home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


1 ноября

Я пошел в одну контору.

Подписал одну бумагу

И, согласно договору,

Продал честь свою и шпагу.

Дали мне пяток селедок,

Четверть фунта жаровара,

Корки каменной обглодок

И воды для самовара.

Пусть ценою отреченья —

Но набью сегодня брюхо.

И услышу в нем броженье

Столь приятное для слуха.

Б. дворянин Валериан Задушкин. Списал А. Куприн

Стишок сохранила хулиганская юмористическая газетка «Чертова перечница» (№ 2), которую осенью 1918 года выпускали приятели Куприна, Пильский и He-Буква в Киеве. Многие к тому времени бежали на Украину, ставшую независимой и пригласившую немцев для поддержания порядка и недопущения большевизма[43*]. Почему не бежал Куприн, по паспорту житель Житомира? Зачем обрек себя и семью на голод, лишения? Сам он так объяснял причину: «Доходили до нас слухи о возможности бежать из России различными путями. Были и счастливые примеры, и соблазны. Хватило бы и денег. Но сам не понимаю, что: обостренная ли любовь и жалость к родине, наша ли общая ненависть к массовой толкотне и страх перед нею, или усталость, или темная вера в фатум — сделали нас послушными течению случайностей; мы решили не делать попыток к бегству» («Купол Св. Исаакия Далматского»).

А может быть, Александр Иванович посчитал, что не имеет права смягчать свою участь, что должен оплатить страшный счет, выставленный ему большевиками в «Красной колокольне»?.. Это позже он назовет Князева «позорным красным болваном» («Пролетарские поэты», 1920).

Осенью 1918 года Александр Иванович смирился с неизбежным. До «Красной газеты», конечно, не унизился. Он пошел к человеку, которого уважал и кому привык доверять.


25 октября | Куприн: Возмутитель спокойствия | Снова с Горьким



Loading...