home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава XII

Ник Картер выполняет данное президенту обещание

Первый удар выломал замок, второй сорвал дверь с петель, и она грохнулась на пол. Сыщик с топором в руке прыгнул в дверной проем и оказался в передней. Перед ним была еще одна дверь, уже не такая прочная. Взмах топора – и дверь отлетела на несколько футов. В игорной комнате несколько человек с испуганными лицами и вытаращенными глазами вскочили на ноги, ибо стремительный прорыв сквозь две двери застал их врасплох.

Несмотря на столь поздний час, комната была ярко освещена, и с первого взгляда стало понятно, что сыщики появились как нельзя кстати, потому что эти люди явно готовились к отъезду: на столах были разложены самые разнообразные вещи, очевидно для того, чтобы забрать отсюда все, не оставив следов, по которым можно было бы определить, кто последним находился в игорном доме.

Кроме того, окинув взглядом комнату, Ник понял, что Дюмон сказал правду. Здесь находилось как раз десять человек. Один из них, прячась за спинами остальных, втянул голову в плечи и осклабился от страха. Это был Мацусими собственной персоной, и он понимал, что теперь ему не уйти.

По выражению лиц остальных людей было ясно, что и они решили, будто их обложили со всех сторон, и не догадывались, что, кроме двух человек, запрыгнувших в комнату, им бояться пока было некого. А когда из другой комнаты, где иногда подается обед, появился Чик, а за ним и сенатор, они окончательно уверовали в то, что им пришел конец.

Они все разом подняли дрожащие руки, не зная, чего ожидать, ибо Мацусими только что рассказал им о жутком происшествии с их товарищами в доме в северо-восточной части города, где он сам чуть не погиб от удара электрического тока.

Эти люди не знали, что для них ничего подобного не приготовлено, поэтому ждали, что в любую секунду к ним подключат провода.

Храбрецы среди публики такого пошиба редкость, и здесь таких явно не было.

– Руки вверх! – рявкнул сыщик, хотя все до одного уже сделали это.

Никому и в голову не пришло, что можно не подчиниться. Они были уверены, что полсотни полицейских готовы ринуться на них при первой же попытке оказать сопротивление.

– Чик, веревки готовы? – спросил сыщик, когда увидел, что все шпионы подчинились.

– Готовы.

– Тогда вяжите их. Так, чтобы никто не ушел. Руки связывайте за спиной. Патси, помогите ему.

Помощники взялись за дело сразу же, и тут Ник увидел, что Мацусими незаметно подбирается к двери.

Ник шагнул к нему, но японец, зарычав, развернулся и бросился на сыщика, как разъяренная кошка, стараясь вцепиться ему в горло, одновременно доставая из-под одежды сверкнувший в ярком свете нож.

Ник ударом ноги выбил нож из его руки. Тогда Мацусими попытался применить один из приемов джиу-джитсу, но встречный прием заставил его пролететь через всю комнату. Описав колесо в воздухе, он ударился головой и плечами о стену и почти лишился чувств. Как только он упал на пол, Ник оказался рядом с ним и на руках и лодыжках барона, если Мацусими действительно был бароном (что его соотечественники впоследствии опровергли), защелкнулись железные браслеты, а его носовой платок оказался у него во рту, ибо, поняв, что пойман, он начал выть от страха, как последний трус.

Немного позже, когда все были связаны, весьма странная процессия медленно вышла на мост длиной более мили и направилась в сторону Вашингтона. Каждый в этой длинной цепочке был привязан веревкой к соседям так, что никто не смог бы сбежать.

Замыкал процессию экипаж. Ник сидел рядом с кучером, а трое его друзей – в салоне, и все зорко следили за пленниками, которым пришлось идти пешком.

Через какое-то время они вошли в город, но время было столь раннее, что они не привлекли к себе внимания, тем более что Ник выбирал маршрут по задворкам. В конце концов они добрались до северо-западного района города, где неподалеку от гостиницы «Националь» находится главное полицейское управление.

В управлении Ник и майор закрылись в кабинете последнего, и там барона Мацусими подвергли допросу, который в Нью-Йорке назвали бы допросом третьей степени.

Допрос вели с пристрастием, и барон, полагавший, что ему предстоит поплатиться жизнью за то, что он ослушался приказа и остался в стране, был до того испуган, что рассказал все, что хотел от него услышать сыщик, после того как ему пообещали сохранить жизнь.

Но свободы ему никто не обещал.

Ник предпочел бы, чтобы сам президент в своей неподражаемой манере отпустил главаря шпионов, если у него будет такое желание.

Мацусими рассказал все, что знал. Он выдал всю шпионскую сеть и поведал о том, как он создавал ее в разных уголках страны. В Сан-Франциско существовало отделение, насчитывавшее несколько сотен человек, которым руководил один из помощников Мацусими. Были отделения и в других городах. Он назвал явки, пароли и даже посоветовал, как лучше изловить шпионов.

И еще он признался – и это было самое главное, – что правительство его страны не имеет никакого отношения к его деятельности и что задумали и организовали все это определенные политические силы, противостоящие официальным властям и мечтающие устроить государственный переворот.

Была половина одиннадцатого утра, когда Ник привез Мацусими в закрытом экипаже в Белый дом. Он заранее передал президенту кодовое слово и был уверен, что тот примет его безотлагательно.

Президент, как и в прошлый раз, встретил их у дверей своего кабинета и сначала пропустил их, а потом вошел сам.

Великий человек улыбнулся и кивнул сыщику, но обратился сначала к пленнику.

– Вы ослушались моего приказа покинуть страну, барон, – холодно произнес он.

И каким же ледяным тоном он умеет говорить! В таких случаях от одного его голоса пробирает мороз.

Мацусими ничего на это не сказал.

– Что мне теперь с вами делать? – помолчав, продолжил президент.

– Умоляю вас, сэр, позвольте мне убить себя! – взмолился японец, снова обретя голос.

– Нет, этого я не сделаю. Мистер Картер, – он повернулся к сыщику, – как мне поступить с этим человеком?

– Я бы предложил, мистер президент, – ответил сыщик, – передать японскому послу все собранные мною сведения и отправить к нему этого человека. Позвольте послу самому решить, как с ним поступать.

– Полагаете, это мудрый шаг при данных обстоятельствах?

– Я полагаю, сэр, что это в высшей степени мудро.

– Значит, это будет сделано. Я чувствую, что в этом деле есть неизвестные мне подробности. Если вы говорите отправить к послу, значит, отправить к послу.

– О нет, нет, нет, нет! – закричал вдруг Мацусими, но Ник заставил его замолчать и снова обратился к президенту:

– Правительство Японии не имеет к этому никакого отношения, сэр.

– Я никогда в это и не верил, – спокойно произнес президент. – У нас с руководством страны очень хорошие отношения.

– Мацусими – всего лишь орудие в руках некой политической партии, оказывающей противодействие собственному правительству, и мне кажется, он обладает информацией, которая заинтересует посла.

– Значит, отправится к послу. Вы сможете его доставить туда с моим письмом, мистер Картер?

– Конечно, сэр.

– Тогда сделайте это. Сейчас я напишу письмо, – и президент сел за стол.

– Не отправляйте меня туда! Меня будут пытать! – вскричал барон, но те, кто его услышал, не обратили на эти слова никакого внимания, и спустя полчаса Ник Картер снова вышел из Белого дома вместе с Мацусими. Он отвез барона в японское дипломатическое представительство и оставил его там.

Прежде чем сыщик покинул Белый дом, президент отозвал его в сторонку и, дружески взяв его за руку, сказал:

– Мистер Картер, я перед вами в большом долгу. До свидания.


Глава XI Ник Картер размахивает топором | Преступление французского кафе | Глава I Приватный номер «Би»



Loading...