home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава седьмая

Речь короля

Питер Нимбл и волшебные глаза

Питер и Пег добрались до Столовой как раз к выносу второго блюда. Принцесса привела мальчика к секретному наблюдательному пункту, который располагался во рту одной из многочисленных каменный гаргулий, что извергали потоки воды прямо во внутренний двор. Даже когда мы произносим слово «гаргулья», во рту что-то булькает. Считается, что эти бессмертные существа были когда-то грязными детишками, которых превратили в камень в наказание за мерзкую привычку плеваться на людях. Однако у нашей пары грязных детишек были проблемы посерьёзнее, чем общественные запреты. Питер и Пег прижались к нижнему ряду каменных зубов и стали подслушивать, о чём говорят жители королевства за завтраком. Как и во время вчерашнего ужина, разговоры были благопристойны, а еда — обильна. Питер слышал, как люди говорили с набитыми ртами что-то вроде: «Обожаю инжирное печенье!» или «Боже, ну разве этот омлет из воробья не изумителен?»

С тех пор как Питер побывал здесь в последний раз, Столовую полностью вымыли, а на тумбах вместо воробьёв появились растения в горшках.

— До восхода солнца сюда приходит убираться группа детей, — сказала принцесса. — Взрослые всегда оставляют после себя жуткий…

Питер прижал палец к губам девочки в знак того, что лучше сохранять молчание. Ему необходимо было сосредоточиться на том, что происходило внизу. Питер слышал, как люди жуют. Слышал, как тикают часы на башне. Слышал, как по периметру Столовой течёт поток воды.

— Принцесса, вы ничего не видите в воде?

Пег выглянула из-за челюсти гаргульи, чтобы было лучше видно. Ей всё показалось обычным.

— А что искать? — спросила она.

Питер собрался. От воды поднимался какой-то гадкий запах. «Не торчит ли что-нибудь из-под воды? Может быть, какие-нибудь трубы?»

— Я вижу заросли тростника. Они тут растут по всему двору, примерно через каждые три метра.

Питер кивнул и подвинулся ближе к девочке.

— Вовремя мы пришли. Чутьё подсказывает мне, что король планирует сегодня явиться на завтрак.

— Это просто смешно, — сказала Пег. — Король в жизни не завтракал с подданными. С чего ты так решил?

— В воде рассажены стражники. Всмотритесь в эти тростники. Видите, там огромные тени?

— Да, — сказала девочка через мгновение. — Э-э-это что, монстры?

— Запах мокрого орангутанга ни с чем на свете не спутаешь. — Мальчик не хотел, чтобы его слова прозвучали самодовольно, но подавить ухмылку всё же не сумел. — Оставайтесь на месте! Сюда идёт король!

Будто бы дождавшись его реплики, зазвучали трубы, и из воды поднялись две дюжины вооружённых до зубов орангутангов. Увидев вселяющий ужас ночной патруль средь бела дня, люди впали в панику. Некоторые мужчины рухнули в обморок прямо на месте, другие принялись давиться вафлями. Началось паническое бегство: граждане побросали тарелки и ринулись прочь из Столовой, но, достигнув коридора, обнаружили, что решётка ворот опущена, а значит, путь на остальную территорию дворца был для них отрезан.

— Стойте, граждане! — раздался обезьяний рёв над толпой.

Питер узнал голос того, кого называли Длинным Когтем. Зверь сделал паузу, удостоверившись, что все его слушают, и продолжил:

— Ваш Милостивый Король решил сегодня позавтракать с вами. Поприветствуйте его!

Толпа мгновенно разразилась самыми громкими аплодисментами, какие Питеру приходилось слышать в жизни. Он слышал, как мужчины и женщины топали ногами, улюлюкали и кричали изо всех сил. Но великому воришке было доступно то, что тщательно скрывалось: хлопавшие что есть мочи ладони пахли потом, а крики ликования вырывались из пересохших от страха ртов.

Король вошёл через маленькую дверцу у основания часовой башни. Питер его, конечно, не видел, но зато хорошо слышал. Каждый его шаг сопровождался громким лязганьем шпор.

— На нём броня из часовых механизмов, — сказала Пег. — Он без неё на люди не показывается.

Питер растерялся. Он был уверен, что девочка под словами «часовые механизмы» имела в виду что-то совершенно другое, однако, прислушавшись, уловил тихий скрежет деталей, вращающихся под нагрудником королевских доспехов. Мальчик изучал эти звуки и удивлялся, как могла работать такая странная броня.

Аплодисменты продолжались, пока его величество не оказался во главе банкетного стола. Вместо того чтобы сделать жест рукой, призывавший всех замолчать, он просто стоял и кивал головой.

— Чего он ждёт? — прошептал Питер.

— Хочет посмотреть, кто первым прервётся, — ответила Пег.

Но никто не прерывался. Люди хлопали и ликовали, хлопали и ликовали, пока их руки не покраснели, а голоса не охрипли. В конце концов не выдержал один старик за столом. Он упал на землю, и его крики сменились приступом кашля.

— Достаточно! — Голос короля был одновременно властным и полным негодования.

Питеру показалось, что так не может звучать голос свирепого воина: порою он даже срывался на визг. И всё-таки за его командой мгновенно последовала исполненная ужаса тишина. Король подошёл к старику.

— Ты что, не уважаешь Великого Правителя?

— П-п-прошу вас, Могущественный Король! — взмолился старик. — Пощадите своего верного подданного!

— Стража!

Три орангутанга молнией метнулись через двор, подскочили к старику и за ноги потащили его, кричащего, через коридор навстречу неясной, но явно нерадостной судьбе. Когда его крики наконец утихли, король повернулся к своим подданным.

— Прошу вас, кушайте, — сказал он с великодушной улыбкой.

Все сели на свои места. Ели молча, с трудом проглатывая аккуратные кусочки пищи. Это было непросто, ведь только что жители видели, как две обезьяны, у которых изо рта слюни висели верёвками, заставили одного из их соседей пропасть без следа.

Высоко над ними Питер в обнимку с Пег дрожал, спрятавшись за массивной челюстью гаргульи. И дрожал он не потому, что по его коленям текла ледяная вода, а потому, что его чувствительные уши до сих пор улавливали стоны старика, эхом отдававшиеся по подземелью.

Тем временем взрослые жевали, прихлёбывали и проглатывали остатки своего завтрака. За их спинами по периметру двора бродили орангутанги, высматривая тех, кто слабым аппетитом смеет оскорбить своего короля.

Как только все тарелки были чисты, Инкарнадин вновь заговорил:

— Мои дорогие сограждане! Вам, вероятно, интересно, почему же я почтил вас своим присутствием сегодня утром. Видите ли, уже более десяти лет назад я закончил строительство этого превосходного дворца. Я возводил его своими руками, камень за камнем….

Король прервался, чтобы насладиться восторженными аплодисментами подданных.

— Спасибо, сограждане, — сказал король. — Мне согревает сердце то, как высоко вы цените мои законы, мудрость и самопожертвование.

— Мы ценим! О да! — кричали люди.

— А чтобы вас вознаградить, я планирую устроить на юбилей королевства что-то очень и очень важное.

— Да здравствует юбилей! — вопили люди.

— Я хочу сделать своё королевство таким, каким оно давно должно было стать! Не только превосходным, но и сильным!

— Ура! Королевство станет сильным! — орали люди.

Питер наклонился ниже и прислушался. Что бы ни планировал король, это определённо было как-то связано с работами под землёй.

— Но прежде, чем я вам обо всём расскажу, обсудим дела посерьёзнее.

— Троекратное ура в честь дел посерьёзнее! — голосил народ.

Услышав последний выкрик, король нахмурился.

— Вот слушаю вас, и у меня складывается впечатление, что вы просто повторяете всё, что вылетает из моего превосходного рта.

— Нет же, нет! — закричали люди, занервничав. — Мы внимательно вас слушаем! Мы любим вас!

— Так-то лучше, — огрызнулся король, немного смягчившись. — Как я уже сказал, мне придётся привлечь ваше внимание к одному очень серьёзному вопросу. Кажется, в наш дворец тайно проник шпион. Он называет себя мистером Джастисом Траузерсом, но я подозреваю, что на самом деле он… вор!

Услышав это слово, женщины стали задыхаться, а мужчины задрожали как банный лист. Создавалось впечатление, что одного этого слова было достаточно, чтобы вселить в души подданных чистый ужас.

— Как вы знаете, — продолжал король, — воры — вредные создания, которые при помощи своих коварных приёмов могут открыть замки, установленные для вашей защиты.

Двое детей выслушали, как люди воздают хвалу королю и его необыкновенным «магическим» замкам. Питера, которому в жизни не раз приходилось лгать, это не впечатлило.

— Выходит, он пытается им навязать мысль о том, что быть запертыми в четырёх стенах — это хорошо? Ничего глупее я в жизни не слышал.

— Знаю, — ответила девочка. — Но они ведь всё равно ему верят.

Король поднял руку, и толпа притихла.

— Мне сообщили, что этот мистер Траузерс прибыл с секретной миссией убить вашего Достойнейшего Короля.

По толпе пробежала новая волна паники.

— Не умирайте, ваше величество! — кричал народ. — Вы нужны нам!

— Меня трогает ваша забота. — Король приложил латную рукавицу к тикающему под доспехами сердцу. — Но не стоит забывать, что я величайший воин в истории человечества.

Услышав последнее утверждение, Питер хмыкнул.

— Не смейся, — предупредила его Пег. — Мой дядя тщеславен, но он на самом деле очень опасен. Саймон говорит, что он может орудовать сразу сотней мечей и одной рукой укладывает до десяти противников. — В памяти её возникло воспоминание о погибших родителях. — Относись к нему как хочешь, но не стоит его недооценивать.

Питер не верил, что этот мужчина мог оказаться таким могущественным, но не сомневался, что Саймон умел с первого взгляда отличить хорошего воина от плохого. Питер всю свою жизнь провёл в городе, где драки затевались по пьянке или по дружбе и не причиняли особого ущерба. Настоящие войны были ему незнакомы. Мальчик вспомнил, как его напугала и сбила с толку разразившаяся в Гнезде битва, — для него это был совершенно новый мир.

Питер прогнал эти мысли и сосредоточился на обращении короля.

— Верные мои подданные! Вероятно, вы спрашиваете себя, как вышло, что шпион спрятался среди нас. С прискорбием сообщаю, что его тайно провёл сюда один из наших жителей. Представляю его вам: предатель! — Король хлопнул в ладоши, и из коридора с топотом вышли два орангутанга. Они сопровождали кого-то из граждан.

Питер в ужасе открыл рот. Даже здесь, высоко над землёй, он почувствовал запах знакомых духов.

— Это миссис Меласса! — прошептал он.

Пег наклонилась ближе к нему:

— Это та дама, которая тебе помогла?

На запястьях и лодыжках миссис Мелассы звенели оковы. Очевидно, женщина понятия не имела, о чём король говорил, прежде чем её ввели. Она постоянно спрашивала: «Что я сделала? Что я такого сделала?»

Принцесса наблюдала, как обезьяны провели свою пленницу в середину Столовой и бросили её к ногам короля.

Инкарнадин продолжил свою речь:

— Сегодня рано утром мои стражники схватили эту женщину у двери её дома. Она была добропорядочной гражданкой, искренне восхищалась королём и королевством, в котором жила. Она жила счастливой, замечательной жизнью и желала поделиться своим благополучием с любым незнакомцем.

Услышав, какие добрые слова говорит о ней король, миссис Меласса начала кивать головой, с жаром подтверждая каждое его слово.

Король продолжил:

— Именно из-за этой своей честности женщина и предстала сегодня перед вами.

Миссис Меласса кротко и удивлённо улыбнулась: неужели её собираются наградить?

— Мне доложили, что вчера она привела на ужин нового друга. Привела незнакомца, которого принимала у себя дома уже несколько дней. Моя милая миссис Меласса, — сказал король и улыбнулся ей, — будьте так добры, назовите имя вашего уважаемого гостя.

Женщина просияла, больше не сомневаясь, что ей собираются вручить какой-то важный приз за гостеприимство.

— Ваше величество, его звали… Джастис Траузерс! Услышав имя, вся толпа одновременно вскрикнула.

— Виновна по собственному признанию! — провозгласил король. — Сограждане, вы слышали, это имя шпиона, направленного сюда с целью убить меня. И эта женщина — его пособница!

Миссис Меласса слабо пискнула:

— Нет, ваше величество! Мистер Траузерс — хороший человек. Он был ранен! Я хотела ему помочь, поделиться с ним благами превосходного дворца! — Женщина поползла к королю на коленях, прижимая закованные в наручники руки к груди. — Он ни разу не обмолвился, что он вор!

— Конечно же, он не стал бы об этом говорить, дурочка! А вы и не спрашивали! Ваша доброта, — последнее слово, как плевок, было пропитано особым презрением, — позволила врагу проникнуть в наши ряды и поставила под угрозу мою драгоценную жизнь! — Король повернулся к толпе. — Так как же мы с нею поступим?

— Накажем её! — закричали люди.

— Прекрасно. — Король прошёлся вдоль длинного деревянного стола, схватил в руку столовые приборы и поднял их над головой. — Докажите свою верность королю! Возьмите оружие и накажите предательницу!

Принцесса в ужасе наблюдала эту сцену.

— Они же не станут… — прошептала она. Но ошиблась.

Ни секунды не колеблясь, все находившиеся в Столовой взяли по ножу, вилке или ложке и заголосили: «Убить предательницу! Убить предательницу!» Миссис Меласса задрожала от страха, когда вокруг неё начало сжиматься кольцо из вопящих сограждан. Орангутанги хихикали, с нетерпением ожидая представления.

— Убить предательницу! Да здравствует король!!!

— Нужно что-то делать, — сказала Пег и потянулась к руке Питера.

Но его руки нигде не было. Пока принцесса следила за разворачивавшейся трагедией, гениального воришки и след простыл.


* * * | Питер Нимбл и волшебные глаза | Глава восьмая Лилиана



Loading...