home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Раритет хакера

ПЕТР СЕВЕРЦЕВ

РАРИТЕТ ХАКЕРА

он!..

Но в тот момент я совсем не хотел разбираться в этом деле, потому что давно устал от ему подобных, а еще потому, что не в моих правилах играть с людьми в игры! Телефонный звонок от анонимного, решительно скрывавшего свою внешность заказчика расследования, – моего нынешнего клиента, то есть, – напоминал игру. Недетскую, опасную, но все же игру, а не серьезное дело, из тех, к которым я пришел, переростая прошлые заказы и первые свои расследования, дела, где основной задачей была поимка пропавших супругов-гуляк, находка «особо важных» утерянных документов, вещей и домашних животных.

Нынешний мой имидж требовал серьезной работы, потому что в последнее время я, Мареев Валерий Викторович, слыл блестящим частным сыщиком, который хотя и дорого берет с клиентов, но работает, оправдывая вложенные деньги. По этой простой причине браться за предложенное дело было просто нежелательно – ведь заказчик даже не счел нужным появиться у меня в квартире!

«Давайте встретимся и подробно побеседуем, например, у меня дома?..»

«Простите, Валерий Борисович, – извинился из трубки моего сотовика бархатный мужской голос, басовитый, доброжелательный, – но встретиться с Вами лично я не могу: очень ответственные дела. Я еще раз настоятельно предлагаю Вам, – он так говорил это „Вам“, что можно было подумать, он обращается к Президенту или эстрадной знаменитости ранга Аллы Пугачевой, – возьмитесь за это дело, я оплачу все по высшему тарифу; с Вашими ставками я знаком.»

«Как можно серьезно говорить о таком предложении, – возразил я, – когда вы звоните по телефону, а от личной встречи просто уходите? Меня такая анонимность не устраивает!»

«Поймите, – ответил голос, приобретая некоторый вес и тяжесть, – Я человек важный, занятой… И мне нужна помощь частного сыщика. Если вы хотите получать те деньги, которые я готов платить за вашу работу, – работайте! Мешать не буду. Но мои дела – прежде всего мои дела. И если я не хочу, чтобы меня видели, значит, так надо!»

«Хорошо, – сказал я, – Я согласен!.. Так, по сути вопроса вы меня уже просветили. Давайте договоримся, как с вами связаться, если у меня появится, что сообщить?»

«Никак, – теперь в голосе слышалась затаенная усмешка, – Я буду звонить сам. Просто все время носите с собой сотовый телефон.»

Мысленно чертыхнувшись, я вежливо попрощался и отключился.

Дело казалось простым и одновременно странным. И, пока за завтраком я размышлял о возможных завязках и исходах моего расследования, в голову приходило слишком много догадок и непроверенных гипотез, которые просто мешают нормальному следствию.

«Нет, – уверено подумал я, – Одна голова хорошо, а голова и процессор – лучше!» – а потому, не мешкая, доел бутерброд, стряхнул крошки на пол и отправился в свой рабочий кабинет.

Если быть точным, у моей «второй головы» был не только быстродействующий (двухсотый) процессор, но и объем мозгов вполне впечатляющий – не один винчестер, а два, причем, по меркам среднего пользователя – огромных: по семь гигабайт каждый.

Оперативная память так же говорила, вернее, работала сама за себя – сто двадцать восемь мегов! В этой огромной памяти и содержалась основная полезность моего компьютерного аналитика – в ней, да еще в умении очень быстро распорядиться гигантским объемом информации, прокачивая ее через отсеивающие все лишнее слои созданной мною дедуктивной программы.

Вот потому-то Приятель был и оставался незаменимым другом и помощником – иногда я даже опасался, что без него вся моя слава грозила рассыпаться в прах… Но сейчас мои мысли были заняты этим новым делом.

Слегка отодвинув платяной шкаф в сторону, – он был полегче, чем книжный, потому что одежды у меня отродясь водилось меньше, чем книг, а теперь – гораздо меньше, – я вошел в «тайную лабораторию по раскрытию страшных преступлений».

Уселся в крутящееся черное кресло – такие встречаются в некоторых офисах, стоят немало, но удобнее любой другой мебели, придуманной для того, чтобы на нее садиться.

Так как сам компьютер никогда не выключался, работая круглые сутки, мне оставалось включить лишь монитор, который засветился синим.

ПРЕДСТАВЬТЕСЬ, ПОЖАЛУЙСТА – в этой возникшей посреди синего экрана фразе сочеталась настороженная подозрительность, вежливость и твердость моей машины – попробуй, считай информацию с диска, не ответив на пароль!

ДОБРЫЙ ВЕЧЕР, ПРИЯТЕЛЬ – отщелкал на клавиатуре я, привычно усмехаясь тому, что до вечера оставалось еще часов восемь.

ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ ОПОЗНАН. ПРИВЕТ, ХАКЕР!

ХОЧУ ПОДБРОСИТЬ ТЕБЕ ИНФОРМАЦИИ – напечатал я, вслед за тем нажимая клавишу с русским «Р», означавшим, что способом подачи этой информации будет привычная нам обоим речь, и тут же, не дожидаясь признания в резидентном подключении звукового анализатора, начал описывать суть проблемы, шаг за шагом следуя установленной форме, поминутно сверяясь с блокнотиком, в котором законспектировал все то, что по телефону сообщил мне заказчик.

– Суть: вчера, шестого июня, на окраине города был найден труп мужчины сорока восьми лет, русского. Имя: Виталий Иванович Самсонов. Приметы: невысокий, полный, – рост сто пятьдесят шесть сантиметров, вес семьдесят пять килограмм – с залысиной, волосы темные, глаза карие; особых примет не имеет. Возраст: пятьдесят два года. Причины смерти: судмедэкспертом не установлены. Заказчик: анонимный. Заказ: узнать причины смерти, найти убийцу. Мнение клиента: это убийство. Все.

Мой приятель-пентиум пощелкал, поперемигивался «глазками» – индикаторами речевого ввода и логического анализатора – и выдал вполне ожидаемую фразу: «А СТОИТ ЛИ ВООБЩЕ ИМЕТЬ С НИМ ДЕЛО?»

– Да, – ответил я, – остальные условия положительные… То есть, они вполне меня устраивают. – последнее было добавлено лишь в качестве литературного уточнения: программа моего Приятеля все равно воспринимала значение лишь тех фраз, которые я в нее вложил, просто игнорируя остальные.

Услышав такой ответ, компьютер без промедления принялся за работу, деловито бурча и щелкая.

Минут через пять-шесть деятельность приостановилась, и на мониторе возник очередной вопрос-уточнение: «СЛЕДОВ УБИЙСТВА НЕТ, ИЛИ ИХ НЕ НАШЛИ?»

– Их не нашли, – уверено ответил я, считая, что мнению клиента по данному вопросу можно доверять, хотя бы и анонимному мнению. Правда, наш разговор получился несколько обрывочный…

«Понимаете, Валерий Борисович, – протянул он в трубку в ответ на мой вопрос, – у меня есть определенный источник информации об убитом. Я почти на сто процентов уверен, что его убили, причем, возможно, я правильно оцениваю мотивы.»

«Ну и?»

«Не хочу заранее внушать вам заданную точку зрения…»

«Да вы не беспокойтесь. Вы говорите.»

«Да я и не беспокоюсь, – почти отрезал он, – В общем, сразу уточню: Самсонов занимался продажей библиографических редкостей – уникальных изданий, проспектов, даже марок, в общем – различной полиграфией. И у меня есть повод предполагать, что он занимался продажей украденный или контрабандно завезенных в страну вещей. Скорее всего, он был убит из-за собственной жадности, мнил себя хитрым и умным, попытался нагреть руки – его и наказали.»

«Так я вас не совсем понимаю: вы, кажется, все и так знаете. Вы хотите, что бы я конкретизировал убийцу? Или как?»

«Если быть откровенным, я гораздо больше хочу узнать, ИЗ-ЗА ЧЕГО убили Самсонова, а не кто и как это сделал, потому что, узнав первое, второе и третье я пойму сам.»

Я не стал спрашивать, зачем это нужно клиенту: раз сам не сказал, значит, сложилась такая ситуация, а по итогам телефонного разговора, я заключил, что нынешний мой клиент – человек, не привыкший, чтобы с ним спорили, что-то у него выпытывали, лезли к нему в душу, – то есть, какой-то начальник.

«Хорошо. – ответил я, с минуту подумав, – Тогда, раз уж мы не можем с вами встретиться, я хотел бы задать вам несколько вопросов, чтобы лучше ознакомицься со сложившейся вокруг покойного ситуацией.»

«Конечно, Валерий Борисович, – возвращая свою радушность, ответил голос, – Я вас внимательно слушаю!»

Допрос, который я ему учинил, продолжался около сорока минут; за это время я исписал половину небольшого блокнотика, узнал о Самсонове практически все, чем можно было охарактеризовать этого необычного человека, и сложил собственное мнение о клиенте, ситуации и возможной развязке.

С этим я и пришел к своему Приятелю.

Пентиум щелкал еще минут пятнадцать, пока я в задумчивости грыз ногти, размышляя об особенностях порученного дела. Затем снова спросил: «МЕСТО РАБОТЫ ПОКОЙНОГО?»

– Издательство «Заря», небольшой издательский комплекс, по адресу: улица Слонова, дом сорок два дробь сорок восемь. Комнаты с первой по четвертую. Работники издательства занимаются выполнением заказов на составление и оформление сборников, редких книг и книг с повышенным полиграфическим качеством; работают с малыми тиражами, только по заказу и только за соответствующую плату.

Как сказал клиент, «Если вам нужна книга из шести страниц в переплете из натуральной кожи, с каждой буквой разного оттенка, с отстегивающимися страницами и ровно в тринадцати экземплярах – обращайтесь в „Зарю“!»

Проверить данное утверждение, равно как и остальную информацию о деле, я мог двумя способами: дав Приятелю направление скачать файлы из издательских компьютеров, что, разумеется, противозаконно, или прийти в издательство самому, что, конечно, бесполезно.

Я как раз размышлял над этим, когда пентиум выдал: НЕДОСТАТОЧНАЯ ПЛОТНОСТЬ ИНФОРМАЦИИ. ЗАПРОС РАЗРЕШЕНИЯ НА ВЗЛОМ И ПЕРЕКАЧКУ ИНФОРМАЦИИ ИЗ КОМПЬЮТЕРОВ ИЗДАТЕЛЬСТВА – ?

– «Enter», – ответил я, – То есть, «Да».

Он снова загудел, защелкал, принимаясь за работу: выходя в сеть, запуская свои длиннющие программные лапы в чужой информаторий. По опыту я знал, что на такие операции уходит достаточно времени, чтобы я мог покамест решать попутно другие проблемы. Но едва я успел выйти из «тайного кабинета», чтобы отыскать в телефонной книге координаты издательства, в котором работал Самсонов, в дверь позвонили.

– Кто там? – громко спросил я, тихо придвигая платяной шкаф на место и спеша к двери.

– Э-э-э, – многозначительно ответил пришедший, судя по довольно-таки высокому голосу – молодой мужчина, возможно, даже юноша, – Здесь живет Мареев… Валерий Борисович?

Приятель был занят анализом данных, а потому спросить у него, пускать пришедшего в дом, или нет, я не мог. Пришлось в кой-то веки все решать самому!

Посмотрев в «глазок» и определив на глазок, что одинокого юноши, пришедшего поговорить, опасаться, в общем-то, нечего, я ответил.

– Здравствуйте, – открывая дверь и всматриваясь в пришедшего повнимательнее, – Это я.

На пороге стоял парень лет восемнадцати, в черных джинсах и футболке с рисунком рок-музыканта сжимающего электрогитару; на груди у него, кажется, было написано «Manowar». Пригладив короткие и жесткие темно-русые кудри, он не слишком уверено посмотрел на меня и ответил, – Здрасьте.

– Проходите, – я сделал приглашающий жест, указывая в коридор, который шел к кухне – моей приемной комнате для клиентов, загулов и совещаний, – пропустил его вперед и указал на табуретку рядом со столом, – Садитесь. Чаю? Кофе?

– Нет, спасибо, – ответил парень, усаживаясь, затем снова встал, несколько суетливо протягивая мне руку, – Меня зовут Артем. Артем Глебычев.

– Очень приятно, – вежливо ответил я, пожимая сухую ладонь, – А меня вы уже знаете… Да вы садитесь, вот, у стола.

– Давайте на «ты»! – внезапно осмелился гость, снова усаживаясь, и озирая с растерянным любопытством мой привычный кухонный беспорядок.

– Хорошо, – я пожал плечами, садясь в кресло напротив,

– Давай на «ты». – Вы частный сыщик? – спросил он, тут же забывая о нашей договоренности.

– Да, я частный сыщик, Артем.

– Значит, вы, э-э-э, можете помочь в таких проблемах, когда никому ничего не надо говорить?

– При своей работе я сохраняю конфиденциальность, – ответил я, пожимая плечами, – в тех пределах, в которых этого желает клиент.

– Ага, – сказал он, видимо, пытаясь примерить эту мою фразу к собственной ситуации, – Ага…

– Ты не торопись, Артем, – успокаивающе сказал я, увидев, что парню несколько не по себе в незнакомой обстановке; он втянул голову в плечи, и сжал кисти в кулаки, то есть, все время ждал чего-то, чего-то опасался, – Рассказывай, что там у тебя, послушаем, разберемся.

– Мою девушку хотят убить. – твердо сказал он и внимательно посмотрел на меня. Так как выражение моего лица не исказили изумление, ужас или еще какие-либо чувства, которых парень, видно, ожидал, он продолжал рассказывать с нарастающей злостью, – Она дочка одного босса, ее отец жирный придурок, он не хочет, чтобы она со мной связывалась. Она меня любит, и мы хотели уехать в Томск, там у меня бабушка. Когда отец узнал об этом, он ее запер, и приставил к ней мужика. Здоровый, тоже полнейший ублюдок! Так вот, я приходил ночью, его я обошел, но в окно забраться на успел: увидел, как туда уже лезет какой-то мужик! Я его шуганул, говорю: «Ты че?!», он резко спрыгнул и побежал в сторону, по саду. Там собаки залаяли, а ко мне они все никак не привыкнут, ну, я и побежал за ним… Только не догнал. – он замолчал, ожидая моей реакции.

– Это все? – сказал я достаточно разочаровано.

– Нет, не все! – возразил он громко, – На следующий день, когда я с ней встретился, она говорила, что кто-то отравил двух сторожевых собак из четверых, они умерли. Если этот гад отравил собак, значит, он не хотел шума. Он хотел пролезть в окно, и что-то там сделать!

– Это окно спальни? – уточнил я, помечая в блокнотике.

– Ну, – кивнул пришедший, – Она спит одна, а телохранитель – за дверью. Че бы он сделал?! – парень напоминал петуха перед дракой.

– Артем, значит, если я правильно понял, ты подозреваешь этого неизвестного, который лез к ней в окно, в том, что он хотел украсть твою девушку? – парень кивнул, – Как ее кстати, зовут?

– Настюха… Настя Горелова – с некоторым вызовом ответил он.

«Н-да, – подумал я, понимая, кого именно парень назвал боссом и жирным придурком, – ну и угораздило пацана выбрать себе невесту!» Горелова Ивана Алексеевича в городе знали все предприимчивые или просто соображающие люди – кто ж не знает руководителя областной налоговой службы, который «по совместительству» еще и негласный, но известный учредитель страхового общества «Мария»?!

– Тогда скажи-ка мне, – спросил я, – зачем ты пришел сюда? Ты хочешь, чтобы я разыскал этого ночного вора, что ли?

– Да нет, – с радостным видом возразил Артем, – Мне на него наплевать. Я хочу свою девушку. – внезапная догадка о том, чего же хочет этот «клиент», заставила меня нахмуриться, сдерживая смех.

– Я хочу, чтобы ты, – продолжал парень, – помог ее украсть. Сразу предупреждаю, – она не против!

Выдержав паузу, во время которой я пытался не рассмеяться, что со мной вообще бывало довольно редко, я ответил, – Ты, Артем, парень горячий. Но в таком деле всегда нужно подумать. И если бы ты подумал, ты бы понял, что я, как частный сыщик, РАСКРЫВАЮ преступления, а не совершаю их! А теперь, после твоего признания, если я узнаю, что у Горелова пропала дочь – а я обязательно узнаю, если это случится, – я буду знать, что это твоих рук дело. Понимаешь?

Через несколько секунд до парня дошло, какую глупость он сделал, придя сюда; побагровев, он открыл рот, чтобы сказать что-то оскорбительное, но, увидев мой немигающий взгляд, передумал. Вскочил, буркнул, – Пока! – и, подбежав к двери, начал нервно пытаться открыть замок.

Замок у меня, кстати, не слишком простой, я бы даже сказал, сложный, причем, с обеих сторон двери, если не знаешь, как к нему подступиться. Поэтому парню копаться над ним и копаться. Но я, конечно, помог Артему, открыл дверь, отодвинув его в сторону, чтобы он не видел, как именно я это делаю, и выпустил парня из своей квартиры, пожелав ему разобраться с родителями по-нормальному, и в дальнейшем не делать глупостей.

Честно сказать, меня очень развеселил весь этот визит, хотя он и отнял около двадцати минут времени; теперь, после моих слов, я надеялся, что парень оставит дурные попытки выкрасть свою милую, и, возможно, даже сойдется с ее отцом. Хотя, судя по его неформальному виду, Алексей Иванович Горелов вряд ли сочтет Артема выгодной партией для своей дочки.

Однако, долго размышлять по этому поводу я не имел желания и времени; мысли мои были заняты делом убитого (или, все-таки нет?) библиофила Самсонова. Поэтому я вернулся к Приятелю, который, возможно, уже закончил основную часть анализа.

Так оно и было: экран стоял освещенный, посредине столбиком выстроились четыре фразы.


| Раритет хакера |



Loading...