И вот в эту массу по очередному приказу Субэдэя начали вламываться сотни и тысячи булгар, а так же других союзников: валахов и венгров. К ним присоединились развернувшиеся половцы и бухарцы.

Начался неуправляемый замес.

После того как большая часть немецко-польской кавалерии завязла в битве в дело пошли непосредственно монгольские тумены, охватив всю эту массу с флангов, они начали сжимать ее словно клещи. И те, кто еще совсем недавно рвался в бой, стали пытаться всеми силами из него выйти. И им это удалось, ведь окружение было не полным.

Собственно монголы и не думали производить полное окружение. Ведь пехотинцы-стрелки уже оклемались от удара по ним ракетами и вновь выстроили коробочки готовые приласкать из арбалетов и луков своих врагов. Вот только вместо врагов на них стали выскакивать сначала отдельные рыцари, потом небольшие отряды и вскоре с поля боя стали выходить целые сотни.

В какой-то момент выход рыцарей из боя превратился в повальное бегство, словно прорвало плотину и хлынула вода и эта вода смяла стоящее на их пути препятствие, тех самых стрелков.

Пехотные коробочки были изрядно помяты, а потом на плечах рыцарей на них обрушились степняки окончательно разбивая строй и стаптывая арбалетчиков.

Обслуга всей стреляющей машинерии сбежала еще раньше оставив свои механизмы, а главное боезапас без повреждения и весь запас пороха, пусть и хренового качества, так как делался из неочищенной селитры и без гранулирования да и соотношение компонентов было далеко от оптимального, что с таким трудом был заготовлен для этой битвы достался степнякам.

Дрезден не продержался и трех дней.

Потери степняков в этой битве были самыми большими с начала похода на запад, если не считать сражения с русами – пятнадцать тысяч человек убитыми и тяжело ранеными, что уже не вернутся в строй, все-таки рыцари оказались мощными бойцами, но это не помешало всем широко отметить победу грандиозным пиром.

– Джэбэ… – обернулся Субэдэй к своему, рядом сидящему товарищу вдруг замолчавшему посреди веселья.

Старый воин и военачальник, упав на спину, не мигая смотрел в ночное небо.

– Прощай мой друг, – с тяжелым вздохом произнес Субэдэй закрывая товарищу глаза рукой. – Пусть духи предков примут тебя благосклонно. Я же выполню нашу мечту и дойду до края мира…


предыдущая глава | Схватка за Русь-2. Вторжение | cледующая глава



Loading...