home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 41. Совет свободы (Джона Джексон)

– Все присутствующие на Совете свободы поклялись хранить тайну во имя своих семей, своих любимых, огненной воды, которую вы хлещете и, что важнее всего, свободы, во имя которой сражаетесь. – Если прежде в голосе Моди всегда слышались задор и бахвальство, то сейчас он звучал чрезвычайно серьезно. В новенькой форме она выглядела как настоящий лидер сопротивления.

– Так, так! – ответил ей Совет, состоящий из бывших изгоев и демоса, включая Грили и его громил. Мятежники барабанили по столу кулаками. Кто-то хлебнул огненной воды, пролив на стол. По кругу пошел кувшин со спиртным.

Джона так и не решил, стоит ли ему тоже стучать по столу, поэтому слегка прихлопнул ладонью. Атмосфера в комнате для переговоров царила оживленная. Было очень шумно, не то что на собраниях Синода, где все чинно обсуждают вопросы, или на возвышенных церковных службах. Джона словно перенесся на базар, вот только здесь не обменивали излишки пайка на домашнюю выпечку. Здесь готовили восстание. Кувшин приземлился перед Джоной. Плеснув зелья в свою кружку, Джона сделал обжигающий глоток и закашлялся. Грили бросил на него недоверчивый взгляд.

– Жадный демос, – пробормотал он, ткнув локтем в ребра сидевшего рядом изгоя. Как обычно.

Джона поерзал на стуле и перевел взгляд на нарисованный от руки символ восстания на дальней стене: синий кулак с оттопыренным вверх указательным пальцем. Ненависть к Синоду тут, конечно, разделяли все. Однако Джона почему-то чувствовал себя лишним.

Моди взглянула на Грили и застучала по столу, призывая всех к тишине. Опрокинулись кружки с огненной водой. От ее паров вышибало слезу.

– Призываю собрание Совета к порядку, – сказала Моди, разворачивая во всю длину стола схемы колонии.

Их явно позаимствовали из кабинета Джоны. Красными значками и цифрами на схемах были обозначены тайные операции и жертвы с обеих сторон. Бегло осмотрев карту, Джона понял, что подъемыши несут тяжелые потери, тогда как Синод продолжает жить и здравствовать, забаррикадировавшись в Шестом секторе. Моди нахмурилась, глядя на схемы.

– С прискорбием сообщаю, что вчерашний рейд на Шестой сектор прошел не по плану. Наш таран не сумел даже повредить дверь…

– Хватит уже мелких вылазок, – перебил ее Соломон Прэтт, тыча пальцем в крышку стола. Прежде он продавал на Базаре роллы с ферментированной рыбой. Рука у него была забинтована – его ранили в плечо, должно быть, на вчерашней операции. Обведя взглядом собравшихся, он сказал: – Устроим полномасштабный штурм Шестого сектора.

«Так вот чем они занимались», – подумал Джона, вспомнив вчерашних раненых. Пытались вломиться в палаты Синода.

В переговорной поднялся гам. Собравшиеся вновь принялись стучать по столу:

– Прэтт дело говорит! Топи Флавия! И Красных с ним!

– Этих лживых скотов!

Моди тоже застучала по столу, призывая к тишине.

– Идиот, мы уже три раза посылали людей на штурм. – Она указала на карту в том месте, где повстанцы понесли наибольшие потери. – Вчера лишь четверо вернулись живыми. Патрульные круглые сутки охраняют подступы к Шестому сектору. Даже если мы прорвемся через них, то дверь взломать не сможем.

– Просто надо больше людей, – возразил Прэтт, и ему ответили одобрительными криками. – Вооружим их новым оружием. Бросим в бой все, что имеем.

тана и герметична, она спроектирована так, что выдержит даже огромный напор воды в случае протечки. Нам нужен код доступа, а хранится он в Архиве. Без него мы опять окажемся в западне, и патрульные сделают из нас фарш.

Споры продолжались, горячие и ожесточенные. Прэтт предлагал вломиться в Девятый сектор и выкрасть код, но Грили возразил, что это невозможно.

– После палаты Синода Девятый сектор – самая неприступная часть колонии. Нам туда ни за что не попасть.

Джона не поспевал за спорящими, голова шла кругом. Тогда он взглянул на близняшек Бишоп – те сидели возле Моди. Удивительно, как детей, ровесников Возиуса, допустили на собрание. Джона даже испугался, что это – еще одно свидетельство того, как мятежники недооценивают серьезность положения.

– Я говорю, надо выкрасть Оракул из Церкви, – вставил Джуд Крофтер, бывший изгой из уборщиков, и некоторые из его собратьев покрутили ладонями у груди. – Швырнуть назад в Святое Море.

– Ты умом повредился? – произнес Грили, отхлебывая из кружки. – Красные Плащи перенесли его для пущей безопасности в палату Синода. А нам туда не пробраться, забыл? К тому же Оракул – все лишь кусок мусора. Он не свят и не ценен, просто с его помощью нас контролируют.

Снова полетели ругательства, и снова люди крутили руками у груди. Они хоть и презирали Красных Плащей и Церковь, но суеверие было не изжить. Моди снова застучала по столу, но призыв к порядку услышан не был.

– Тогда ударим по ферме в Седьмом секторе, – предложил Грили, указывая на соответствующую область карты. – Оставим Синод без припасов. Пусть хотя бы раз узнают, что такое голод! Это выкурит их из Шестого сектора.

Моди покачала головой:

– Не сработает. Перебежчики из фермеров еще на прошлой неделе доложили, что Синод запасся продуктами минимум на полгода. Они планируют отсиживаться в убежище, пока мы не лишимся поддержки или не сдадимся.

«Если так, то они хорошо придумали», – подумал Джона, глядя, как Совет охватывает хаос. Прэтт и Грили, раскрасневшись, орали друг на друга, брызжа слюной. Моди же как будто не сильно тревожилась. Она сидела во главе стола, потягивая огненную воду и наблюдая, как остальные ссорятся.

У Джоны разболелась голова. Он насмотрелся на все это и больше не мог выслушивать бесконечный ор. Вскочив на ноги, он застучал по столу.

– Заткнитесь! А ну заткнулись! – прокричал он. Наступила тишина, и собравшиеся в недоумении уставились на него. Растерялся даже Грили. – Послушайте, не важно, на какой сектор вы нападете: на Архивы или на Акваферму. Можете даже не спорить…

Грили тоже вскочил с места и навис над Джоной:

– Моди, зачем ты приволокла этого труса? Надо было оставить его гнить в Тени!

Моди с презрением взглянула на своего охранника:

– Грили, опусти зад на стул и дай ему закончить! Я ведь не просто так его пригласила.

Когда гигант с затравленным видом вернулся на место, Моди обернулась к Джоне: – Почему это не важно?

Все разом обратили взоры на него. Наступила полная тишина; слышно было только, как кто-то прихлебывает огненную воду да как шипит вентиляция. Джона сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, с тревогой отметив, насколько хуже стал воздух.

– Ничего уже не имеет значения, – сказал он, обводя рукой карту с детальными данными о вылазках и жертвах. – Даже если получится свергнуть Синод и выбросить его в море.

За столом недовольно забурчали.

– Трусливый демос, – выругался Грили, но Джона торопливо продолжал, боясь утратить внимание Совета:

– Дело в том, что все мы скоро умрем, – сказал он. – По моим подсчетам, примерно через полгода. Все до единого: и демос, и кратос, и изгои.

Все растерянно умолкли. Джона не первый раз сообщал эту новость, но легче от этого не становилось. Прэтт бросил на него раздраженный взгляд:

– Что? О чем ты? Это шутка такая?

В поисках поддержки Джона взглянул на Моди, но и ее новость поразила не меньше остальных. Джона на ощупь нашел свою кружку и сделал большой глоток. Для смелости.

– Хотел бы я шутить, – сказал он, чувствуя жжение в горле. – «Анимус» скоро придет в негодность… и я не могу его починить. Если основатели и оставили нам какие-то сведения о том, как устроена эта машина, то во время Великой Чистки все пропало. Я постоянно следил за показателями: уровень кислорода падает. Помните длинные очереди у Больницы? А предупреждения о выбросах аллергена? Оранжевый флаг? Люди не от пыльцы страдали, хотя именно это внушал нам Синод. Мы задыхаемся.

Совет пораженно взирал на Джону. Спокойствие умудрилась сохранить только Моди. Она быстро соображала, пытаясь сложить кусочки картины в единое целое.

– Кто еще знает об этом, Джона? Синод – само собой. А Ройстон знал?

Джона покачал головой:

– Ройстон – нет. Я хотел рассказать ему… но это было слишком опасно. Если бы меня арестовали, он должен был следить за Инженерной. Без нее колония не вытянет. И насчет Синода ты права: едва поняв, что происходит, я отправился к ним. Выход они нашли один.

Моди помрачнела:

– Больше жертв.

– Точно, – подтвердил Джона. – Отец Флавий сказал, что своими грехами мы навлекли на себя очередной Конец, и потребовал больше жертв, дабы успокоить Святое Море. Он вертит Синодом как хочет, а они не смеют перечить ему.

– Ну разумеется, – обронила Моди. – Итак, кому еще ты рассказал?

– Флавий велел держать рот на замке. Синод опасался, что если в колонии прознают о неполадках в «Анимусе», то начнутся волнения. Но я не мог сидеть сложа руки… один из моих подмастерьев уже знал эту тайну. Он помогал мне, как раз когда я обнаружил падение уровня кислорода.

– Дай угадаю, – сказала Моди. – Картер Нокс.

Джона поморщился:

– Да… жалею, что втянул его. Он слишком дорого за это поплатился. Все они поплатились, ведь я подрядил еще Стэна Деккера и Филипа Бишопа.

– Папа… – прошептала Стелла, глянув на сестру.

– Деккера и Бишопа? Зачем? – нахмурила брови Моди. – Они даже не были инженерами. Если память мне не изменяет, Деккер работал на Складе запчастей, а Бишоп – в Архиве. Как они помогали тебе с «Анимусом»?

– Они помогали в другом.

– В чем же? – спросила Моди.

– В осуществлении тайного плана – как подняться на Поверхность.

Взбудораженные, члены Совета зашептались, однако Джона продолжал как можно доходчивее вводить их в курс дела. Он рассказал, как Деккер снабдил его деталями для тайно строившейся подлодки, а Бишоп искал сведения о Маяке. Как об этом узнала Майра, как сама взялась за поиски древнего устройства. Объяснил, как его дочь преуспела там, где сам он потерпел неудачу: связала себя узами с Маяком и бежала на Поверхность в подлодке.

– Маяк? – переспросил Прэтт. – Так это не выдумка? Не глупое суеверие?

– Уверяю тебя, он настоящий, – сказал Джона. – Я сам видел его на руке у дочери. Вообще-то, первой о нем узнала моя жена, но дорого заплатила за это. Человек, нанятый отцом Флавием, убил ее, а Флавий обставил все как смерть при родах. – Превозмогая острую боль в сердце, Джона заставил себя говорить дальше: – Теперь Майра – носитель из нашей колонии. Маяк должен привести ее к Первому ковчегу.

– Она же еще ребенок, – возмутился Грили. – Все они – дети. Надо было отправить с ними кого-нибудь из взрослых. Ну, теперь нам точно конец.

Стелла и Джинджер пришли в ярость.

– Мы тоже дети, – заявила Стелла, – но сумели же проникнуть в Тень и вызволить оттуда Джону. Вам-то это не удалось. А тайные ходы нам показала Майра. Она не просто ребенок.

– Как и ее брат, – добавила Джинджер. – Возиус – особенный.

– И это правда, – улыбнулась Моди. – Следовало догадаться. Пейдж и Калеб тоже не дурачки. Эти ребята точно с заданием справятся. Я в них нисколько не сомневаюсь.

Джона ощутил прилив гордости и одновременно страха. Усилием воли отогнал мысли о детях – те все равно находились далеко, а ему нужно было сосредоточиться на настоящем моменте.

– Отныне цель восстания – не просто свергнуть кратос и уничтожить Синод, – мрачно произнес он, – мы должны спасти всю колонию.

Новость было непросто переварить, и слова повисли в воздухе.

– Верно, верно! – нарушила тишину Моди.

С ней согласились несколько человек. Однако Грили, похоже, убедить не удалось. Он шепнул Моди:

– Шеф, этому человеку точно можно доверять?

– Безоговорочно, – сказала она и с благодарностью взглянула на Джону. – Повезло, что он за нас. Как и остальные члены его семьи.

– Ну и что предлагаешь? – спросил Прэтт. – Сидеть тут, жевать сопли и дожидаться, пока твои детки нас выручат?

Ответом ему были напряженные смешки.

– Рискую показаться паникером, но вряд ли они вернутся, – добавил Прэтт.

– Поверь… они живы, – сказал Джона и судорожно сглотнул. – Подлодку строил я, а строю я надежно.

– Так что дальше-то? – спросил Прэтт. – Сидеть сложа руки?

Джона вскочил из-за стола и принялся наматывать круги по комнате, запустив пальцы в редеющие волосы.

– Послушайте… Рейд на Ферму не даст ничего, только время отнимет. Кислород у нас закончится прежде, чем продукты у Синода. Не поможет и штурм их палаты. Пусть Синод и дальше трусливо прячется в Шестом секторе. То, что нам по-настоящему нужно, собрано в Десятом.

– На Складе запчастей? – удивился Прэтт.

– Да, но зачем нам Десятый сектор? – спросил Грили, удивленно переглядываясь с Прэттом. – Там же один хлам, бесполезный старый лом.

– Вот именно, старый лом! – возбужденно согласился Джона. – Секундочку.

Не успел никто ничего сказать, как он опрометью выбежал из переговорной; вслед ему полетели возмущенные окрики. Он уже знал, что делать. Вбежав в свой старый кабинет, упал на колени у стола.

– Ну же… ну же… хоть бы вы были на месте, – бормотал Джона, ощупывая пол в поисках щели. Наконец нашел ее и приподнял крышку тайника. Заглянув внутрь, к своей несказанной радости, он обнаружил, что тайник нетронут. Патрульные приходили с обыском, но его не обнаружили. Забрав, что нужно, Джона вернул остальное на место и выбежал из кабинета.

– Вот мое предложение, – сказал он, сгружая на стол перед озадаченным Советом охапку чертежей. Быстрыми движениями разложил их, демонстрируя пересечения голубых линий на темно-синем фоне. Каждая черточка здесь была выполнена его рукой.

Джона взглянул на Моди – та ухмыльнулась и подмигнула ему, а большего и не требовалось. Одобрение было получено. Джона осмотрел лица собравшихся – демоса и изгоев, – объединенных одним отчаянным делом.

– Итак… готовы? – спросил Джона, и в его глазах загорелся огонек.

– Готовы к чему? – нахмурился Грили, глядя на сложные схемы, которые покрывали теперь весь стол.

Джона сцепил ладони.

– Стать подмастерьями инженера.


* * * | Возвращение ковчегов | Глава 42. Выход из спящего режима (Майра Джексон)



Loading...